Избранный

Неподвижное озеро озарялось светом уходящего солнца. Вокруг едва пошевеливались бегущие вверх тростниковые лучи. Кувшинки беспечно плавали из стороны в сторону, будто бы назойливо отмахиваясь от надоедливых лягушек. Их кваканье звучало отовсюду. Сзади небольшой хижины возвышался величественный лес. Шум ветра заглушал противный голоса жаб. — Жутковато для семейства Уизли, верно? — усмехнулась Джинни, — Этот дом стоил втрое меньше положенного. Думаю, поэтому родители выбрали его. — Молли где угодно наведёт порядок. Не думаю, что об этом стоит волноваться. Уизли-младшая уверенно шагала к дому. По мере приближения улыбка начинала сползать с лица. Девушка сильнее сжала руку Гарри. Набравшись смелости, она постучала в широкую деревянную дверь. Джинни шумно втянула воздух, услышав характерное бормотание по ту сторону и громкий топот. — Джинни, детка! — взвизгнула миссис Уизли, — Тебе стоило предупредить о своем визите, у меня совершенно ничего не готов. О, Мерлин! Гарри! Женщина бросилась на шею Гарри. Тот блаженно вдохнул знакомый запах ржаной муки и корицы, всегда окружающие миссис Уизли. Молли стала для него матерью, о которой он даже мечтать не мог. — Ты так похудел, — сглатывая слезы, пробормотала Молли, — Артур прочёл в сегодняшнем выпуске «Пророка», что тебя выпустили из Азкабана. Я и не сомневалась в том, что Гермиона добьётся своего. Прошу, приходи, не задерживайся на пороге. Гарри проследовал вслед за хозяйкой дома, подталкивая вперёд подругу. Джинни вцепилась в пакет с булочками так, будто он был её главным оружием. Волшебники стали часто моргать, привыкая к тускловатому тёплому свету. По правой стороне комнаты тянулось тепло, исходящее от камина. Возле него стоял обшарпанный диван и ярко-желтое потрёпанное кресло. На нем, свернувшись калачиком, лежала Гермиона. Джинни приложила палец к губам и подошла к подруге. Она достала палочку и стала размахивать ею перед носом девушки. Грейнджер стала нервно отмахиваться от пляшущих вокруг солнечных зайчиков. — Довольно же, — возмутилась Гермиона, — Джинни! — её тон тут же сменился на примирительный, — Рон, скорее! Иди сюда. Грейнджер радостно бросилась на шею Джинни. Гарри аккуратно выскользнул из тени, останавливаясь в нескольких шагах от подруги. Он не видел её столько лет, но был готов поклясться, что гриффиндорка нисколько не изменилась. За исключением лишь болезненной худобы. Под глазами девушки залегли темные круги. Щеки, ранее пылающие радостным румянцем, побелели и впали. — Может и меня обнимешь? — усмехнулся Гарри, опираясь на дверной косяк. — Боже мой, Гарри, — не веря собственным глазам, прошептала девушка, — Я знала, что у меня получится. Знала, что я верну тебя домой. Мне никто не верит, но я всегда знала, — бормотала Гермиона, вжавшись в друга. Сдерживающий слезы Гарри прижал к себе подругу ещё сильнее. Она дрожала от рыданий, ее тонкие руки обхватывали его лицо, пытаясь убедиться, что перед ней стоит живой человек, а не очередное видение. — Гарри! — по лестнице сбежал вниз Рон, бросаясь на друга. Уизли крепко обнял их обоих. Он выглядел довольным и отдохнувшим, что сильно контрастировало на фоне измученной Гермионы. Джинни продолжила стоять в стороне, смущённо снимая пальто. Девушка прошла на кухню, помогая матери приготовить еду. — Я так рад, что ты вернулся, дружище, — Рон похлопал Гарри по плечу, — Мне не позволили навещать тебя в Азкабане. Сказали, что я имел с тобой слишком близкую связь. Чёртовы ублюдки. — Зато теперь всё наладится, — радостно выдохнула Гермиона, — Мы устроим тебя работать в аврорат, как ты всегда и хотел. Станешь напарником Рона. Миссис Уизли не будет против, чтобы ты остался здесь. У нас не очень много места, но я могу уступить тебе постель. — Эй, Гермиона, я не прошу об этом, правда, — успокаивающе сказал Гарри, — Я не стану смущать огромное семейство Уизли. Я ведь не маленький, правда? — Но тебе нужна защита, — возмутилась Грейнджер. Её глубокие темные глаза излучали уверенность. Она уже успела все продумать. Рон аккуратно ухватил девушку за тонкое запястье и отвел в сторону. Он уселся на диване, жестом предлагая Гарри занять место напротив. Гермиона не сводила восторженного взгляда с друга. Уизли, заметив, как она дрожит, береженно сжал ее ладонь и вытер с лица застывшие слёзы. — Знаю, что ты думаешь, — усмехнулся Рон, заметив, как Гарри обводит взглядом помещение, — Не дворец, конечно, но живём. Внутренне напоминает Нору, но внешне всё изменилось. — Это совсем неважно, — выдохнул Гарри, — Я знаю, что для вас всё изменилось, но я... Я помню только события пятилетней давности. Вы продолжали двигаться дальше, а я застыл на месте. Для меня последние несколько лет слились в единое всепоглощающее чувство полной темноты. Гермиона застыла, словно в нее только что попал Петрификус. Ее руки снова задрожали, и Рон метнул в сторону друга взгляд, полный сожаления и скрытой злости. Он крепко сжал плечи Гермионы и набросил на нее теплый плед, но причиной дрожи был вовсе не холод. — Хватит об этом, — неожиданно грубо сказал Гарри, — Джинни сказала, что вы встречаетесь. Что насчёт свадьбы? — он постарался сделать голос более расслабленным. — Я и не думала о ней, — встрепенулась Гермиона, — Ты был в Азкабане. Как мы могли пожениться, если не было тебя? Гарри будто пронзило разрядом тока. Он посмотрел на темные глаза Гермионы, в которых плесали отплески огня из камина. Девушка протянула к нему руки и крепко вцепилась в них. Рон сжал зубы и аккуратно отвёл девушку на кухню. — Она... В порядке? — Гарри нервно сглотнул. — Не подумай, что я не рад тебе, — выдохнул Рон, — Но она стала одержима. Всё время твердила только о том, чтобы вытащить Гарри. Гарри, Гарри, Гарри... Гарри, я очень скучал по тебе, но Гермиона была готова пожертвовать собственным здоровьем и безопасностью всех окружающих. Если бы её план не сработал... Моей семье и так пришлось нелегко, но то, что сотворила с собой Гермиона трудно забыть. — Я считал, что у всех, кто на свободе жизнь стала налаживаться, но, судя по всему, ошибся, — невесело хмыкнул Гарри, — К чёрту, Рон. Как будто мы не бывали и в худших ситуациях. Мы выберемся, ладно? Вы сыграете свадьбу, и всё будет отлично. Теперь Гермионе не о ком беспокоиться, я сам о себе позабочусь. — Боюсь, что она будет заботиться о тебе до самой старости. Семейство Уизли выглядело ровно так же, каким запомнил его Гарри. Или, скорее, они старались выглядеть такими. Джордж уже несколько дней проводил в разъездах, не появляясь дома. Молли постоянно посылала ему письма и приходила в восторг, когда сын отправлял ей в ответ снимки вместе с Анджелиной. Мистер Уизли не сводил пристального взгляда с единственной дочери. Гарри он поприветствовал как родного сына, но между ним и Джинни царило напряжение. Улыбка Уизли-младшей казалось слишком натянутой. Она выглядела намного моложе Гермионы, казалось, что каждый ее год шел за три. Девушка изо всех сил старалась держаться прямо, но губы Джинни предательски вздрагивали каждый раз, когда она сталкивалась взглядом с сидящей напротив подругой. За ужином все старались избегать неприятной темы о времени, которое Гарри провел в Азкабане. Рон увлеченно рассказывал о работе аврором и настаивал на том, чтобы друг стал его напарником. Миссис Уизли хвасталась достижениями сыновей, рассказывая об их путешествиях и любовных достижениях. Билл и Флёр обещали приехать к ним через несколько недель. Мистер Уизли вежливо напомнил младшему сыну, что и ему пора задуматься о женитьбе, но он в ответ лишь недовольно хмыкнул. — Гермиона говорит, что на свадьбу у нас нет времени. Она, кажется, слишком увлечена работой в министерстве, чтобы обращать внимание на такие мелочи. — Мелочи, — эхом повторила Грейнджер, — Именно мелочи. Я не считаю свадьбу необходимой, мы и так вместе. Единственной, кто не проронил ни одного слова за весь ужин оставалась Джинни. Она внимательно изучала содержимое тарелки и изредка поглядывала на часы. Гарри мог поклясться, что ощущал напряжение почти физически. Каждый из находящихся за столом обитателей дома, думал о своем, и не собирался делиться мыслями с окружающими. — Джинни, а как насчёт твоей работы? Как ты оказалась в «Пророке»? Глаза девушки широко распахнулись. Она незаметно ударила Гарри по ноге под столом, заставив его скривиться. Увидев недопонимание на лице Молли, он тут же поспешил улыбнуться. Обычно весёлый Артур неожиданно потускнел. — Дин Томас после окончания Хогвартса стал спортивным комментатором по Квиддичу. Его пригласили работать в газету. Я предложила составить ему компанию, и места в «Пророке» достались нам. Иногда мы работаем вместе, но я специализируюсь не на спортивных новостях. — А на чем тогда? Джинни нервно посмотрела на друга, Гарри слишком поздно понял, что поднял запрещённую в доме Уизли тему. Он заметил, как напрягся Артур, крепко сдавший в руках стакан. — Я работаю с Пожирателями смерти, — выпалила девушка, — Собираю информацию о их судьбах после войны, добилась помилования некоторых детей приспешников Волан-де-Морта. Они избрали путь исправления и стали работать во благо общества. Для того, чтобы найти к ним подход, мне пришлось сблизиться с... — Довольно! — Артур ударил кулаком по столу, — Я уже говорил, что не хочу слышать о твоей связи с ним. Ты опозорила нашу семью, связавшись с этим подонком. Надеюсь, ты не рассказываешь об этом на каждом углу. — С каким пор тебя волнует репутация? — прошипела Уизли. — С тех самых, как кончилась война и половину волшебников, сражавшихся на нашей стороне, сослали в Азкабан. Твой новый дружок сдаст тебя при первой возможности. Постарайся подумать над моими словами. — Пожалуй, я просто постараюсь уйти. Это у меня определенно хорошо получается. Молли бросилась останавливать дочь. Приобняв девушку за плечи, она отвела её наверх. Остаток ужина прошел в спокойной шутливой обстановке так, словно ничего не произошло. Миссис Уизли ничего не говорила, но постоянно бросала гневные взгляды в сторону мужа. — Гарри, милый, — Молли ухватила уходящего парня за рукав, — Оставайся сегодня у нас. Комната Джорджа в его отсутствие пустует, там останется Джинни. Проведай её, у них с отцом часто случаются разногласия из-за некоторого недопонимания. Я постелю тебе на диване в гостиной. Поттер прошмыгнул между спорящих Рона и Гермионы. Он пробежал вверх по лестнице. Каждый его шаг отдавался громким скрипом. Гарри провел рукой по двери, покрытой вмятинами. Он слегка приоткрыл ее и заглянул внутрь. — Мама, если ты опять пришла меня уговаривать помириться с отцом, то тебе лучше уйти, — рыжеволосая обернулась, — О, Мерлин! Прости, Гарри. Я подумала, что мама решила снова учить меня жизни. Проходи. Если бы несколькими минутами ранее миссис Уизли не сказала, что комната принадлежит одному из близнецов, Гарри никогда бы не пришла в голову эта мысль. В спальне царил идеальный порядок, за исключением пыли, которая покрывала книжные полки. Джинни сидела на кресле, забросив ноги на подлокотник. — Полагаю, что мой вопрос тебя разочарует, — хмыкнул Гарри. — Прошу, не задавай его, — умоляюще пробормотала девушка, — Теперь понимаешь, почему я так редко бываю дома? Отец не хочет меня даже видеть. Он придумал для своей дочери другую семью. Я не оправдала его надежд, поэтому папа избавился от этой ненужной информации. — Скажи, тебе приходилось работать с Паркинсон? — как можно аккуратнее спросил Гарри. — Да, она стала одной из первых, кто выступил добровольцем и согласился участвовать в министерской программе. О ней писали во всех газетах, я лично встречалась с ней. Она работала в больнице Святого Мунга. Вы виделись? — Да. Она была медсестрой, и мы пересеклись несколько раз, — кивнул Гарри, — Паркинсон показалась мне неплохой. Я подумал, что ты занимаешься прекрасным делом. — Мой отец так не считает, — Джинни пожала плечами, — Он говорит, что все они достойны смерти или пожизненного заключения. Я считаю, что любой может искупиться. — Любой? — Любой. Гарри придвинул журнальный столик и уселся на него, чтобы глаза девушки смотрели прямо в него. Она скрестила ноги по-турецки и наклонилась к нему. — Твои взгляды на жизнь несколько... Неординарные, — постарался подобрать слово Гарри, — В Азкабане сидели жестокие убийцы и отъявленные преступники. Они не способны на человеческие эмоции, не говоря уже об искуплении. — Я имела ввиду детей Пожирателей, Гарри. Нет плохих людей, есть те, с кем плохо поступали. Но не все становятся плохими из-за того, что с ними происходит. Ты, например, такой же, как и был. Я по-прежнему вижу свет, исходящий от тебя. Ты ничуть не изменился, Гарри. — Ты не знаешь наверняка, Джинни, — Гарри покачал головой, — Ты не видела того, что происходило со мной. Не понимаешь, как это повлияло на меня. — Перестань, Гарри. Джинни подалась вперёд, сокращая невидимое расстояние между ними. Гарри ухватил её за талию и притянул к себе, заставляя девушку оказаться сидящей сверху на нем. Уизли жадно впилась в его губы. Цитрусовый аромат снова ударил в голову. Поттер провёл руками по её спине, почувствовав под своими пальцами электрический разряд. Гарри провел рукой по шее девушки, отбрасывая назад ее длинные волосы. Она отстранилась всего на мгновение и виновато прикрыла глаза. От длинных ресниц падал тень, отбрасывая тусклым огнем горящих свеч. — Гарри, я... Прости, я не должна была, — пробормотала девушка. — Дело в том Пожирателе, с которым ты сблизилась? — проводя рукой по подбородку, спросил Гарри. — Да. Гарри, послушай. — Я что так похож на игрушку для сексуальных утех? — рявкнул Поттер, — Чего ты хотела этим добиться? Заставить вспыхнуть старые чувства или избавиться от тоски? Знаешь, может быть, твой отец и прав. Тебе стоит быть осторожнее с желаниями. Девушка рывком поднялась и отвернулась к окну. Гарри вылетел из комнаты, хлопая дверью, отозвавшейся обиженным скрипом. Он ненавидел себя в этот момент сильнее, чем за всякую слабость в Азкабане. В голове эхом отдавались слова Паркинсон. Чанг обязательно утолит твою жажду, когда тебя выпишут Признайся, ты мечтал об этом с первого дня, как меня увидел Он боялся признаться. Признаться самому себе в том, что Чжоу совершенно его не интересовала. Поцелуй с Джинни превратился в случайный контакт двух бывших возлюбленных, которые больше не имели никакого интереса друг к другу. Закрывая глаза, Гарри хотел ощутить запах сладких духов, дурманящих его голову, провести по нежной фарфоровой коже, не пропустив ни миллиметра, целовать ее чёртовы алые губы, кусая их в кровь, ощущать её жар и увидеть заигрывающие с ним изумрудные глаза.