Пятая девушка

Пивз, школьный полтергейст, больше всего любит бесить и наводить панику. Питается он так, сущность, родственная дементорам и боггартам. Чем больше вокруг злости и страха — тем Пивзу веселее. Полтергейст был в полном восторге, когда всех школьников, вместо факультетских спален, согнали на ночёвку в Большой зал. Прикиньте, на нашем курсе сорок один ученик: гриффиндорцев десять, змейсов десять, умников девять и дюжина барсуков. И до пятого курса примерно так же, плюс-минус, старшекурсников поменьше, половина, примерно, после СОВ уходит из школы. Гриффиндорцев на шестом курсе пятеро, на седьмом — трое, всего на факультете нас ровно шестьдесят Другие факультеты я не пересчитывала, но навскидку — в Большом зале оказались почти триста взбудораженных учеников. Директор Дамблдор, небрежным взмахом волшебной палочки, переставил столы к стенам, а лавки трансфигурировал в пухлые фиолетовые спальные мешки. Пожелал всем спокойной ночи и удалился. — А они… того, не превратятся среди ночи? — спросила я старосту Уизли. — Не хотелось бы проснуться внутри деревяшки, на преждевременные похороны будет похоже. — Директор Дамблдор — могущественный волшебник и великий мастер трансфигурации! — возмутился староста. — Эти спальники будут спальниками до тех пор, пока директор лично не отменит превращение. Живо ложитесь спать! — Мне умыться нужно, — заупрямилась Браун. — И зубы почистить, — присоединилась Патил. — Обойдетесь разок без умывания, — важно заявил староста Уизли. — Всем спать! И никаких разговоров. Через десять минут гашу свет. — А мне в туалет надо, — прямо заявила я. — И не мне одной. Мы все за ужином тыквы наелись, а от неё слабит. Щас будет массовый перепердоль. Староста Уизли покраснел до ушей. — Из зала выходить нельзя! Директор запретил! — Нам прямо здесь, по углам, наложить? — вежливым тоном поинтересовалась Фэй. Ой, кажется сейчас у старосты Уизли дым из ушей пойдёт, без всякого перечного зелья. А тут ещё на нашу группу спикировал Пивз и завопил: — Детки, в спальники ложитесь! До утра не облегчитесь! Кто не сможет утерпеть — Будет весь в дерьме сидеть! Ситуацию спасло появление Кровавого Барона. Призрак факультета Слизерин только махнул рукой в сторону Пивза, и злокозненного полтергейста, как метлой, вымело из зала. Потом Барон, похоже, стал командовать школьным привидениями. Сам занял пост у дверей зала, другие по углам. К нашей группе подплыла призрачная дама в одежде целительницы. Окинула старосту Уизли неодобрительным взглядом: — Юным девицам, — заявила дама, — ни в коем случае не следует терпеть, если слышат они зов природы. От этого может у них приключиться истерика и последовать в дальнейшем тяготы деторождения. Так что я проверю безопасность дамской комнаты, а потом буду сопровождать туда девиц. Если что — они там запрутся, а я позову подмогу. Ой, кажется у самого старосты Уизли сейчас случится истерический припадок, или сразу инсульт. Но нет, парень справился. А мы, то есть Патил, Браун, и я с Фэй, всё-таки попали в туалетную комнату. Сделали свои делишки, даже помылись, как смогли. Полотенец не было, но мы посушились заклинаниями. Можно вообще заклинаниями чиститься, но вода лучше смывает запахи, да ещё и простенькие сглазы тоже. За нами, самыми буйными, потянулись младшие курсы. Одна первоклассница даже плакала, из-за того, что до утра может в туалет не попасть. Когда оказалось, что пытка отменяется, то малявка попыталась, от избытка чувств, обнять призрачную даму-целительницу. Та растроганно зарозовела и очень строгим тоном стала выговаривать насчёт сдержанности, которая приличествует юным девицам. Потом пошли старшекурсницы. Потом и парни сообразили, что на дворе не семнадцатый век, чтобы в камин облегчаться. Пока ходили туда и сюда, заодно и обсуждали Блэка: как он проник в замок, и зачем ему это потребовалось. В общем, все устроились в спальниках только после полуночи. Но и в три часа (судя по рисунку созвездий на потолке Большого зала) ночи народ ещё хихикал и шушукался, а староста Уизли расхаживал по залу, выговаривая самым шумным. Как по мне, самым шумным здесь был капитан слизеринской квиддичной команды Флинт — судя по громовому храпу, парень собирался отлично выспаться, несмотря ни на каких там Блэков. Я уже начала дремать, когда боковая дверца открылась, и по каменным плитами простучали шаги. У директора Дамблдора такие туфли, как у кавалеров времен короля Карла: с кожаным бантом, стянутым железной пряжкой, на массивных деревянных каблуках, выкрашенных в красный цвет. За ним следом, намного мягче, прошли башмаки на подошве из толстой кожи в сопровождении шороха слишком длинной мантии — Снейп, ясное дело. А потом все, кто ещё не спал, могли прослушать какой-то странный радиоспектакль. Директор отчитался перед старостой Уизли (тот, в своём самомнении, не заметил ничего странного), Снейп отчитался перед директором (это — норм, но почему именно здесь?). А ещё директор со Снейпом немного поговорили на тему: «Строгий, но добрый, директор заботится о вверенной ему школе». При этом Снейп явно на что-то намекал, мне неизвестное, но так, чтобы сам факт намёка смог заметить даже… Поттер. Я из-под ресниц покосилась в ту сторону, где над спальником колыхалась кучерявая шевелюра. Ладно, даже если сам Поттер намёков не заметит, найдётся кому объяснить. Впрочем, Поттеру было не до намеков. Оливер Вуд желал непременно в этом году заполучить школьный кубок по квиддичу, и Поттер занимал существенное место в его планах. Так что гриффиндорский капитан вместо того, чтобы учиться самому и не мешать другим, каждую перемену таскался за нашим курсом, вылавливал Поттера, и забивал ему голову стратегией и тактикой игры, а также особыми наставлениями для Ловца. А поскольку голос у Вуда был профессионально зычный, то мы все поневоле просвещались вместе с Поттером. До полного отвращения от квиддича. Заткнуть Вуда было нереально, оставалось сбегать. Так вот и получилось, что весь наш курс пораньше сбежал на урок защиты от тёмных искусств, а Поттер где-то потерялся и пришёл с опозданием минут на десять. Не повезло пацану. Приболевшего профессора Люпина замещал Снейп. И за эти десять минут Снейп успел провести устный опрос по всем записанным в журнале темам, старательно игнорируя задранную руку Грейнджер. Так что появление запыхавшегося Поттера профессора вовсе не обрадовало. Или, наоборот, обрадовало? Баллы с факультета Снейп снял с явным удовольствием. После чего объявил тему — оборотни, и велел конспектировать учебник, задавая весьма конкретные вопросы, а потом язвительно комментируя ответы гриффиндорцев. Понятное дело, нашим это вовсе не понравилось. Профессор Люпин обычно рассказывал сам, хорошо рассказывал, интересно. Потом спрашивал по принципу: «Кто хочет рассказать?..» Тут обычно Грейнджер отрывалась. Потом профессор давал какую-нибудь прикольную практику. Например, заранее прятал по всему кабинету мелкие конфетки, которые надо было разыскать строго по одной с помощью заклинания Ревелио. Рон Уизли на том уроке конфет насобирал на три высших балла и маленький перекус. А тут — сидим, скрипим перьями. Уизли даже пытался вслух возмущаться, за что получил особое наказание: чистить утки в Больничном крыле. Без волшебной палочки. Я сидела тише мыши под веником, но тоже налетела. — Мисс Сен-Клер, когда оборотень не может удерживать свою человекоподобную форму? — Во время полнолуния, сэр, — тотчас подскочила я. — И когда у нас ближайшее полнолуние? — поинтересовался Снейп. Я припомнила календарь лунных фаз — составляла накануне для уроков прорицания. — Сегодня, около полуночи. — Да? — голос профессора налился ядом, хотя куда уж больше. — И сколько же, по-вашему, всего длится полнолуние? Я ответила развернуто. — Истинное астрономическое полнолуние, то есть положение Луны, при котором разность эклиптических долгот Луны и Солнца составляет ровно пи радиан, продолжается, строго говоря, мгновение. Для гороскопических и ритуальных расчётов, а также для сбора некоторых ингредиентов, в зависимости от необходимой точности, длительность данной фазы принимают равной от десяти секунд до трёх минут. Но визуально человеческий глаз воспринимает Луну в виде диска на протяжении двух-трёх ночей. Так что можно считать, что полнолуние началось вчера и продлится до завтрашнего захода Луны. — Мисс Сен-Клер, — вкрадчиво проговорил Снейп, — вас покусала мисс Грейнджер и вы тоже мутируете в докучливую заучку? Может быть вы перепутали предметы, и вообразили себя на астрономии или на прорицаниях? Или вы считаете, что оборотни прогуливаются вдоль лесной опушки с хронометром и армиллярной сферой? Вам не хватает здравого смысла осознать, что оборотень становится тварью высшего класса опасности всё время, когда глаза его человекоподобной формы видят лунный диск, и его не отпугнет ваша напыщенная лекция? Минус пять баллов с Гриффиндора за бездарный и бесполезный ответ. И извольте подготовить таблицу полнолуний до конца учебного года с указанием их длительности. Объясняю доступно для вашего крохотного мозга — полнолуние, визуально воспринимаемое человеческим глазом. Сядьте! Я села за парту, потупив глазки и являя собой вид унылый и подавленный, хотя в душе посылала этого урода Снейпа в такие места, куда и оборотни-извращенцы не заглядывают. Ладно! На баллы плевать я хотела, а таблицу полнолуний я так и так по заданию профессора Трелони составляю. Надо будет — сделаю копию и для Снейпа. Пусть хоть зачитается!