Союз тёмных

Фина неожидала, что после того, как железные двери раскроются, в темницу войдёт Ева. И выглядела она совсем не плохо…по крайней мере получше её самой. И эта встреча так же заметна шокировала златовласку. Не смотря на счастливую улыбку, в глазах Евы сверкали одно страдание и боль. Всё это не сулило ничего хорошего. Терпеливо подождав, пока фавн подтолкнёт подругу к оковам, чтобы потом надеть их на неё, брюнетка сладко ей улыбнулась. — Добро пожаловать в мою обитель. — Фина… — выдохнула Ева, оглядывая Берт с ног до головы. — долго ты здесь? — уже перестав чему-то удивляться, она просто впитала в память её образ. — Совсем немного. — протянула в ответ фейри, как можно ближе подползая к Ифрис. Оказывается, развлекалась в этой странной параллели не только Фина и Инес, но и Ева. Из всего этого, можно было догадаться: Хари и Мина не отставали. Ифрис полностью подтвердила догадки. Каждая из пятёрки получила свою собственную, отличающуюся от другого силу, но общее было одно — тьма. Их основным звеном была тьма. Инес — тёмная нифма, успевшая стать Императрицей. Ева — фиалковая ведьма, управляющая пламенем, временно пока являясь лишённой своего огня и духа леса, над которым имела контроль. Мина далеко от своих подруг в этой сфере деятельности не ушла, ведь Каори — ведьма, «обворажившая» наследного принца. Её сестра близнец, пока что неизвестно, каким статусом обладала, но Ифрис чувствовала, вскоре всё решится и им станет известно немного больше… Может спустя пару дней Хари также окажется в этой холодной темнице, кто знает?! А сама Фина, как рассказала ранее своей подруге по несчастью и без, — смесь человека и эльфа, то есть по-другому — тёмная фейри. Ясно было ещё, что муж Инес заточил их в темнице, планируя это ещё со времени, когда здесь ни одной из «иномирянок» и в помине не было. Ему нужны были все пять ведьм, для осуществования какого-то пророчества. И ассасин, привезший в эти холодные края Еву, содействовал в этом Императору севера. Зачем? Почему? Понятно не было. — Он назвал тех гостей, что принял супруг нашей Инес, — прищурив глаза, вспоминала Ева. — вернее того мужчину, отцом, а рядом стоящяя с ним женщина, явно мать. — Подло. — подытожила фейри, потупив взгляд на каменной стене, на которой застыли внушительные такие глыбы льда. — А зачем было родителей так подставлять? Сидят, наверное, сейчас за этой стеной, словно два испуганных котёнка…и ломают себе голову…а когда это они так прокололись в воспитание своего чадо? — Одеты они были по-королевски. — продолжила Ева размышлять, игнорируя шутки подруги. — И если это их сын…то тот в чьём теле «не задышал огненный дракон», является принцем юга, значит он брат Субина — «жениха» нашей Мины. — взявшись за голову, она покосилась на невозмутимую фигуру подруги. — Фина! У меня голова раскалывается, включай наконец-таки логику и думай, куда мы попали и как отсюда выйти?! Поджав ноги под себя, брюнетка сморщила лоб, обдумывая всё сказанное подругой. — Нас пятеро. — И в чём это нам поможет? — закатив глаза, заскулила Ева. — Этот Юнги наверное в курсе, что Инес — одна из нас… — замолчав, она взглянула на свою измученную подругу, и дрожащим от волнением голос, тихо спросила. — Тебе что-нибудь известно о проклятье «союза пяти»? Известно, конечно ей было известно. — Существует проклятье «пяти», — наконец-то продолжила тёмная фейри. — и Император считает ведьмами, наложившими его…нас. Ева прижала ладони к груди и тихо выдохнула. Если то, что сказала Фина — правда, значит с ними, со всеми, может случиться что-то реально страшное. — Зачем ему Инес тогда… — взглянув на дверь темницы, прошептала девушка. — как жена?

***

В то время, как Фина и Ева были заперты в темницы одинокого северного замка, их подруга Инес стояла у двери кабинета своего мужа, как и в прошлый раз, дрожа от страха. Она считала обязанной переговорить со своим мужем-тираном, который не давал ей никакого права выбора в этих обречённых на провал отношениях. Её сердце как всегда при мыслях о нём учащенно билось, но только не от нежных чувств, а противоположных им. Девушке было ненавистно от самой себя и своего бессилия. Она не знала как вызволить подруг из тюрьмы, потому-что понятие не имела, что в голове Императора Мина. Её супруг не распространялся о своих планах. Дернув ручку двери, Миркман вошла в светленький кабинет Юнги, стараясь держать спину прямо. Страх перед ним был не то что не неуместен, но как никак, он ей не просто какой-то там мужчина, правящий огромной, но безлюдной империей, а муж. Нормально просить о чём-то своего супруга. Мин не стал поднимать головы, хоть и услышал, как она вошла. Он просто игнорировал её присутствие, как делал это всегда. В их отношениях ничего не поменялось, и это ранило её чувства. — Я хотела поговорить с тобой. — сцепив ладони в замок, начала Инес. — О чём? — так и не поднимая головы, поинтересовался блондин. Миркман удивило, что он не выпроводил её за дверь. Где-то глубоко в сердце проснулась надежда на то, что он изменится и их отношения поменяются, станут более дружескими, но это же лишь надежда. Если произойдёт так, что Юнги начнёт видеть в ней не просто носителя короны, от которого он рано или поздно избавится, то только потому, что она кажется полезной ему в чем-то другом. — Кто эта девушка, которую привёл старший принц юга? — начиная с самого безопасного, спросила наконец-то Инес. Уголки губ Мина дрогнули, и он улыбнулся, исподлобья взглянув на свою бледную и уставшую жену. — Я думаю, тебе известно о ней больше, чем мне. — её супруг отложил перо, и откинулся на спинку расшитого серебром стула. Молчание накрыло комнату на целую минуту, показавшуюся девушке вечностью. Пока Инес пыталась скрыть удивление, Мин успел встать и подойти к ней вплотную. Его руки накрыли женские плечи, и он как-то издевательски произнёс: «я многое знаю о вас пятерых». Юнги было известно намного больше чем остальным. Мужчина был в курсе о прошлом своей жены, и её подруг с самого начала, потому-что именно он стал причиной их прихода в это измерение. Его история, словно сказка, написанное детям, чтобы те могли отличить добро ото зла. И он здесь был злодеем, тем, кем эти малыши не должны были являться. Из-за его тщеславия, северная империя была поглощена злом пятерых ведьм, магия которых ими была запечатана в девушках из другого измерения. Он, как и они, был обычным человеком, пока не перешёл дорогу тем, кого стоило опасаться. Истории, которую он собирался поведать ей, долгие сотни лет в этом мире родители ведают своим детям. Склонившись к уху жены, мужчина рассказал ей о об этом. — Его звали ледяным рыцарем, единственным из рода снежных эльфов, в чьих жилах текла древняя, совсем забытая миром, драконья кровь. — Юнги приподнял подбородок девушки своими изящными худыми пальцами, заставив сосредоточит взгляд зелёных глаз супруги только на себе. — Юный император, только вступив на трон, обрёкся злу, обрушенному природой на снежные земли. — Инес пыталась не отводить глаза, но это было сложно. Голос Мина трещал в воздухе, пробивая её тело мурашками. — Море, что долгие сотни лет было частью их жизни — замерзало, оставляя юношу ни с чем. Ему пришлось отправить сову с письмом о помощи к соседям, но птице для этого нужно было время, которого у него не было. — В его голосе чувствовалась тоска и грусть, и ей стало его внезапно жаль. — Вечный лёд приблизился к ним совсем неожиданно, прямо в канун праздника, когда все жители выходили их своих домов, собираяясь в Зимний зачарованный дворец. Путь туда был проложен через воду, а каждый пробирался туда на кораблях их флота. Чем больше он говорил, тем сильнее сжималось у Инес сердце, и ей казалось, будто это она уже где-то слышала. — Пока преданные своему императору эльфы готовы были встретить своё проклятье, он стоял на балконе замка, разглядывая свои владения. Тот не готов был с ними прощаться. И его зов был услышан древней кровью, настолько сильно отчаяние захватило юношу. — улыбка на лице Юнги рассеялась. — Но он не успел, холодной коркой покрылся каждый снежный эльф. И когда дракон наконец-то проснулся, то взверел и разрушил Зимний дворец, а потом направил свой гнев на лёд, покрывший море. Из его пасти выходили горячие струи воздуха, он шумно дышал, пытаясь согреть каждый корабль своим теплом, пока огонь просыпался в его венах. Ему понадобились десятки лет, чтобы расплавить лёд, но те чары были сильнее его огня. И в конце, обессилив, дракон лёг на берег, а потом, будто его и не бывало вовсе, растворился в воздухе. Говорят, что император приходит к этим эльфам с каждым праздником Зимы, в виде красивого ледяного юноши, и уходит, как только солнце достаточно согреет их землю, чтобы можно было не волноваться о новой ледяной волне. На самом деле, у этого парня не получилось растопить лёд полностью. Его земля до сих пор покрыта толстым слоем замерзшей воды, а подданные, которых он освободил от этого, оказались прокляты и превратились в изуродованных существ, теперь звавшимися фавнами. Его империю заковали в ледяными оковы пятеро ведьм, мстившие за свой клан, который поглотил в огне он сам. Это было первым, что Мин сделал, сев на трон. Ненависть к тёмным, поглотила эльфийский народ. И теперь Юнги собирается мстить, как делал это тот ковен. Сейчас, когда Инес узнала о его секрете, он мог начать действовать, как желала его «дьявольская» часть. Ей оставалось только защищаться.