Пожиратель смерти, которого я любила

Андромеда сидела на краю своей кровати в пустой спальне для семикурсниц Слизерина, выжидающе глядя на большие настенные часы, которые отсчитывали последние минуты до восьми вечера. Финальные экзамены окончились, и все проводили последние дни, гуляя по окрестностям школы и засиживаясь допоздна в гостиных своих факультетов. Девушка тоже была бы рада беззаботно провести в замке последние дни июня, но так как в конце этой недели должен был пройти бал в честь годовщины Беллатрикс и Рудольфуса, она, Сириус и Нарцисса (а заодно и Рабастан) должны отбыть следующим утром на рассвете через каминную сеть, чтобы помочь в подготовке. Все ее вещи были аккуратно сложены в сундуках, а сытая сова довольно урчала в клетке. Но у Андромеды было еще одно недоконченное дело. Наконец, часы пробили восемь, и Андромеда накинула мантию, и оглядываясь по сторонам, осторожно вышла из спальни, а потом и из гостиной. Пройдя несколько винтовых лестниц, она добралась до небольшого дворика между западным и восточным крылом замка, который открывал вид на старинный фонтан, заросший кустами. Прислонившись рукой к фонтану, во дворике стоял друг Андромеды Тед Тонкс. Его кудрявые волосы развевались на ветру, а на лице была взволнованная улыбка. — Дромеда! — Привет, — Андромеда крепко обняла парня, подходя ближе, — мне очень жаль, что я так рано уезжаю. Но семья — самое главное, не так ли? — иронично усмехнулась она. Тед не нашел это смешным. — Ты уверена, что все будет хорошо? — Я… я не знаю, — замялась Андромеда, — стоит всего лишь перетерпеть годовщину, а потом… — Женитьба с Рабастаном? Тед посмотрел Андромеде в глаза, но она отвела взгляд. — Это очень сложно, Тед. Сложнее, чем ты думаешь. — Может быть и так, Дромеда. Я не слишком осведомлен о ваших старинных традициях. Но зато я знаю, что ты не должна это терпеть. Тед взял девушку за руку. — Но что же мне делать? Парень выразительно на нее посмотрел, словно собираясь с духом, чтобы сказать ей, что он хотел. — Ты можешь уйти. Андромеда вздохнула. — Они ведь моя семья. Если я уйду, кто у меня останется? — У тебя буду я. — Тед, я… Девушка почувствовала укол совести — она была готова не раздумывая сбежать с Рабастаном, но не могла сказать то же самое Теду. — Я говорю серьезно. Я знаю, что это очень спонтанно и сложно, но я хочу, чтобы ты поняла. Если ты решишь убежать, то у тебя будет тот, кто поддержит тебя. Андромеду одолевали противоречивые чувства. Все это время она была уверена, что любит Рабастана. Но он выбрал Темного Лорда, свою гордость и кровь, оставив ее в кромешной тьме. А Тед поддержал ее, когда она больше всего в этом нуждалась. В его медных глазах она видела свободу от всего, что сковывало с самого рождения — свободу от глупых предубеждений, ненависти, своей фамилии. Последние месяцы, что она провела, укромно встречаясь с Тедом, были полны приятного трепета и радости, но сейчас он предлагает ей сбежать с ним. Но как она сможет бросить свою семью? Оставить Сириуса, Нарциссу? И сможет ли она когда-нибудь разлюбить Рабастана? — Я обещаю подумать. Девушка наклонила голову и нежно поцеловала Теда. Тот поддался вперед, зарываясь руками в ее каштановых волосах. Вдруг Андромеда услышала какой-то шорох позади и резко обернулась назад, отстраняясь от Тонкса. За деревом мелькнула чья-то тень. — Тед, здесь кто-то есть… Хаффлпаффец подошел ближе к источнику звука. — Люмос, — палочка Теда осветила кусты, но там никого не было. — Может, это было какое-то животное? — сказал парень. — Я надеюсь, — тихо ответила Андромеда. И быстро поцеловав Теда в щеку, девушка убежала в сторону замка.

***

В день приезда в поместье Лестрейнджей было столько суматохи, что у девушки почти не оставалось времени волноваться из-за того, что произошло вчера. Домовые эльфы носились по дому, пытаясь успеть натереть все полы до блеска и накрахмалить постельное белье в гостевых комнатах, а хозяева поместья тщательно следили за подготовкой, не обращая внимание на все остальное. Беллатрикс была еще более нервной, чем обычно, и то и дело бросала странные взгляды на Андромеду, но ей было не привыкать. К вечеру приехали Вальбурга и Орион Блэк с детьми — и когда выборы скатертей и платьев вымотали всех до единого, две семьи сели ужинать в одной из столовых. После того, как трапеза была окончена, Беллатрикс встала из-за стола и постучала палочкой по стакану, призывая всех к вниманию. — Мои дорогие, — нарочито ласково начала миссис Лестрейндж. В ее глазах горел дьявольский огонек, — я знаю, что часто бываю невыносимой, но я очень хочу исправиться. Поэтому сегодня я хочу преподнести всем вам небольшой подарок. Андромеда обомлела. В комнату, одержимые Левитирующими чарами, влетели два тела — мужчины и женщины в маггловской одежде. Рудольфус встал из-за стола. — Белла, это уже перебор, прекрати это. — Меня вынуждают это делать, моя радость. Белла развернулась в сторону Андромеды, свирепо улыбась. — К большому сожалению, вынуждена сообщить, что наша дорогая Меда сильно испачкалась в грязи. Девушка замерла, осознавая что происходит. Беллатрикс знает. Знает о ней и Теде. Но как Белла об этом узнала? Та мелькнувшая тень, что она видела тем вечером… Кому она принадлежала? И чьи это тела? — У нее завязался… роман, — продолжила Пожирательница, поморщившись, — с грязнокровкой из Хогвартса. Все в комнате обернулись на нее. Девушка на секунду встретилась взглядом с Рабастаном, но тут же отвернулась. — Иди в свою комнату, Андромеда, — сурово произнес Сигнус Блэк, — мы поговорим об этом позже. — Нет, дорогой отец, — Беллатрикс направила палочку в сторону двери и заперла ее заклинанием, — мы поговорим с ней сейчас… А то наши гости уже заждались. Пожирательница опустила взгляд на магглов, лежащих на полу без сознания. — К сожалению, я не смогла достать самого мальчишку, у которого хватило наглости позариться на священную кровь Блэков — он в Хогвартсе, под защитой старикашки Дамблдора — но… сойдут и его родители. — Нет! — Андромеда вскочила с кресла, но Беллатрикс взмахнула палочкой и невидимыми нитями привязала ее к нему. Девушка попыталась высвободиться, но заклинание ее сестры было слишком сильным. Нарцисса начала тихо плакать. Сириус попытался направить палочку на Пожирательницу, но легким движением руки она привязала к стулу и его. — Тебе, мой дорогой кузен, тоже не помешает посмотреть. Меньше будешь таскаться с предателями крови! У Андромеды потекли слезы из глаз. Это она во всем виновата. Родители Теда умрут из-за нее. А она, беспомощная, связанная собственной сестрой, будет за этим наблюдать. Наконец, удостоверившись, что больше никто не попытается ей помешать, Беллатрикс подняла палочку на мистера Тонкса и воскликнула: — Круцио! Очнувшийся от сильной волны боли мужчина начал истошно кричать. Отчаявшись, Андромеда продолжила вырываться, но тщетно. Ее глаза полностью заволокли слезы. — Помогите ему, кто-нибудь, помогите! — закричала девушка, с надеждой глядя на присутствующих. Сириус продолжил яростнее вырываться. Но Рудольфус лишь смиренно сидел с опущенной головой, Сигнус, Друэлла и Орион не могли вымолвить и слова от страха, а Вальбурга довольно улыбалась. И когда вся надежда на спасение уже пропала, а у отца Теда уже не осталось сил на крики, человек, тихо сидевший в углу комнаты, направил палочку на Беллатрикс, которая, ослепленная своим гневом, ничего не замечала. — Флипендо! — крикнул Рабастан, и застигнутая врасплох Беллатрикс навзичь свалилась на землю. — Ах, ты, мелкий, — Пожирательница встала на ноги и направила палочку на Рабастана. Но тот ни капли не дрогнул, вставая в боевую стойку. — Перестань, Белла, — Рудольфус наконец-то решил вмешаться, понимая, что его брату грозит реальная опасность. — Как он посмел это сделать! Да еще и в защиту этой грязелюбки! — Не называй так ее! — Рабастан попытался подойти к Пожирательнице, но его брат быстро его отодвинул. — Она, все еще твоя сестра, дорогая, — Рудольфус подошел вплотную к жене, ласково беря ее за руку, — и я думаю, что она усвоила урок. Правда, Меда? Лестрейндж обернулся на девушку с умоляющим взглядом. — Д…да, — сквозь зубы произнесла Андромеда. — Вот и отлично. Я уверен, что она не хотела ничего серьезного с грязнокровкой. Она просто нервничала перед свадьбой, хотела вдохнуть последний глоток свободы. Беллатрикс не сводила взгляда с мужа. — Но все же магглов нужно убить, — ответила она, словно делая одолжение, — хотя бы за то, что они отправили самозванца волшебника в Хогвартс. — Прошу, не убивайте их! — воскликнула Андромеда, — накажите лучше меня, только не трогайте их, они ни в чем не виноваты! — Я сам разберусь с ними, — ответил Рудольфус до того, как Беллатрикс успела разразиться еще одной тирадой, — дорогая, тебя уже заждался Темный Лорд. Вряд ли он бы обрадовался если узнал, что ты тратишь его время ради парочки никчемных магглов. Беллатрикс недоверчиво посмотрела на мужа, но все же мысль о том, что она может разозлить Темного Лорда явно привела ее в чувства. — Ты прав, Руди. Я должна идти. И не удостоив никого из присутствующих взглядом, Пожирательница отперла дверь и вышла из комнаты. — Убей эту дрянь, Рудольфус, поскорее! — Вальбурга встала с кресла и подошла к двери, — а то скоро весь особняк провоняет! — Всему свое время, Вальбурга, — спокойно ответил он, — мне еще нужно поговорить с Андромедой. Рудольфус поднял палочку на стулья Меды и Сириуса, развязывая невидимые путы. — Хорошо. Эту девчушку уже давно нужно было образумить, — и с отвращением посмотрев то ли на племянницу, то ли на магглов, и взяв под руку мужа, миссис Блэк покинула залу. Все, включая избегающего взгляда Андромеды Рабастана, вышли вслед за ней. Сириус обернулся на кузину — мол, все будет в порядке? Андромеда неуверенно кивнула, и тот, окинув Рудольфуса презрительным взглядом, тоже вышел. В комнате остались лишь они вдвоем вместе с бессознательными телами Тонксов. Андромеда не решалась ничего сказать, лишь внимательно наблюдая за действиями своего зятя. Наконец, он заговорил. — Я мог бы прямо сейчас убить магглов. Это никак бы не повлияло на мою жизнь, и может быть, это бы разлучило тебя с грязнокровкой. Не каждый простит своей возлюбленной смерть своих родителей, не так ли? — грустно усмехнулся мужчина. Андромеда испуганно посмотрела на Рудольфуса: — Прошу, Руди… — Но я не буду этого делать. Потому что я знаю, что ты умная волшебница, Андромеда. И я знаю, что ты способна принять правильное решение самостоятельно. Рудольфус поднял палочку в сторону мистера и миссис Тонкс. — Обливиэйт. Их головы окружило яркое свечение, и раздался небольшой хлопок. — Они ничего не вспомнят о сегодняшнем вечере. Возможно, погадают, почему они одновременно потеряли сознание, но спишут все на возраст. Лестрейндж снова взмахнул палочкой, и мистер и миссис Тонкс дизаппарировали. — Всем остальным можешь сказать, что я безжалостно убил их Авадой, пока ты тихо рыдала. Это все. Рудольфус пошел к выходу. — Руди, стой! — Андромеда подбежала к мужчине, — спасибо. — Мне не нужно благодарностей, Меда. Я попрошу у тебя только одно — не разбивай Рабастану сердце. У Андромеды екнуло сердце. Со всем этим безумием, пытками и угрозами о смерти она забыла о том, как отреагировал Рабастан на то, что у нее завязался роман с Тедом. Но что, если это он сдал их Беллатрикс? Кто еще из Хогвартса мог это сделать? И если это действительно так, то теперь он должен знать и о ее возможном побеге с Тедом Тонксом…