Шорох за дверным проёмом

Уилбур ещё не заснул. Не совсем. С момента, как он лёг в кровать, он то проваливался в полудрёму, то опять просыпался, то будто спал с открытыми глазами, или, по крайней мере, ему так казалось, потому что они побаливали. Веки тяжёлые, в глаза словно песка насыпали, но мальчик каким-то образом забывает закрывать их. А когда закрывает, всё равно не засыпает полностью. Что-то мешает. Если честно, ему это уже порядком надоело. Сколько он так ворочается? Час? Полтора? В плывущих мыслях он решает, что если не уснёт в ближайшие десять минут — идёт спать на диван, может, смена обстановки поможет. Подросток сердито фыркает и отворачивается от стены, на которую он до этого смотрел, и переворачивается на правый бок. И застывает, когда видит человеческую фигуру в комнате. Она маленькая, детская, вылезает из-за стоящих в углу коробок. Теневая голова повернулась к нему, ярко-голубые, светящиеся в темноте глаза уставились на Уилбура, который едва смел дышать. Фигура тоже замерла, будто её поймали на преступлении. Впрочем, проникновение в чужую спальню посреди ночи это же преступление? Так, наверно, это не тот вопрос, который нужно задавать в такой ситуации. Они смотрели друг на друга ещё пару секунд. Глаза Уила защипало, он вздохнул и зажмурился, надеясь, что это просто плод его воображения. Но когда он снова открыл глаза, тень всё ещё стояла там, неподвижная. Потом она моргнула, забегала взглядом по комнате, будто паникуя, снова глянула на подростка и вспышкой тьмы бросилась обратно за коробки, Уилбур вздрогнул, коробки упали, но за ними не оказалось ничего, кроме стен. Уилбур тупо моргнул. Это, наверное, сонный паралич или галлюцинация? Но он мог двигаться, а галлюцинации не появляются просто так. Мальчик ещё раз недоверчиво оглядел угол с коробками. Знаете что. Он не собирается разбираться с этим. Уилбур переворачивается на спину, закрывает глаза и приказывает себе заснуть. Как ни странно, это работает, и спустя некоторое время подросток мирно спит, будто ничего и не произошло.

***

Томми облажался, пиздецки облажался, о дьявол. В данный момент он сидит (лежит на животе, наполовину обратившись тенью) под кроватью Техно и обдумывает события минутной давности. Глаза широко вытаращены, заострённые пальцы впиваются в деревянный пол. Он не напряжён. Ни капли. Вообще. У него всё под контролем. Просто кто, блин, знал, что грёбанный Уилбур до сих пор не спит?! Слушайте, он самый тихий, самый неуловимый, самый контролирующий ситуацию большой человек. И он не виноват в том, что только что произошло. Он даже практически не шуршал коробками! Чистая случайность. Потом, он, правда, пропустил момент, когда можно было бы благополучно сбежать, чтобы не сделать всё ещё более неловким… Неважно. Ребёнок глубоко вздохнул и сложил голову на руки, расслабляясь и сердито фыркая. Наверху Техноблейд спокойно похрапывал. На стене тикали часы. Ладно, на самом деле никакой катастрофы не произошло. Ну видели его, и что? Это ведь даже лучше, страх и всё такое. Просто чем раньше Крафты узнают о его существовании, тем раньше съедут, чего Томми не хотел. Они интересные. Они скрашивают скуку. Впрочем, кому какое дело. В первую очередь эти люди — источник его силы, его еда, ни больше, ни меньше, верно? Так его учили. Он ненавидел эти уроки, но забыть их не мог. Встряхнув головой, отгоняя жужжание мысли, мальчик тихонько вылез из-под кровати и глянул на лежащего на ней подростка. Хоть этот спит. Ребёнок тихо вышел из комнаты и, чуть подумав, взмыл вверх по стене темнотой, просочился в комнату Фила, раз он сегодня всех посетил. Потом, правда, ему пришлось опять стать более телесным и зависнуть в углу, над шкафом. Быть тенью теперь требовало усилий, хотя обычно всё работало наоборот. Должно быть, вина человеческой пищи. Хотя он не так много её успел поесть… Ладно, потом над этим подумает. Филза тоже спал, положив руку под подушку, прядь волос прилипла к щеке. Его подвеска всё ещё была на месте, как и обручальное кольцо. Томми печально хмыкнул. Со спокойной душой мальчик улетел вверх, к себе на чердак, стал материальным и рухнул на кучу подушек в углу. Вслепую нашарил свой затасканный плед, укутался в него и закрыл глаза. Перед погружением в темноту сна он решил: раз уж начал пугать по крупному, то будет продолжать.

***

Утро проходило буднично. Окно открыто, впуская в дом свежий воздух, из гостиной доносятся звуки телевизора, который смотрит Фил. Техно помешивает свои хлопья, чтобы они размягчились, подперев щёку кулаком, его волосы распущены и нерасчёсаны. Дверь ванной хлопает, и из неё выходит сонно зевающий Уилбур. Он вытаскивает ещё одну тарелку, насыпает хлопья — какая-то часть просыпается на стол — наливает молоко и плюхается на соседний с близнецом стул. — Хей, — кивает Техноблейд. Уил снова протяжно зевает и кивает в ответ. — Доброе утречко, — подросток закидывает рассыпавшиеся хлопья в тарелку, — что снилось? — Мм, что-то про то, как я, папа, Ники и тот ребёнок, ээ, Ранбу, — он осматривает хлопья: нет, ещё суховаты, — у нас был какой-то… Синдикат? И я там ещё искал стол в каких-то подземельях. Уилбур хмыкает и засовывает в рот ложку, хлопья громко хрустят. — А мне про жуткую детскую фигуру в моей комнате. Техно моргает и смотрит на брата. Съедает ложку хлопьев. — Да, дети это страшно, — мычит он, но потом приподнимает бровь, — и всё таки, ты уверен, что тебе это снилось? Уилбуру почти не снятся сны, а если и снятся, то в основном кошмары. Но обычно они не такие. — Ну, либо так, либо у нас поселился призрак. Мальчики глядят друг на друга. Молчат. И разражаются смехом.

***

Филза расслабленно развалился на диване. По телевизору шла третьесортная мелодрама с элементами детективного блокбастера. Или детективный блокбастер с элементами мелодрамы? Зрелище было смехотворным и нелепым, но внезапно интересным. На экране шёл переход к напряжённой сцене, герои разговаривали, когда из-под старого дивана у стены вышел Томми. Он медленно, абсолютно бесшумно прошёл босыми ногами за спиной Фила. Тот сидит и смотрит только на телевизор. Ребёнок становится совсем близко, чуть левее мужчины, и уже поднимает руки, чтобы коснутся чужой шеи ледяными ладонями и напугать, как… — Ты врал мне! — восклицает женщина в фильме. У неё ужасно размазана тушь по щекам, она скалит зубы и странно трясёт головой, очень переигрывая. Томми замирает на полпути и засматривается на происходящее на экране. Руки с растопыренными пальцами всё ещё нелепо висят в воздухе. — Нет, это не так, — с постным лицом говорит главный герой, — на самом деле Анджела не та, кем кажется. Далее мелькает серия флешбеков, в которой становится ясно, что предполагаемая любовница на самом деле была сообщницей злодея, которая пыталась подложить яд под их матрас и специально подорвала доверие женщины к герою. Потом рассказывается ещё и часть выходок и планов злодея. Мальчик опускает руки и подходит ещё ближе к дивану, вглядываясь в телевизор. Филза не обращает на него никакого внимания, также сосредоточеный. Герои говорят нелепо-пафосную речь, и почти признаются в любви, как внезапно на главного героя нападают сзади, он отвлекается на драку, а вопящую женщину садят в машину и похищают. Герой, разделавшийся с бандитами, не успевает догнать их, у него звонит телефон, и показывают злодея, выглядящего как типичный офисный работник средних лет. Фил и Томми так и следят за фильмом, не замечая друг друга. Это продолжается ещё некоторое время, прежде чем телефон в коридоре звонит, Филза вздрагивает, как и Томми, и ребёнок внезапно вспоминает ситуацию и быстро ныряет под диван, прежде чем старший его заметит. — Я возьму! — кричит Уилбур. Он снимает трубку, разговаривает немного. — Техно! Иди сюда! Это Ники! Фил ухмыляется и поворачивается обратно. — Она отказала мне, сказала, что любит тебя! — доносится из телевизора. Лежащий под диваном Томми даже не слишком расстроен неудавшейся попыткой пугания. У него есть дела поважнее, ага.

***

Фил ушёл в город, одолжить у кого-то там газонокосилку: они сегодня собирались привести в порядок задний двор. Уилбур повязал свой фартук и принялся за мытьё посуды, а Техно пошёл в ванную, чтобы закинуть одежду в стиральную машину. — Подожди-подожди! — отскакивает от раковины Уил, капая мокрыми ладонями на пол, Техно останавливается. — Загляни в мою комнату, я там кажется забыл парочку грязных вещей. Техноблейд закатывает глаза на его милую улыбочку и фыркает "бельевая корзина у нас стоит не просто так", и заходит в ванную, чтобы взять таз. Другой подросток тем временем потягивается и смотрит в сторону. Замечает что-то и подскакивает к окну. Техно выходит. — Там почтальон! Надо познакомится! — Удачи, — кидает близнец, берёт таз под руку и уходит на второй этаж. Уилбур выбегает из дома, а за ним и ухмыляющийся Томми. Пожалуй, пройтись по дому было хорошим решением, ведь подросток вспомнил про шкаф с кучей вещей, которым не помешала бы стирка. Позже надо будет ещё постирать шторы. Техноблейд спускается, Уила всё ещё нет. Мальчик разворачивается и идёт в гостиную, потому что у его брата есть дурная привычка развалится на диване, снять носки, а затем забыть убрать. Бра. В доме тихо, слышно только его шаги и мычание мелодии. Он не понял, почему остановился у двери в подвал. Вернее, сначала не понял: вскоре подросток уловил какой-то звук. Что-то вроде… Скрежета? Техно хмурится, подходит ближе к двери и прикладывает к ней ухо. Прислушивается. Это какой-то заедающий металлический скрип, будто старую качелю раскачивают туда-сюда с короткой периодичностью. Этот звук наиболее яркий, но на фоне слышатся ещё, менее различимые, скрежет и едва уловимый лязг. На мгновенье даже кажется, что он слышит поскрёбывание когтей. Мальчик размышляет. Грызуны? Да нет, наверное, ему показались скребущиеся звуки. Тогда, наверное, там какой-то сломанный механизм пришёл в действие. Или это лист металла качается. Чем дольше он слушает, тем больше звуки перемешиваются и становятся менее различимыми. Почему-то голова начинает побаливать. Техноблейд отрывается от двери, встряхивается, качает головой и поудобнее перехватывает таз. У него пока есть работа. Грязные носки и всё такое. Уилбур возвращается, чирикает что-то о приятном дедушке-почтальоне, неустойчивых почтовых ящиках и несносных воронах, и продолжает мыть посуду. Когда Техно уходит из гостиной (оказалось, что там валялись и его носки, но об этом мы не говорим), он снова подходит к двери. Шум воды, звон посуды и звуки природы за окном наполняют уши, показывая, как странно тихо было раньше. Из подвала ничего не слышится.

***

Трава на заднем дворе высокая, чуть ли не по пояс, шелестит на лёгком ветру. Солнце слепит глаза. Тепло, но пока, к счастью, не слишком жарко. Томми лежит на крыше, раскинувшись, как морская звезда, подставляя лицо солнцу. Греется, как довольный кот. Он приподнимается и видит, что Крафты нашли в зарослях его качелю — она ржавая и громко скрипит, но вполне устойчивая и пригодна для качания. Её установила та первая семья. Ребёнок усмехается и слезает ниже, на балки между вторым этажом и чердаком, тень скрывает его от взглядов. Он наслаждается ветром и весело болтает ногами в воздухе. Филза заводит газонокосилку, та жужжит на всю округу, и вороны на деревьях любопытно каркают на неё. Подростки же заинтересовались чем-то на земле. Это был муравейник, совсем малюсенький, меньше ботинка. Муравьи сновали туда-сюда по своим делам. — Видишь, Тех, какая удача! Мне не разрешали завести муравьиную ферму, а тут она сама завелась. Техноблейд в ответ лишь фыркает. — О, знаешь, я их покормлю, — решительно ухмыляясь, кивает Уилбур, — что там муравьи едят? — Сахар, — скептично произносит Техно. Подросток угукает и уносится в дом. Через некоторое время он прибегает с пакетом сахара. — Вот, муравьишки, как хороший хозяин, я принёс вам угощение... Мальчик аккуратно наклоняет пакет — и половина сахара сваливается на муравейник и погребает муравьёв под собой. Уил тут же ойкает и поднимает пакет, но уже поздно. — О нет, бля, вот чёрт! Слишком много, слишком много сахара– Техноблейд тем временем, провалив попытки сдержатся, сгибается пополам от заедающего смеха. — Ты– Ты просто, — он прерывается, чтобы вновь расхохотаться. — Я убил их заботой! — восклицает Уилбур сквозь хихиканья, хватаясь за голову. Через некоторое время после того, как они успокоились, расстроенный Уил относит остатки сахара обратно, пока Техно говорит ему, что теперь он пьёт только несладкий чай. Другой мальчик в ответ угрожает и на близнеца сахар высыпать.

***

Техно развешивает бельё на теперь скошенном заднем дворе. Уилбур и Фил в доме, заняты чем-то своим. А вот Томми с ним. Пока что он прячется за углом, наблюдая за мальчиком. О, это будет великолепно! Техноблейд напевает, берёт из таза постиранную футболку и закидывает её на верёвку, протянутую между двумя покосившимися деревянными столбами. Вытаскивает из кармана шорт прищепки, пристёгивает футболку за края. Когда он снова наклоняется за вещью, Томми пробегает мимо него и прячется за одним из столбов. Подросток достаёт простынь, перекидывает её через верёвку, зацепляет левый край прищепкой и идёт дальше, чтобы зацепить второй. Тем временем ребёнок подбегает к футболке и с щелчком отстёгивает одну из прищепок, та падает на траву, а мальчик пробегает за простынёй к другому столбу. Техно замечает падение, прикрепляет простынь и идёт обратно, чтобы подобрать прищепку. Поднимает её, берёт край футболки, подносит всё к верёвке… И тут Томми проносится за висящим бельём и шмыгает за угол дома, сразу же выглядывая, чтобы оценить эффект и Техно, который… Абсолютно спокоен?! Подросток всё также, напевая, продолжает развешивать вещи. Казалось, он даже не обратил внимания на ребёнка, пробежавшего перед его носом. Спрашивается: как?! Мальчик оторопело смотрит, как Блейд берёт таз в руки, чтобы перейти к незанятой части верёвки. В поле зрения входит Уилбур. Он с гаденькой улыбочкой подкрадывается к брату. — Бу! Техно резко вдыхает и замирает, едва заметно вздрагивая. Уил смеётся, а Блейд хмурится и шлёпает его мокрым носком по лицу. Томми в шоке и неверии распахнул глаза. Уилбур? Грёбанный Уилбур смог напугать Техноблейда, а не Томми? Это несправедливо! Вопиюще! Ужасно! Он забирает работу Томми! Знаете что? Он обиделся! Уйдёт к Филу! Вот он то никогда не подведёт! А эти пусть себе пугают сами себя! Дураки! Ребёнок сердито фыркает, топает ногой и тенью улетает в дом.

***

Фил с расслабленной улыбкой готовит обед. Из телевизора в гостиной звучит музыка, свет заливает кухню через окно, поют кузнечики в траве, каркают вороны. Этот дом начинает действительно становится домом, не так ли? Мужчина заканчивает резать картошку и идёт ставить сковородку на плиту. Когда дело сделано и газ зажён, остаётся немного подождать, пока сковорода нагреется, а Филза пока идёт к холодильнику. Берёт упаковку яиц. Ставит её на гарнитур. Разворачивается, чтобы подойти к столу. Картошка сдвинулась. Разделочная доска с ней просто лежит на противоположном конце стола, будто так и надо. Филза моргает. Так, это не нормально. Он обходит стол и недоумённо поднимает доску. В ней нет ничего необычного. Только… Ему кажется, или картошки стало чуть меньше? Внезапно дверцы настенных шкафов с грохотом распахиваются, заставляя мужчину подпрыгнуть и выругаться сквозь зубы. Он подходит к гарнитуру, откладывает картошку и закрывает шкаф, петли противно скрипят. Фил поворачивается к плите и видит, что газ выключен. Это определённо ненормально. Ещё один грохот — на этот раз закрылось окно. — Ээ, слушай, может хватит? — отлично, теперь он разговаривает с воздухом. Крафт подходит и открывает окно. Вороны снаружи затихли. Мужчина оборачивается и видит, что миска с картофельным очистками передвинулась на середину стола. Он с опаской обходит мебель и, стараясь не нервничать, оглядывает гарнитур. Яйца. Картошка. Спичек нет. — Ла-а-адно, — тянет Филза, не рискуя снова поворачиваться. Стул скрипит по полу. — Эм… — он замечает, что количество картошки снова уменьшилось. Мужчина открывает шкаф, в котором лежит еда, и достаёт практически пустой (он не мог так быстро опустеть) пакет шоколадного печенья. — Может ты хочешь поесть, приятель? Нет ответа. Что-то мелькает в углу зрения, но Фил не двигает головой, только подходит обратно к обеденному столу и аккуратно кладёт на него три оставшихся печенья. Сминает в кулаке пакет. Медленно оборачивается и подходит к плите. Спички лежат там, где лежали, хотя их точно не было. Мужчина вновь зажигает газ, не обращая внимания на шорохи позади себя. Когда окружение становится расслабленным, будто кто-то убрал эту странную атмосферу, как ткань с клетки канарейки, Филза, выждав ещё минуту, оборачивается. На столе ничего нет, кроме миски, ножа и крошек. Снова светло. Снова погожий летний день. Фил хмыкает с нервной ухмылкой и возвращается к готовке. Надо будет купить ружьё.