С русалкой на борту

В воздухе трюма витал запах солёной рыбы и сырости, не самое привычное и приятное сочетание для деревенской девушки, но, по крайней мере, неприятных сюрпризов в виде моряков в помещении не обнаружилось. Мари спустилась по лестнице на деревянный пол и стала бродить среди закупоренных бочек с ромом и водой в поисках более-менее приемлемого укрытия. Вряд ли в кладовое помещение кто-либо спуститься в ближайшее время, ведь наверху же должен лежать небольшой запас еды?.. А если морякам и понадобится ещё ром, то вглубь трюма никто заходить точно не будет. Основываясь на этом, Мари шагала в дальнюю от лестницы сторону, она только сейчас почувствовала, насколько её тело ноет от усталости. Ведь если подумать, то со злополучного вечера прошло не так уж и много времени. В самом конце трюма бочки стояли не вплотную к стене, это место вполне подходило для уставшей девушки. Хоть и без особого желания, Мари устроилась в этом небольшом закоулке и тот час же уснула, стремясь обрести хоть минутное спокойствие. Только вот во сне её всё преследовал мимолётный взгляд, кажется, воплощения самой смерти. Мари спала тревожно, постоянно вертясь и переворачиваясь с боку на бок, чтобы улечься хоть немного удобнее. В тишину трюма вдруг вторгнулся звук с верхних этажей, пьяные возгласы, топот ног и… что-то ещё. Неспокойный сон девушки прерывался, и она несколько минут вслушивалась в невнятный текст песен, исполняемых корабельной командой. Какие-то отдалённо знакомые мотивы слышались в них, но так не поют крестьяне или торговцы, иногда заходившие в деревню. Весёлый Роджер в небе! Британский герб на теле! Стреляют из обрезов Толпа головорезов! Тревожные мысли Мари приобретали всё большее и большее подтверждение, она пролезла не на простой корабль, сейчас наверху во всю заливалась ромом пиратская команда… Вот почему они отплывали в полумраке, глупо было бы надеяться, что подвернулась такая удачная возможность просто сбежать в сумерках на торговом судне. Экипаж явно не хотел, чтобы кто-то разглядел их флаг, они, видимо, стояли в том порту с вечера и пополняли запасы, а под утро, уже вместе с Мари, продолжили своё путешествие. Они не трусят смерти Проворные, как черти! И, обкурившись планом Гордятся капитаном! Кроме пьяных криков со стороны открытого люка до Мари начал доносится стук тяжёлых моряцких сапог. Она даже не пыталась увидеть их обладателя, а сразу посильнее зажалась в щель между бочкой и днищем корабля и закрыла лицо руками, вспоминая, как матушка говорила по ночам не вглядываться в темноту, а то увидишь импа, и не отстанет он от тебя до конца жизни. Подобно монстру из детских рассказов, ей всюду в темноте мерещился пристальный взгляд пирата, всепоглощающий и внимательный. Шаги всё продолжали приближаться, кажется, они нарочно двигались к небольшому убежищу девушки. Руки покрылись капельками пота, которые стекали и падают на пол, а Мари слышала, как они разбиваются о днище корабля и молилась, чтобы пират не слышал того же. Она старалась исчезнуть, слиться с влажными досками, хоть они и обдавали холодом спину, покрытую лишь тонкой тканью платья. Все лучше, чем быть обнаруженной посреди моря. Шаги всё не прекращались, но теперь они замедлились, похоже, моряк просто издевался над ней, хотел, чтобы барышня как можно лучше прочувствовала безвыходность своего положения. Верно говорят, что морскими волками моряков называют от того, что у них есть охотничьи инстинкты, они жаждут загнать свою жертву в угол и подобно зверям наслаждаются предсмертным страхом. Шум, доносящийся сверху, не имеет значения, он несравним с тяжёлой поступью кожаных сапог пирата. – Эй, Тоо~ни! – шаги прекратились. – Ну ты.. Ик! Двигаешь или того?! Какого дьявола ты туда полез воще... – пьяная голова высунулась из люка, а за ней чуть не полетело всё остальное тело. - Иду – отчётливая фраза раздалась совсем недалеко от Мари. - шум торопливых шагов теперь направился в сторону лестницы. Люк хлопнул, и звуки пьяной возни наверху вновь стали далеки, как и прежде. Спина отлипла от холодной стены и девушка наконец ощутила небольшое облегчение, хоть пират и мог вернуться, но если подумать, ведь нет никаких доказательств, что он шёл именно за ней? Может припрятал себе тут немного табака, да и решил покурить, пока остальные заняты алкоголем. Если бы он хотел найти девушку, то уже поднял бы панику и привёл с собой на поиски целую команду, никому ведь не хочется навлекать на себя беду. Мари поднялась из своего укрытия и в этот раз, кроме еды и пресной воды в бочках, на всякий случай отправилась на поиски чего-то, что сможет её укрыть от случайного взгляда заходившего сюда пирата. Девушка провела многие часы, размышляя о своей судьбе, она представляла, как вылезает из той же бойницы и видит прекрасное место, свободное от её прежней жизни. Но Мари не могла думать только о хорошем, никуда ведь не исчезли моряки, которые к тому же оказались пиратами. Ей оставалось только молиться и надеяться, что корабль не отправился в длительное путешествие, и что скоро она сбежит на первой же остановке и навсегда забудет об этом ужасном месте. Так, строя планы на будущее и слушая волны, бьющиеся о борта корабля, Мари вновь уснула. Ранним утром, когда солнце ещё не показало своих тёплых лучей, снова раздался скрип с другой стороны трюма, и чьи-то шаги наполнили собой его тишину. Моряк, освещая небольшой масленой лампой пространство вокруг себя, спускался вниз по лестнице. На его лице явно остались отметины с прошлой ночи, которые скоро станут частью переплетения шрамов, покрывавших всё его тело, но не похоже, что он упал куда-то в пьяном угаре, эти раны были оставлены другими членами экипажа в потасовке. Не то чтобы такие стычки можно назвать чем-то необыкновенным, но запёкшаяся кровь на щеках придаёт и так суровому загорелому лицу ещё более пугающие черты. Фигура неспешно двигалась по тому же маршруту, что и вчера, немного раскачиваясь из стороны в сторону, то ли из-за похмелья, то ли из-за морских волн, мягко трясущих корабль. Его усталый взгляд медленно скользил по знакомым бочкам и ящикам, пока не остановился на куче вещей, лежащих около стены, хоть им там и вовсе не положено быть. Пират, ускоряя шаг, тихо подобрался к груде одежды и только побрякивание кинжала о железную пряжку ремня нарушало напряжённое безмолвие. Резким и точным движением руки он отбросил тряпки, мешающие рассмотреть незваного гостя. Однако та, которая была обнаружена в укрытии заставила моряка так и замереть стоящим с куском ткани в руке. Сначала он отвернулся и зажмурился, потом вновь посмотрел на свою находку всё с тем же недоумением, всё же, девушка в свадебном платье - это совсем не тот человек, которого ожидаешь обнаружить посреди моря с пиратами на корабля, пусть даже и в качестве неофициального участника плавания. Такой поворот событий заставил моряка переосмыслить все свои догадки насчёт "гостя". Он медленно опустился на ящик напротив укрытия и неспеша принялся рассматривать спящую девушку. Она вся съёжилась от холода утра в этом углу, так что моряку в первую очередь стало жаль её, на нём-то вместо лёгкого, когда-то белого платья, была разной насыщенности красного рубаха и некоторое количество пусть и не лучшей, но всё же согревающей верхней одежды. На её груди, прикрытый ранее сжатыми руками, лежал небольшой деревянный крестик, стало быть, христианка. Впрочем, это не имеет особого значения, пираты верят только в море и древние легенды о нём. Тёмные косы, явно пережившие многое, теперь мирно покоятся у израненных босых ног их обладательницы.