Волчья ягода

      Утром Юнги проснулся рано, горло жгло и голова жутко раскалывалась, а мышцы сильно ныли. Альфа спустил ноги на холодный пол и поёжился. Он не спеша спустился на первый этаж, наблюдая весь беспорядок, который сам вчера устроил.       После приёма обезболивающих таблеток он отправился в ванную, надеясь облегчить своё состояние под горячим душем. Но увиденное повергло его в шок: в неестественной позе на холодном кафеле лежало безжизненное тело.       Ещё мокрые волосы были запутаны, на полу растеклась не большая лужица крови. Он тщательно осмотрел обнаженное тело, покрытое множеством синяков и кровоподтёков. Но самым ужасающим зрелищем была шея девушки с меткой Юнги. Теперь они были неразрывно связаны, их запахи сплелись воедино, создавая неразрывную связь альфы и омеги.       Свалившись на пол, Юнги зарылся пальцами в волосы. Это было не то, чего он ожидал. Не так он хотел узнать об этом. Юная омега вовсе не должна была страдать из-за его несдержанности и пагубных привычек.       Собравшись с мыслями, альфа набрал тёплую ванну и бережно перенёс девушку туда. Затем он поспешил позвонить Джину. Объяснив ситуацию, Юнги получил в ответ поток проклятий.       Пока Джин был в пути, Мин омыл тело омеги от крови и следов спермы. Он уложил её на свою кровать и укрыл одеялом. Юнги неотрывно наблюдал за мирно спящей девушкой, пока в комнату не ворвался разъярённый Джин, держа в руках какой-то пакет.       Мин ожидал любой реакции, но то, что старший яростно схватился за футболку, сжимая её в кулаки, с выпученными глазами, заставило его содрогнуться. — Ты хоть понимаешь, что натворил, идиот? — прорычал Джин, его голос сотрясал комнату. — Ты причинил вред омеге! Как ты посмел так поступить? — Юнги молча смотрел в пол, чувствуя себя виноватым и подавленным. Он знал, что сделал что-то ужасное. Джин, его лучший друг, был в ярости, и альфа понимал, что он заслужил это. — Я не знаю, Джин, — прошептал Юнги наконец. — Я не хотел этого. Я был пьян, не сдержал себя. — Ты причинил боль и унизил невинную девушку. Ты должен понести за это ответственность. — Мин кивнул, чувствуя, как слёзы навернулись ему на глаза. Он понимал, что омега прав. У него серьёзные проблемы с алкоголем, и он больше не может отрицать это.       Когда Намджун разыскал ребят и обнаружил Сараби в шокирующем состоянии. Впав в замешательство, он немедленно обратился к Юнги с вопросом: — Что это значит? — Она не обычная омега. Она гибрид. Такие не живут долго, если не находят человека, которому бы принадлежали. А Юнги поставил на ней метку, это работает с большей силой, если он не будет рядом и заботится. Кстати! — воскликнул парень, вспомнив и откинул с плеча девушки одеяло. — Ты что совсем рехнулся? — воскликнул потрясенный Сокджин, когда увидел синие расплывающееся до груди пятно. — Я не понимал, что делаю. Я ничего не помню. — Стал оправдываться альфа. — Ей к врачу нужно, срочно. — Вопил омега. — Я знаю, позже позвоню Хосоку. — Ответил Юнги, потирая виски. — Не позже, а сейчас! Джун позвони пожалуйста. — Молил старший. — Боже, она же совсем ещё ребёнок… — неожиданно тот шлёпнул рукой по плечу младшего и зло свёл брови, сжав губы и грузно выдохнув через ноздри, — Ты просто остолоп! Как ты мог припереться в таком состоянии домой, зная, что она здесь? Тебе, что, одно место в штанах на мозги давит? Я думаю это легко можно исправить! — он схватился за рядом лежащее полотенце и несильно ударил им в бок альфы.

***

      Прибывший Хосок, который был весьма осведомлён в медицине, долго выражал своё недовольство Юнги. Он настойчиво рекомендовал Мину обеспечить надлежащий уход за девушкой и снабдил его всеми необходимыми лекарственными препаратами. Несколько раз подчеркнул важность заботы о необычной омеге, поскольку он уже заклеймил её.       По прошествии трёх суток Сараби наконец очнулась. Рядом сидел Юнги, который только закончил обрабатывать её метку.       Парень сразу заметил, как ресницы начали подрагивать. Омега медленно открыла веки, немного жмурясь от солнечного света. Увидев альфу она сильно пугается, подскакивает на локтях. — Сараби, — тихо начал уже альфа. — Я приготовлю еды. Тебе нужно поесть. — Однако девушка лишь покачала головой в знак отказа, по её лицу потекли слёзы. Юнги понял, что не стоит настаивать, и тихо покинул комнату. Позже он принёс поднос с едой, поставил его на прикроватную тумбочку и незаметно удалился.       В течение последующей недели девушка продолжала хранить молчание, отвечая на вопросы Юнги лишь еле заметным кивком. Её тело постепенно восстанавливалось, боли отступили. В гости часто наведывались Джин и Симень, а также Хосок, который регулярно контролировал состояние омеги.       Жизнь в доме протекала в абсолютной тишине. Смирившись со своим положением, Сараби начала понемногу заниматься хозяйством. Она убиралась, готовила для себя и Юнги, что вызывало у него радость. Они могли подолгу сидели перед экраном телевизора, но на достаточном расстоянии друг от друга. Также омега часто заходила в комнату Юнги, где молча наблюдала за его работой.       Единственным, к чему Юнги никак не мог привыкнуть, была реакция девушки на его прикосновения. Стоило ему лишь приблизиться к ней, как она вздрагивала от страха. Это больно ранило альфу, заставляя испытывать чувство вины за случившееся.

***

      После расслабляющей ванной, переодевшись в пижаму, Сараби направилась на кухню в надежде полакомиться чем-нибудь вкусным. Однако её внимание привлекли всхлипы, доносившиеся из комнаты Юнги. Сараби знала, что её альфа раздавлен чувством вины. Джин тоже упомянул об этом, но, похоже, не особо поддерживал своего друга.       Несмотря на то, что девушка уже давно преодолела страх перед Мином, в ней всё ещё оставалось тревожное предчувствие.       Наконец решившись, омега осторожно приоткрыла дверь и шагнула в комнату Юнги. Альфа сидел на кровати, склонив голову к коленям. Его глаза были скрыты ладонями, и он издавал подавленные рыдания.       Парень вздрогнул, ощутив на своей макушке тёплое прикосновение. С заплаканными глазами он поднял взгляд на свою омегу, затаив дыхание, словно боясь испугать её. Сараби присела между ног Юнги и обхватила его лицо своими нежными ладонями. Она ласково вытерла его слёзы.       Альфа положил свои руки поверх её маленьких ручек, и Сараби робко приблизилась к его губам. Их поцелуй был едва заметным, но он стал утешением для обоих.