2.
1 августа 2022 г., 11:54
В унылых стенах просторного особняка дни тянулись монотонно и скучно, навевая тоску и пустоту. Бледные стены угнетали, не давая ни грамма тепла или уюта. Ватная тишина окутывала всё вокруг.
Знакомство с Джином оказалась неожиданно лёгким. Общительный омега сыпал каламбурами, заставляя Сараби едва сдерживать улыбку. По его словам, её выкупил друг его альфы на печально известном рынке. Сейчас же оба находились в деловой поездке в Китае.
Сараби излила душу перед Джином, поведав о своём одиноком прошлом, нелюбимой работе, человеческом непонимании и страхе, который сковал её на отвратительном рынке. Но о своей истинной сущности она пока умолчала.
В голове девушки кипели мысли о побеге. Ей было страшно, она не понимала целей альфы, купившего её. Сама мысль о том, что она оказалась на том ужасном рынке, была дикой и непонятной. Но с другой стороны, сейчас она находилась в безопасности, ей не нужно было работать, а сама по себе забота Сименя и Джина окружила её теплом и заботой.
Джин, видя смятение девушки и растерянность, не уставал поддерживать. Он много рассказывал о Юнги, его характере и привычках, что успокаивало и делало неизвестное будущее чуть менее пугающим.
Через некоторое время действие блокаторов, которые Сараби давно перестала принимать, прошло, о чём она совершенно забыла. Жизнь с омегой в доме и забота Сименя усыпили её бдительность.
***
Сладко зевнув, Сараби вышла в гостиную, где находился Джин. Омега, уловив запах, подскочил к девушке, недоуменно осматривая её. — Джин, что происходит? — спросила она, чувствуя нарастающее беспокойство. — Ты омега? — выпалил парень, и Сараби испуганно замерла. — Я всё объясню, — прошептала она, стараясь успокоиться. В этот момент в гостиной появился Симень. Учуяв запах, он застыл в шоке, ведь будучи бетой парень ни разу не ощущал ничей запах и не чувствовал это щекочущее чувство внизу живота. Инстинкты проснулись в нём с новой силой, и ему ещё больше захотелось оберегать девушку. Он смотрел на неё зачарованным взглядом, ожидая её объяснений вместе с Сокджином. Собрав всю волю в кулак, Сараби поведала им историю своей жизни, объяснив свою гибридную сущность и особенности взаимодействия с альфами и бетами. Особое внимание девушка уделила тому, почему Симень способен чувствовать её запах. Конечно, он не будет вести себя с ней, как альфа, но с этого момента между ними возникнет особенная платоническая связь. Жизнь в доме Кимов обрела новый смысл для Сараби. У неё появились близкие люди, которые понимали и принимали её такой, какая она есть. Джин своей безграничной болтливостью и неуёмным оптимизмом развеивал её страхи и вселял надежду. Постепенно Сараби освоилась в новом окружении, научилась жить в гармонии со своей сущностью. Хотя мысли о прошлом иногда навещали её, она больше не чувствовала себя одинокой или потерянной. Тем временем Джин сообщил, что Намджун и Юнги возвращаются из Китая, где успешно завершили дела бизнеса.***
Сараби медленно спускалась по лестнице, её босые ноги ступали по холодным ступеням. Она уже потеряла счёт дням, проведенным в доме семьи Ким. Время здесь пролетало незаметно в домашней рутине и беседах с Джином и Сименем. Снизу доносились приглушенные звуки телевизора, тихое напевание и звон посуды — в доме царила привычная семейная атмосфера. Сараби почувствовала, как её сердце забилось чаще, когда раздался звонок в дверь. На первом этаже раздались приглушенные голоса — веселый Сокджина и чужой, низкий и грудной. Это был альфа, безошибочно определила девушка. Любопытство взяло верх, и Сараби поспешила спуститься вниз. Холодный осенний ветер, проникающий через открытую дверь, заставил её пожалеть, что она выскочила в одной пижаме. Она остановилась на середине лестницы, пытаясь разглядеть незнакомца, с которым так тепло беседовал Джин. Заметив Сараби, альфа приветливо улыбнулся ей, и в тот же миг омега, стоявший рядом с ним, обернулся в её сторону. Девушка вздрогнула и поспешила спуститься с лестницы. Подойдя ближе, Сараби почувствовала тонкий, еле уловимый запах орехов. Альфа протянул руку в знак знакомства, и она пожала её. За завтраком Джун с улыбкой рассказывал истории о своих путешествиях по Китаю. Он поделился своими впечатлениями о местных традициях и забавных ситуациях, в которые попадал, вызывая смех у собравшихся за столом. Джун оказался приятным и обаятельным собеседником. Он был начитан и имел широкий кругозор, что поразило Сараби. Альфа с увлечением рассказывал о своих планах и мечтах, его глаза искрились энтузиазмом и надеждой. Сараби невольно прониклась к нему симпатией, хотя и понимала, что их знакомство скорее всего закончится после того, как она отправится к Юнги. Во время трапезы Джун упомянул, что после обеда отвезёт Сараби в дом Юнги. Девушка кивнула и обменялась взглядом с Джином. Они договорились, что Джин снабдит ее блокаторами на первое время. Позже они вместе поговорят с альфами, осторожно объяснив им ситуацию с Сараби и ее истинным положением дел. После завтрака Джун и Сараби вышли из дома и направились к машине альфы. По пути они разговаривали о разном: книгах, фильмах, музыке. Сараби чувствовала себя свободно и непринужденно в общении с Джуном, словно они были давно знакомы. Она поделилась с ним своей любовью к поэзии и искусству, а Джун рассказал о своем увлечении спортом и путешествиями. По мере того как они приближались к дому Юнги, Сараби охватила смесь волнения и печали. Она знала, что после этого дня ее жизнь снова изменится, и она не была до конца уверена, что ее ждет в будущем.***
— Юнги отправился к нашему старому товарищу, вернётся, полагаю, совсем поздно. Так что можешь тут располагаться, — пропуская девушку в дом и внося её багаж, произнёс Джун. Сараби не спеша осмотрела прихожую. Дом оказался значительно скромнее, чем особняк Кимов, но атмосфера здесь была гораздо уютнее. Теплые цвета интерьера и отделка из натурального дерева создавали впечатление домашней обстановки, словно она попала в объятия родного дома. — Мне нужно ехать, Сокджин будет волноваться, — Джун пристально наблюдал за девушкой. — Ещё увидимся, — он вышел за дверь, бросив эти слова, а Сараби лишь тихо кивнула. Омега ещё долго бродила по дому. Воцарившееся безмолвие нарушали только ее мягкие шаги. Ни слуг, ни иных посторонних в отличие от дома Кимов. Сараби отыскала комнату Юнги. Она оказалась такой же светлой, как и весь дом. На полках красовались многочисленные безделушки, большой рабочий стол был завален бумагами. Стараясь не трогать ничего, Сараби поспешила найти свободную комнату. Она была по соседству с комнатой хозяина, будучи такой же по размерам и обстановке, но пока еще оставаясь необжитой. Разобрав вещи, которые Кан приобретала совместно с Джином, а также небольшие подарки от Сименя и прочие мелочи, омега отправилась в душ, а затем улеглась в кровать.***
В тишине темного дома Сараби медленно спустилась по скрипучей лестнице, направляясь на кухню. Жажда мучила её, и она жадно глотала холодную воду из-под крана. Поднявшись обратно, она услышала громкий хлопок, за которым последовал грохот. Она услышала недовольное ворчание, доносившееся снизу. Юнги, в нетрезвом состоянии, возвращался домой, бросая обувь по пути. Страх сжал сердце Сараби, но она заставила себя спуститься. — Юнги… — тихо прошептала она, держась на безопасном расстоянии. Альфа поднял покрасневшие глаза, заметив позабытую им покупку. — А, тебя уже привезли? Я думал, Джун тебя забрал себе, — с горькой ухмылкой произнёс он, опускаясь на диван. — Ты пьян… Может, тебе лучше лечь спать? — робко спросила Сараби. — Спать? — повторил Юнги, и в его глазах появилось какое-то безумство. Омега перевела на него непонимающий взгляд, и Мин сразу же сгреб её в охапку, вдыхая аромат от ещё влажных после душа волос. Девушка невольно вздрогнула, запах сигарет и алкоголя ударил ей в нос, едва не порождая рвотные позывы. По спине парня прошёл неприятный холодок, заставляющий всё его нутро сжаться от злости, негодования и такого всеобъемлющего гнева и ярости, что его руки нервно затряслись. Он неспешно оттолкнул её от себя и заглянул в лицо напротив; его глаза недобро блестели. Ей вдруг захотелось спрятаться. Она всецело принадлежала только ему одному — и телом, и разумом. Любую близость принимать за манну небесную и быть готовой раздвинуть свои ноги. Она только открыла рот, но не успела ничего сказать. Прозвучал громкий хлопок, когда Юнги ударил её по щеке. Девушка боялась посмотреть на парня, но всё равно уставилась на него глазами, в которых застыли слëзы. Прижав её к стене, он бесстыдно лапал её хрупкое тело. Встретившись с её затуманенным слезами взглядом, он почувствовал что-то похожее на укол совести. Но жалость быстро угасла под влиянием гнева. — Пожалуйста… От-отпусти… — хрипло проговорила Сараби. Глаза Юнги вспыхнули яростью, и он с силой схватил её за горло. Её слова повисли в воздухе, как умоляющий вопль. Он отпустил её горло, но тут же ударил по лицу. Девушка скатилась на пол, держась ладонью за ухо, и Юнги медленно последовал за ней. — Тебе страшно? Избавить тебя от мучений? Омега не сразу поняла, что он имеет в виду, и нахмурилась, переведя на него испуганный взгляд. Он резко взял её на руки и пошёл к лестнице. Парень направился в ванную. Швырнув омегу на холодную кафельную плитку, как какую-то тряпичную куклу. Словно для надёжности пнул её в живот, отчего девушка громко закашлялась, давясь воздухом, и перед глазами поплыло до ярких мушек. Мин включил воду, омега начала дрожать от неприятных ощущений и холода. Альфа медленно стянул с неё шорты, вместе с футболкой и бельём, прижимая к себе ближе. Юнги натянул мокрые волосы омеги на кулак и оттянул назад, медленно начал прикусывать и целовать шею, оставлял бордовые засосы. При этом, сильнее сжимал оголенное бедро девушки. Она билась в истерике, и её голос срывался на крик. Перед глазами Юнги пелена, он едва ли отличал её голос от писка назойливого насекомого. По комнате громким эхом разлетелся ещё один вопль, когда парень протолкнул в неё сразу два пальца, как можно глубже, и его лицо стало ещё больше озлобленным, когда он не ощутил влагу на кончиках. — Настолько я тебе противен, дрянь? — исходился гневом Мин и снял с себя ремень. Он замахнулся и ударил им сначала по животу, от чего Сараби инстинктивно прикрылась руками, сжавшись в комок и подогнув ноги к груди, но он нанёс удар снова, попадая железной пряжкой по коже — маленькие красные капли проступили на поверхности. Омега начала задыхаться. Во всех возможных смыслах. Она не могла понять, кому больнее: телу или её душе. — Затихла? — донёсся до неё голос альфы, и девушке кажется, что ей просто снится страшный сон. Потому что когда на несколько секунд всё прекратилось, она было хотела вздохнуть спокойно. Но парень резко раздвигает ноги омеги и входит во всю длину. В ванной эхом раздаётся громкий крик. Тело начало дрожать от жуткой боли, и по нему пробежал табун мурашек. Хлынула не большая струйка крови, Юнги остановился и вышел. Он лишь пошло улыбнулся и снова вошёл. Крики разносились по всему дому, каждый его толчок отражался новой порцией боли. Девушка перестала чувствовать ноги, и всё тело будто окаменело. Она не была готова к такому. Парень стонал в голос, наслаждаясь её узостью и криками. Ускоряя темп, он сжимал её бедра, прижимая ближе к себе. Она уже не кричала, не сопротивлялась, лишь смотрела ему в лицо сквозь слёзы. Альфа проходится по телу Сараби своими губами и, не сдерживаясь, кусает омегу в районе шеи, оставляя там свою метку. С последними толчками парень издал громкий рык и излился глубоко внутрь.
