Летние. Жаркие. Они...

      — Вот, — Кирк бросил под ноги Мёрдоку потрепанную, грязную, в нескольких местах зашитую дикими розовыми нитками спортивную черную сумку, шумно выдохнул: наконец избавился от тяжелой ноши. Плюхнулся на голый, затертый до черноты теперь, а ранее бежевый, покоцанный плиточный пол — до продавленного матраса уже не хватило сил дойти. Стер со лба пот. Попытался хотя бы, но, наверное, просто еще больше размазал грязь, смешанную с кровью. Вытянул гудящие ноги. Надо было бы снять пропотевшие донельзя, убитые почти в хлам сапоги, но шевелиться уже не хотелось. Потом. — Все, что удалось найти на этот раз.              Мёрдок покусал губу, посмотрел сначала на Кирка долгим взглядом, потом перевел его на сумку, подтянул ее к себе, неловко орудуя левой рукой, расстегнул на ладан дышащую молнию:              — Китайщина, — резюмировал, поджав губы и даже не прикоснувшись к содержимому сумки. — Барахло!              Кирк оскалился, обнажив верхнюю губу, совершенно по-звериному, ну да понятно, с волками жить — по-волчьи и скулить, передернул плечами:              — Зато девять миллиметров. И там, внизу, еще… — махнул рукой, недоговорив: уже и язык не ворочался.              Мёрдок все же соизволил прикоснуться к добыче, но так, будто трогал дерьмо — максимально брезгливо. Все же достал из сумки несколько коробок патронов, потом — пару пистолетов…              — Блядь… Ты что, ею от монстров отбивался врукопашную?              Извлеченная с самого дна забитой оружием сумки снайперка была вся ободрана, измазана в крови, но вроде бы не погнута нигде. Мёрдок тут же приник к оптике, поводил оружием из стороны в сторону, проверяя прицел. Кирк, уже почти задремавший открыл один глаз, фыркнул:              — Типа того…              Уточнять, что да, именно врукопашную, именно снайперкой, вернее, всей сумкой, он только что отбивался от переродившихся после биологического и ядерного удара по планете в злобных волколаков обычных волков, экономя патроны, не стал. Потом расскажет все. В подробностях. Или нет: к чему Мёрдоку лишний повод для волнения? Хотя сомнительно, что он переживает именно за Кирка, который рискует жизнью за всю их коммуну, скорее — за оружие и за жратву, которые никто не принесет, если Кирка все же сожрут на улицах мертвого практически города.              — А будешь выебываться, — все же добавляет злобно немного Кирк, прожигая Мёрдока взглядом уже обоих глаз, в которые, кажется, насыпало не только грязи, но и кислоты, так они горят, — пойдешь туда сам в следующий раз!              Подло: Мёрдок, которому пиявница сожгла почти до костей обе ноги, никуда больше не может пойти дальше коридора их убежища, расположенного на последнем этаже чудом не рухнувшей после бомбардировки многоэтажки. Да и то держась одной рукой за стену, другой — за сопровождающего. Но Кирк слишком устал, слишком вымотался за эту оказавшуюся почти бесполезной вылазку, что уже не мог толком контролировать ни мысли, ни язык.              Похоже, что Мёрдок это понимал. И не обижался: подполз поближе, прижал локтем замотанной грязным бинтом от пальцев до плеча правой руки ногу Кирка к полу, левой, путаясь в шнурках и матерясь вполголоса, принялся Кирка освобождать от сапог. Кирк снова закрыл глаза, поплыл куда-то…              «Не трогай его, пусть спит!» — прорвалось сквозь уже слетающий сон. Кирк зажмурился сильнее: «нет-нет, спать!», но сон исчез, будто и не было, и пришлось все же открыть глаза, посмотреть на виновного в его несвоевременном пробуждении. Крис. Чумазый, но явно довольный жизнью, заглядывал в лицо Кирка, неловко вывернув шею: он хоть и сидел на корточках, но Кирк лежал на полу. Нет, на матрасе. И под одеялом. И без сапог.              — Привет, — прохрипел шершавым после сна голосом Кирк, поднимаясь на затекшем локте.              — Привет, — Крис плюхнулся рядом на задницу, осторожно провел пальцами по щеке — Кирк не ушел от контакта. — У тебя тут, кажется, чья-то требуха засохла. И на одежде — тоже. Но я уже ее почистил, и сапоги — тоже. И сумку зашил! И... Спасибо за консервы, все очень рады!              Кирк фыркнул — «еще бы нет!», сел на матрасе, потянулся. Все тело ныло, но все же было не так плохо, как ему казалось, когда он шел в убежище. Сносно. Даже можно будет попытаться дойти до третьего квартала за пару дней. Как раз будет новолуние, а в эти дни волколаки не так активны, есть шансы добраться до выживших в Гранд-тауэре, там видывали свет несколько раз. А еще пошариться по моллу, вдруг там остались целые аптеки, Мёрдоку нужен обезбол.              — Я так боялся за тебя, так боялся… — Крис всхлипнул, порывисто кинулся на шею Кирку.              — Я тоже, малыш! Я тоже… — Кирк обнял его, прижал к себе, погладил по выступающим словно крылья лопаткам. Покосился на Мёрдока, что, орудуя одной рукой, протирал куском ветоши драгоценную винтовку, не глядя ни на Кирка, ни на Криса. Прислушался к тихому шелесту за стеной: наверное, Марина и другие женщины их коммуны разбирали принесенные им продукты, вещи, тихо переговариваясь.               Что ж, он выиграл им всем еще несколько дней. Уже неплохо. Еще несколько дней в их пользу.