Зерна граната

Следующие две недели Адель проводила, пытаясь принять свою новую жизнь. Она понимала, что теперь ей придется скрываться от всей оставшейся родни. Геллерт Грин-де-Вальд не был идиотом, он нашел бы ее у любой бабушки и тетушки, в конце концов родня то у них общая! От мысли, что приходится скрываться от собственного дяди, который убил родителей, Адель становилось плохо. Порой она просто лежала на кровати, глядя в потолок, и пыталась понять, в какой именно момент дядя повернул не в ту сторону? Когда желание захватить мир победило родственные связи? Как бы долго она об этом не думала, понять до сих пор не могла. Вздохнув, девушка посмотрела на средний палец правой руки. Небольшое колечко с маленькими камнями украшали ладонь. Это было ее кольцо Наследницы. Еще месяц назад камни на нем были рубинового цвета, а сейчас сияли изумрудным, оповещая ее о том, что она осталась единственным живым членом основной ветви рода. И ей придется стать Леди Бэгшот, как только исполнится семнадцать. А ведь она не хотела делать это, как минимум, до двадцати пяти. И отец был согласен, но сейчас уже все зависит не от ее желания. Девушка поднялась с кровати, подходя к небольшому столику. Ее поселили вместе с другими девушками, но те с самого утра сбежали кучкой куда-то, по предположению Адель, к компании парней. Бэгшот же хотела побыть наедине с собой и решить, а что в принципе ей делать дальше. Несмотря на то, что в магловской части страны царила разруха, смерть, шла мировая война, которая сносила все здания, жизни и судьбы, в магической части было спокойно. Какой-то слишком сильный резонанс. Однако, каким бы сильным он ни был, он существовал. Грин-де-Вальд сейчас даже не смотрел в сторону Англии, порождая своим поведением слишком много слухов от «у него просто дела сейчас в других странах» до абсурдных «он боится англичан». Ради Мерлина, англичан Геллерт не боялся. Он боялся совсем другого — встретиться лицом к лицу с тем, кого когда-то любил. Или любит до сих пор, Адель в это сильно не углублялась, только знала, что любовь все-таки была. Дружеская или платоническая, это уже было не важно: слишком сильные чувства связывали когда-то двух людей, которые после разошлись в разные стороны. Эту семейную историю Адель услышала от тетушки Батильды, которая слишком сильно любит сплетничать. В любом случае, что бы ни случилось в прошлом, сейчас Грин-де-Вальд даже не собирался в Англию, а значит, ей было просто необходимо остаться здесь. Взяв в руки перо и стащив у одной из соседок листок бумаги, Адель начала писать письмо. «Уважаемый, директор Армандо Диппет. Совсем недавно, по воли судьбы, я оказалась на территории Англии, после того, как вся моя семья погибла в Болгарии. Я прошу вас зачислить меня на шестой курс школы Хогвартса, как сироту, так как я не хочу бросать учебу. Мои родители отдали все, чтобы я выросла умной волшебницей, и я не хочу их подвести.

С уважением,

Адель Кассандра Бранс.»

— Сочинять я умею, — усмехнулась девушка, наврав в письме и про имя и про страну, в которой жила. К счастью, в детстве она была в Англии, когда отец решил навестить бабушку Батильду, поэтому она знала, как пройти в Косой Переулок, зная и улицу и номер дома, возле которого был тот самый бар. Поворчав на дурацкий запрет пользоваться магией пока тебе нет семнадцати (а рисковать сейчас она не хотела), девушка отправилась в путь, незаметно покинув приют. Карты читать она умела, поэтому без проблем добралась до Косого Переулка и отправила письмо, надеясь на положительный ответ. Вернулась в приют она с мыслями о том, сколько же беженцев сейчас находились в Англии. Вряд-ли только она была такой — убегающей из родной страны и ищущей хоть где-то убежища. Адель Барнс. Это имя она назвала женщинам, после того, как они провели ее в приют. Она хотела назвать свое имя, но что-то внутри остановило, несмотря на то, что ее окружали одни маглы, которые и не могли знать про чистокровный род Бэгшот. И, как оказалось, очень даже вовремя. Потому что в приюте жил один волшебник. Девушке было достаточно легко понять, что это маг. Во-первых, все его боялись. А это уже первый признак, что с этим человеком что-то не так, что он отличается чем-то от других. Когда он появлялся рядом, все замолкали и переходили на шепот, пытаясь превратиться в невидимок. Это был первый звоночек. Во-вторых, Адель чуть не споткнулась о собственные ноги, когда восстановила собственные силы. Перемещение в другую страну, даже с помощью сильной палочки, вызвало у нее магическое истощение. Конечно, никто ей такой диагноз не поставил, но девушка сама все поняла. Восстановилась она спустя две недели, и вот тогда уже заметила второй звоночек, который все расставил по своим местам. Вокруг этого молодого человека была такая мощная аура силы, что хотелось лишь упасть перед ним и не вставать. Эту ауру чувствовали даже маглы в приюте и, поэтому, старались обходить его стороной. Правда, наверное, он еще всех напугал магическими способностями когда-то давно. Хотя, это было просто предположение Адель. Том Реддл. Казалось бы, обычное имя, да вот только дети в приюте его шепотом произносили, словно боялись, что тот их услышит и появиться за спиной. Адель же, пусть его и опасалась, переняв царящую вокруг него атмосферу, хотела пообщаться с ним поближе. А дело было в том, что через две недели ей безумно хотелось поговорить с тем, кто, увидев летающий предмет по воздуху, не удивится и не будет в ужасе кричать. Но Том был не настроен на беседу с новенькой девушкой, которую нашли на пороге приюта. Каждый раз, когда она пыталась с ним поговорить, он презрительно обводил ее взглядом и стремительно исчезал за поворотом. И в какой-то момент ее действительно это взбесило. В принципе, она прекрасно понимала, что эта зацикленность была обусловлена не только желанием поговорить с другим волшебником, а сколько необходимостью заняться хоть чем-нибудь, что могло ее отвлечь. Потому что она не хотела вспоминать то утро, разрушавшее ее жизнь. Каждый вечер Том Реддл покидал приют через скрытую дверь, ведущую на детскую площадку. На которой никто никогда не играл. Адель не знала: дело было в войне или просто эта площадка не устраивала людей, но, видимо, Тома она как раз устраивала. Точнее, отсутствие людей в этом месте. Чуть ли не на носочках, она незаметно шла за ним. Завернув за выступ, Том остановился, начав доставать что-то из стены, применяя беспалочковые и невербальные заклинания. От этого факта Адель впала в ступор: это насколько он силен, что в таком возрасте спокойно колдовал таким образом? Но, когда он достал из стены змею, Адель не сдержалась и ахнула. Вот чего она не ожидала, так это того, что в стене змеиное гнездо! И, конечно же, ее услышали. Реддл резко повернулся в ее сторону, и, пусть Адель пыталась незаметно уйти, он успел заметить ее исчезающую фигуру. Бэгшот не успела и слова произнести, как парень схватил ее за локоть и толкнул в стену, после чего безжалостно сжал пальцами ее шею. — Какого черта ты тут делаешь? — больше всего Адель испугала не его хватка на шее, а то, насколько его голос был холодным, пронизывающим насквозь. Она не ответила, лишь схватилась своими руками за его, пытаясь его оттолкнуть, но в ответ Реддл сжал еще сильнее, и девушка начала задыхаться. — Как я… — попыталась заговорить Бэгшот, но не смогла из-за нехватки воздуха. Видимо, Реддл догадался, что сам не позволяет ей что-либо сказать, и наконец отпустил ее бедную шею. Адель резко вдохнула воздуха, поглаживая свою шею. Она была уверена, что на ней точно останутся следы его пальцев. Вот что он за человек: сразу начал душить? Хотя, учитывая, как его все вокруг боялись, она могла этому и не удивляться. — Как я должна была объяснить, если ты сразу воздух мне перекрыл? — подняв на него глаза, зло спросила Адель. На смену страха пришла злость, такое у нее бывало часто. — Что ты здесь делаешь? — даже не собираясь отвечать на ее вопрос, повторил свой Реддл. — Гуляю. — фыркнула Адель. — Здесь? — выгнул бровь Том, обводя взглядом все вокруг. — А что? Это запрещено? Том сделал шаг вперед, наступая. И в этот момент Адель почувствовала, как что-то щекочет у нее в голове, словно… Девушка резко поставила ментальный щит, понимая, что человек напротив только что применил легиллименцию. В таком возрасте?! Однако, свое удивление она решила оставить на потом, быстро разворачиваясь вправо и убегая внутрь приюта. И получилось у нее сейчас сбежать только из-за того, что Реддл тоже сильно удивился. Но удивился он тому, что девушка владела окллюменцией. А, значит, была волшебницей. И данный факт подтвердился буквально, когда двери приюта открылись, впуская внутрь заместителя директора школы Хогвартс и по совместительствую профессора Трансфигурации в том же заведении Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора.

***

Адель пристально смотрела на профессора Трансфигурации, который спокойно сидел на кровати напротив и неспешно объяснял ей про Хогвартс. Мерлин, она и так знала про Хогвартс — она, в конце концов, не в глуши жила, а во Франции! Но говорить об этом Дамблдору ей совсем не хотелось. Вот кому кому, а ему точно она не собиралась говорить свое настоящее имя. Дамблдор никак не мог узнать ее настоящее имя, она была в этом уверена, потому что предусмотрела абсолютно все: в магловском мире она «потеряла свои документы», а Министерство Болгарии было разрушено, так что не откуда было запросить подтверждение ее личности. Не будет же отдел образования Министерства Англии обращаться во Францию, когда Адель написала про Болгарию? Возможно, Альбус мог догадаться, что что-то не так, если бы они встретились две недели назад, когда она только-только прибыла в приют. Но, она уже как две недели привыкала к этому имени, так что Дамблдор никак не мог заподозрить ее во лжи. В отличие от одного жителя приюта, оказавшегося волшебником. Правда, Адель надеялась, что он не особо обращал на нее внимание, чтобы заметить, как заторможено она реагировала на свою новую фамилию. А вот сегодня все его внимание было приковано к ней, и, конечно, он заметил приход Дамблдора, которого уверено направляла к управляющей приюта, которая потом позвала Адель. Бэгшот даже оттуда видела его пронизывающий взгляд. Вчера вечером она исчезла у него из-под носа, пока он осознавал то, что она волшебница. Сегодня же с утра Адель была неуловима: воспоминания о нехватке воздуха заставляли ее скрываться от Тома Реддла. И вот, сейчас, она сидела напротив Дамблдора, слушая рассказ о школе Хогвартс. Профессор не пожалел эпитетов и метафор, описывая школу. В некоторые моменты девушке хотелось закатить глаза: она ведь и так написала, что хочет учиться в Хогвартсе, так зачем он сейчас общается с ней, словно уговаривает туда поступить? К ее счастью, разговор закончился довольно быстро: Дамблдор рассказал, где находится платформа, выдал мешочек с галлеонами, который полагался каждому сироте, учащимся в Хогвартсе, и уточнил точно ли она знает дорогу в Косой Переулок. — В этом приюте живет наш студент, — уже в дверях обернулся к ней Дамблдор. — Вы ведь уже виделись? И тут Адель заметила, что взгляд профессора направлен на ее шею, и вспомнила, что забыла вывести следы. Вчера после встречи с Томом она просто уснула, а сегодня утром уже пришел Дамблдор. Странно, а миссис Коул вообще ничего не сказала по этому поводу… Вот уж кому точно было все равно на подростков, в отличие от Министерства Магии Англии. — Виделись. Он немного закрытый, но вежливый, — осторожно ответила Адель. Ага, безумно вежливый, но тебе я правду в любом случае не скажу, — пронеслась мысль в голове, и в тот же момент девушка почувствовала, как в ее разум пытаются проникнуть. Сдержав раздражение (серьезно, еще один легиллимент?!), она быстро пресекла его попытку прочитать свои мысли. — Будьте с ним осторожны, — словно не он только что пытаться ей в голову залезть, предупредил ее Дамблдор. — Осторожной? — Этот студент… Опасен. Кто бы говорил, — опять пронеслось в ее голове. По ее скромному мнению, явно не Дамблдору говорить об опасности. Адель старалась не показать магу, насколько сильно сейчас рассержена. Он сейчас пытается настроить ее против одного из ее будущих однокурсников! И пусть этот однокурсник, видимо, не отличается добротой, но Адель ненавидела, когда кто-то настраивает кого-то против другого. Ей казалось это неблагородным и нечестным. — Мне он опасным не показался. Наоборот, парни без дара магии опаснее, — четко выговаривая слова ответила Бэгшот, погладив шею и намекая на то, что навредили ей маглы, а не Том, одновременно задаваясь вопросом зачем она сейчас прикрывает этого Реддла. — Профессор, вы дадите мне билет? — Ах, да, конечно, — Дамблдор протянул ей билет и вышел из комнаты, благодушно улыбаясь. От этой улыбки Адель передернуло. Она терпеть не могла двуличных людей — с виду они были добрыми и милыми, а внутри такая тьма, что можно и забыть про свет. Вот Том, с ним сразу все ясно, он темный маг и этого не скрывает. Плюсик в его сторону. Кстати, Том… Адель, убедившись, что Дамблдор покинул приют, пошла прямо к Реддлу. Без стука зайдя в его комнату, она пристально на него посмотрела, тыкнула в него указательным пальцем и проговорила: — В следующий раз, если надумаешь кого-то душить, хотя бы улики скрывай! Я беспалочковой магией не владею! И как в ничем не бывало захлопнула дверь, уходя к себе и оставляя Реддла уже второй раз шокированным. Здравый смысл? Увольте, она настолько была зла после встречи с Дамблдором, что весь страх перед Томом пропал. Это надо было! Делать вид, что ты такой добрый, когда всего несколько лет назад с Грин-де-Вальдом строил планы по захвату мира! А то, что он строил такие планы совместно с дядей, Адель знала. В конце концов, она была его племянницей, а Батильда Бэгшот любила делиться новостями и с вторым внучатым племянником.