Чудовища Зимы

POV Лихар На утро, как я и думал, дом пропах невесомым запахом леса. Питомца я обнаружил спящим под диваном. А вся кухня была засыпана снегом и закрыть окно сейчас — затопить половину дома. Хорошо хоть никто не залез. Проснулся даже позже обычного, ещё пришлось убирать то, что успело намести, и менять повязки Штейну. Мой подопечный, стоило мне вытащить его, зарычал, но, принюхавшись, спокойно опустил уши и продолжил спать. Видимо раны отнимали много сил, к тому же зверь давно не ел. Почти все лёгкие раны затянулись, а на месте укусов остались бледные шрамы, следы позора... Теперь, успокоившись, заметил, что участки с шерстью не пострадали. А ещё они оказались такими мягкими! Волк стал легонько тереться о мою руку, и я её инстинктивно отдёрнул. Уложив питомца снова в кровать, тот сразу радостно зарылся в моё одеяло, я потратил около получаса на очистку кухни. В некоторых местах успело подтаять, но потопа я избежал, выкидывая снег в окно. Покидал дом с мыслью о Волке, надеюсь, его не найдут и не только ради моей безопасности. Опоздание — дело привычное, но ужасное. Человек может не явиться вовсе, и это будет означать либо его гибель, либо нечеловеческий страх. Поэтому моя задержка была не так наказуема, но пугать лишний раз коллег не хотелось. — Снова волки? — Стоило мне войти в цех, как напарник появился рядом. Хорошо, что он не знает о своей проницательности. Есть у людей такого типа дурное качество — защитный механизм — реагировать на страх юмором. Юно хоть и не подозревал об этом, но проявлял его всегда при упоминании хищников. — Шучу, хотя твой дом ведь знаменит этим. Я рад, что через костюм он не сможет почувствовать ещё и мой запах, впервые одобряю эту экипировку. И мне действительно везёт, рыцарям приходилось неделями сидеть под моими окнами, но позже хозяином стал я и больше их вызывать не приходилось. Хотя опасность не уходила, волки любят мой участок, но я предпочитал прятаться. — Может, тебе стоит прекратить брать ночные смены? Хотя, только благодаря тебе у нас выходит укладываться в график... Именно по этой причине я возвращаюсь домой в темноте и гонимый страхом. Но не могу сказать, что меня заставляют это делать. Я люблю ночь, несмотря на опасность, да и адреналин для меня уже как наркотик. В этот момент я вспомнил про Алальштейна, и Юно заметил мою рассеянность. Однако, в наше время такое поведение не редкость. А про Волка действительно не стоит забывать. Любое животное стоит кормить, иначе оно сожрёт тебя. * В усадьбе Лихара * Волк мог двигаться, игнорируя слабую физическую боль, но не внутреннюю пустоту предательства. К тому же, зрение для ночного охотника играло важную роль. Оно должно было вернуться, но ощущать себя беспомощным, когда ты был альфой не самое приятное чувство. Отчаяние подступало к горлу. Так Штейн и лежал, зарывшись носом в одеяла и подушки. В волчьем обличье восстановление прошло бы быстрее, но и запах усиливается, а разоблачение ему не нужно, он и так рискует, отпуская Хозяина. Но отказывать какие-либо влияние на человека зверь пока не решался. Как щенок, он был рад угождать. Хоть новоприобретенный хозяин и занимал треть его мыслей, голод туманил рассудок. Обычно их стая делила добычу всего несколько раз в неделю, но человеческая оболочка потребляла больше энергии. Всё-таки собравшись с силами и решив, что слишком много придётся отпустить, умерев, Алальштейн спустился с кровати. Едой даже и не пахло. Волк, боясь наткнуться на предметы, двигался медленно. Сил хватало на размахивание хвостом, который и крушил мелкие вещи. Сначала Альфа нашёл путь на кухню, где спал. Раскидывая разную утварь, зверь проклинал человеческую любовь к коробкам, где ничего полезного нет. Обратно волк слетел по ступенькам, отбив пузо и колени. Поэтому, свернувшись клубком, он пролежал достаточно долго на холодном полу. Жалость к себе волнами накатывала на сознание Альфы, лучше не становилось и от щенячьей преданности, что появилась к человеку. В погребе, до которого он добрался, также не нашлось ничего полезного. Лишь что-то сыпучее, что он находил в тканевых мешках, некоторые из которых пришлось прогрызть или разорвать. Свалившись полностью в низкое помещение, Штейн стал продвигаться вглубь; пахло металлом, напоминая о пережитом. По пути смахнув хвостом несколько банок, волк отпрыгнул от резкого шума и болезненно ударился о потолок, задев ещё больше предметов. На то, что проход могло завалить, Альфа не обратил внимания. Подхватив когтями банку, он принялся её разгрызать, банку за банкой. Не то, чтоб там было что-то вкусное. Но среди странных крупинок было мясо, однако не лучшей свежести. Перебрав все банки, какие нашёл, Волк решил вернуться обратно в кровать — запах Хозяина явно помогал ему, но недостаточно. Разодранные жестянки валялись по кругу, и Штейн не мог понять, откуда пришёл, а при попытки идти, он натыкался руками на острые куски металла. Паника никогда не была привычна ему, но клаустрофобия неожиданно проявилась. Прижавшись максимально к полу и прикрыв себя хвостом, Волк протяжно заскулил, но опомнился и зажал рот кулаком. Скулёж волков — слишком громкий сигнал врагам и союзникам. Увы, его союзник не обладал чутким слухом. Мысли вновь окутали его, погружая в пучину тьмы. Словно он вновь щенок, запутавшийся в корнях старого дерева. Все его братья и сёстры тогда уже ушли, бросив его. Темнело в их лесах всегда рано, маленький альфа тогда также сидел в темноте, пока не пришёл его отец. Уже тогда, его съедало чувство беспомощности. Он был вторым альфой на пост главы стаи, вожака, который будет вести их дальше. Как это делать маленькому комку шерсти, которого способны победить даже деревья. С тех пор, ничего не поменялось. Стая вновь не могла на него рассчитывать, а он пресмыкается перед человеком, скулит всё чаще и забыл как обнажать клыки. Ярость разгорелась пламенем внутри, злость была даже на человека, ведь он также добавлял слабостей. Штейн быстро пришёл в себя. Не мог он не любить своего хозяина. Эмоции брали верх. Да, он был беззащитен лишь сутки, только вот… Когда в твоём мире темно, время длится вечность.. * end * Наверное, Юно сильно удивился, когда я действительно отказался от сегодняшней смены, но не пошёл домой. На рынке стоило всё ужасно дорого, но именно там можно было найти такую специфику, как мясо или фрукты. Только Рыцари могли ежедневно закупаться там, простых рабочих же кормили магазины при заводах. Там еда тоже была неплохая, но пресная. Крупы и редко несколько овощей, за которые готовы перегрызть глотку. Пока шёл, вглядывался в небо. Ни одного облака и ни единой птицы. Крылатые — умные создания, никогда птицы не появляются одновременно с активными волками. Поэтому они стали символом и гарантией безопасности. Если на вашем доме гнездиться или часто летают птицы, то можно расслабиться окончательно. Хотя, я и не думаю, что волки стали бы есть птиц, слишком они мелкие. А вот волчата вполне могут играть с ними. Так что, паника птиц вполне понятна, но это всё равно отдает тоской. За кусок баранины мне пришлось отдать чуть ли не двухмесячный заработок, но я это предусмотрел, взяв с собой больше денег, хотя обычно выходил и вовсе без них. Высшее чувство неловкости: Рыцари просто смотрели со смешком во взгляде, а вот Торговцы спрашивали прямо. Хотя причина – переезд, их устроила. Возвращаться домой не так поздно, как обычно, но с ароматным мясом и без людей вокруг тоже не особо безопасно... Да и почему-то мне кажется, с новым альфой волки будут вести себя более активно. Наверное, мне действительно следует брать меньше работы, иначе в один день я не вернусь... Не то, чтобы я ожидал чего-то другого, но дом вновь встретил меня темнотой и пустотой. Оставив пакет с едой для волка у входа, я, не включая свет, пошёл к нему. Однако, сразу споткнулся. Включив свет, я пожалел об этом. Все вещи были раскиданы по полу, немногие специи также покрывали пол цветными пятнами. Не успел я осознать весь беспорядок, как услышал тихий скулёж. В комнате никого не было, а скуление продолжалось из погреба. Раскидывая завалы испорченных продуктов, я больше волновался за волка, чем за то, чем мне питаться. Алальштейн сразу бросился мне в руки, скуля. — Хозяин. Хозяин.. Хозяин, — не переставал скулить альфа, когда я вытащил его снова на кровать. — Тихо, всё в порядке. Я принёс тебе мяса, прости, что так долго, – Волк замолчал, но отпускать меня не хотел. Наверное, ему было тяжко весь день без еды и в темноте. Хотя, он нашёл чем перекусить, т. к. был весь в крупах. Убираться мне предстояло долго и пополнять запасы еды тоже.. Отряхивая платиновую шерсть, успокаивал своего подопечного, тот казался сейчас не опаснее собаки. Даже странно, что этот парень руководил кем-то. Уйти на кухню одному мне так и не удалось, и стоило достать мясо, распаковать его, как Штейн быстрым движением выхватил кость и по-звериному уселся на полу. Я не рискнул отбирать у волка пищу, хотя я и думал сначала приготовить мясо. Вместо этого, я стал убирать кухонную утварь и заодно заваривать себе одну из целых каш быстрого приготовления, увы, простые рабочие не могли позволить себе большее. Они хранились у меня на самых верхних полках, поэтому остались не тронуты. Подобрав ящичек с травами с пола, также поставил воду на огонь. Одежда моего волка итак оставляла желать лучшего, а сейчас она пропитывалась ещё и чужой кровью и соком. Довольно жуткое зрелище, не хотел бы я попасть в пасть к нему, сейчас он действительно хищник. Клыки уверенно отрывали плоть, пусть та была подмороженной. — Штейн? — Странно воспринимать его, как животное, нужно прекратить это. — Да? — Он оторвался от кости. — Не против помыться сегодня? А то.. ты не видишь, но это ужасно, — Как с ним общаться, я не знал, но его подчинение неловко ощущалось. — Все мои вещи.. — Не переживай об этом, я тебе дам. Ты поел? — Да, — Он сунул мне в руки кость, мяса бы хватило ещё на один приём. — Спасибо. Мыть его самому было бы неловко и я был рад, что Волк согласился заняться собой самостоятельно. Я решил отряхнуть одеяло от гречки и других круп, но полноценно убраться в погребе и комнате я не решился. Раны Волка могли снова открыться и отмывать кровь сейчас было бессмысленно. Сегодня я переночую на диване. * Зверь до этого был лишь несколько раз в домах людей, слишком давно. Тогда воду грели в тазах, а набирали из колодца. Системы двух миров были похожи, теперь перед Штейном оказался кран. Лихар пояснил чем и что можно отмыть, но это не помогало. Не без труда, гость залез в широкую ванну, человеческие ступни не скользили, но он ждал подставы. Наугад крутанув кран, Волк увернулся от струи воды, та выливалась на пол. Холодная. Было привычно, поэтому он позволил себе вспомнить их озеро для омывания. * — Хозяин! Алальштейн закончил и теперь сидел в ванной; хвост и уши странно выглядели будучи мокрыми. Он попросил проверить, отмылась ли грязь. Грязь то он отмыл, но вся ванна была в шампуне и воде. Но это исправить не так трудно. В моей одежде его хвост пришлось пустить в штанину и без него Альфа выглядел очень странно, по-человечески. Пока я раскладывал диван, спать в липкой постели не хотелось, Штейн попросил проводить его на улицу. Он был мокрый, капли разбивались о пол, падая с кончика хвоста в широких штанах. Холод волкам был не страшен и это знали даже люди, но волнение за чужое самочувствие не могло так просто оставить меня. *** Волк спокойно вышел в одной майке и под босыми ногами захрустел снегом. Луна светила довольно бледно. Закрыв глаза, альфа подставил лицо свету. Хвост дергался из стороны в сторону, но в штанах это было неудобно. Порвав таки штаны, он выпустил хвост и затянул ремень потуже. Теперь тот метался по снегу и парень накидывал его на себя, сидя скрестив ноги. Холод действительно не тревожил, но одиночество захлестывало, хотелось выть на луну, однако и это было сейчас нельзя. Теперь, с полным желудком, мысли вертелись вокруг двух вещей — предательство одного из стаи и хозяин. У волков было одно общее качество —верность хозяину. Однако, хозяина найти действительно трудно, особенно теперь. Пастух почти всегда является чьим-то хозяином. Волки дичают от одиночества, даже стаи не заглушают это. Возможно это и случилось с прошлым вождём. Теперь Альфа чувствовал власть над собой и это пугало. Он не знал, какой Лихар, но этот человек пустил его и кормит. Поэтому, за те дни, пока восстанавливается зрение, волк решил присмотреться к парню. Первая мысль также его беспокоила, но то, что он будет делать и так знал, но очень надеялся, что его не ищут. Лихар в опасности из-за его запаха. Хотя, волки и не охотятся днём, опасность велика. Волк оглянулся на дом. Они часто появлялись здесь и почему? Сам Алальштейн не раз ночевал во дворе этого дома или просто проходил мимо. Возможно, он даже видел Лихара однажды. Вообще, волки редко появляются в человеческом облике. Максимум его используют для получения информации у людей или для покупки редких вещей. Наверное, они даже не подозревают, что многие общались с теми, кого страшно ненавидят и бояться. Тем временем Лихар лёг, но уснуть не мог. Он беспокоился за волка, хоть тот и мог сам вернуться домой. Когда альфа наконец показался, он, хоть и хватался за стены, шёл именно как Альфа. Хвост слабо вилял в такт шагу, голова приподнята, уши торчком. Такие перемены, которые стал замечать Лихар, пугали. — Прости, что тебе угрожает опасность, — Штейн свернулся рядом под одеялом. — Я сам тебя впустил, — Спиной парень чувствовал тепло и хвост, который стал метаться из стороны в сторону. — Спасибо.