Комиссар

      Лололошка должен отдать ложному богу часть своего уважения. В Кобл-Сити невероятно красиво, и фиолетовые ядовитые лампы хорошо ложатся на фон, дополняя картину своей токсичной яркостью. Он обязательно сворует парочку себе домой, как только кончится безумие вокруг.       Длинный Клипот в последний раз извивается за их спинами и падает. Голос Эдмунда слишком звонкий, сильно искажённый и неприятный на слух. Но это лишь мелочи, на которые в их ситуации не стоило бы жаловаться.

— Очень скоро ты предстанешь перед лицом бога! — вторит Теннант, хрипло посмеивается и насылает на них всё больше новых монстров.

— Мне жаль, что после всех унижений ты сошёл с ума. Правда жаль. — говорит ему Ровоам с искренним, не свойственным его виду, но кажущимся совершенно неуместным сочувствием.

      Пару раз Дейва задевают какие-то странные длинные корни. Их, по мере продвижения, приходится раз за разом перерубать. Те монстры, которые нападали на них ранее, кажутся лишь смешными плюшевыми игрушками по сравнению с тем, что здесь происходит.       Подземный город завораживал. И очень жаль, что ему не удастся осмотреться здесь как следует.       Лололошка прикрывает спину Калеба, отражает неожиданную атаку, смотрит в удивлённые глаза Кейт, которая впервые видит такой меч, да ещё и в его руках. Но сейчас им явно будет не до обсуждений оружия.       Дейва бесит, что никто никогда не рассказывает ему всей сути. Всё время нужно стараться узнать информацию самому. Даже сейчас он частично ходит в неизвестности.       Но на этот раз Лололошка и вправду не один. Рядом с ним его друзья, которые обязательно вернутся в прежнее состояние, и они смогут устроить пикник перед его отбытием в другой мир. Он обязан побывать на свадьбе Ванессы и украсть чего-то сладкого с праздничных столов. Лололошка не может просто так пропасть, оставив после себя лишь вещи и имя.

— Это мои творения!

— О детища! О мои прекрасные дети! — кричит в пустоту прокажённый голос и пытается создать иллюзию сожаления.

      Эдмунд воистину безумен.       Ни Войд, прокажённый идеологией Империи, ни Лоренс, отдающий свои волю и душу на растерзание вере, почему-то не могут встать рядом с ним. С этим нелогичным, антиреалистичным, искажённым существом, которое голоса в голове, такие чёткие и громкие сейчас, называют настоящим монстром.       Чёрное длинное нечто медленно вылезает из тягучей фиолетовой жидкости и машет своими щупальцами. Оно не похоже ни на всех встречающихся ранее монстров, ни на что-то подобное человеку. Это высохший цветок, смотрящий сверху вниз и размахивающий обугленными отростками, вытаскивает свои корни и тянется к нему, чтобы убить.       Но Лололошка мироходец. Он стойкий и пусть никогда не мог проявить себя в сражении, сейчас у него это получится. Дейв достаёт меч Виверны из своего инвентаря и ловко уворачивается, пронзая один отросток за другим, а когда они кончаются, по приказу Райи стреляет ему в грудь.

— Эдмундиум в их телах рвался к чистой органике! Разве мог я противостоять такому первобытному голоду? — задаёт риторический вопрос Теннант.

— Вот оно — творение Эдмундиума во плоти!

      И вновь всё идёт по кругу. Но теперь, отмахиваясь от надоедливых птиц и волков, разрубая их мечом и разрывая выстрелами из пушки, думает, что все, кто поддерживают его, могли бы взаправду гордиться им.       Он мастер своего дела, привыкший держать в руках тяжёлое холодное оружие, сейчас сражается один на один с главным нераскрытым злодеем, взявшимся из ниоткуда, и чувствует эту теплоту со спины. Слышит в реальности, как в голове за его победу кричат чужие голоса. Они сливаются в один дружный хор, и все они верят в мироходца.       Из-за них Дейв верит в себя тоже и без колебаний стреляет по Теннанту ещё раз.       Перед глазами всё белеет, как от взрыва бомбы, и более ему ничего не хочется, кроме как уснуть. Уснуть и снова оказаться в выжженном мире вместе с Джонни.