Поончах ходит

24 сентября 2012

— Эй, слыш, — Юра развернулся на стуле к Ярику. — Ты Артёма помнишь? Ярик ещё не успел спросить «какого Артёма», Никита рядом перебил: — Да откуда он помнит, дебил? Он только перевёлся. — Да? Я думал, ты из «А», сорян, — Юра пожал плечами и отвернулся. Олег нахмурился, отвесил ему оплеуху: — Из какого «А»? Ты его в «А» что ли видел? — Ага, как Артёма своего, — Никита хмыкнул. Лина тоже развернулась и глянула на них с первой парты: — Был Артём! В первом классе с нами учился, потом ушёл в гимназию какую-то что ли. — У меня даже на фотках он есть дома, — Катя поддакнула. — Да вы гоните, на каких фотках? — Олег закатил глаза. — Все, кто в первом был, до девятого остались. — Не все. Артём ушёл, — Лина зажмурилась, поморгала часто. Ярик вздохнул. Был Артём, не было — какая разница? Может, об этом говорила Тетейка? Он надеялся, что после уроков сможет выцепить Олега одного. Пришлось даже в курилку с ними пойти. Юра убежал быстро, зато Никиту спровадить было нелегко: ему батя купил приставку с Мортал Комбат. И оказывается, там был сюжет. Но он тоже ушёл, а Олег остался: — Ты чёт хотел? — У меня в воскресенье днюха. Придёшь? Олег помолчал, сплюнул на землю. — А этих ты не зовёшь? — он кивнул в сторону ушедшего Никиты. Ярик знал, что он спросит. Но надеялся, что — нет. — Мы дома будем. Пацаны из «четырнадцатой» придут. — И? — Олег вскинул брови. — И я не уверен, что мне на всех бухла хватит. Олег точно понял настоящую причину, и причина ему не понравилась. Хмыкнул: — А на меня хватит? — Ага. Ярик занервничал. Лишь бы не пришлось звать ещё и Никиту с Юрой. — Ладно, — Олег всё-таки согласился. — Только у меня денег на подарок нет. Или как у вас там в «четырнадцатой» принято. — Подарок не нужен, просто приходи. Тетейку он старался избегать всю неделю. В принципе он понял, почему с ней никто не общается. Не то чтобы удивлялся раньше. Но у неё же точно кукушечка съехавшая. Когда она объяснила, «что происходит», Ярик заржал. Оказывается, она искренне верит, что Катя — труп. Живой ходячий труп. Он отсел от Тетейки на всех уроках. Она таращилась на него на переменах, но не подходила — Ярик приклеился к Олегу и Никите. Даже Катя старалась его не трогать, когда Олег был рядом. Стоило ей заговорить — тот перебивал, огрызался, спорил и прогонял. Может, всё-таки нравилась ему? К среде Никита стал странно коситься. На уроках он теперь сидел с Юрой, а Ярик с Олегом — за ними. — Ты её боишься что ли? — кивнул на Тетейку за последней партой. — Кого? Нет, — Ярик вздохнул. — А что? Олег посмотрел, куда Никита указал. — Да тебя на русском не дозваться к нам. Ярик пожал плечами. — Лан, потом расскажешь, — хмыкнул и отвернулся. На перемене его спасла Иришка — попросила задержаться. Когда Лина сказала, что их классной тридцать три, он удивился. Иногда казалось, что ей за сорок — из-за «учительских» юбок в пол и махровой накидки. Но сейчас она была в чёрном платье и выглядела максимум на двадцать пять. Даже в очках. И фигура у неё оказалась очень даже ничего. Вдохнул неудачно, закашлялся и уставился в окно: — Вы что-то хотели, Ирина Владимировна? — Да, Ярослав. Садись. Ярик плюхнулся за парту и выставил ноги в проход. — Как у тебя дела? Подружился с кем-то в классе? — Да нормально. Со всеми по чуть-чуть общаемся, — пожал плечами, разглядывая свои кроссовки. Туфли здесь никто не носил, так что и он перестал. — Учёба не тяжело даётся? Я смотрела журнал, оценки у тебя хорошие. — Иришка пощёлкала пальцами и улыбнулась, когда он поднял взгляд. Тяжело, как же. Ярик фыркнул и осёкся. Иришка была слишком милой, чтобы хамить. — Всё нормально, — улыбнулся вежливо и поправил рюкзак на плече. Как только отпустит, от неё он тоже сбежит. — Хорошо, — она покивала, сложила руки на столе. — Я старалась тебя не нагружать по своим предметам, чтобы ты адаптировался. Обязательно говори, если будут какие-то проблемы. Я помогу. Хорошо? — Договорились, спасибо, Ирина Владимировна. Можно я пойду? Мне сегодня к репетитору ещё. Враньё, но ей-то откуда знать об этом. Она подняла брови над очками: — У вас же ещё английский. Ярик моргнул. — Ой, точно. Она похихикала и открыла журнал. — Скоро отпущу, подожди. Скажи, кем работают твои родители и где они учились? Мне нужно твоё личное дело и журнал заполнить. Забыли совсем, когда переводился. — А это разве нужно? — Ярик нахмурился, пытаясь вспомнить, спрашивали ли его раньше. Хотя раньше он и не переводился. — Да, нужно. — Иришка пролистала журнал в самый конец. — Горячев Дмитрий Анатольевич, семьдесят седьмого года, верно? — Да, одиннадцатое июля, — Ярик кивнул и прищурился, пытаясь увидеть, что она пишет. — Где учился и кем работает? — Учился в Питере, в Павловке, это медицинский. Работает хирургом в первой горбольнице. А почему вы на листочек пишете? Иришка посмотрела исподлобья: — Потому что «Павловка» это не название вуза, Ярослав. Потом полное название найду и впишу. Школу знаешь? — Извините, — он снова уставился в окно. — Школу не знаю. — Узнай, пожалуйста, как будешь дома. Так, — она глянула в журнал, — Горячева Светлана Васильевна, семьдесят шестого года. Верно? — Ага. Тоже хирург, училась там же. Школу не знаю, но где-то в Питере. — На родительские собрания чаще ходит мама или папа? — Мама. — Хорошо. Но мне нужно будет с обоими родителями познакомиться. Передай отцу, чтобы тоже как-нибудь зашёл. — Иришка закрыла журнал с листочком. Дождалась, пока Ярик посмотрит на неё и опять улыбнулась: — Всё, можешь идти. Если с одноклассниками будут какие-то проблемы, не стесняйся и приходи. Можешь не при всех. Ярик выскочил из класса со звонком и поплёлся на английский. В воскресенье он проснулся в семь — звонила бабушка, поздравляла. Дед поддакивал. Вспоминали, как чуть не пропустили его первый день рождения, но всё-таки отпраздновали «в кругу семьи». В восемь пришли родители с Мишей и тортом, пришлось задувать свечи. Потом — завтрак и проводы в Сахарово. — В десять чтоб никого не было, — мама пригрозила из машины. Ярик кивнул и ушёл досыпать. В три пришёл Матвей. Сразу за ним — Олег. Даже не разувшись, достал из рюкзака пакет из «Магнита»: — Короче, я решил, совсем без подарка нельзя. Так что это тебе, чтоб с Катькой больше гулять не пришлось. — Ну спасибо, — Ярик хмыкнул, провёл его на кухню. — Олег, это Матвей, мой одноклассник. Бывший. И Миша, мой брат. Матвей-Миша, это Олег, мой новый одноклассник. Миша кивнул, а Матвей перегнулся через стол и протянул руку: — Очень приятно. Олег пожал, вскинув брови. Окинул его взглядом, заметил кривой компас на предплечье: — Где татуху делал? — Знакомый учился, подопытные нужны были. Я решил — хер с ним, пусть бьёт. Если партак, то потом перекрою. — У тебя одна? — Не, ещё тут есть, — Матвей задрал футболку, показал такую же кривую морду лисы на животе. Олег выдавил «прикольно». Ярик достал из пакета журнал и мешок конфет с бантиком. Такие ему в детском саду дарили на Новый год. Матвей перекладывал пиво из рюкзака на стол и в холодильник, глянул на «подарки» и захохотал: — Это чё? Порнуха? — Где? — Миша подскочил. Ярик сунул ему конфеты: — Тебе рано. — Ничё не рано — дай! Ярик перелистнул пару страниц и, кажется, как-то громко сглотнул. Отложил. Олег ухмыльнулся: — Это чтобы он больше со стрёмными тёлками на свиданки не ходил. — Оп-па-на! — Матвей хлопнул. — А мне про свиданки ты не говорил. Миша стащил журнал, раскрыл и завис. Ярик посмотрел на Олега хмуро: — Да не было никаких свиданок. Просто девка из класса прицепилась. — Нехер было соглашаться, — Олег пожал плечами, взял пиво. Достал зажигалку и «чпонькнул» крышкой. Миша тут же протянул ещё одну, чтобы открыл. — Я не соглашался, — Ярик вздохнул. В дверь постучали — ушёл открывать. Матвей спросил тихо: — Твоя девка что ли? — Боже упаси, — Олег поморщился. — Стрёмная и тупая. — Ясненько, — протянул ехидно. Миша покосился на коридор и будто между делом спросил: — А как ты зажигалкой открыл? Покажешь? У Миши не получилось, а Олег щёлкнул крышкой — чпоньк, готово. Матвей наблюдал с ухмылкой — ему и досталось пиво. — Ой, спасибо, — он разулыбался ещё больше. Олега перекосило: нахмурился и уставился в стол. Глотнул пива. Пришли ещё четверо, но не такие «модные» — обычные пацаны и девчонки. Не как Матвей: рыжий, челкастый, в партаках. И тоже с подарками — Олег порадовался, что сам не с пустыми руками явился. Пить начали без пиццы: — Блин, а чё пьём? Мы ж не чокнулись ещё. — Ой, давай без этой херни? — Да в смысле? Я уже тост заготовил: высоко-высоко в горах… — Матвей, мы про твоего гордого орла уже сто раз слышали. — А что за орёл? — Я тебе, Мишань, потом расскажу. Меня эти не поддерживают. Яр, ты-то чё ржёшь? — Да я ничё. — Я знаю только, где орёл сдох, потому что один летал. Олег что ни говорил — получалось, как у Миши: не в тему. Поэтому он решил молчать и пить. Миша стал копировать. И даже он пил нормально. Но не Матвей — тот всё время вытирал горлышко. После того, как пил. То ли очень брезгливый, то ли порядок путает — Олег не понимал. — Как в школе? Жесть тебя, конечно, закинули, — он хмыкнул. — Не понял, — Олег нахмурился. — Просто в нашей школе много слухов ходило про вашу. — Теперь он не в «вашей» школе. — Ну да. Я теперь тоже в «девятой», — Ярик постучал пальцем по столу. Олег понял: намекнул, чтоб Матвей заткнулся. — А нехер было на крышу лезть. — Их за взлом со школы погнали. — Взлом? — Ага. Мы залезли, нас спалили. — Матвей расхохотался. — Разборки с родителями и директором устроили. Сказали, что в десятом не ждут. — Если бы ты не орал «ой-ёй-ёй это же опасно!» — Миша передразнил, — то не спалили бы. — Да он на карнизе повис, придурок! Конечно я пересрался! — Матвей вскинулся, но все заржали, и он махнул рукой. — Хрен с вами. Я вообще в колледж пошёл. — Хрена. Готовить любишь? — Ну, умею. — Матвей переглянулся со всеми, кивнул на бутылку Олега и спросил ехидно: — Можно я твоё попробую? — У нас одинаковое. — Моё как будто без газиков, разбавленное что ли. Олегу показалось, что его проверяют, и протянул бутылку. Матвей протёр горлышко и глотнул — наконец-то в правильном порядке. А затем лизнул его, всем языком, по-кошачьи. Ярик тихо заржал. Остальные — в голос. Миша скривился, Олега передёрнуло. — Фу, блядь. — Ммм, вкусненько. Можно я допью? А ты моё забирай. — Матвей сиял, держа обе бутылки. — Оставь себе. — Олег открыл новую и показательно протёр перед тем, как пить. — Я допью, спасибо. — Ярик выхватил бутылку. Матвей только «э-кнул». В целом друзья Ярика показались Олегу терпимыми. Несмотря на прикол с пивом, который он так и не понял. Он не лез в разговоры про универы, «доту» («D.O.T.A. два, не знаешь, что ли?») и супергеройские фильмы. Девочки шушукались и тоже не обращали на него внимания. Он ел пиццу, выходил покурить, учил Мишу затягиваться, пока никто не видит. Но когда достали бутылку с голубой жидкостью — не удержался, ляпнул: — Это незамерзайка что ли? — Охренеть ты отсталый. — Это джин, да? — Матвей влез. — Ага, «Бомбей сапфир». Запах балдёжный. На, попробуй. Олегу плеснули в стаканчик, он понюхал: — Палёнка походу. Незамерзайкой пахнет. Матвей и Миша заржали, Ярик ухмыльнулся. — Ты себе незамерзайкой всё спалил уже? — Ты чё пьёшь-то? «Охоту крепкую»? Олег сжал зубы. Они с Яриком тогда и правда пили «Охоту» — мерзость редкостная. — Хорош. Перегибаете, — Ярик перебил. Забрал бутылку, принюхался. — Я тоже эту хрень никогда не пил. — Это не «хрень», а джин. — Ты-то понятно, ты вообще крепкое не пьёшь. А этот… — Что — этот? Матвей и Миша тоже принюхались, поморщились. — Реально мылом воняет, чё вы докопались? Олега поддевали весь вечер. Говорил — цеплялись, молчал — не отставали. Хотелось встать и дать кому-нибудь по лицу. Всем. Кроме Ярика. И, может, Миши. Матвей тоже раздражал — он не понял, чем.

***

С первого дня в «девятой» Ярик считал Олю довольно сообразительной, хоть и хамоватой. Она понимала намеки с полуслова, не приставала с лишними вопросами и всюду ходила вместе с Катей. Но, видимо, с ней они о чем-то договорились. Оля раз за разом пыталась заговорить с Олегом, отказываясь реагировать на намеки и игнорируя откровенные «отвали». В это же время Катя подходила к Ярику и пыталась его куда-то увести или позвать «погулять» после уроков. Но он старательно отводил взгляд в сторону, будто понимая, что если посмотрит в ее глаза — отказать не сможет. Несколько раз Олегу удавалось отвязаться от Оли самостоятельно, и он уводил Ярика в курилку, где громко материл девчонок. Пару раз он мимоходом касался его плеча, делая вид, что стряхивает прикосновение Кати. Ярику становилось неуютно, но он не мог понять почему. И несмотря на то, что Ярик был избавлен от необходимости общаться с Никитой и Юрой — Олег все чаще отмахивался от них — была еще одна головная боль. Тетейка. На тех уроках, где они сидели вместе, она вела себя тихо, да и на переменах тоже. Вот только как будто всегда была рядом. Возвращаясь из курилки с Олегом, он каждый раз сталкивался с ней возле раздевалки. Каждый раз, когда Ярик отводил глаза от Кати, он натыкался взглядом на Тетейку, которая молча слушала, стоя неподалеку. И только однажды решила влезть: перебила Катю, сказав что-то простое. Но и Катю, и Олю это сильно разозлило — забыв про Олега и Ярика, они начали с ней громко спорить. Если бы не вмешались учителя, завязалась бы драка.