Комиссар

      Лололошка смотрит на убитую, искажённую голограммой фигуру и хочет перерезать себе горло.       Он не узнавал женщину перед собой. Где его Райя? Любимая, заботливая, объективная Райя-Прайм? Кто подменил любимую ему помощницу на хлипкое, неуверенное недоразумение? Кто убил его опору?       Это нельзя назвать ни человеком, ни роботом. Что-то среднее и такое чуждое ему. Отрешённый, механический, холодный взгляд осматривает его ещё раз на наличие повреждений, которые так хотелось бы сейчас себе нанести. Дейв не воспринимает ничего из происходящего.       Он нужен в этом мире лишь на время. Они это знают и пользуются ситуацией сполна. Так правильно и эгоистично, что возражать не хочется. История ещё не закончена, а комиссару хочется остановить её уже сейчас, умерев на месте.       Все действия и бездействия оставляют последствия. Нет того образа доброго Радана и милой Кейт, исчез привычный Калеб, забивается в углу и плачет по Эрнесту Хейли.       Лололошка хочет встать рядом с ней и утешить, но ему говорят про монстров, про его обязанности, про спасение. Чьё? Его уже никто никогда не спасёт. Судьба бедного мироходца более никому не нужна. Она уже и так известна. А кого должен спасать он? Почему Джодах не отправит его дальше? Не поможет отправиться ему дальше?       Он устал от силуэтов, непривычной обстановки с сумасшествием вокруг. Комиссар на грани того, чтобы наконец-то сломаться. Его недооценивают, оставляют на заднем плане или отправляют посмотреть. Просто посмотреть и не отсвечивать. А потом пихают на очень важное разведывательное задание. Надеются на его навыки.       Сначала Лололошка не хочет верить в свою никчёмность. Теперь же трещит от резкой в нём необходимости и разрывается по швам.       Единственное различие с ним прошлым и настоящим в том, что теперь он может говорить сам. И когда Райя спрашивает его о чём-то, комиссар напрягается и обдумывает. Теперь решает он. За себя и ни за кого больше. Без ответственности за спиной, с призраками из прошлых миров. Они держат руки, лапы, чешуйчатые крылья на его плечах и верят. Дейв верит в себя тоже. — Да. Почему бы и не попытаться.       Комиссар получает указания и более не оборачивается, размеренно шагает к лифту. Слышится голос Винса, который с громким клацаньем снимает очки с переносицы и идёт за ним, советуя проспаться.       Между ними до сих пор много общего. Лололошка уважает Кавински и его убеждения всё больше.       Он и Ванесса — два оплота стабильности. Именно на них и будет держаться этот мир. На тепле семьи и образовании. Почему хотя бы ради этого не постараться? Не вернуть те яркие улыбки Кейт в их сторону? Разгрузить всю дрянь с плеч уставшего и агрессивного Радана?       Возможно до того, как он отправится в следующее путешествие, Дейв увидит привычную ему Райю. Любимую, незаменимую Райю-Прайм.       А до этого момента он окружён тенями и иллюзиями, долго не спит, слушает шумы чужих отдалённых разговоров рядом с собой и думает о Джонни Колбая, нежно улыбаясь в пустоту.