i never find out ('til i'm head over heels)

В то время как не было никакого спасения мира, определенно было спасение Дастина. Очевидно, он допустил ошибку, разговаривая со Сьюзи ранее днем. Что-то о том, чтобы подвергнуть сомнению ее знания о чем-то слишком занудном, чтобы Стив мог даже мечтать о полном понимании. Итак, после часа, когда Дастин прокручивал историю и защищался, Стив сказал ему, что это так же просто, как извиниться. Потребовалось добрых пятнадцать минут, чтобы убедить его, что это лучшее решение, Дастин все еще оборонялся, но оказалось, что к лучшему, если ребенок, болтавший о ней на следующей неделе, что-то значил. Кстати говоря, следующая неделя прошла именно так, как он и надеялся. Эдди действительно пришел и посмотрел выбранный им фильм, лишь слегка поддразнив его за это. И вот так они попали в хороший ритм. Одну неделю они тусовались в трейлере Эдди, а другую — в доме Стива. Время от времени они меняли его и проводили время в разных местах города. В течение следующих нескольких месяцев Стив все больше и больше привыкал к странному чувству, которое возникало у него в животе, когда Эдди делал что-то, что было… ну, в стиле Эдди. Иногда Эдди морщился, когда улыбался или смеялся. А иногда Эдди дергал себя за волосы перед лицом, когда они поднимали тему, из-за которой он нервничал. А иногда Эдди говорил без остановки о вещах, о которых Стив и мечтать не мог. (Стив знал, что это, вероятно, говорит о нем гораздо больше, чем об Эдди, но он не был тем, кто особо вникал в это). И поэтому все было легко. Они были легкими. Летнее тепло сменилось осенней прохладой, что означало, что детям пора возвращаться в школу. Семья Байерс-Хоппер наконец-то вернулась в Хокинс, хотя Джонатан задержался в школе. Нэнси перевели в общежитие через несколько часов, к большому разочарованию Робин, которая копила деньги на учебу. Было немного ошеломляюще наблюдать, как вещи продолжали меняться, ничто никогда не оставалось неизменным слишком долго. Это была тема многих разговоров Стива с Эдди, когда они сидели или лежали на любой из своих кроватей. Несмотря на эту постоянную эволюцию состояния мира и людей вокруг него, Стив был в основном доволен. Конечно, были времена, когда он чувствовал, что застрял, только наблюдая за происходящим, в то время как он никогда не менялся, но обычно он отбрасывал эти мысли. — Это просто несправедливо, — стонала Робин, сгорбившись над стойкой регистрации в магазине «Семейное видео», возвращая Стива в настоящее. Протянув руку, он похлопал ее по спине, несколько посочувствовав ее положению. — Ага, но кто сказал, что ты не можешь пойти и навестить ее? У меня есть машина, так что я всегда могу подвезти тебя, — предложил Стив, хотя и собирался ткнуть ей в лицо, что теперь они оба похожие ситуации, хотя у него не было любовницы в нескольких часах езды. Робин слегка приподняла голову, изогнув бровь. — Ты серьезно это сделаешь? Ради меня и твоей бывшей девушки? — спросила она, и Стив не знал, хочет он ее задушить или нет. Он остановился на законном варианте. — Да, я бы так и сделал. Потому что вы оба мои друзья. Это слово вам ни о чем не говорит? Ты повидаешься с ней? — указал Стив, скрестив руки на груди и прислонившись к стойке, на которой была Робин. Ключевое слово: была. Как только последний набор слов сорвался с его губ, Робин практически вскочила со стойки, чтобы обнять его, смеясь. Сила всего этого удивила его и чуть не выбила из равновесия, но он устоял на ногах, посмеиваясь вместе с ней. — Спасибо, Стив, ты блядский спасатель жизней. Я верну тебе долг, клянусь мамой Дастина, — пообещала она, отстраняясь, все еще держа руки за его плечи. Стив закатил глаза, но улыбка на его лице говорила сама за себя. — Ты знаешь, что тебе не нужно ничего делать, — сказал он, услышав, как позади него открылась дверь в магазин, — это не проблема. — Что не проблема? — голос Эдди путешествовал по воздуху, Стив обернулся, чтобы посмотреть, как он подходит к стойке. Хотя его появление было далеко не сюрпризом, Стив все еще чувствовал, как сжимается его грудь, как он уже привык. — Ну, видишь ли, Стив, — объяснила Робин, — предложил отвезти меня в гости к Нэнси, — Стив не смотрел на нее, но слышал улыбку в ее голосе. — И кто сказал, что рыцарство мертво? — пошутил Эдди, получив равнодушный взгляд Стива. — Хватит с вещами восемнадцатого века. Ты, типа, на столетие отстал от времени. Эдди и Робин остановились, чтобы посмотреть на него. — Извини. Сколько столетий прошло с шестнадцатого века? — спросил Робин, и Стив сузил глаза. Чего-то ему не хватило, но чего? — Гм, — подумал он, глядя между ними двумя, — три? Взгляды остались на нем. Становилось неловко, пока оба не начали смеяться. В тот момент это просто сбивало с толку. — Стив, пожалуйста, скажи мне, что ты шутишь. В каком веке мы живем? — спросил Эдди, явно что-то ища. — Девятнадцатый век, верно? Это же тысяча девятьсот девяностые? Лицо Эдди, как и лицо Робин, сжалось в попытке сдержать смех. Наконец Робин сломалась. — Стив, это так не работает, — поправила она. — Да, Стиви, — вмешался Эдди, — мы живем в 20-м веке. Ты не считаешь первое столетие. Мы не начинали с нулевого года, ты же знаешь. На это Стив вздохнул и закатил глаза, отказываясь смущаться. — Да, да, как угодно. Рад, что тебя это забавляет, — заявил он, хотя совсем не расстроился. Это было довольно забавно, но он не собирался признаваться им в этом. — Да. Да, мы тоже, — ответила Робин, все еще хихикая по этому поводу, когда отходила, чтобы помочь покупателю. Стив видел, но предпочел не комментировать. — О, и ты тоже можешь поехать, если хочешь, Мансон. Эта идея естественной и правильной. Не потому, что было бы грубо строить планы перед кем-то, не пригласив их, а потому, что он хотел, чтобы Эдди сопровождал их. Может быть, это было потому, что он хотел убедиться, что у него есть с кем пообщаться, пока его друзья проводят время вместе. Или, может быть, это было потому, что он наслаждался ощущением в своей груди, которое он чувствовал, когда был рядом с Эдди, с тех пор, как решил позволить себе это. Это было довольно свободно. — Я имею в виду, да. Конечно. Звучит неплохо, Харрингтон, — кивнул Эдди, явно ошеломленный предложением, — ты собираешься забрать нас всех или хочешь встретиться? — Я заберу вас, ребята. Будьте готовы к десяти. Договорились? — он получил кивки от них двоих, Эдди ушел, и оставшаяся часть рабочего дня прошла в размеренном темпе. Суббота наступила быстро и легко. Поездка до университета Нэнси оказалась не такой длинной, как он думал, поскольку разговоры были постоянными. Стив узнал, что Эдди время от времени слушал радио и наслаждался некоторыми песнями. Он не был уверен, как он продолжает удивляться этим вещам, но он удивлялся. Робин заранее позвонила Нэнси, и она расхохоталась, рассказывая, как взволнована, наконец, увидеть ее снова. В ее защиту можно сказать, что это было самое долгое время, которое они провели порознь с тех пор, как были вместе после Векны. Примерно в пятнадцати милях от университета Стиву пришлось остановиться, чтобы заправить свой бак, а двое других решили, что сейчас самое подходящее время, чтобы захватить слякоти, прихватив с собой и ему. Стив назвал это компенсацией за их путешествия. Следующее, что они увидели, Робин вышла из машины с широкой улыбкой на лице, когда она повернулась, чтобы показать Стиву и Эдди большие пальцы, и они ответили тем же жестом, прежде чем она ушла. Стив наблюдал, счастливый видеть ее такой взволнованной, пока машину не начало трясти, а с заднего сиденья вперед не вылезло тело. — Чувак, — воскликнул он, двигаясь, чтобы тело Эдди могло проползти сквозь пространство, — ты мог бы просто выйти и сесть на пассажирское сиденье, как обычно. Через мгновение, как только Эдди оправился, поправив задравшуюся часть рубашки, обнажив край одной из своих татуировок, он повернулся к нему, дьявольски улыбаясь. — Но так было намного веселее, — констатировал он как ни в чем не бывало, пристегивая ремень безопасности, — итак, куда мы едем, водитель? — Ты смешон, ты знаешь это? — спросил Стив, хотя в его тоне не было ничего, кроме нежности. Ладно, не считая легкого раздражения, потому что ботинок Эдди был слишком близок к тому, чтобы ударить его по лицу, а Стив уже выполнил свою норму синяков под глазами, по крайней мере, до конца десятилетия. — Ты знаешь, что тебе это нравится, Харрингтон. Ты бы не пригласил меня, если бы не хотел, — заметил он, и Стив не мог с этим спорить. Усмехнувшись, Стив пробормотал: — Ты такой урод, чувак. Хотя все веселье, казалось, исчезло, когда он посмотрел на другого и увидел, что тот замер на своем месте. — Нет, Эдди, прости, — начал он пятиться назад, желая исправить ситуацию, и от этой оплошности у него в животе образовались узлы, — я не это имел в виду. На это Эдди только вздохнул и улыбнулся ему несколько сжатыми губами. До глаз не дошло. Стив ненавидел то, что это не доходило до его глаз, и еще больше ненавидел то, что он был тому причиной. — Нет, все в порядке. Во всяком случае, так меня все называют, — пожал плечами Эдди, слишком смирившись, чтобы быть человеком, который всего несколько месяцев назад стоял на столиках в столовой и говорил о принуждении к конформизму, убивающем детей. Честно говоря, Стив понятия не имел, каково это, когда целая группа самодовольных спортсменов охотится за ним за убийство, которого он не совершал, так что изменение имело смысл. — Нет. Это не нормально. Я проебался, и я сожалею об этом. Это было неправильно с моей стороны, хорошо? — мысль была возможна. Если быть честным, он привык к тому, что его укорачивал ребенок примерно на полдесятилетия моложе его, поэтому он мог выдержать некоторые поправки от людей его возраста (или, в данном случае, немного старше его возраста). После того, как между ними прошла минута молчания, Эдди утвердительно покачал головой. — Да. Хорошо, я думаю. Спасибо. Напряжение в воздухе чувствовалось ощутимо. Это было неудобно, но Стив знал, что виноват в этом он. — Не благодари меня за минимум. Просто скажи, если хочешь проверить, что здесь есть, чтобы мы могли пообедать. Я умираю с голоду, — усмехнулся он, схватив Эдди за плечо дайте ему самые нежные толчки. — Ладно, ладно, — усмехнулся он, казалось, снова расслабившись, и Стив никогда не чувствовал большего облегчения за почти двадцать лет своей жизни, — ага, пойдем посмотрим, что у них есть поблизости. Но ты заплатишь, раз ты так стремишься наверстать упущенное передо мной. Ухмылка на лице Эдди была всем, что ему было нужно, чтобы понять, что все вернулось в норму. Узлы в животе раскрутились, но комок в груди стал немного туже. Он не возражал. — В любом случае, это был план, Мансон. С этими словами Стив включил задний ход и обхватил рукой спинку пассажирского сиденья, на котором сидел Эдди, чтобы он мог оглядываться назад и убедиться, что он не заденет что-нибудь или кого-нибудь, когда выедет со своей парковки. место. Потребовалось около десяти минут езды, чтобы найти место, которое, по их мнению, было бы подходящим. Это была какая-то закусочная недалеко от университета. Вскоре они уже сидели друг напротив друга, перед каждым стояли гамбургеры и картошка фри, хотя у Эдди был вегетарианский бургер. Стив подшутил, но другой не попался на удочку, просто сказав ему «не бить, пока [он] не попробует. — Знаешь, — начал Эдди, останавливаясь только для того, чтобы сделать глоток из своего напитка, — здесь мне намного лучше, — Стив нахмурил брови, и Эдди быстро заметил его замешательство, — например, — вздохнул он, немного откидываясь назад, — когда мы тусуемся на публике в Хоукинсе, всегда есть по крайней мере один или два человека, которые просто… не перестают пялиться, понимаешь? Я не знаю, они думают, что я завладею их ребенком и заставлю их танцевать гребаную макарену или что-то в этом роде. При этом Стив фыркнул и слегка пнул его под столом. — Не смеши меня, когда говоришь мне что-то обидное, — он взял картошку фри, чтобы засунуть ее в рот, затем заговорил с ней, болтающейся на краю губ, как сигарета, — кроме того, это была бы хорошая суперсила. Поначалу это звучит очень неэффективно, но когда твои враги танцуют макарену, у тебя есть все необходимое время, чтобы нанести удар. Эдди рассмеялся, помешивая соломинкой лед в стакане. — Ты не можешь высмеивать меня за то, что я люблю занудное дерьмо, а потом сказать то, что сказал бы один из хоббитов. Ты должен выбрать одно или другое, Харрингтон. Что именно? — Что ты имеешь в виду? Это простая боевая стратегия, — оправдался Стив, заработав насмешливое фырканье от человека, сидевшего напротив него за столом. — Ладно, ладно. Я просто говорю, один сеанс D&D со мной и мальчиками, и я думаю, ты уйдешь новым человеком. Ты увидишь свет, я просто знаю это, — попытался он, хотя его попытки были далеко не убедительны. — Да, я думаю, мне придется отказаться от этого. Я думаю, что вполне доволен тем человеком, которым я являюсь сейчас, — сказал он, слова казались ему неправильными по причинам, которые он не мог расшифровать. — Хорошо, но предложение всегда открыто. Ты приглашен, когда захочешь. Обед прошел без сучка и задоринки, они обсуждала все, что пришло им в голову. Как обычно, разговор получился невероятно легким. В какой-то момент Эдди предложил обучить игре на гитаре, и Стив согласился. Они также шутили о том, что сделают одинаковые татуировки в салоне, который видели по дороге в закусочную. Поев и расплатившись, они немного погуляли. Это заняло немного времени, но в конце концов их одолела тишина. Она не была напряженной, как та, что была в машине, хотя и была недолгой. Тишина действительно успокаивала. Было просто приятно находиться в чужой компании, почти ничего не делая. Однако слишком скоро они вернулись к машине Стива и поехали за Робин. Прошло несколько часов, как они и планировали заранее, Робин не хотела слишком сильно отвлекать Нэнси от ее курсовой работы. И вот так они направились обратно к Хоукинсу, где Эдди, скорее всего, придется снова получать взгляды за то, что он просто существует. Внутренне Стив подумал и решил просто взять его за пределы Хоукинса, чтобы уйти от чуши людей. Позже, когда солнце начало садиться и Стив подвозил Эдди после того, как сделал то же самое для Робин, Эдди дал понять, что думает так же. — Знаешь, — сказал он, держа руку на дверной ручке, схватив ее, но пока не толкая, — нам следует делать это чаще. Я знаю, что мы тусуемся каждую неделю, но, может быть, мы сможем уезжать из Хоукинса время от времени? Напомним себе, что в мире есть нечто большее, чем этот злобный маленький городок? И Стив улыбнулся и кивнул, это чувство в его груди снова дало о себе знать. — Я и сам не мог бы сказать лучше, Мансон.