Зерна граната

Утро наступило внезапно. Сперва Адель думала, что не сможет даже уснуть от поселившегося страха в душе, но стоило голове коснуться мягкой подушки, как ее поглотили сновидения. Состоящие из Тома Реддла. И сны оказались намного страшнее, чем реальность. Проснувшись, девушка застонала и обреченно закрыла глаза. Она бы не удивилась, если бы в ее снах Том пытал, убивал, воскрешал, снова убивал ее за то, что она узнала одну из тайн загадочного студента, но девушка совершенно не ожидала, что ей приснится его жесткий, сильный, наполненный необъяснимой чернотой, взгляд и сильные руки, прижимающие ее к себе за талию вместе с голосом шепчущим ей на ухо всякие интересные и будоражащие слова. Нет, такого она совсем не ожидала. Какого Мерлина ей сняться такие сны? Ладно, она может признать тот факт, что иногда, совсем чуть-чуть задумывалась о том, какой Том Реддл в постели, учитывая уйму слухов и восторженных возгласов тех, кто все-таки добился своего и заманил Реддла к себе на ночь. К тому же летом, в особо жаркий день, она увидела его в легкой рубашке, сквозь которую можно было заметить его фигуру чуть ли не в деталях. Девчонки тогда и про ужас перед ним забыли, чуть ли не слюни пуская. Правда, чувство самосохранения у них работало, и им хватило мозгов наблюдать за ним издалека. В отличие от некоторых студенток Хогвартса. Только вот каждая из них рассчитывала на романтические отношения, и, понятное дело, ничего не добилась. Том Реддл был не из тех, кто дарит цветочки и пишет любовные записки. Не то, что ей действительно нужны были цветочки и записки, но Адель привыкла мыслить рационально, а не мечтами. Даже тот факт, что они с Томом жили в одном приюте не давал ей повода мечтать о Реддле, как о парне. — Сон был так хорош? — вдруг прозвучал голос Оливии Браун с другой кровати, и Адель моментально обернулась к соседке. — Просто слов нет, — съязвила она в ответ, яростно откидывая одеяло и начиная собираться в ванную для проведения утренних процедур. Что с ней не так? Ей стоило бы испугаться, думать, как избежать гнева самого сильного ученика Хогвартса, возможно, сообщить профессорам об увиденном ночью, а она спокойно умывала лицо и злилась на сон. Ну и где пресловутое чувство самосохранения, которые вчера гнало ее по длинным коридорам Хогвартса? Почему же она снова настроена сохранить его тайну, умолчать о преступлении? Это совсем не в правилах Гриффиндора — покрывать убийство, но Адель после умывания, спокойно оделась, приступая складывать в сумку пергаменты и учебники, которые сегодня пригодятся ей на уроках. Адель игнорировала то зудящее чувство внутри, которое нашептывало ей на ухо слишком горькую правду. Правду о том, почему на самом деле Адель не сообщила никому об увиденном. Спустившись на завтрак, Адель в первую очередь бросила взгляд на уже сидящего за столом Тома Реддла. На губах была вежливая улыбка, тонкие аристократичные пальцы спокойно держали вилку, на лице застыла умиротворенная маска. И не скажешь, что вчера она его застала в женском туалете, а позади него лежал труп ее однокурсницы и мелькал змеиный хвост в потайном ходе среди раковин. Двигаясь в сторону стола ее факультета, Адель задумалась. Наверное, пять лет назад, увидев труп и студента рядом с ним, она бы побежала к директору, рассказывать о случившемся и написала бы отцу. Тогда она еще была милой и доброй девочкой, свято верящей в добро и любовь, как маленькие девочки, мечтающие о своем принце. Не поменялось лишь то, что она до сих пор могла дерзко отстаивать свои моральные устои, которые, однако, за последнее время сильно поменялись, но от той веры остались жалкие крупицы, да и то они почти растворились под воздействием жестокости настоящего мира, далекого от сказки, в которой она жила. Директор ее бывшей школы был убит одним из последователей Грин-де-Вальда. Летом Барнс оказалась на улице, одна, без сил и с проклятой палочкой, которая жгла ей кожу даже через ткань. Уже тогда милая и светлая девочка начала теряться, исчезать, уступая место волшебнице, которая дала клятву научиться всему, что могло ее защитить. Она скосила взгляд на палочку, которая сейчас торчала с ее кармана. Жасмин и перо феникса. Не потеряла она ее чудом — на палочку было наложено родовое заклинание, которое заставляло палочку возвращаться к своему владельцу, где бы он ни был. Единственная причина, по которой палочка могла не вернуться, это если бы она сломалась. — Уважаемые ученики, — прозвучал голос директора Диппета. Старый волшебник поднялся, привлекая взгляды детей. Адель отодвинула от себя тарелку с недоеденной кашей и взяла яблоко. — Должен сообщить вам неприятную новость. Сегодня ночью в стенах нашей любимой школы произошло невиданное. Студентку шестого курса с Когтеврна Миртл Уоррен нашли мертвой в женском туалете. Туалет будет закрыт до выяснения обстоятельств. Убедительно прошу, если вы что-то знаете, рассказать мне или профессорам. Адель знала, что прямо сейчас на нее смотрит один конкретный слизеринец. И да, все-таки шляпа определенно сделала правильный выбор, отправив ее в Гриффиндор, потому что сейчас она собиралась со всей присущей ей уверенностью посмотреть в ответ. Под кожу проник страх от ощущения его тяжелого взгляда. Девушка сразу же вспомнила ощущение сильных пальцев, перекрывающих ей воздух, не давая даже сделать даже маленький вздох. Реддл был сильным. Жестоким. Ужасающим. И когда Адель наконец посмотрела на Реддла и столкнулась с черными глазами, по ее спине побежали мурашки. Призвав всю свою силу волю, она смело встретила его взгляд, глядя в ответ с уверенностью, которой не было от слова совсем, но девушка всеми силами старалась этого не показать. Она была бы не Адель Лилиан Бэгшот, с некоторого времени носящей фамилию Барнс, если не попытается найти хоть какую-нибудь выгоду для себя из этой совершенно не выгодной для нее, на первый взгляд, ситуации. — Ты не выглядишь удивленной, — послышался голос Оливии. — Словно ты сейчас плачешь от горя, — парировала с ухмылкой Адель. — Да мне плевать на нее было, — Браун безразлично пожала плечами и обернулась к столу Слизерина. — Только какая гарантия, что не я буду следующей? — О чем ты? — Разве ты не слышала, что в последнее время кто-то нападает на магглорожденных? — Я думала, это просто слухи, — пожала плечами Адель, вдруг задумавшись. — Да какие слухи! — возмутилась Браун. — Эдвард до сих пор в Больничном крыле! — Успокойся, Браун, — хмыкнул рядом Уизли. — Разберемся скоро. — Да в чем мы разберемся?! Грин-де-Вальд, если верить Ежедневному Пророку, уже почти рядом с Англией! — Ну да, и ему конечно же было бы очень интересно нападать на магглорожденных в Хогвартсе, — парировал Уизли. Адель вздрогнула, услышав имя Темного лорда, который держал в страхе половину Европы. Увидев газету в руках подруги, девушка ее резко выхватила, принимаясь читать:

«По сообщениям из Аврората, стало ясно, что Темный Лорд Грин-де-Вальд недавно направил своих солдат пересечь нашу границу. Авроры сумели отбить атаку, но мы просим всех соблюдать осторожность. Не выходите из дома ночью, если не уверены, что там безопасно. И лучше всего заблокировать камины».

А над этим небольшом сообщении во всей красе была расположена колдография Геллерта Грин-де-Вальда. Адель сразу поняла, что этой фотографии, как минимум, лет пять, потому здесь ее дядя слишком молод. Да и выглядит он теперь по другому: он больше не носит белоснежные, как на колдографии, рубашки. Девушка с яростью отбросила от себя газету. Бедная бумага пролетела пару сантиметров, попав прямо в тарелку Уизли: — Адель! — возмутился тот, но на него шикнула Браун, после чего тот заткнулся и просто отодвинул тарелку. Перед ним сразу же появилась новая, домовики Хогвартса работали быстро. Адель с силой сжала вилку в ладони, пытаясь абстрагироваться от воспоминаний, но они как на зло становились ярче, напоминая о себе. Снова перед глазами то самое утро, когда их входная дверь превратилась в щепки, прощальные слова матери, громкий смех дяди, который пошел против собственного брата. Адель никогда не имела ничего против Темной магии, просто не обучалась ей и не особо к этому стремилась. Но теперь у нее внутри ярое желание мастерски владеть, чтобы добиться мести. Но... она еще не готова. Не готова к встрече с ним, не готова снова ощущать тот липкий страх, не готова была бежать. Она знала в теории множество заклинаний, но ей была необходима практика. Вдруг в голову пришла совершенно идиотская идея, полностью соответствующая ее факультету, и по лицу девушки расползлась улыбка. Кто говорил, что Гриффиндор — это диагноз? Он был опредленно прав. Мысленно кивнув себе, Адель быстро съела свой завтрак и поплелась на первую пару в компании соседок по комнате. Чары совместно с Когтевраном прошли быстро, как и Защита от Темных искусств со Слизериным. Барнс даже удивилась тому, что Том не обратил на нее внимание во время урока. Ни одного взгляда. Но она ни капельки не удивилась, когда после обеда ее резко схватили за руку и практически закинули в пустой класс. Она чуть не ударилась поясницей о жесткую парту, успев в последний момент вытянуть руки и остановить собственное падение. Адель резко развернулась, бросая на парня напротив жесткий, по крайней мере она на это надеялась, взгляд. — У нас, что, свидание? — ухмыльнулась девушка, глядя в черные глаза напротив. Она уже говорила, что шляпа была права, отправляя ее на Гриффиндор? Смелость и отвагу сейчас она чувствовала явно, хотя, если быть честной, это больше смахивало на отчаянную глупость перед смертью. — О, нет, Барнс, свидание у нас было ночью. Мерлин, у него такой приятный голос! Адель мысленно дала самой себе подзатыльник. Какой, к черту, приятный голос? Ладно, он действительно приятный, но обладатель этого голоса сейчас ей не в любви признаваться собирается. — Как романтично, — фыркнула. — В следующий раз давай устроим свидание в садике под луной? Том усмехнулся и одним движением руки отбросил ее в стену. Адель сумела остановить собственное падение, и сразу же достала палочку, защищаясь от прилетающих в ее сторону невербальных заклинаний Реддла. Ситуацию усугубляло еще то, что, не слыша заклинаний, Адель было сложно понять какой именно щит нужен прямо сейчас. Поэтому, было совсем не удивительно, что она перепутала «Секо» с «Аркис», и от режущего заклинания ей разорвало рукав мантии, а на блузке появились красные пятна крови, вытекающей из глубокой царапины на плече. — Стой! — крикнула Адель и бросила свою палочку. Та, постучав по полу, подкатилась прямо к ногам Реддла, который выглядел так, словно сейчас они вообще не сражались. Он даже дышал размеренно, ни один волос не выбился из укладки, а вот волосы Адель растрепались, несмотря на то, что она их завязала сегодня в тугую косу. Том наклонил к плечу голову, рассматривая девушку перед собой, которая прижимала ладонь к кровоточащей ране. На валяющуюся палочку на полу он даже внимания не обратил. Ему не нужно было ее разоружить, чтобы победить, она и сама это знала, но ее поступок заявлял о том, что она сдается, и это давало ей возможность хотя бы поговорить с Реддлом. — Я никому не скажу, — прохрипела Адель. — О чем? — Том сделал шаг и ногой оттолкнул ее палочку к стене, подходя ближе к девушке. — О том, что увидела в приюте, или о том, как я чуть тебя не задушил? А может о том, что ты видела вчера? — Обо всем. — И почему я тебе должен верить? — Тебе, что, Непреложный Обет дать?! — язвительно поинтересовалась девушка. Если кто-то думал, что в такой момент ее дерзость выключится, то он глубоко ошибался. — Было бы неплохо, — на полном серьезе ответил Реддл. — Но Обет можно обойти, я знаю способ получше, чтобы заставить человека замолчать. — Тебе одного трупа мало? — искренне удивилась девушка. — Где прятать будешь? В озере? Не боишься, что перед твоим окном в спальне мой труп проплывет? Том вдруг рассмеялся, поднял палочку и быстро кинул в нее заклинание. Адель резко зажмурила глаза, ожидая боли, но ничего не произошло. Открыв глаза, она поняла, что Реддл на самом деле очистил ее одежду от крови, залечил рану и вернул одежде презентабельный вид. — Какие твои предложения? — в черных глазах на секунду промелькнул интерес. Губы девушки растянулись в маленькой улыбке — она заметила эту искру, а значит, есть маленькая вероятность того, что ее сумасшедший план сработает. Он наблюдал за тем, как она закрыла глаза, явно что-то обдумывая. Когда Том увидел ее за дверью туалета и понял, что теперь у случайного убийства был свидетель, первой его мыслью было оглушить девушку и стереть ей память. Но гриффиндорка слишком быстро, на его удивление, оценила ситуацию и скрылась с его глаз, заперевшись в своей гостиной. Всю ночь он обдумывал, как будет объяснять директору, что тоже был всего лишь свидетелем, и никак не убийцей. Он не сомневался, что девушка сразу побежит к профессорам с доносом. Единственное, он надеялся, что побежит она не к Дамблдору, на дух его не переносившего. Однако, она никуда не пошла. Даже никому не рассказала. Он удивился. У нее было на это достаточно много времени (целые полдня), но девушка даже ни разу не свернула в сторону директорского кабинета. Только иногда кидала на него заинтересованные взгляды, думая, что он их не замечает. — У меня есть предложение, — Адель открыла глаза, улыбнулась, подпрыгнула и села на парту, словно не у нее только что болело плечо от «Секо». — Я молчу о том, что видела, а взамен ты предоставишь мне одну услугу. И все будут в выигрыше. — И что ты хочешь? — Том ухмыльнулся, забавляясь ситуацией. — Научи меня, — Том недоуменно поднял левую бровь. — Научи меня Темной магии.