You were far, i was falling

На следующий, последний, день Чонвона опять нет в ресторане, и не то, чтобы Чонсон об этом много думал, но мысли о том, что с младшим могло что-то случиться или же он мог просто заболеть, подкрадываются незаметно и почему-то заселяются в голове прочно, а потом еще и появляется одна о том, что Пак Яна должен навестить. Абсурд. Чонсон ничего не должен этому мелкому засранцу, который даже не сказал самого простого «спасибо» после того, как его великодушно подвезли до самой двери дома, хотя могли бы оставить мёрзнуть на улице и ловить такси (или идти пешком, тоже вариант). На самом деле, все было просто прекрасно. Съёмки практически закончились, агентство довольно работой своего подопечного, представителям бренда нравится получившийся результат, родители, наконец, отстали с тотальным контролем после того, как узнали об успехах съёмок — Хисын, конечно же, все рассказывает им. У Джея все, казалось бы, прекрасно, но. Есть одно огромное «но», конечно же, как без него? Разве все могло быть просто идеально? Конечно же, нет, не в жизни Пака. Джеюн все еще не вышел на связь, и это немного напрягает. Если честно, то Чонсон прекрасно знал, что расслабляться и радоваться тому крохотному «положительному» нельзя. Что-то обязательно случилось, и это что-то не совсем приятное и, возможно, даже катастрофическое. Лучший друг не выходил на связь только когда был занят в приюте. И даже если сейчас он все еще занят там, это ни капли не успокаивает, ведь раньше Шим хотя бы отвечал на некоторые сообщения раз в день или два дня. А сейчас прошло столько времени… Джей и правда очень сильно волнуется и совсем немного обижается. А все происходящее вокруг, то, что все идет так гладко, налаживаются отношения с родителями… Чонсон не параноик, нет, но вся эта ситуация ему кажется чем-то вроде затишья перед бурей. Возможно он волнуется зря, конечно. Возможно, Джеюн и Чонвон пропадают вместе где-нибудь. У того же Сонхуна, или же в приюте. Чонсон не знает, откуда эти двое вообще знакомы, но догадывается о том, что Шим, пропадающий целыми днями с животными и который из-за своей занятости не мог даже поговорить со своим лучшим другом, нигде больше не мог познакомиться с Чонвоном, кроме как того самого приюта. Тем более, Джейк вроде как упоминал пару раз о Сонхуне, который работал с ним, в те немногие разы, когда принимал звонок друга, и даже пару раз в сообщениях. И это тоже наталкивает на некоторые мысли… Например, что и Шим, и Ян знакомы с Сонхуном, следовательно, — они работают вместе с ним в приюте (опять же, Джеюн, заваленный работой, не мог завестись новыми знакомыми где-нибудь в другом месте). А еще, что Сонхун тот самый парень, который отшил лучшего друга Пака. Было несколько причин, по которым Чонсон так думал: первое — Джейк много говорил об этом парне, хотя о своей работе и других своих коллегах ничего больше не рассказывал; второе — Чонвон в тот день, перед домом семьи Шим, упомянул Сонхуна и это, если Джей понял все правильно, оказало не самое положительное влияние на настроение друга; третье — Чонвон упомянул, что Сонхун этот тоже был сам не свой в тот день, и даже спросил, не поссорились ли эти двое (что также говорит о том, что двое парней были довольно близки, и это тоже о чем-то да говорит). Но, возможно, Джей ошибается. Возможно, Чонвон и Джейк просто завалены работой и именно поэтому первый не появляется в ресторане, а второй — не отвечает на сообщения. Возможно, причина именно в этом. Но почему тогда от этих мыслей внутри совсем не становится спокойно? Джей знает, что не должен переживать так сильно, но лишь одна мысль о том, что с лучшим другом могло что-то случиться… Пак уверен просто, что родители парня не оставили бы его в покое после случившегося. Так может… — Хисын, — мысль, пришедшая в голову, кажется просто безумной. На самом деле, в ней ни капли логики, но…он должен разобраться. — Мы можем не сразу поехать домой? — утвердительный кивок значит, что старшему нужен лишь адрес.

***

Чонсон не уверен, зачем он стоит здесь, нервно кусая губы и не решаясь постучать в дверь. Он не уверен все еще в том, что его идея была хорошей. Он не уверен в том, что его приход хоть что-то даст, не уверен совсем, что это правильно — вот так вот объявляться на пороге дома человека, с которым еле знаком. Он не уверен, будет ли младший рад его приходу и вообще тому, что Пак запомнил адрес его дома. Чонсон не уверен, дома ли Чонвон… Но попробовать стоило, так ведь? Руки отчего-то дрожат, сердце стучит очень громко, дыхание спирает, и внутри завязывается в узелок что-то похожее на волнение. Да, Джей волнуется, очень волнуется, ведь перспектива узнать хоть что-то о лучшем друге…это действительно волнительно, но также пугающе, потому что Пак боится оказаться правым. Он совсем не хочет, чтобы у друга были проблемы… Короткий стук, совсем неуверенный, а за ним еще один, более ощутимый и громкий. За дверью совсем не слышится никаких звуков, и это заставляет нервничать еще больше и сомневаться в том, правильным ли было принятое решение. Может, стоит все же уйти? Пока не поздно…? Нет. Нельзя. Чонсон должен узнать хоть что-то о друге, даже если это будет стоить ему миллиона новых подколов от невыносимого Чонвона. Он выдержит, это же совсем не долго будет длиться? Просто спросит, не в курсе ли Ян, где Шим и все ли в порядке с ним, и все, и поедет домой. На самом деле, Хисын очень удивился, когда услышал адрес, который ему назвал Пак, он смешно выпучил глаза и даже переспросил пару раз, правильно ли услышал. — Тот парень, которого мы подвезли…? — удивленным голосом спросил Ли, смотря на Чонсона через стекло заднего вида. — Мне показалось вы не в самых лучших отношениях. — не показалось, Хисын. Совсем не показалось. Ты все правильно понял… просто прямо сейчас Ян Чонвон является единственным человеком, который может Чонсону помочь. — Мне просто нужно кое-что ему передать, — выдавил из себя улыбку Пак и отвернулся к окну, думая про себя о том, что же скажет матери, когда та спросит про Чонвона. Что должен сказать ей Чонсон? Если скажет про Джеюна, то мать потребует также прекращения общения и с Чонвоном. Чонсон, не то, чтобы был бы против, но на сегодняшний день Ян единственный человек, с помощью которого парень может связаться с другом. Конечно, Джей мог бы поехать сразу домой к Шиму, чтобы узнать о том, что с ним и где он пропадает, но в таком случае объясняться перед родительницей будет в разы сложнее. Придумать причину, по которой парень пошел против воли матери, будет намного сложнее, чем придумать историю о новом знакомом, который помог ему и которому потом помог сам Пак. И даже если из всего этого все еще ничего не выйдет, даже если Чонвон прямо сейчас пошлет старшего в одно место… Чонсон просто обязан попытаться…опять же ради Джеюна, и совсем немного ради внутреннего спокойствия. Он должен знать, что друг в порядке. Но когда дверь открывается… Чонсон правда никак не ожидал увидеть за дверью кого-то, кто не Чонвон… Да, этого он не учел. Совсем даже не думал о том, что Ян в этом доме может жить не один, что ему придется говорить с кем-то, кроме парня. Девушка напротив неловко мнется, осторожно смотря на, наверняка, незнакомого ей парня и вопросительно выгибает брови. Чонсон же словно теряет способность разговаривать, выпучивает глаза и смотрит в лицо девушки, не зная что сказать. — Вы кого-то ищите? — спустя минуту неловкого молчания и бесконечных сталкиваний взглядами, которые старались избежать чужого, девушка напротив подаёт голос, чуть больше приоткрывая дверь и выявляя Чонсону плюшевую пижаму, которая была точно на пару размеров большой. Казалось, что если девушка захочет, то с лёгкостью сможет обернуть мягкую ткань вокруг себя два раза и все равно одежда на ней будет висеть. Вывод делается сам по себе: раз уж это дом Чонвона, то, скорее всего, и пижама его, а эта девушка ее просто одолжила. Возможно. Возможно, что нет. Но если всё-таки Чонсон прав, то…это чертовски мило, на самом деле. Ян выглядел бы довольно смешно в плюшевой одежде для сна, на которой еще и нарисованы мишки. — Извините? — когда девушка подаёт голос еще раз, Джей замечает, что завис, смотря куда-то в район ее живота и улыбаясь своим мыслям о том, как бы милая пижама смотрелась на не очень милом Ян Чонвоне, и он немного смущается, осознав, как это могло выглядеть со стороны. — О, да, простите, — парень спешит согнуться в поклоне, чтобы не показаться еще более невежливым, а когда выпрямляется, давит из себя слабую одностороннюю улыбку, неловко топчась на месте. — Я к Чонвону, — говорит он, когда девушка слабо кланяется ему в ответ, но все еще кажется напряжённой. Еще бы не казалась, когда на пороге ее дома (а возможно, и не ее, кто знает) в полдвенадцатого ночи объявляется незнакомый парень, который не спешит объяснять причину своего прихода. После слов о парне девушка совсем немного расслабляется (это становится заметным по ее плечам, резко опустившимся, и слабой улыбкой на лице), но недоверчивый и напуганный взгляд все еще продолжает сверлить лицо Пака. — Он ведь здесь живёт? — Да, — кивает девушка, словно подтверждая свои слова. Она неловко отходит от двери, приоткрывая её и рукой приглашая зайти в дом. — Его сейчас нет дома, но вы можете подождать его внутри. Он должен скоро вернутся. — говорит она и растягивает еще более широкую улыбку, и Пак не может не подметить, что она у неё очаровательная. Чем-то похожая на чонвонову. Как и не может не подметить то, насколько глупым является её поступок — приглашать в дом человека, которого видишь в своей жизни впервые. Она слишком доверчивая… — Ох, нет-нет, спасибо, я… — Пак немного тушуется, опуская взгляд на свои кеды и почесывая затылок. Оставаться и дожидаться Яна, который опять пропадает где-то посреди ночи (скорее всего, работает), он совсем не может. Это вызовет дополнительные и совсем не нужные Паку расспросы от матери, так что ему достаточно лишь того, чтобы Ян вышел с ним на связь, когда ему будет это удобно (но желательно поскорее). — …э-э, мне нужно уже ехать, но спасибо за предложение. — он неловко поджимает губы, сцепив ладони перед собой и перекатываясь с пяток на носочки ног. Черт, как же неловко. Как же Чонсон не любит общаться с незнакомыми людьми… — А что вы хотели…? — девушка вновь привлекает к себе внимание и склоняет голову набок, смотрит теперь без страха, но с ощутимой неловкостью во взгляде. Это совсем немного успокаивает, ведь Паку не одному неудобно. Но в то же время это нагнетает еще сильнее, потому что в добавок к неловкости он начинает чувствовать еще и вину за то, что потревожил девушку в столь поздний час. — Ох, да, точно, — Джей откашливается, мысленно даря себе пару подзатыльников за свою глупость и забывчивость. Чертова усталость… — Вы его девушка, да? — зачем-то спрашивает он и смотрит на теперь уже растерянное лицо девушки. Придурок…зачем он вообще об этом спросил? Это же…это же так некультурно… — Не поймите неправильно, я просто хочу понять, насколько могу вам доверять. — парень спешит исправить ситуацию, выдавая глупую шутку, которую, на самом деле, и шуткой не назовешь, и смеётся нервно, когда замечает в глазах напротив что-то похожее на задумчивую отстранённость. Она наверняка приняла его за какого-то психа. — Ну, вообще-то, это вы тут самая подозрительная личность… — в итоге закатывает она глаза и принимает более расслабленную позу, сложив на груди руки. — Да, знаю, простите, — Чонсон же опускает глаза, впиваясь взглядом в пальцы, нервно перебирающие подол куртки. Черт бы его побрал вместе с тупой идеей узнать о лучшем друге через Чонвона… — Шутка не удалась, да? — Нет, — вновь коротко улыбается девушка. И Паку опять кажется, что улыбка у нее похожа чем-то на чонвонову. Ямочки. У нее точно такие же ямочки… — Я его сестра, — подсказывает она парню, заметив его задумчивый взгляд (он такой очевидный?), и протягивает руку для пожатия. — Чонха. — О, — Джей же зачем-то вытирает мокрую ладонь о ткань джинсов, прежде чем протянуть ее в ответ девушке, чувствуя какую-то странную нервозность. Чертов Ян Чонвон! Даже когда не рядом заставляет чувствовать себя не в своей тарелке! — Чонсон. Пак Чонсон. — представляется Джей. — Я…знакомый Чонвона. — и улыбается одним уголком губ. Хисын говорит, что эта его улыбка очень очаровательная. Говорит, что многие его фанаты просто тащатся, когда Пак вот так улыбается. И, нет, Чонсон не знает почему вдруг вспомнил об этом. Возможно, он просто захотел оставить хоть какое-то положительное впечатление о себе. — Я заметила, — девушка мягко сжимает его ладонь, все еще слабо улыбаясь, и опять заставляет чувствовать себя очень глупым, ведь…да, Чонсон все еще не сказал ей причину своего полночного прихода. — Так, что ты хотел, Пак Чонсон? Теперь ты можешь мне доверить ваши секретики? — Да, да, конечно, — смущённо смеётся он в ответ и почёсывает затылок, ероша волосы. Эту ночь официально можно назвать самой неловкой в его жизни. Определенно. — На самом деле, никаких секретов нет, я просто хотел узнать не в курсе ли Чонвон об одном нашем общем знакомом. — О, — тянет девушка. — Не могли бы вы передать ему мой номер телефона, — Чонсон тянется к своей сумке и уже через пару мгновений достает из нее кусок бумажки и ручку, записывает свой номер, неуклюже подставив ногу под листок и чуть ли не свалившись набок пару раз. — Вот, — протягивает бумажку Чонхе. — Не могли бы Вы передать ему, чтобы он позвонил мне, когда ему будет удобно? — Да, конечно, — улыбается она, и именно в этот момент Джей думает, что сестра Чонвона ему нравится намного больше, чем сам Чонвон. Вроде одна и та же семья, а такие разные дети… — Без проблем. На самом деле, ничего такого. Просто эта девушка определенно намного вежливее с незнакомыми людьми, чем ее брат, и это уже прибавляет парочку сотен баллов от Чонсона, который, честно говоря, по горло успел насытиться за пару встреч шуточками Чонвона. Так что, да, как человек сестра Яна импонирует ему гораздо больше, чем сам парень. — Спасибо большое, Чонха-щи, — вежливо кланяется Пак, надеясь, что еще не так уж и поздно, чтобы показаться нормальным (а не глупым мальчишкой, который забыл для чего пришел). — Я тогда пойду уже, — улыбается он, когда выпрямляется и в очередной раз сталкивается взглядами с девушкой. — Спокойной ночи, и простите за внезапный визит. — Все хорошо, — кланяется Чонха в ответ и машет ладонью, когда парень начинает пятится назад, туда, где стоит машина Хисына. — И тебе спокойной ночи, Пак Чонсон.

***

— Привет, хен. — в трубке слышится знакомый голос, и Чонсон мысленно проклинает себя раз сто и столько же раз закапывает собственноручно в придуманную могилу, потому что… Черт возьми, не должен был он обращаться к этому говнюку за помощью. Он должен был предугадать, что тот выкинет что-то такое. — Ты просил перезвонить… — Ян Чонвон, твою мать, какого черта ты звонишь мне в четыре часа ночи?! — Вообще-то, полчетвертого, хен… Ян Чонвон ему точно не нравится. Вот совсем!