Под одной крышей

      На следующее утро Руслан был непривычно тихим и послушным. Не сопротивлялся побудке, не кочевряжился с завтраком, даже дверцу машины себе сам открыл. Потом же молчал всю дорогу до лицея и изредка поглядывал на Андрея то ли с опаской, то ли с желанием что-то спросить. Мужчина это видел, но не смел отвлекаться от дороги. Лишь на парковке лицея взглянул на Руслана в ответ — устало и спокойно. Андрей хотел всего лишь найти работу и зарабатывать деньги для своей жизни, а нашёл ещё одного балбеса, за которым нужно присматривать и которого приходится опекать.       Руслан под взглядом мужчины сразу замялся и как-то торопливо стал открывать дверь.       — Я пошёл.       — Стой.       — Чего тебе?       — Во сколько тебя забрать? Как обычно?       — Да… Наверное, да, — пробубнил Руслан. Его рука сжимала ремень почти пустой школьной сумки. Взгляд янтарных глазищ бегал из стороны в сторону.       — Хорошо. Я буду здесь.       — Обещаешь?       — Обещаю, — кивнул Андрей и твёрдо взглянул в глаза Руслану.       Сейчас парень присмирел и затих, поэтому перестал быть таким раздражающим, как раньше. Скорее вызывал жалость и сострадание. Андрей понимал, что сейчас у мальчишки в голове настоящая каша из эмоций, мыслей и страхов. Ситуация была далека от приятной или хотя бы понятной даже для него самого, а что уж говорить про избалованного подростка.       Как почувствовал бы себя Андрей, оставшись в одиночестве в свои семнадцать? Узнав, что его скоро выгонят на улицу или заберут в детский дом. Узнав, что он не нужен никому сам по себе, нужны только его деньги. Узнав, что и деньги-то эти — не его.       — Иди, не бойся. Я буду здесь в то же время. И ещё, Руслан…       — М-м?       — Будь добр слушать учителей.       — Нафига?       Андрей покачал головой и решил, что этот разговор он отложит до лучших времён, а пока перегнулся через колени Руслана и открыл ему дверь.       — Ладно, иди. Не забудь поговорить с друзьями.       Руслан ушёл, а Андрей ещё долго смотрел ему вслед, размышляя, что делать дальше. Он был почти уверен, что никто из богатеньких одноклассников не согласится прикрывать ставшего нищим беспризорником приятеля. Это, в общем-то, не детей и задача, а их родителей. Это им придётся взять на временное попечение чужого недоросля — не самого вежливого и послушного при этом.       Но… С чем чёрт не шутит?       А вдруг?       Однако к половине четвёртого никакого «вдруг» не случилось. Это стало ясно уже по тому, что Руслан шёл по лицейской аллее один, а не в компании приятелей, как было раньше. Он подошёл к машине и хмуро плюхнулся на сиденье. Глаза выглядели покрасневшими, дыхание частое в попытках сдержать эмоции — обиду, злость, стыд.       Андрей вздохнул и повёз Руслана домой. Кормить и успокаивать. Там был готов к его приезду куриный суп с гренками и даже слоёный пирог с ягодами — Андрей заморочился с утра, чтобы порадовать брошенного всеми ребёнка, а заодно использовать то, что валялось в заморозке ещё со времён работы прошлых слуг.       Впрочем, основная причина была именно в том, чтобы взбодрить Руслана. Сейчас Андрей смотрел на него иначе. Хотел уже не пнуть его, а обнять и пожалеть, по крайней мере, пока парень молчал. Тогда он казался нормальным.       — Руки вымыл?       — Угу… — буркнул Руслан и сел за обеденный стол. Принялся вяло перемешивать в тарелке суп, а потом вдруг в эту же самую тарелку с его щёк покатились такие крупные слёзы, что у Андрея аж сердце ёкнуло.       — Руслан? — тихо позвал он его, но этим не успокоил, а как будто, наоборот, сорвал пробку, и всё, что бурлило у мальчишки в душе весь день, хлынуло широким потоком.       Руслан расплакался, только теперь не ныл и скулил, как подлый шакалёнок, а плакал горько и бесхитростно. Его горе было искренним. Он потерял всё, а что не потерял, уже считал не своим и был прав.       Мужчина резко поднялся с места и подошёл к мальчишке, обняв его за плечо крепкой и немного грубоватой рукой. К его удивлению, Руслан схватился за его рубашку и уткнулся в неё мокрым лицом.       — Меня заберут в ды… ды… детдом… — всхлипывал он. — Я не хочу в детдом… Сделай что-нибудь, а? Пожалуйста! Я не хочу...       Андрей в очередной раз не сдержал вздоха, прокрутил в уме все возможные решения этого хаоса, и все они сошлись в одно.       — Успокойся. Солдат ребёнка не бросит.       — Ч-чего?       — Не брошу я тебя, говорю. Но жить будем на моих условиях и так, как скажу я. Иначе мне тебя не вытянуть. Я не папа с миллионами. Понял?       — П-понял.       — Вот и ладушки. Сейчас ты успокаиваешься, ешь, а потом будем думать, как быть дальше. Ну? Давай, хватит разводить сырость… Ты мужчина или кто?       Руслан закивал и нехотя отстранился. Его щёки залились краской. Андрей и не придал бы этому значения, если бы не понял, что произошло это от последней его фразы. Мужчина ли Руслан? Ну, однозначно да… По крайней мере, станет им, когда немного подрастёт и перестанет вести себя как последняя скотина. Хотя и всплыли в памяти его выверты утром после вечеринки. То, как он сидел на коленях перед одноклассником или приятелем, и делал, мягко говоря, пикантные вещи.       Андрей считал себя нормально ориентированным парнем, но почему-то не испытывал к Руслану правильного для себя отвращения после этой ситуации. Переходный возраст затянулся, все дела… Перебесится когда-нибудь.       Мужчина вернулся на место, к остывшей уже тарелке супа. Доедали в тишине. Потом Андрей налил им обоим чаю — себе простого, Руслану — с молоком, и заговорил только тогда, когда парень более или менее успокоился.       — Бери пирог.       — Угу…       — А теперь слушай. Жить ты будешь у меня. Я сниму нам с тобой однушку. Пока в нашем распоряжении машина и не пришли приставы, нужно увезти отсюда максимум вещей. Может, даже что-то из твоей техники. Компьютер, по крайней мере. Тебе он пригодится в учёбе. Кстати, учёба… Что с лицеем? Он до конца года оплачен?       — Хэ зэ… Вроде, да.       — Это хорошо. Посуду и некоторые фиговины для кухни я упакую сам. Всё, что здесь останется — опишут, учти это. А нам всё пригодится. Так что иди в свою комнату и пакуй одежду. И документы свои не забудь. Понял?       — Понял, — пробубнил Руслан. Ему, конечно, хотелось сесть за игрушку и командовать слугой «Сделай то» да «Сделай это, отвали», но теперь придётся поработать и своими ручками тоже.       Он ушёл к себе в комнату и пробыл там около получаса. Видимо, выгребал свои вещи и решал, что ему нужно, а что нет. Андрей был в это время занят в кухне-гостиной. Отсоединял от сети мелкую технику, компьютер, паковал по коробкам посуду. Того, что за его спиной уже топчется Руслан, мужчина сразу и не заметил.       — А… Андрей? — позвал его парень и тут же смутился того, что произнёс это имя. Ну, что ж… Когда-то же мажорчик должен был впервые признать в слуге человека и произнести его имя, а не «эй ты», как привык. И в его же интересах начинать практику в вежливости как можно быстрее.       — Что?       — А куда упаковать? Ну… коробки или пакеты… У нас есть?       — Руслан, это… — «твоя квартира» почти вырвалось у Андрея, но он смолчал.       Бесполезно напоминать Руслану, что в своём жилье он должен бы ориентироваться получше человека, живущего тут всего две недели. Мальчишка никогда не занимался бытом и всё, что он делал дома — ел, спал и развлекался. Остальное происходило как-то само, по мановению чудо-палочки. Волшебная фея готовила Руслану форель, а мистер Проппер убирал в квартире. Стирали и гладили, наверное, маленькие гномики по ночам. Последние две недели Андрей и был волшебной феей, гномиками и мистером Проппером в одном лице. Теперь же такого не будет. Ему просто не справиться и с работой, и со всеми домашними делами. Постепенно Руслана придётся впрягать, и ему придётся с этим смириться.       — Ладно, я найду. Тебе задание найти однокомнатную квартиру на Авито. Хоть с этим-то справишься?       — Пф… Сделаю.       «Бог ты мой, само послушание»       Андрей оставил Руслана выполнять задание, а сам достал большие пакеты из супермаркетов и пошёл в комнату парня паковать его вещи. Трудности настигли в этот же момент.       — Он дурак, что ли?       Руслан сделал, что мог в силу своих разумений. Ну, примерно то же, что сделал бы ребёнок лет трёх, например — выкинул вещи из шкафов и кучей свалил их на кровати. Собрался, умница. Что такое «складывать» он, конечно, не знал.       Андрею пришлось битый час потратить на то, чтобы просто сложить каждую чёртову футболку и рубашку Руслана, все его штаны, носки, бельё и куртки — и аккуратно рассовать по пакетам.       — Ну, как успехи? — поинтересовался он, выходя в коридор с партией поклажи.       — Я нашёл, вот, — показал ему Руслан очередной результат своих трудов. О-очень большой и дорогой результат.       — Нет.       — Почему?       — Мне не по карману. Ищи вдвое дешевле. И без всяких джакузей и умных домов. Чуть дальше от центра города смотри — на метро поездишь или автобусе.       — Я не умею, — испугался Руслан.       — Научишься, — отрезал Андрей, скинул пакеты у входной двери и туда же принялся переносить уже запакованную технику.       Остаток дня был потрачен на сборы, организацию съёма и перевоз вещей в новое обиталище — простую, как пять копеек квартирку с бумажными обоями и дешёвой разносортной мебелью в единственной комнате. Под потолком вместо люстры висела простая лампочка. В кухне из всех удобств нашёлся лишь дребезжащий холодильник «Свияга» и допотопная газовая плита. Никаких «джакузей» в ванной, естественно.       Для Андрея обстановка казалась вполне приличной — чисто, тараканов нет, кухня и туалет свои, а не общие с пьяным дядькой и бригадой рабочих из ближнего зарубежья. Даже балкон застеклён. Красота!       — Прилично, по-моему. Тебе как, Руслан? — спросил Андрей без всякой усмешки, но наткнулся на тоскливый и неприязненный взгляд Руслана в ответ.       — Издеваешься?       Конечно, привыкший к роскоши и дизайнерским интерьерам, парень заметно расстроился и разозлился. Нет отдельной комнаты. Вай-фая нет и даже телевизора. Эстетикой тут тоже не пахло — только практичностью и дешёвыми моющими средствами. Да и диван, раз уж на то пошло, один на двоих. Спать придётся или вместе, или по очереди, только кому ложиться на полу решать хоть жребием, хоть партией игры в дурака. А так — спи себе на здоровье, выпрямляй позвоночник. Говорят, полезно…       — Даже не пытался. Моих средств и на это хватит с трудом. Твой любимый папа не удосужился выплатить мне зарплату. Следующая будет только через месяц, и то, если я устроюсь на этой неделе.       Руслан фыркнул и вышел из квартиры в подъезд, такой же пасторальный, как и их новая квартирка. Андрею ничего не оставалось, кроме как выйти за ним. А то мало ли — горячая кровь вскипит у парня, натворит что-нибудь на нервах. Видимо, «кипеть» Руслан был уже не в состоянии. Сгорбившись, как забитый дворовый пёс, он сидел на ступеньках в подъезде. Молчал. Думал о чём-то. Видимо, укладывал в голове перемены в жизни.       Андрей сел рядом с ним.       — Ты пойми, Руслан, — тихо сказал он, глядя в ту же точку, что и сам парнишка. — Жизнь — штука несправедливая. В ней всё бывает. Ты читал в детстве сказку про двух лягушек?       Руслан мотнул головой.       — Если кратко, то её мораль примерно вот в чём: можно или опустить руки и сдохнуть, или бултыхаться дальше. Вот мы с тобой и бултыхаемся. Если подумать, всё не так плохо.       — Заткнись, а? — буркнул парень, за что получил сильный тычок локтем в бок. — Ай! Ты мне не папаша, чтобы воспитывать…       — Сейчас ты под моей опекой, парень… Так что, может я и не папаша, но я за тебя в ответе. Кроме меня тебе некому объяснить, что творится в этой жизни. А творится в ней чёрт знает что. Тебе крупно повезло, что ты узнал об этом в семнадцать с копейками, а не с рождения.       — Безумно, б…ть.       Андрей хмыкнул и встал со ступенек. Он протянул парню руку и, к его удивлению, Руслан крепко схватил её, чтобы подняться на ноги.       — Пойдём. Съездим ещё раз до твоей квартиры. Загрузим остальное и переночуем там. А завтра...       Скорее всего завтра их уже выгонят пинком под зад, а машину изымут в счёт уплаты долга государству. Но может и нет. В любом случае Андрей не хотел ещё больше расстраивать Руслана, поэтому продолжать фразу не стал. И так понятно, что ничего толком не понятно...