Найти Солнце летом

      Мы считали себя самыми умными и принимали как должное то, что на месте нашей курилки всегда пусто и безлюдно. То был тихий час, а не бурный вечер, когда подросткам в голову ударяет кровь, и не только в голову.       — Подожди, — шепнул Влад, хватая спутника за руку. — Что? Опять?..       — Что там? — Валя тоже принялся шептать и озираться по сторонам, как сообщник преступника.       Зарубин пошёл вперёд знакомой траекторией: через сирень и за угол. За ним ему открылась очередная «трогательная» сцена. От слово «трогать». Какой-то парень прижал длинноволосую девушку к стене, горячо и неумело покрывая её губы и шею поцелуями, путаясь пальцами в её волосах. Он очень старательный, а девушке явно нравилось, она даже закинула ногу повыше и вжалась коготками в спину. Влад не особо-то и прятался уже, когда понял, что двое влюбленных, а может, и просто познакомившихся сегодня людей, ну вообще ничего не замечают. Он был рад, что они с Валей пришли так «рано», потому что, как выглядит «поздно», Зарубин даже думать не хотел. Хотя посмотреть не отказался бы. Ясенного же как ужалили в причинное место, за одну секунду он: удивился, смутился и отвернулся.       И, ко всему прочему облому, сверху вишенка — парочка решила осквернить именно «их» место. Они стояли ровно там, где обычно сидел Влад, он даже мог бы найти там свой окурок. Теперь нужно будет думать, куда сместиться в следующий раз. Хотя, о том ли думать придётся?..       Может, всё это время «курилка» на самом деле называлась «местом для поцелуев»? «Для парочек»? «Для уединения»? Если тут не случалось чего покруче…       Парни переглянулись. Их мысли сходились. От этого стало только хуже. Они жались слишком близко, чтобы обоим всё рассмотреть из-за угла. Влада не смущало подсматривать за людьми, но когда в трёх метрах от тебя натурально сосутся и постанывают, а рядом стоит человек, с которым… Стоит Валя.       Брюнет отвернулся, косо сложил губы и подул себе на лицо. Когда сердце разгоняло кровь по венам со скоростью болида на трассе, в мозг быстро поступали мысли, одна охуительнее другой. И нет, поддаваться стадному инстинкту Влад не спешил. Да и Валя тоже. Однако с ним всё случилось с точностью до наоборот: у него в голове образовалась пустота. Полный ступор.       — Есть ещё вариантик. Смотри, — Зарубин ткнул на пролом в заборе. — Посмотрим, чё там.       И, не дожидаясь ответа от Валентина, который всё равно бы не скоро поступил, Влад взял его за запястье и повёл прямо мимо парочки. Заметив их, девушка вздрогнула и ойкнула, парень раздражённо обернулся на помешавших, но без лишних слов Влад показал им палец вверх и безразлично прошёл к дыре, ведущей в лес за лагерем. Ясенька виновато улыбнулся им, извиняясь, торопливо нырнул за забор, цепляясь футболкой за край, и тоже пропал.       Пробравшись через высокую траву, колючие кусты и крапиву, парни через пару минут уже вышли на скромную опушку с редкими деревьями. Под ногами были только шишки, выступающие корни и совсем старые бычки. Владу нравилась мысль, что они вступили в элитное место, которое до них открыли другие немногие бунтари лагеря.       — А здесь красиво, — Валя ожил, рассматривая, как розовое солнце сочилось из-за горизонта сквозь хвойные кроны. И потому, что его куснула крапива по ноге. — Как думаешь, сколько ещё людей знают про это место? Мне кажется, здесь, нас… не найдут.       Под конец предложения его голос таинственно стих.       — Кто-то знает, — присев на корточки, брюнет продемонстрировал истоптанный пожелтевший бычок у одного одиноко стоящего дерева. — Но их здесь уже нет, скорее всего.       Владу стало интересно, в таком укромном месте только курили и… всё?       — Хорошо тут, — запоздало кивнул он.       Лёгкий ветер подул, забегая под футболку. Едва прохладный. Летний вечер близился к концу.       Соблюдая традицию первопроходцев, оставивших свой след и бычки, Влад уселся под деревом и кивнул Ясеню присоединиться. Ствол дерева тонковат, чтобы им обоим сесть рядом. Валя уже хочет обойти, чтобы найти место поодаль, но Влад касается его руки. Не хватая, как обычно. Его пальцы в мозолях сцепляются с чужими, сцепляются их взгляды. Зарубин вновь кивает вниз, на место между его расставленных ног. Валентин больше смущён, чем напуган и, прежде чем он зассал, Влад потянул его вниз, и парень, как во сне, легко поддался и опустился, неловко навалившись спиной на грудь.       В первые секунды было так сложно привыкнуть к теплу тела другого парня. Валя не ожидал такой тактильности от Влада, да и тот сам был в шоке…       — Я… — Ясень задыхался, но попытался ещё раз. — Я забыл свои сигареты. Ещё не привык таскать их с собой.       — Ничего. Я всегда ношу.       Пошарив в кармане шорт, Влад извлёк стандартный набор: пачка плюс зажигалка. Он был рад тому, что не увидит красную пачку Ясенного. Которая не принадлежала Ясенному…       Зарубин извлёк сигарету и едва не поддался желанию самостоятельно приложить её к губам Вали, коснувшись их. Рука замерла на полпути, и тут уже Валентин, ни о чём не догадываясь, сам перехватил «предложенное».       — Спасибо.       Обхватив сигарету, Валя ждал и зажигалку, но вдруг, у самого уха наклонился Влад, ошеломительно близко. Щелкнув зажигалкой, он поджёг конец сигареты, и Ясенный ещё какое-то время забывал сделать первый вдох до тех пор, пока Влад не перестал нависать над ним.       Валя плотно угнездился у Влада, с двух сторон окруженный его ногами и руками. Было так уютно, Ясень не думал, что когда-нибудь захочет покинуть насиженное место. Место под сердцем, биение которого он чувствовал спиной. Он мог слышать дыхание Влада, ощущать его над ухом. Раствориться в нём.       Не зная, куда деть руку, Ясенный несмело положил её на приподнятое колено Влада. И ничего страшного не произошло. Тот был совсем не против. Будто в подтверждение того, Валя ощутил, как ноги сжали его тело чуть плотнее и он весь зарделся.       Краем жёлтого глаза Ясень замечал губы рядом собой, попеременно с сигаретой и без. Он всё думал о той парочке. О поцелуе.       Чем ближе чужие губы, тем сложнее до них дотянуться. Это аксиома. Должна существовать формула, зависящая от расстояния и того, насколько тебе нравится человек…       В какой-то момент это кажется непреодолимым. Нужно либо сделать что-то, либо сказать, но не выходит ни то, ни другое. Это муки. Идёт вечность в раздумьях, четвертующих голову и сердце. Жаль, что нельзя попробовать, а затем откатиться назад, лишь бы успокоиться. Всего лишь поцелуй.       Ясень так много об этом думает, представляя, как через секунду резко повернёт голову, вопьётся в сладкие, манящие, дразнящие губы и станет так воздушно-легко, выпустив все-все свои чувства… Настолько это реально. Но эфемерная секунда продолжает существовать, жестокой стеной ограждая от момента истины.       Для Вали с каждым разом всё становилось так запутанно! Влад, он что?.. Он «да»?.. Или «нет»? Всё говорит о том, что «да», но с чего бы такие перемены? Всё началось с того дня, когда Зарубин узнал многое о Валентине, включая его склонность любить мужчин… Так значит ли это?.. Хоть что-то?       Если бы чувства Влада были понятны… Хотя бы ему самому.       Так они и сидели, внешне расслабленно потягивая сигареты, каждый свою. На самом же деле они оба чувствовали себя как на медленно раскалающейся сковороде, каждый на своей.       Романтичная обстановка и уединение превратились в пытку для нерешительных сердец. От волнения у Яси аж голова разболелась. Он понял, что не способен на поступок и не переживет ещё одного отвержения. Устав, он откинул голову назад, ложась на плечо парня. Поняв, что забылся, Валя отдернул её, но тут же его мягко вернули назад.       Влад запустил пальцы в пшеничные волосы и прижал к своему плечу Валю. Он не смотрел на него, он бы не выдержал взгляда, но рядом с Ясенем было слишком хорошо, чтобы отпускать его. Валя блаженно выдохнул и расслабился, прикрывая веки. Хотя бы эти границы дозволенного с Владом он выяснил. Это уже больше, чем он подозревал о Зарубине. А Влад не подозревал, что сидеть, курить, поглаживая волосы парня может быть так приятно.       Докурив, Влад нехотя убрал руку с головы Вали и провёл ей вдоль его руки, вызывая у того шок и трепет, но он всего лишь забрал из чужих пальцев окурок.       — Я кину наши к остальным. Типа… Как сказать: «здесь были мы». И не важно кто «мы». Кто-то после нас их так же найдёт.       — А, да, конечно… — медленно отходил от грёз Валентин.       Он не знал о сентиментальной стороне Влада. Это желание оставить след показалось Ясеню ужасно милым, но он не стал говорить об этом вслух. Как и о многом другом, о чём успел подумать с тех пор, как они сюда пришли.       …Вставать так никто и не решался.       — Всё ещё не нравится? — спросил Влад, складывая окурки у нужного места.       — Уже не так противно. Но я не понимаю, как можно быть зависимым от этого?       — Может, тебе и не нужно.       — Нет, — радикально ответил Валентин, с ноткой отчаяния. — В смысле… Мне интересно.       — Угу. Понятно.       — Что понятно?       — Ничего. Хорошо, что тебе стало интересно именно сейчас. А не, ну знаешь… Раньше.       Влад взглянул на него и стало понятно: «со мной, а не с «ним». Ради Арсения Валя так и не начал курить.       Ради него он зашёл гораздо дальше.       Но сейчас это казалось и близко не чем-то нежным, откровенным и интимным, как возможность прижаться к Владу и покурить вдали от всего мира.       Поцелуи, сминающие губы. Дерзкие прикосновения. Прямолинейные желания, исполняемые тотчас. Это всё уже было у Вали, и он не знал другой любви. Но то, что он почувствовал сегодня… было в сто крат сексуальнее.       Безопасность. Доверие. Спокойствие.       Рядом с другим человеком. Он забыл о страхах и ненависти к себе. Он оставил это всё где-то там, в прошлой жизни. Что была пару дней назад.       Всё развивалось так быстро: один человек бросил — другой тут же подобрал. Один оттолкнул — другой пригрел. Один использовал — другой гладил по голове, заботился о питании, о порезах, не давал в обиду придуркам.       Валя едва успевал проморгаться и смахнуть выступившие слёзы, пока шёл сквозь крапиву, специально собирая жгучую боль на голенях, смотря на спину в синей майке.       Завтра последний день без Арсения.