В оковах

      Не знаю, сколько времени прошло - за разговором мы совсем потеряли ему счёт. Я делился с девочкой своим прошлым, роясь в огромном ворохе старых вещей и пытаясь найти в нём хоть что-то подходящее. А она же, в свою очередь, с энтузиазмом рассказывала о своём детстве, активно жестикулируя и корча разные гримасы.       Звали эту маленькую хрупкую леди Долорес, но она настойчиво просила меня называть её Долли, а на вопрос о её полном имени ответила что оно ей просто не нравится. Родилась и выросла Долли в маленькой захудалой деревушке, в самой что ни на есть обычной крестьянской семье. Однако, даже факт того, что она была совсем ещё маленьким ребёнком, не уберёг её от проблем, что буквально с первых дней начали преследовать бедную девочку. И речь идёт даже не о той страшной болезни, что проклятием весела над ней ещё с пелёнок, нет… Просто она была человеком.       Да, такой простой, я бы даже сказал обыденный факт, уже сам по себе оказался достаточным, чтобы подвергнуть её всеобщей травле. А всё потому, что в этом мире люди были ничем иным, как обычным мусором. Их использовали как рабов, отправляя на самые каторжные работы, используя как расходный материал в опытах, или же просто убивая ради веселья. И хоть людей и было очень мало, но всё равно это не отменяло того, что по своему положению они находились даже ниже рабов из других рас…       Ах да, насчёт этого - как оказалось, помимо людей, тут так же существовало как минимум две расы: эльфы (ну конечно, куда же без них!), что жили преимущественно в лесах и не особо встревали в дела других разумных существ, и полулюди, о количестве видов которых, наверное, знал только их Великий Создатель, и которые, как раз, и переняли на себя бразды правления всеми оставшимися землями.       Так что вполне естественно, что в родной деревне, в которой проживали преимущественно только полулюди, она сразу стала изгоем. Когда она с родителями шла по улице, от них тут же отворачивались, словно от прокажённых, а особо гордые представители «высшей расы» могли даже закидать их камнями. В ответ же они не могли сделать абсолютно ничего, ибо можно было очень легко нарваться на драку, в которой у обычного слабого человечишки не было и шанса.       Но, на удивление, Долорес не стала замкнутой. Конечно, все эти ссоры и унижения давили на неё, так что очень часто девочка на долго уходила гулять в лес, чтобы просто побыть в одиночестве, но, тем не менее, она не утратила того всепоглощающего оптимизма, что был присущ всем детям. На мой же вопрос о том, почему она не начала ненавидеть тех, без преуменьшений, сволочей, что так любили потешаться над ней, девочка честно призналась, что и сама не знает ответа.       После этого, тема прошлого девочки как-то сама собой сошла на нет. Но, благо, кроме неё у нас было ещё о чём поговорить: погода, любимые цветы и книги, готовка - мы без устали обсуждали всё подряд, лишь бы вновь не тревожить так и не зажившие раны на её сердце.       Но прерваться нам всё-таки пришлось - в один из коротких моментов молчания, служивших лишь для того, чтобы перевести дыхание перед началом новой темы, Долорес издала несколько облегчённых вздохов, чем тут же привлекла моё внимание. Обернувшись, я увидел её, уже уверенно стоящую на одной ноге и разминающую руками другую, улыбающуюся, словно ничего плохого с ней и не происходило.       - Ну что, ты нашёл что-нибудь?       - Дааа… - с небольшим сомнением я достал из шкафа просторную, словно на пару размеров больше нужного, коричневую рубаху и короткие, будто снятые с какого-нибудь ребёнка чёрные тканевые шорты. - Только вот не слишком ли глупо я буду в этом смотреться?       - А ты надень и посмотри, - хитро прищурившись, произнесла девочка.       Однако, надев этот «наряд», я лишь ещё больше удостоверился в его нелепости, а когда вновь повернулся к Долли, понял, почему она так хотела чтобы я примерил всё это на себе:       - Ну вот, отлично выглядишь, - давясь смехом, девочка держалась за живот и то и дело вытирала проступающие на глазах слёзы.       Возмущение, словно взорвавшаяся бомба, тут же вспыхнуло где-то внутри меня. Ведь как так, надо мной стоит и в открытую насмехается какая-то малявка?!       Но, не успев даже толком ничего сказать, я вдруг понял, что и сам смеюсь вместе с ней. По какой-то причине, её чистый и невинный смех заражал и меня, заставляя забыть про стыд и раздражение.       И только как следует отсмеявшись, Долорес вновь окинула меня взглядом, и со всё той же добродушной улыбкой сказала:       - Нормально всё с тобой. Это обычная крестьянская одежда, которую носит половина населения, так что не бери в голову и пошли уже на кухню.       Но, даже не смотря на то, что находилась она совсем недалеко, этот путь всё равно занял у нас почти столько же времени, сколько мы провели в комнате. А всё потому, что Долорес предложила сперва показать мне дом и, конечно же, отказаться от этого я ну никак не мог.       Первая наша остановка находилась буквально напротив двери. Стоило лишь сделать пару шагов по широкому коридору и отодвинуть в сторону кусок кожи, что заменял собой дверь, как ты сразу попадал в таинственный мир знаний, у простых смертных именуемый библиотекой. Сказать, что я был в шоке от увиденного - ничего не сказать. Буквально вся комната была заставлены стеллажами с различными книгами, но, по всей видимости, и этого хозяйке особняка оказалось недостаточно, потому что на потолке и на полу то тут, то там торчали небольшие железные кольца с верёвками, потянув за которые, как сказала девочка, можно было выдвинуть дополнительные полки с какими-то особо ценными рукописями.       - Ты можешь свободно приходить сюда и брать любую книгу, но только в свободное от работы время, а иначе не могу гарантировать, что ты снова не очутишься на пыточном устройстве. Ах да, и книги с этих выдвижных полок можно брать только с разрешения Никки. Ну а если не послушаешь… В общем, ты догадываешься что будет.       После такого полупредупреждения-полуугрозы, мы пошли дальше. Впрочем, прогулка эта продлилась не сильно дольше - буквально до следующей комнаты.       Отодвинув ещё одну, непонятно кому принадлежавшую шкуру, (что, как я понял, выполняли в этом доме функцию дверей) мы очутились в, без преувеличений, в самой что ни на есть настоящей химической лаборатории. По центру комнаты, обложенный камнями, стоял большой железный котёл, а рядом с ним, на точно таком же постаменте, красовался непонятной формы аппарат, который из-за его конструкции, никак иначе как «самогонным» я назвать не мог. В глубине комнаты, на нескольких столах, стояли какие-то доселе невиданные мною цветы в горшочках, а над ними, на полках, гордыми рядами красовались всех размеров стеклянные колбы и пробирки.       - Вот тут, - с гордостью начала девочка, - и было сварено средство, что, можно сказать, вытащило тебя с того света и сейчас помогает мне ходить. Рецепт его я не знаю, ибо для меня его вечно готовит Никки, но, могу предположить что очень скоро она спихнёт его готовку на тебя. А если так, то нужно показать тебе откуда брать ингредиенты, ведь не с воздуха же они появляются, верно?       Развернувшись, и аккуратно протиснувшись мимо меня в коридор, девочка бодрым шагом направилась в конец коридора, которой, как оказалось, расходился ещё в две стороны, образовывая собой букву «Т», в форме которой и был построен дом. И вот, повернув налево, и пройдя через ещё одну кожаную преграду, мы очутились, пожалуй, в самом красивом месте, что мне только доводилось видеть за всю свою жизнь. Это была комната, с полностью стеклянными, словно невидимыми, стенами и целой кучей различных растений, росших буквально в каждом свободному уголке, так что, порой, своими листьями они даже загораживали солнечный свет, погружая отдельные участки в полную темноту, в которой, тем не менее, тоже росли растения.       - Вот, собственно, и всё что тебе понадобится, если моя догадка таки окажется верной. Конечно, я сомневаюсь, что все эти цветы идут в рецепт одного единственного зелья, так что тебе вряд ли придётся тратить десятки минут чтобы собрать их все, но кто знает…       Залипнув в этой оранжерее на добрых несколько десятков минут и не один раз обойдя её, мы вышли через другой проход, расположенный прямо рядом с широкой и массивной деревянной лестницей. Спустившись по ней на первый этаж, мы продолжили нашу «экскурсию», миновав при этом кухню, находящуюся прямо под местным «лесом» и направившись сразу в следующую комнату, оказавшейся довольно просторной гостиной.       И была она под стать остальному дому - такая же пышная и дорогая на вид. Такой же большой ворсистый ковёр, отличающийся от своего собрата только узором, несколько кожаных диванов и кресел, расставленных вокруг тяжёлого на вид дубового стола. На стенах же, помимо чёрно-красных обоев с узором из различных паучков и паутины, висело несколько картин в роскошных серебряных оправах, а по углам комнаты были расставлены высокие железные торшеры, света от которых должно было быть вполне достаточно, что заменять собой свет от отсутствующего камина.       На удивление, в отличии от всех предыдущих комнат, эту Долорес решила никак не комментировать, предпочтя как можно быстрее удалиться из неё.       Последними местами, которые мне любезно решили показать, были личный кабинет Никки, комната Долли и, собственно, тот многострадальный подвал, из которого мне чудом удалось выбраться живым. Хотя, как сказать «показать»… Скорее, меня просто уведомили где находятся двери, ведущие в эти участки дома, не дав даже глазком заглянуть внутрь. И, в принципе, я был не особо-то и против - после всего случившегося, мне как-то не сильно хотелось совать нос не в свои дела.       - Ну вот, теперь можно и поесть, - сказала девочка, проходя на кухню. - Осмотрись пока тут, а я поищу что у нас осталось.       И вот тут я немного удивился, ибо после всего того богатства остальных комнат, я ну никак не ожидал, что увижу перед собой самую что ни на есть обычную кухню, местами даже немного напоминающую оную в какой-нибудь деревушке моего родного мира. Конечно, тут тоже не обошлось без изысков (чего только стоял стол, что был точной копией стола из гостиной, или большие мягкие подушки, лежавшие на месте одного из стульев), но, даже не смотря на это, тут всё равно оставалась своя, неповторимая атмосфера, от которой на душе сразу становилось теплее.       - Похоже, придётся нам немного подождать, - роясь в очередном шкафчике, расстроенно начала Долли. - Сегодня была очередь готовить Никки, но она ещё со вчера куда-то ушла, а я напрочь об этом забыла.       - Ну, за час я точно от голода не помру, так что можно и подождать. Хотя можно же и немного ускорить этот процесс. Ты не против, если я помогу тебе?       - Чего?! - вскрикнув от неожиданности, девочка быстро вылезла с недр очередной тумбы, умудрившись при этом удариться об неё головой, и с ошалелым видом уставилась на меня. - Ты вправду хочешь помочь мне что-нибудь приготовить?       - Да, правда. А что здесь такого?       Нужно было видеть лицо Долорес, когда я произнёс эти слова - оно буквально сияло счастьем, а сама девочка чуть ли не пищала от восторга. Казалось, что этим нехитрым предложением, я сделал для неё самый ценный подарок из всех, что она только получала.       - Просто я так рада, что наконец-то нашла человека, который тоже любит готовить! Никки этого терпеть не может. Она каждый раз бурчит, что это долго, скучно, и вообще, зачем что-то готовить, если можно поесть хлеба с вяленым мясом и салат. Но ты же не будешь каждый день только это и есть, правильно? - судя по интонации, вопрос был скорее риторическим, но я всё равно кивнул головой, в знак того, что по-прежнему слушаю. - Вот и я о том же! Ты не представляешь, сколько раз я просила её приготовить даже что-нибудь простенькое вдвоём, но она каждый раз отказывалась, говоря что у неё болит голова, - похоже, обычной речи для Долорес оказалось недостаточно, чтобы в полной мере выразить всё своё негодование по поводу своей скучной подруги, потому, в какой-то момент, она начала забавно жестикулировать, чем вызвала у меня новую улыбку. - Но ладно, это уже не важно. Ведь сейчас тут стоишь ты, и сам предлагаешь мне помощь! Осталось только выбрать, что же мы будем готовить…       В итоге, после пяти минут активных обсуждений, мы сошлись на картофельной запеканке с мясом и грибами. Поначалу Долорес упиралась, говоря, что она и так почти каждый день ест мясо, но вскоре сдалась, согласившись таки с тем, что и такой вариант будет вполне неплохим.       Заняло у нас это всё, наверное, не меньше полутора часов. И дело было даже не в сложности самого блюда, а скорее в том, что половину из этого времени мы просто дурачились, бросаясь друг в друга кусочками картошки, и смеясь, когда они попадали в самые неожиданные места.       И хоть мы и понимали, что потом нам предстоит долго и нудно убирать последствия наших шалостей, но самое главное, что в тот момент нам было весело. На эти радостные минуты, мы двое напрочь забыли о всех тех неприятных мыслях, что буквально сдавливали грудь и не давали нам спокойно жить. Тогда всё это не имело абсолютно никакого значения - мы просто были счастливы.       Но, как говорится, счастье длится недолго, так что вскоре и нашему короткому мгновенью счастья пришёл конец.       - Кхм-кхм, - как гром среди ясного неба раздался с дверного проёма голос Никки. В пылу очередного нашего «сражения» мы, по всей видимости, просто не услышали, как она вернулась, так что её появление стало для нас полной неожиданностью. - И что это мы тут такого весёлого делаем? - с нескрываемым раздражением спросила паучиха.       - Обедаем… - едва слышимым голосом ответила Долорес.       - Вижу… Давайте, тогда, быстрее заканчивайте, - она ещё раз обвела кухню сердитым взглядом, - а потом ты уберёшь весь беспорядок, что вы тут устроили, и придёшь ко мне в кабинет, усёк? - ткнув в меня пальцем, сказала арахна и удалилась, оставив нас снова вдвоём.       - Прости… - прозвучало рядом со мной тихое извинение.       Но я не сердился на девочку. Наоборот, я нисколько не жалел о содеянном, а потому, легонько потрепав маленькую проказницу по её шелковистым зелёным волосам, лишь улыбнулся и ответил:       - Ничего. Это не твоя вина. И давай уже есть, а то мы так до вечера голодными останемся.