Кружится голова

No matter how many breaths that you took, you still couldn`t breathe*

«-Так он изнасиловал тебя, а потом переспал с Луи при первой возможности? -Да, он превратил наши отношения в кошмар. Очевидно, что Луи был пьян, когда трахнулся с парнем, который причинил мне боль, и я искренне надеюсь, что он чувствовал себя в тот момент полным дерьмом. Этот человек сломал все, что у нас было, принес мне столько неприятностей и бед. Луи тоже страдал, но никто не мучился больше меня, я точно знаю. Особенно после того, как я потерял свою последнюю надежду». -Луи официально не любит меня больше, - Марсель пробормотал едва слышно, пытаясь уяснить это и смириться, но Эдвард все равно его слышал. -Почему ты так решил? -Это долгая история, впрочем, думаю, время у нас есть. Но я хотел бы, чтобы мы пошли в мою комнату и поговорили там, если, конечно, ты действительно хочешь все это услышать, - голос Марселя был монотонным, потому что у него больше не осталось сил на эмоции. Но на самом деле, внутри все было строго наоборот. Чувства взрывались в нем, так что постараться скрыть их – было неплохой идеей. Эд осторожно последовал за ним, почти боясь того, что он может узнать. А Марсель собирался рассказать ему все. Они устроились в его комнате, и парень сделал глубокий вдох, успокаиваясь, потому что глаза уже заполнились слезами. -Это было спустя неделю после Дня благодарения, и мы пошли в клуб. Я был мертвецки пьян, а ты знаешь, вообще-то я это не люблю. Мы с Луи веселились и в конечном итоге собирались уже отправиться домой и заняться такими вещами, о которых ты предпочел бы не знать. Но все пошло не так. Когда я опомнился, то не смог найти Луи поблизости. Я действительно пытался найти его, но просто не мог. Этот парень подошел ко мне и начал приставать, заставлять куда-то пойти с ним. Прежде чем я понял, что происходит, он уже выволок меня в переулок. Он целовал меня, и он… он… - Марсель прервался, разрыдавшись. Но Эдвард уже знал, что он пытается ему сказать. Все внутри него кипело от бешенства, и он поспешно притянул младшего брата в объятия. – И я снова забеременел, а Луи узнал об этом и назвал меня шлюхой, - всхлипнул Марсель, прислонившись к Эду. Тот медленно успокаивающе потирал спину брату. -И хуже всего то, что я пришел сегодня к Луи и узнал, что он переспал ни с кем иным, как с этим же парнем, который меня изнасиловал, Эд! И он ничего не сделал, просто стоял и смотрел на меня, как на дурака, а этот урод сказал, что я шлюха… шлюха… - он плакал, задыхаясь от слез и сотрясаясь всем телом от рыданий. Марсель старался успокоиться изо всех сил, но не мог остановиться. Эдвард держал его в объятиях очень долго, прежде чем встать. Мальчик плакал, пока не заснул. Старший брат уложил его в кровать, накрывая тонким одеялом. Он выбежал из комнаты и кинулся вниз по лестнице, перескакивая по несколько ступеней. -Куда ты идешь? – окликнула его Энн. -Думаю, самое время надрать задницу Томлинсону! – выкрикнул Эд на ходу. -Что? Подожди, Эдвард, почему? Что случилось? – встревожилась женщина, стараясь задержать сына, готового в данный момент на убийство, дома. Его жесткий взгляд и сжатые кулаки настораживали. -Ну, я не знаю. Может быть, то, что Марселя изнасиловали, а Луи был настолько слеп, чтобы пойти и переспать с тем же человеком, от которого и пострадал мой бедный брат! – закричал парень, и Энн замерла с расширенными от ужаса глазами. Эдвард вылетел из дома, а миссис Стайлс заплакала и поспешила в комнату младшего сына. Теперь все обрело смысл. Вот почему Марсель впал в депрессию, вот почему он снова беременный, вот почему он испугался, когда наблюдал сцену изнасилования в «Сталкере». -Мой малыш! – прошептала она, садясь у постели мальчика. Эдвард тем временем, наплевав на превышение скорости, подъезжал к дому Луи, надеясь еще застать там этого ублюдка, который изнасиловал Марселя. Он буквально готов был убить его и был уверен, что сделал бы это, если бы мог. Ему не хотелось бы заработать тюремный срок. Но это единственное, что его останавливало. Эдвард практически ворвался в дом, и два парня в гостиной резко замолчали. Темноволосый незнакомец и Луи. -Ты! – рявкнул Эд, прищурившись и указав на брюнета. Тот смутился на секунду, принимая его за вернувшегося Марселя, прежде чем заметить множество татуировок на его теле и глаза другого цвета. Но времени, чтобы отметить все изменения в Стайлсе у парня не было – Эдвард бросился на него, мгновенно награждая ударом в лицо. -Ебаный ублюдок! Как ты мог сделать это с моим братом?! -Стоп! Эдди, остановись! Что ты делаешь? – Луи попытался оттащить друга от своего ночного гостя. – Оставь его в покое, Эдвард. Марсель сам сделал свой выбор! -Свой выбор? Луи, ты, блять, издеваешься?! Ты думаешь, он выбирал, чтобы этот поддонок зажал его у стены и изнасиловал?! Думаешь, он хотел пережить это дерьмо?! Думаешь, он хотел забеременеть от случайного человека?! Человека, который силой заставил его делать то, чего он вовсе не хотел? Отвечай мне, Томлинсон! – Эд кричал и кричал, а глаза Луи медленно наполнялись осознанием и слезами. Все внезапно встало на свои места. Поэтому он нашел окровавленную одежду на дне шкафа… -Боже, нет… - пробормотал парень. Что он натворил? В полной прострации Луи отошел от Эдварда, доставая свой телефон и набирая 999. -Здравствуйте, опишите, пожалуйста, вашу экстренную ситуацию? – спокойно ответили ему. -Человек, изнасиловавший моего парня, сейчас находится в моей гостиной, я хотел бы, чтобы он был арестован, - он продиктовал свой адрес, чувствуя, что его трясет. – Держи его, - кивнул он Эдварду, впрочем, тот и не собирался ослаблять захвата. Томлинсон не находил себе места, понимая, что он должен как можно скорее поговорить с Марселем. «Я относился к нему, как к дерьму, после того, как его изнасиловали, и ему пришлось избавиться от невинного ребенка», - осознание того, сколько боли пришлось пережить его мальчику, разрывало его изнутри. Сейчас Луи не хотел ничего больше, чем наказывать себя любыми способами снова и снова до тех пор, пока не перенесет столько же страданий, сколько и Марсель. Но это невозможно. Как он мог не понять? Как он мог не обратить внимания, что его парень разваливается на части, буквально умирает, на его глазах. -Марси… Мне так жаль… - шептал Томмо, мечтая, чтобы Стайлс оказался здесь и услышал его слова. – Но почему он ничего не сказал?! – он яростно ударил кулаками в стену, а затем без сил сполз по ней. – Почему? Неожиданно громкий стук в дверь прервал его истязания, но он прекрасно знал, кто был на пороге. Луи открыл, пропуская в дом трех мужчин. -Где он? – быстро спросил один из них, и шатен указал туда, где Эдвард удерживал насильника. – Он задержан до выяснения обстоятельств. Полицейским не составило труда, закрепить руки этого парня за спиной наручниками. Параллельно они начали задавать ему несложные вопросы, вроде его личных данных, но он не отвечал. -Как тебя зовут?! – вскипел Эдвард, зарабатывая предостережение от копов, но зато молчание задержанного было нарушено. -Ной. -Фамилия? -Г-Гримшоу, - пробормотал он едва слышно, но Луи все равно услышал, и его сердце чуть не остановилось. Ему сразу же вспомнилось, как ночью парень упоминал о том, что у него есть муж, когда Томлинсон собирался остановить его, вспомнив Марселя. «Я спал с мужем Ника… О, Боже, муж Ника изнасиловал моего парня». Эд притих, заметив, как Луи изменился в лице. «Я даже видел его однажды раньше, как я мог быть таким идиотом? И этот урод и Ник ведь растят вместе ребенка!» Луи схватил телефон, мгновенно набирая номер, который знал наизусть. Но вызов был перенаправлен на голосовую почту. «Черт, Марсель, возьми свой гребаный телефон!» Наконец, он сдался, отбрасывая трубку на журнальный столик. -Эдвард, пожалуйста, позволь мне поехать к вам домой. Мне нужно увидеть Марселя! – Томмо паниковал, но Стайлс даже не сдвинулся с места. В этот момент из дома под руки выводили Ноя. Эд так и не успел отказать или разрешить, потому что один из полицейских подошел к Луи. -Офицер Доукинз, - представился он, протягивая парню руку. -Луи Томлинсон, - тихо ответил тот. -Итак, я должен задать вам несколько вопросов, хорошо? – Луи кивнул. – В вызове вы утверждали, что задержанный изнасиловал вашего парня, это он? – офицер указал на Стайлса. -Нет, это его брат, Эдвард. Марсель, мой парень, не сказал мне, что подвергся насилию, но ему признался, поэтому Эд здесь, - объяснил Томлинсон, не обращая внимания на боль, сжимающую тисками сердце. -Вы знаете, как давно это произошло? -Это было в начале декабря… Так что, около двух месяцев назад… он никому не сказал сначала и… - Луи начал метаться по комнате, но полицейский его остановил. -Это нормально, большинство людей не рассказывают о таких вещах даже близким. Надо полагать, парень замкнулся в себе? – Томлинсон кивнул, снова чувствуя подступающие слезы. Это ужасно. Но хуже всего, что он сам переспал с тем ублюдком, который изнасиловал его мальчика и, к слову, оказался мужем его босса/друга. Как можно так облажаться? -Да, - прошептал Луи, поднимая глаза на Эдварда. Тот молчал, нахмурившись и скрестив руки на груди. Томмо нервничал и сходил с ума от необходимости увидеть Марселя прямо сейчас. Вина уже достаточно изгрызла его, и все, в чем он нуждался, – это его мальчик. Но предварительно надо убедить в этом Эда. -Мне нужно увидеть его, Эдди, ты не понимаешь… - начал Луи, видя, что его друг напрягся. Стайлс всегда ненавидел наблюдать за чьими-то страданиями и всячески старался избегать этого. -Луи… Я не знаю… - выдавил он, чувствуя, что в глубине души ему жаль и старого товарища. Эдвард понимал, что все еще видит в Луи мальчика. Но тому – двадцать два, и он уже не мальчик. Он мужчина. И он должен увидеть Марселя. Вряд ли стоит ему препятствовать. Прежде, чем Томлинсон сказал что-то еще, Стайлс просто кивнул ему, и тот незамедлительно бросился к машине. -Мы должны попасть туда как можно быстрее! – Луи никак не мог успокоиться. – Прежде чем он натворит какие-нибудь глупости, - добавил он, раз за разом вспоминая, что однажды Марсель уже чуть не покончил с собой. Казалось, его жизнь отмоталась назад, и все снова висело на волоске. Марси и Марсель – целый мир для Луи, он не мог потерять кого-то из них. Эдвард не единожды нарушил скоростные ограничения по пути домой, но Луи был уверен, что полицейские поняли бы их, объясни они, что от скорости их движения зависит чья-то жизнь. Парни ехали в молчании, и полную тишину разбавлял только Томлинсон, шмыгающий носом. Он всхлипнул, закашлялся и задержал дыхание, стараясь успокоиться, но его снова одолел кашель вперемешку со слезами. И это серьезно действовало Эдварду на нервы, потому что он вроде бы старался быть сильным и спокойным, но это давалось все труднее и труднее. Луи свернулся в кресле, подтянув колени в груди. И Эд понял, что его друг действительно заботится о его брате. Даже прежде чем Томмо признался самому себе в своей ориентации, он уже заботился о Марселе. За все это время его чувства переросли во что-то большее, настолько сильное, что теперь от этого не так-то просто избавиться. Казалось, они добирались до дома Стайлсов несколько часов. Луи даже не потрудился захлопнуть дверь машины, выпрыгивая едва ли не на ходу и кидаясь к дверям. Без стука он влетел в дом и почувствовал слабое облегчение, находя Марселя, свернувшегося калачиком на коленях матери. Когда кудрявый мальчик поднял заплаканные глаза и увидел Луи, он сдавленно всхлипнул и попытался встать. Томлинсон бросился к нему, крепко обнимая и автоматически отмечая, что тот не вздрогнул от его прикосновений. Решив, что Марсель не выглядит очень уж грустным, он позволил себе поцеловать его в губы, совсем легонько, впервые за месяц или около того, и уткнулся носом ему в шею, совершенно не желая отпускать его когда-либо из своих объятий. Эдвард и Энн не мешали парням, просто оставив их наедине в этот момент сближения. Миссис Стайлс знала, насколько ее сын без ума от Луи, но при попытках представить себя на его месте, она была уверена, что ее сердце было бы разбито. -Марси, я так тебя люблю, просто знай это, - шептал Луи, целуя мальчика в лоб. -Зачем ты спал с ним? Он тебя заставил? – спросил Марсель слабым голосом, таким хриплым, что Томмо едва узнал его. -Нет. Прости, Марсель… Я был пьян и глуп, я даже не знаю, как так получилось… В какой-то момент я просто представил на месте этого парня тебя. Я понятия не имел, сколько боли тебе причинил этот человек! – как в горячке бормотал Томлинсон, и Стайлс чувствовал, что четверть его гнева утихает, но частично злость еще осталась, и он знал, что будет злиться еще долго, прежде чем ошибка Луи будет прощена. Но у них есть время. -Мне так жаль, что тебе пришлось пойти на аборт, Марсель… Я знаю, как тяжело, должно быть, это далось, - мягко шептал Луи, гладя Марселя по волосам, и тот неловко кашлянул. -Я.. я… я не мог… но.. но это… - голос мальчика дрогнул и совсем затих. -Что это? – слегка озадаченно спросил Томлинсон, не понимая, что ему пытаются сказать. -Это может быть твой… *отрывок из песни Hurricane группы 30 Second To Mars /Не важно, сколько вдохов ты сделал, Ты по-прежнему не можешь дышать/