obsession

Манджиро подхватил ослабшее тело парня на руки, унося прочь от тюремных камер. — Санзу, вызови врача, — приказал тот, проходя мимо розоволосого. — И как можно быстрее. — Вас понял, босс, — Харучие коротко кивнул. Сано распахнул двери кабинета, быстрыми шагами пересекая его, и вошел в свою комнату, сразу же направившись в ванную. Усадив юношу на табурет, Манджиро ловкими движениями стянул одежду с ослабшего тела, получая в ответ возмущенное бормотание и вялое сопротивление. Его потряхивало от лихорадки, а все прикосновения к разгоряченной коже жалили тысячами игл, руки Сано казались ледяными. — Нет! Не хочу! — захныкал Ханагаки, когда струи воды из душа окатили его тело. Пару раз он чуть не заехал похитителю кулаком в лицо, но тот ловко уклонялся, и, схватив парня за запястье, стал мочалкой намыливать его тело. — Пожалуйста, потерпи пару минут, это для твоего же блага, — стараясь сохранять самообладание, произнес тот. — Для м-моего блага… Ты уже с-сделал все, что мог! — сквозь зубы процедил Такемичи, борясь с сильным ознобом, из-за которого у него зуб на зуб не попадал. Майки, тяжело вздохнув, продолжил свое дело. — И вообще, с хуя ли я должен все это терпеть? Вместо того, чтобы просто убить меня и продать на органы ты заставляешь меня гнить в этом месте, выполняя твои хотелки! С какой стати ты решил, что тебе все дозволено… — Закрой свой рот, — прошипел Манджиро, обрывая его речь, и взял пленника за скулы. Их лица разделяли несколько миллиметров, и Такемичи чувствовал тяжелое дыхание на своей коже. Зрачки Сано будто побледнели и стали стеклянными. — А не то что? Трахнешь? Или, наконец, убьешь, чтоб я не мучался? — с вызовом бросил юноша, глядя преступнику прямо в глаза. Глава небрежным рывком высвободил лицо младшего из хватки и выключил воду. Взяв с полки большое полотенце, он завернул в него парня и понес к кровати. Одной рукой расстелив ее, Сано уложил закутанного юношу на перины, а сам принялся искать что-то в шкафу. Вытащив оттуда теплый халат, он накинул его на плечи Такемичи и помог ему надеть вещь, после чего накрыл одеялом. Он ненадолго оставил Ханагаки, а через пару минут вернулся с куском ткани в руках. Такемичи вздрогнул, чувствуя прикосновение холодной мокрой ткани ко лбу. — Отдыхай, — тот мягко погладил Такемичи по плечу.                                     *** Парень уже задремал, когда дверь бесшумно открылась, и в комнату вошел врач, а следом за ним и Майки. Услышав шаги, Такемичи приоткрыл глаза и кинул взгляд в их сторону. — Такемучи, привстань, доктор тебя осмотрит, — ласково произнес Манджиро, приподнимая юношу и помогая ему принять сидячее положение. — Так, ну что могу сказать… — прослушав легкие и осмотрев больного, мужчина поправил свои очки и достал блокнотик. — У него обычный грипп. Неделя постельного режима и приема лекарств, и будет, как огурчик. Манджиро облегченно выдохнул, облокачиваясь на подоконник. От сердца отлегло, зная, что жизни его Мичи ничего не угрожает. Врач закончил записывать и передал Майки листок с рекомендациями, после чего ушел. Тот проводил его задумчивым взглядом, ненадолго выпадая из реальности, а через пару минут опомнился, услышав со стороны Такемичи тихое кряхтенье, когда он переворачивался на бок. Сано подошел к юноше, садясь возле него на край кровати, и взял его прохладную ладонь в свои. — Такемучи… — взгляд черных глаз, в котором читалось раскаяние и сожаление, устремился на Ханагаки, встречаясь с его голубыми омутами, тусклыми и погасшими. — Прости меня.