течет любовь по венам

«Чемоданы в Москву были давно собраны, еда в дорогу разложена по судочкам, а я старался не нервничать из-за предстоящего переезда. Было смутное ощущение, что что-то произойдет, но я не знал, что. Интуиция меня никогда не подводила, поэтому тревога не покидала мое тело в течение всего вечера. Поезд был ровно в 2 часа ночи. Сидя перед телевизором в 22:31 и просматривая разные передачи, я продумывал каждую деталь: как приедем с Эмилем в огромный город в 7 утра, как пойдем в первую попавшуюся кофейню и выпьем свежайший капучино с небольшим кусочком чизкейка, а после поедем заселяться в квартиру, которая прекрасно подходила нам двоим. Но мои мысли прервал звонок в дверь. Я не мог предположить, кто это, ведь со всеми ребятами мы встречались на вокзале. Переборов чувство страха, я поплелся к двери. — Привет! Нужно поговорить, — в квартиру влетела Полина с сумкой и огромным чемоданом. Видимо, разговор планируется долгий. И настолько, что до двух она даже успеет заехать к себе за вещами. Я, конечно, ее впустил, но теперь мои нервы разыгрались не на шутку, ведь плохое предчувствие дало о себе знать. О чем понадобилось поговорить перед самым отъездом? Поставив чайник, я все-таки решил послушать, с чем пришла ко мне моя бывшая ученица, а по совместительству подруга. — Дим, есть большая проблема, — начала она, сидя за столом, пока я разливал кипяток по кружкам. — Мне угрожали. Я затаил дыхание. Что-что, но этого я точно не ожидал услышать. — Кто? — единственное, что я мог выдавить сквозь большой комок в горле. — Они представились. Но дали понять, что тебя разыскивают, и если я тебя не сдам перед поездом им в руки, то «Масленникова этого и всю нашу шайку они пустят на суп». Цитата… В глазах Полины играл страх со смятением. Она правда не понимала, кто это был и как можно решить проблему, но в моей голове уже все ложилось по полочкам. Меня снова ищут, снова что-то всплыло с того самого игрового прошлого… А может, это насчет того поджога?.. В голове появлялось слишком много теорий, каждая из них была весомой для того, чтобы вновь возобновить поиски моей персоны. — Полин, я не хочу вами рисковать… — лишь выдавил я, понимая, что нужно разделяться. — Делаем так. Эмиль едет в Москву. С тобой. Я не хочу, чтобы он оставался один. И за тебя тоже волнуюсь. — А ты? — испуганно спросила она. — Я скроюсь. Сначала пересижу тут, а потом посмотрим. У меня есть один человек в Московской области, с которым у нас было общее дело до моего криминального образа жизни, потом переберусь к нему, чтобы быть ближе к вам. Парням нужно исчезнуть. Глаза Полины наполнились слезами. Никто не хотел расставаться вот так, не попрощавшись. Она прильнула ко мне в объятья, мы простояли так минут пять, наслаждаясь последними минутами вместе… А я лишь прокручивал в голове то, что, возможно, вчера я видел тебя в последний раз. Слезы держались в груди, скрутившись в один огромный комок и не давая нормально вздохнуть. Я хотел исчезнуть с тобой, но не мог так сильно рисковать. Где есть я, там есть большая опасность. Я должен был испариться один. — Дим, насколько бы больно не было, я думаю, что не нужно нас искать. Даже если все станет на свои места. В прошлом году Эмиль и так многое пережил с твоими и мамиными историями. Не ищи нас, я о нем позабочусь. Я был с ней полностью солидарен. Мне не хотелось снова тебя «убивать» своим присутствием. Тем более я понимал, что все может повернуться не так, как хотелось бы. Я боялся за тебя. Полина разжала объятья, поцеловала меня в щеку, пожелала удачи, и, кинув на прощание «береги себя. Прощай», удалилась с вещами…» Долгий рассказ Димы застал врасплох. Я почти выпил весь кофе, который мне любезно предложил Денис, когда мы вернулись в эту каморку-бункер. Я переваривал всю инфу, которую только что получил. Принятие давалось слишком тяжело, ведь все 2 года я жил во лжи, лицемерии. Полина врала мне, говоря, что нас бросили… — Я знаю, что сейчас вы встречаетесь, вроде… — грустно выдавил Дима. Я лишь виновато посмотрел ему в глаза. Мне было обидно, тоскливо, что я не мог ничего ответить. Мне было стыдно, что я обвинял любимого человека в том, что он просто меня бросил на произвол судьбы. — Я лишь надеюсь, что у вас все хорошо, — улыбнулся Масленников сквозь слезы своей прекрасно знакомой улыбкой. А я все еще молчал. Не мог выдавить ни словечка, которое помогло бы развеять обстановку. — Что ты делаешь сейчас? — единственное, что пришло на ум. Безобидное, что не должно подкосить и так потревоженные нервы. — Стараюсь жить дальше. Я все-таки рассчитался за все обиды с теми мудилами. Все закончилось, но пока мне делают документы и очищают имя в базе данных, мне лучше оставаться тут, — Масленников встал со стула, выбросил стаканчик кофе в урну, в которой уже было штук десять таких же, и показал на доску, которая стояла позади. — Это я повторяю математику… Да, смешно звучит, но это так. За эти два года я ни разу не притронулся к геометрии или алгебре, не решил ни одного квадратного… — Ты пил? — Да. Очень долго, начал почти сразу. Денис говорил мне каждый раз про то, что, когда все закончится, придешь ты. Меня это пугало. Я не хотел, чтобы ты видел меня таким… Но ты уже увидел. Мне пока слишком тяжело, но я справлюсь. Денис посмотрел на меня, улыбнулся и кивнул. Я благодарно кивнул в ответ. Это было очевидно. Сидя в таком месте, тут и наркоманом стать недолго. Дима действительно выглядел плохо, и я об этом ему сказал, но также упомянул, что нет ничего страшного в том, что я увидел его таким. Вспоминая прошлый год, его состояния были различны, а я все это видел. Мне просто было слишком грустно это наблюдать. Мне было обидно за себя самого, мне было грустно, что я не смог быть рядом в такие тяжелые времена. Но я благодарен Денису за то, что помог Маслу… — Я всего месяц в ремиссии. Слышать это было больно. Слишком больно для меня. Я отодвинул гордость назад, куда-то далеко-далеко, и подошел к нему, чтобы обнять. Он снова, как раньше, оцепил меня своими большими руками, положил подбородок на макушку и глубоко дышал. Я лишь крепко-крепко сжал его, зажмурился и думал только о том, что я больше никуда его не отпущу. Я был готов строить все заново, как тогда на даче, но оставалось только разобраться с Полиной и остальными проблемами…