[MINDGAMERS] Игры Разума

На празднике в Малфой Мэноре собралось так много народу, что гости уже не находили себе места в огромной гостиной и зажимали друг друга по углам, старательно разливая напитки на дорогие шотландские ковры. Многочисленные портреты в коридоре порой бросали едкие комментарии, громко обсуждая вульгарный туалет светских дам, но чаще всего они смотрели на всё это действо весьма снисходительно. В доме царила праздничная атмосфера. О смерти Нарциссы, жизнь которую забрали именно в главной гостиной, никто и не вспомнил. Эта новость исчезла, будто галлюцинация. За весь вечер никто не посмел даже заикнуться об этом. Смерть Нарциссы стала неким табу в обществе Пожирателей Смерти. Наверное, были ещё люди, которые испытывали к ней нечто вроде жалости, поэтому не решались обсуждать публично. Астория Гринграсс, одетая в лиловое парчовое платье, внимательно искала взглядом Малфоя. Как хозяин вечеринки, он обязан был её поприветствовать. Она наткнулась на Забини. — О, мисс Гринграсс, — Забини держал в руке бокал с эльфийским вином. — Да, Блейз, здравствуй, — поспешно кивнула Астория, не желая отвлекаться на бесполезный разговор. — Если мисс ищет Драко, то он рядом с госпожой Лестрейндж в библиотеке, — он указал в сторону коридора. — Третья дверь налево. Там ещё меч Ринглил из Арды на стене, не заблудитесь. — Благодарю, — Астория вежливо поклонилась, метнув на Блейза благодарный взгляд, хотя он редко вызывал у неё приятные чувства. В каком-то смысле Блейз не был равнодушен к Астории, и она это чувствовала. Достаточно было его любопытного взгляда и желания помочь. Сейчас же сердце готово было выпрыгнуть из груди. Она миновала длинный коридор и две большие комнаты, прежде чем увидеть рамку, в которой хранили тонкий меч из чёрного металла. На стекле было выгравировано: «Холодная Звезда, меч короля Нолдор Финголфина» и несколько строк о подвигах его владельца. Астория инстинктивно поправила причёску, наблюдая за своим отражением. Верхняя часть волос была собрана в высокий начёс, нижняя оставалась распущенной. В аккуратные локоны были вплетены мерцающие звёзды — небольшие гладкие камни из бразильского горного хрусталя, последний хит сезона для аристократок. Даже в период войны они не чувствовали нужды в красивых и дорогих вещах. Астория, закончив с причёской, сделала глубокий вдох. Безумная Лестрейндж не слишком жаловала Гринграссов, а Асторию ненавидела особенно сильно. Сейчас оставалось лишь гадать, как правильно начать разговор и всё не испортить. Она потянула ручку тяжёлой дубовой двери на себя. В лицо ударил запах топлёных свечей. Малфой, вопреки её ожиданиям, обсуждал что-то с младшим Эйвери. Беллатрисы рядом с ними не было. Он был одет в простой чёрный костюм с серым галстуком. Выглядел слегка раздражённым. Астория сразу же обратила на себя внимание Малфоя. Следуя его примеру, Эйвери уставился на неё, но этот взгляд остался незамеченным. Астория широко улыбнулась и поклонилась хозяину дома. — Господин Малфой… Эйвери многозначительно прокашлялся. — Полагаю, меня уже ждут в гостиной. — Да, можешь идти. Эйвери кивнул Малфою и проводил Асторию взглядом. Она, не дожидаясь его ухода, положила пальцы Малфою на грудь. Его этот жест немного озадачил. — Малфой… В последнее время ты так холоден ко мне. Я волновалась… — Астория. — Ты не понимаешь, — она двинулась в его сторону, — все эти новости не дают мне покоя. Малфой слегка стиснул её пальцы, но Астория предпочла это проигнорировать. У неё не было намерения отступать. — Эта грязнокровка Грейнджер… Ты должен требовать отмены этого решения. Всё должно быть так, как раньше. Как этого хотели наши родители. — Астория, — он перебил её пылкую речь. — Не понимаю, как это касается тебя лично. — Я всё ещё твоя невеста, Малфой, — Астория, похоже, считала их статус неоспоримым фактом. Они так долго были обручены, что другой вариант развития событий не вписывался в её картину мира. — Вот как, — он поднял указательный палец и коснулся её подбородка. Этот жест был скорее механической реакцией. Но Астория облегчённо вздохнула. Она ждала даже малейшего прикосновения, чтобы подтвердить свои догадки. Между ними воцарилось тягостное молчание, будто он испытывал её на прочность. В библиотеке было слишком тихо. Она слышала лишь звуки музыки, криков и смеха где-то вдали. — Малфой… Астория приоткрыла рот. Он, не дожидаясь её согласия, просунул большой палец внутрь и слегка надавил на спинку языка. Она с трудом подавила рвотный рефлекс. Астория сдавленно вздохнула, стараясь не сорваться на недвусмысленный стон. Она ощутила, как быстро становится влажной даже от такого грубого безучастного прикосновения. Потом сделала отчаянную попытку поймать его взгляд, но Малфой смотрел куда-то мимо, будто его руки действовали сами по себе. Ей вдруг стало обидно. «Все твои встречи с Малфоем организованы нашими семьями, он никогда не порывался навестить тебя». Дафна прекрасно знала, как её задеть. Самое страшное — она, скорее всего, была права. Астория сомкнула губы и попыталась коснуться кончиком языка его пальца. Она начала активнее посасывать его, обволакивая языком и приглашая перенять инициативу. Ей хотелось, чтобы Малфой наконец обратил на неё внимание. Ей хотелось продолжения. Пускай грубого, небрежного, отстранённого, но всё же продолжения. В конце концов, она готова терпеть всё это лишь ради того, чтобы быть с Малфоем. Даже если он давно охладел. Он наконец задержал взгляд на её губах. Она ахнула. Малфой смотрел на неё. Астория, желавшая воспользоваться моментом, коснулась его запястья, вынуждая предпринять очередной шаг. Малфой внезапно схватил её за горло. Астория судорожно вздохнула, чувствуя, как его пальцы всё сильнее сдавливают её кожу. Она попыталась отстраниться, но в этом не было смысла. — Не трать моё время, — Малфой отпустил её почти так же внезапно. Астория закашлялась. Она схватилась за горло, пытаясь почувствовать собственное прикосновение. В глазах потемнело. Драко Малфой, которого она знала, давно исчез. Сейчас он правая рука Волдеморта, лучший боец, который не допустит ошибки. Он убил сотню людей. Не пожалел даже свою родную мать, которая всегда следовала за своим сыном и никогда не критиковала его решения. Женщина, которая вырастила его, исполнила свою роль и была убита ради власти и репутации. Астория всё ещё отчётливо помнила, как он расправился с Ксенофилиусом Лавгудом на очередном приёме у Яксли. Тогда она находилась в обществе Дафны, Пэнси и Мерулы. На их глазах Малфой жестоко расправился с человеком. Он не использовал Круциатус. Он сделал всё, чтобы пытка была непременно физической. Сейчас он стоял в нескольких шагах от неё. Она мечтала быть с Малфоем, но одна мысль о том, что он способен убить её, как убил Нарциссу, вызвала немую дрожь во всём теле. — Прошу извинить меня, господин Малфой, — сдавленно прошептала Астория, чувствуя, что у неё не осталось сил, — я проявила неуважение. — Запомни, наконец, своё место, Астория. Убирайся. Она резко развернулась на каблуках и направилась в коридор, спасаясь от пленительного удушья. Непрошенные слёзы вновь подступили к её глазам, но Астория резко смахнула их, опасаясь, что в коридоре может быть кто-то ещё. Ей хотелось аппарировать подальше из поместья. Исчезнуть. Не принимать участие в вечеринке. Далёкий голос Дафны вновь вернул её в реальность. — Я, наконец, нашла тебя, — Дафна схватила сестру за руки. Она бежала. Даже в полутьме можно было заметить обильный румянец на её щеках, подбородке и шее. — Сейчас мы узнаем, кто будет участником новой программы. — Что? — Беллатриса. — Но здесь нет Во… Тёмного Лорда. — Похоже, он лично доверил ей раздать письма. — Почему здесь? — Потому что здесь собрались все, это же дом известного Властителя Смерти. Никто бы не посмел… — она раздражённо дёрнула её за руку. — Не задавай глупых вопросов, пошли. — Не хочу, — упрямо заявила Астория, отступая. Она представила, как на коже выступают синие пятна. — У меня нет сил. — Хватит вести себя как ребёнок. Подумай о своей чести. Мы обязаны заслужить доверие Тёмного Лорда. Астория прикусила язык, пытаясь совладать с чувствами. Она все ещё ощущала палец Драко у себя во рту. Как опрометчиво. — Пошли, не вынуждай меня силой тащить тебя. Астория сдалась. Дафна молча проводила её в зал, где собрались многочисленные гости. Беллатриса называла фамилии, а слуги торжественно вручали письма. Дафна поняла, что их очередь уже совсем скоро. — Грегори Гойл и Скай Паркин. Астория огляделась. Её не интересовала реакция Гойла, но ей было интересно посмотреть, как на это реагируют остальные. Скай Паркин — младшая дочь дома Паркин — никогда не отличалась своей преданностью священному обязательству крови. Их семья никогда не следовала традициям и открыто не поддерживала дело Пожирателей Смерти. Они планировали переждать бурю, чтобы выиграть в любом случае. Теперь такой возможности не было: новый закон о служении Тёмному Лорду и обязательства по увеличению численности чистокровных волшебников вполне недвусмысленно обозначали их политическую и личную позицию. — Гиббон Тейлор и Анджелина Джонсон. — Они решили использовать потаскушек из ордена. Как чудно! Что же, я надеюсь, что их перевоспитают, как того требуют приличия, — миссис Педжэтт, старая ирландка, довольно хмыкнула. Её дочь, Пенелопа, всё ещё была без пары, хотя две недели назад ей уже исполнилось пятнадцать. Идеальный возраст для замужества в кругах чистокровных. — Дела идут очень плохо, если они берут даже полукровок. — Или грязнокровок, как Грейнджер, — добавила Астория, скрестив руки на груди. — Не болтай лишнего, — Дафна собиралась сказать что-то ещё, но её прервала Беллатриса. — Блейз Забини и Дафна Гринграсс. Астория фыркнула. Дафна выпрямилась, когда стоящие рядом люди обратили на неё внимательные взгляды. Эта новость была слишком неожиданной, но она не могла показать свою растерянность и недоумение. — Значит, Забини. — Поздравляю, детка, — Миссис Педжэтт одобрительно улыбнулась. — Теперь и у вашей семьи есть шанс доказать свою преданность общему делу. Дафна сдержанно кивнула. — Теодор Нотт и Астория Гринграсс. Беллатриса внезапно рассмеялась. Астория застыла. Мир вокруг неё будто замедлился. — Что она сказала? — Нотт, — потрясённо заявила Дафна, которая ещё не успела смириться с новостью о Блейзе Забини. — Нотт. — Только не это. Миссис Педжэтт вновь улыбнулась. В зале послышался свист. — Это… так внезапно, — Дафна посмотрела на Асторию. — Не волнуйтесь, — Миссис Педжэтт взяла Дафну за руку, увидев на её лице признаки смятения. — На оформление брака и проведение фамильной церемонии нужно не меньше месяца. Когда-то именно так женили чистокровных. Это случилось со мной и Лоуренсом. Астория побледнела. — Только месяц? — Тёмный Лорд хочет защитить влияние чистокровных, — с видом университетского лектора начала миссис Педжэтт, чувствуя её недовольство, — порой такие радикальные методы работают лучше, чем привычные договорённости. Нет смысла тянуть. С каждым годом мы всё больше походим на маглов, которые заводят отношения, не вступая в брак и не планируя продолжить род. Она выглядела оскорблённой. Отношения до брака и, упаси Мерлин, с маглами и маглорождёнными считались низостью даже для полукровок. — Это точно к лучшему. Меньше маглов — меньше проблем, — поддержала её другая дама, которую Астория никогда раньше не встречала. Она напоминала тыкву: непропорционально большая голова и тоненькое длинное тело. Внезапно Дафна схватила сестру за локоть. Они увидели Забини, который вполне успешно проталкивался сквозь пёструю толпу. — Он идёт сюда, — испуганно прошептала Дафна, сжимая сильнее. — Да, — просто согласилась Астория. У неё болезненно сжалось сердце.

***

— Её нужно подготовить. Так, чтобы никто не смог отличить её от девушки из приличной аристократической семьи. Если Властителю не понравится… Гермиона заскрипела зубами. «Властитель». На секунду её сердце забилось чаще. Она впервые слышала, чтобы кто-то так называл Волдеморта. В её теле будто поселилось отчаяние. Четыре девушки-служанки выглядели так, будто их долгое время морили голодом и жестоко избивали в одной из тех грязных камер, где она провела больше трёх месяцев. Гермиона не позволяла себе откровенно пялиться, так как и без этого была слишком поглощена собственными проблемами. В любом случае она точно заметила на лице у одной из девушек внушительного размера синяк. Крейвен вновь повторила инструкции, хотя в её словах не было конкретики. Гермиона предположила, что они уже обсуждали этот вопрос раньше, и сейчас служанкам остаётся лишь исполнить приказ — заняться её подготовкой. Запуганные, они смотрели на целительницу исподлобья, держа руки перед собой и неуверенно переступая с ноги на ногу. Девушки были одеты в одинаковые синие платья с пышными белыми воротниками. Гермиона вздохнула и откинулась на кушетке. Её медные волнистые волосы выглядели просто ужасно. Она взяла в руку прядь и попыталась рассмотреть её под назойливым белым светом лампы. — Тогда не стойте, приступайте. У вас есть не больше трёх часов. К тому времени она уже должна быть полностью готова. Девушки промычали что-то, выражая своё согласие. Стоило ей уйти, как служанки в панике разбежались. Они выглядели такими несчастными, что Гермиона невольно вздрогнула. Только сейчас она увидела, что у одной из служанок не хватает нескольких пальцев на руке. — Мисс должна принять ванну, — смущённо заявила девушка, прикрывая покалеченную руку в складках платья. Гермиона отвела взгляд. Ей не следовало спорить или пытаться саботировать процедуру. Это не поможет, а только создаст лишние проблемы, если не ей самой, так этим девушкам или сокурсницам, которыми угрожала Крейвен. Гермиона послушно опустилась в горячую воду, хотя чувствовала некоторую неловкость, раздеваясь. Почти кипяток. Она позволила себе поджать колени, представляя на своём месте догорающего в огне феникса. Яркая птица в языках пламени приобретала новую жизнь. Вот только у самой Гермионы не было шанса на подобное возрождение, лишь мрачный путь жены Пожирателя Смерти, полный изощрённых пыток и длительных мучений. Девушка с длинной белой косой добавила в ванну морскую соль и несколько капель эфирного масла. Гермиона сразу узнала аромат ангельской герани. От этого запаха закружилась голова. Она постоянно варила зелья, основанные преимущественно на растениях целебного спектра. Почти все медицинские травы имели приторный отталкивающийся запах. Сейчас всё было совершенно иначе, но энтузиазма у неё всё равно не прибавилось. — Лавиния, это не тот аромат. — Мисс Крейвен сказала, что Властителю нравится герань. — Кто такой Властитель? Это Волдеморт? — внезапно спросила Гермиона. Девушки испуганно переглянулись. Гермионе хотелось смеяться. Они так искренне боялись его имени. — Нет, госпожа. Она уставилась на них, пытаясь осмыслить сказанное. — Властитель — человек, которому меня планируют отдать? Одна из служанок неуверенно кивнула, будто только что выдала большую тайну. Гермиона застонала. Новый титул, который она прежде не слышала, вызывал странную смесь тревоги и отчаяния. Другая девушка, не дожидаясь новых вопросов, подняла её руку и принялась втирать странную серую микстуру, прежде вспенив её в ладони. Гермиона не смогла распознать запах, но ощущения были не самые приятные. Кожа отреагировала резким покраснением и болью, будто от неё только что отодрали верхний слой. Гермиона закрыла глаза. Она хотела сосредоточиться на чём-то другом. Мысленно она перебирала в руке гладкие камешки рун, листала страницы учебника, смешивала в котле порошки — словом, всё то, что не имело отношения к текущим событиям. — Наклонитесь вперёд, — служанка слегка толкнула её в спину. — Да, вот так. Гермионе на голову вылили целый кувшин воды. Она не могла вспомнить, как давно мыла волосы. Кажется, это было ещё в штабе. На личную гигиену в камере отводили не больше пяти минут. И всё это под пристальным взглядом надзирателя, которого от изнасилования сдерживала лишь её чрезвычайная важность в качестве будущей приманки для Поттера и неравнодушие Беллатрисы. — Этот Властитель… Кто он? — Мы не можем сказать госпоже. — Крейвен запретила? — Нет, — глухо отозвалась блондинка. — Госпожа узнает позже. Сегодня вечером. Она узнает сегодня вечером. То, чего знать на самом деле не хочет. Когда с мытьём было наконец покончено, девушки принялись высушивать её волосы полотенцем. Гермиона, будь у неё палочка, давно бы справилась с этим сама. Потом они вновь уложили её на кушетку и начали втирать многочисленные эликсиры. Гермиона про себя отметила, что начинает ненавидеть запах герани. — Госпоже надо снять полотенце. — Я думаю, что эликсиров уже достаточно. — Нужно нанести пасту. Гермиона увидела небольшую миску. — Паста для удаления волос? — Да. Гермионе вновь стало слишком душно. Она испытывала отвращение даже к самой мысли о том, что они собираются использовать пасту. — Это лишнее. — Миссис Крейвен приказала. Чистокровным мужчинам нравится… когда без волос. — Ох, не сомневаюсь, — отрезала Гермиона и схватилась за полотенце. — Вы можете сказать, что я отказалась и устроила скандал. — Просим госпожу пересмотреть своё решение. Простите, но процедура обязательна. «Это бесполезно». Даже если она и откажется, Крейвен использует силу нового ожерелья. У неё вновь не будет выбора. Гермиона тяжело вздохнула и откинула полотенце. Ей стало холодно. Девушка достала что-то похожее на шпатель и погрузила инструмент в пасту. Чтобы отвлечься от самой процедуры, Гермиона мысленно вспомнила рецепт и порядок приготовления зелья для удаления волос. Пчелиный воск — две чайные ложки. Сочные образцы флоббер-червя — пять штук. Абиссинская смоковница без кожицы и размельчённая — одна штука. Масло календулы — 10 капель. Растопить воск на низком огне в оловянном котелке, добавить сок червей, мешать пять минут, постоянно меняя направление. Добавить смоковницу, тушить полчаса, остудить и добавить масло календулы. Девушка нанесла пасту на её левую ногу. Гермиона поняла, что она ещё тёплая, хотя им всегда рекомендовали охладить микстуру перед нанесением. «Значит, будет больно». Как она и предсказывала, кожа под толстым слоем пасты начала закипать. — Нужно подождать две минуты, и тогда мы смоем пасту салфеткой. Энджи, нанеси на другую область. Гермиона вновь мысленно повторила все компоненты. Естественно. Они собираются удалять волосы даже на лобке. Она почти никогда не пользовалась методом удаления волос для этой части тела. Она никогда не занималась сексом с Роном, чтобы её беспокоили подобные глупости. Во время войны Гермиона даже не позволяла ему прикоснуться. Она считала секс неуместным занятием, когда каждый день кто-то мучительно умирает на поле боя, не успев добраться в госпиталь. Возможно, в этом крылось что-то большее. Сейчас у неё не хватало сил всерьёз над этим думать. Жжение охватило всё её тело. Впрочем, она и не ожидала, что это будет приятно. Так прошёл почти целый час. Девушки торопились, боясь испытать на себе гнев Крейвен. Гермиона вспомнила всех земных богов, прежде чем процедура закончилась, хотя никогда не отличалась особой набожностью. — Готово. Теперь успокаивающее зелье. Она облегчённо выдохнула. Самая болезненная часть подготовки осталась позади. — Эти кудри… с ними надо что-то делать? — Конечно. На чуть влажные волосы Гермионы нанесли снадобье «Простоблеск». При виде знакомой зелёной баночки она ощутила укол ностальгии. Первый бал. Танцы, разговоры, музыка. И Виктор Крам, такой учтивый и внимательный. Теперь это всё в далёком прошлом. Девушка потратила на её причёску почти пятнадцать минут. Гермиона не видела себя в зеркале, хотя служанка, которая называлась Энджи, одобрительно хмыкнула. — Очень красиво. — И макияж. Нужно сделать самый натуральный. — И ногти. Ещё есть час. Когда Крейвен вернулась в назначенное время, Гермиона была уже готова. Её непослушные пряди спадали на плечи аккуратной волной, кожа блестела, пропитанная сыворотками, ногти накрашены розовым лаком. — Вполне прилично. Хотя она всё ещё слишком бледная. Гермиона коснулась цепочки на шее. — Поднимайся. Ты должна одеться. Гермиона послушно последовала за Крейвен в коридор. Они позволили ей покинуть тесные стены комнаты, напоминающей камеру. В любом случае она всё равно не могла сбежать. Они остановились перед узкой дверью. В комнате, что была чуть просторнее предыдущей, горел слабый свет. На манекене в центре подиума висело длинное бордовое платье. Гермионе оно сразу не понравилось. Слишком открытое декольте, огромные разрезы до самых бёдер и откровенно нелепый блестящий материал. Она подумала, что этот наряд сгодился бы для какой-то извращённой ролевой игры, но точно не для женщины из высших кругов. Хотя, учитывая для чего её готовили, такой выбор не казался чем-то странным. — Вивиан поможет тебе одеться. Пухлая дама в строгом викторианском платье сняла с Гермионы одежду и скептически осмотрела её тело. — Надевай бельё. Гермиона увидела белую квадратную коробку на небольшом столике. Она удивлённо замерла, когда в коробке оказались чёрные кружевные трусики с небольшим вырезом посередине. У них не было лямок. Гермиона сразу вспомнила с-стринги, очень популярные среди маглов. — Это… Женщина цокнула языком. — Поторапливайся. Гермиона взглянула на Крейвен, сомневаясь. Всё же поняв тщетность своих намерений, она с трудом натянула незамысловатое белье, ощущая, как горят её щеки. Странно. После всех этих нескончаемых процедур, осмотров и девиаций она ещё была способна на столь бессмысленные реакции. — Выпрямись. Ты слишком низкая. Надень эти туфли. Да, теперь подними руки. Ткань плотно облепила тело. Гермиона подумала, что её одели в плёнку. Как она и предполагала, платье подчеркнуло каждый изгиб, акцентируя внимание на глубоком декольте и голых бёдрах. Крейвен решилась на скудный комплимент: — Теперь ты выглядишь хорошо. — Как дешёвая проститутка, — выпалила Гермиона первое, что пришло на ум. — А как ещё может выглядеть шлюшка Поттера? Этот вопрос не нуждался в определённом ответе. Она прекрасно понимала, насколько нелепо откровенным кажется её наряд. Даже те работницы борделя, которые добывали сведения для Ордена, казались монахинями на фоне Грейнджер в блестящем бордовом платье и чёрных трусиках. Если этот человек — ценитель подобного в женщинах, а именно: доступности и гиперболизированной сексуальности, то она точно пропала. Хотя вот уже как четыре месяца её лишили всякой надежды. Последний штрих — на Гермиону натянули длинную чёрную мантию с остроконечным объёмным капюшоном. Гермионе это показалось лишь временным спасением, но она всё равно была благодарна.