Крылья свободы

      От холодных стен отражались голоса. Я намеренно снял свою обувь, стараясь передвигаться, как можно тише. Когда прилетел Лукас, то даже у стен будто появились уши. Он привёл с собой сомнительных стражников, которые больше были похожи на низкосортное отребье из трущоб, промышляющих не самыми хорошими делами. И сейчас они ходят по замку как хозяева, воспринимая других слуг как скот, который можно загнать в угол.              Услышав в коридоре «лошадиное» ржание, я осторожно скрылся в пролёте, что вёл в библиотеку. Голоса приближались. Скорее всего их было двое. Достав со спины стрелу, я натянул тетиву, прижимаясь к стене. Жду, успокаивая бешеное дыхание, которое по ощущениям, слышат все в этом замке. Как только они подходят ближе и оказываются на одном уровне со мной, вижу как тот, что находится дальше, повернул голову в мою сторону. Его глаза округлились, но он только успевает открыть рот, как я точным выстрелом попадаю прямо в лоб. Он падает, его товарищ, опешив, достал меч и кинулся в мою сторону, но я успеваю первым. Натягивая стрелу и отпуская её, попадаю прямо в сердце.       Оглядываюсь по сторонам, других нет. Подхожу к трупам и смотрю в их пустые глаза. Сожалею ли я? Нет. Я совру, если скажу, что у меня есть жалость по отношению к таким, как они. Именно из-за них все омеги дворца ходят на цыпочках, боясь испускать феромоны.       Нельзя терять времени, пока кто-нибудь ещё не пришёл. Бегу прямо к этой проклятой темнице. Какой чёрт меня потянул туда год назад, в это исчадие ада? Моя психика была сломана к чертям собачьим от увиденного. И оставалось только жить в страхе, ожидая, когда Лукасу захочется нарушить обещание о сохранности моей жизни. Осторожно спускаюсь по скользким каменным ступенькам. Слышу, как с потолка со звоном бьются капли воды о пол. Их звук снимает напряжение от той тишины, что возникла так неожиданно. Дверь в темницу, как и тогда, «приглашающе» была открыта, будто этого только и ждали, говоря: «не стесняйся, добро пожаловать в ад, чувствуй себя как дома». Делаю глубокий вдох и мои лёгкие наполняются сыростью и запахом плесени. Достаю из пояса маленькое зеркальце и смотрю через него. В самом конце коридора стоял небольшой деревянный стол, на нём стояли какие-то миски, а за ним сидели, сложив руки и облокотившись о стену, два стражника. Они сидели неподвижно, с закрытыми глазами. Скорее всего спали.       И теперь передо мной стоял выбор: загасить их сейчас издалека, но поднять шум, или подойти на цыпочках, надеясь, что они не проснутся, и перерезать горло, не поднимая шум. Это было важно, ведь в других клетках были животные, и если они начнут активничать, то скорее всего на шум придут другие стражники.       Выбираю второй вариант и, стиснув кулаки, тихо на цыпочках двинулся вперёд. Мельком смотрю по сторонам и вижу, что животные все спят — это хорошо. В камерах, что ближе к стражникам, вижу двух мужчин. Двое? Эрен говорил только про одного. Пространство начало наполняться запахом кофе и табаком, плавно переходящим в шлейф с древесными нотками.       Поворачиваю голову на стражников, один из них начал двигаться. От испуга и резкого напряжения у меня окаменели ноги, уши начало закладывать, я слышал, как бьётся моё сердце. Но тот лишь пробормотал что-то себе под нос и повернул голову на другой бок. Тихо выдыхаю, расслабляясь. Слышу лёгкий звон цепей, поворачиваю голову в сторону звука. Это был брюнет. Его тело полностью было в ранах, а лицо рассечено. Его стальные глаза пронзительно смотрели на меня. Как только его рот открылся, собираясь что-то сказать, я быстро приложил указательный палец к губам и мотнул головой в сторону стражников. Он кивнул, понимая на чьей я стороне. Судя по описанию Эрена, именно он был тот самый Леви. Я повернул голову в этом же жесте к другой камере и увидел так же подвешенного блондина. Но тут моё сердце пропустило громкий удар, и я чуть не издал звук, быстро закрывая себе рот рукой. Именно он пах этим прекрасным мужественным феромоном, его глаза широко открылись от удивления, а рот приоткрылся. Так вот, что ощутил Эрен. Это приятно. Опускаю руку и заставляю себя оторвать от него взгляд, всё ещё ощущая, как он смотрит на меня.       Поднимаю юбку, ныряя рукой под кожаный ремешок, и достаю клинок. Проклятое платье, длинное и не удобное. Подхожу к первому рыжему мужчине. Приставляю лезвие прямо к горлу и плавным быстрым движением режу. Его глаза резко открываются, но он не говорит и слова. По шее стекает кровь, всё больше и больше окрашивая его доспехи в прекрасный багровый цвет. Его тело бьётся в конвульсиях. Смотрю с опаской в сторону другого охранника, тот и не шелохнулся. Мне показалось, что он даже притих, я не слышал мирного сопения. Как только рыжий перестал двигаться, я осторожно переместился к другому. Приставляю окровавленный клинок к его горлу и меня резко хватают за руку. — Щенок, — проговорил мужчина.       Я вскрикнул от резкой хватки. Мужчина встал со своего места и, заломив мне руку за спиной, приложил лицом в грязный пол. — Что за трусливая сучка приползла? Я почувствовал, как лицо царапается о грязный пол. — Убери свои грязные руки! — крикнул я, дёргаясь. Заломил намертво, не шелохнутся. — Грязные руки? — усмехнулся он, — это ты, только что убил человека во сне и называешь меня грязным?       Сумка со стрелами падает куда-то в сторону. Мой кинжал теперь в руках этого придурка. Его хватка стала только сильнее. Чувствую, как он своими руками проскальзывает под мою юбку и касается внутренней стороны бедра. Чёрт, чёрт, чёрт! — Нет, не делай этого, лучше убей! — прохрипел я. — Ой, как мило, но мой ответ — нет, — он ещё сильнее заломил мне руку, кинжал падает, ускользая в сторону. Смотрю на него и отмечаю, что он лежит недалеко. — Под-дожди! Отпусти руку, я не буду сопротивляться! — жалобно прохныкал я, повернул голову в бок, глядя на него жалобным взглядом.       По щекам катились слёзы, а волосы прилипали к лицу. Я поддался бёдрами назад, потираясь о его вставший член. Увидел, как этот извращенец пошло облизнулся, смотря на меня, и освободил мою руку, поднеся свою к моему лицу, собираясь убрать волосы. — Очаровательная сучка, — проговорил он, коснувшись моей щеки, и засунул свои пальцы мне в рот.       Фу, пиздец, как мерзко. Я обманчиво облизнул их, делая соблазнительное выражение лица, а сам упираясь руками в пол, резко стукнул его своей головой. В голове вертолёты. Больно. Пиздец это больно. — Ах ты тварь! — прорычал этот придурок, держась за нос.       Пока он потерял бдительность, быстро, как змея, меняю наши положения и сажусь на него сверху. Найдя клинок, так же быстро перерезаю ему горло. Всё происходит быстро, буквально за секунду. Его тело бьётся в конвульсиях, а под ним расползается красное пятно. С ликованием смотрю на него, ухмыляясь и руками сжимая его шею. — Грязная тварь…       Подол платья покрывается его кровью. Сжимаю его кровоточащее горло, пока тот не перестает двигаться, а когда всё заканчивается, клинок со звоном подает на пол. А я облегчённо выдыхаю, опрокидывая голову назад, и расслабляюсь. — А ты молодец, я уже начал переживать, — послышался низкий глубокий голос.       Я устало перевел пустой взгляд на звук и увидел удивлённое лицо блондина. — У рыжего ключи на поясе, быстрее, пока кто-то не пришёл, — быстро проговорил Леви. — Да… — вымученно выдохнул я и встал с трупа. Вытираю руки о и без того грязное платье. Быстро нахожу ключи и освобождаю сначала брюнета. — Я Армин, подозреваю, что именно ты Леви? — сказал я, снимая с него наручники. — Да, я Леви, — он потёр свои запястья и начал разрабатывать руки, которые наверняка не слушались после нескольких часов в цепях, — Эрен рассказывал про тебя, но он не говорил, что ты такой боевой. — Стараюсь держать это в секрете, для лучшего эффекта неожиданности, ведь я омега, — смущённо сказал я. — Эй, может хватит там ворковать, у меня тоже руки болят, — заныл блондин. — А, точно, это Эрвин — он тоже гладиатор, попал под раздачу случайно, — представил его мне Леви, — можешь его тоже освободить, а я пока осмотрюсь. — В смысле, можешь? Я для тебя, что шутка какая-то? — возмутился он. Я усмехнулся и подошёл к его камере, открывая дверь. — Эрвин значит… — проговорил я, смотря на него. Он был ощутимо выше Леви. Я хотел достать до его рук, но он был слишком высоким, что затрудняло процесс. — Ты слишком высокий, я не достаю, — пожаловался я. — Можешь зацепиться за меня, как мартышка, я не против, — Эрвин усмехнулся и как-то странно посмотрел на меня.       Он опускает голову, явно намекая на то, чтобы я ухватился за шею.       Мои щёки начали предательски пылать. Что ж, на самом деле выбор невелик. Поэтому цепляюсь за его шею и, подтянувшись, скрещиваю ноги на его талии, устраиваясь поудобнее. Чувствую его дыхание прямо на своём лице, по телу пробежались мурашки. В нос ударил запах его феромонов: терпкий, вкусный, одурманивающий. Как только почувствовал, что я крепко за него ухватился, перетекаю руками с его шеи и цепляюсь за запястья над головой. Трясущимися руками еле попадаю в скважину наручников ключом, как вдруг чувствую, что Эрвин коснулся своим носом моей шеи, жадно вдыхая. — Ч-что ты делаешь? — заикнувшись сказал я, — ты как бы мешаешь. — Знаешь, как ты пахнешь? — проурчал он, касаясь губами шеи, — как сладкие персики и свежие розы, невероятно вкусно, так и хочется укусить. — Отстань, сейчас не время, — я еле сдерживался, мне тоже очень нравился его запах.       Как только я освободил его руки из наручников, он опустил их вниз, хватая меня под бёдра, не дав упасть. Я опять обнял его за шею и посмотрел в его голубые глаза, в них отражалось море. Я люблю море, очень. Почувствовав, как его больше пальцы начали поглаживать мои бёдра, руками толкаю его в грудь, отстраняясь. — Давай потом поговорим, как выберемся отсюда, — ослабив хватку ногами, я опустил их, — сейчас правда не время для этого. — Да… Знаю, — он понимающе кивнул и опустил меня на пол, придерживая за талию. — Эм, это конечно пиздец как мило и всё такое, но не могли бы вы оторваться уже. Мы вообще-то не на курорте, а в темнице, — перед камерой стоял Леви, сложив руки на груди. Мои глаза широко открылись, когда я увидел на нём что-то странное. — Что это? — я оттолкнул Эрвина от себя и вышел, смотря на странное устройство. — УПМ, позволяет летать не хуже арханов, скоро поймёшь, — ответил Леви, достав два меча, — твой, кстати, тоже нашёл, обращаясь к Эрвину, сказал Леви.       Блондин радостно вышел и начал надевать, так называемый УПМ. Я подобрал свои стрелы и лук. Отталкиваясь от предыдущего опыта, понимаю, что длинное платье не самое лучшее решение. Я мог достать кинжал быстрее, будь оно короче, ну или хотя бы свободнее. Взяв свой кинжал, я вытер его об одежду рыжего стражника и сделал разрез сбоку, где был ремешок для кинжала. Так-то лучше, и двигалось свободнее. Вернув его на место, я наконец обратил внимание на то, что было слишком тихо. Я повернулся и увидел удивлённого Эрвина, который откровенно пялился на меня, Леви же тактично смотрел в сторону выхода. — Что? — не понимая его реакции, спросил я. — Так даже лучше, — ухмыльнулся он и посмотрел на разрез на ноге. Щёки опять покраснели, и я прикрыл ногу. — Просто удобнее… — смущённо прошептал я. — Теперь говори, где Эрен? — с серьёзным выражением лица спросил Леви. — Он в своей комнате, но сейчас его охраняет стража. На верхнем этаже её больше, чем здесь, поэтому через дверь будет пробраться почти нереально, не издавая при этом излишнего шума. — А в чём проблема, если мы пошумим? — спросил Леви, подняв одну бровь.       Я прикусил губу и не знал, стоит ли говорить об этом Леви. Я обещал Эрену вывести их из дворца. Но с другой стороны понимал, что скорее всего он сам не справится. Поэтому обречённо выдохнув, сказал: — Эрен просил меня вас вывезти из дворца, пока он будет отвлекать Лукаса. — Каким образом, — раздражённо сказал Леви, подойдя ко мне. — Ну, на грифонах, Ханджи уже ждёт нас в гор… — Каким образом он отвлекает Лукаса? — дополнил свой вопрос Леви.       От такого напора стало страшно, чертовски страшно. Я и сам не знал, что он собирался делать, но догадывался, и мои слова вряд ли его обрадуют. Поэтому просто смотрю на него. — Блядь, с этого и надо было начинать. Поспешим, — он резко развернулся и двинулся к выходу. — Подожди! — я схватил его за руку, — у него в комнате есть балкон, если ты действительно умеешь летать, разумнее всего будет пробраться через балкон. Так можно сэкономить больше времени. Он остановился и оглянулся, злобно посмотрев на меня. — Покажи, где балкон, — холодно сказал он без раздумий.       Я кивнул и быстрым шагом повёл их к выходу. Выбравшись из окна первого этажа, мы побежали к стойлу, где были грифоны, прямо над ним, в трёх этажах выше, находился балкон Эрена, не ошибётся. — Готовьте грифонов, — сказал Леви, кинув взгляд на животных, которые смешно склонили голову набок, не понимая, откуда появились новые люди, — если я не вернусь с Эреном через пол часа, улетайте, где найти мой корабль, Эрвин, ты знаешь.       Закончив говорить, он со свистом полетел вверх, цепляясь какими-то железными верёвками за каменные стены. — Он же вернётся? — сказал я, смотря, как Леви поднялся на балкон.       Я почувствовал, как Эрвин прижался к моей спине и, обняв одной рукой за талию, поцеловал в висок. От такого неожиданного действия я вздрогнул. — Он сильнее, чем кажется, даже с такими ранениями, — сказал он и прижался подбородком к моей макушке, смотря вверх. — Л-ладно, надо седлать грифонов, ты их наверное ещё не видел, так что пойдём, познакомлю, — смутившись, и в который раз покраснев, я отпрянул от его груди и направился в стойло.        Как вдруг, резко почувствовал ощутимые толчки из-под земли, что сбивали с ног, заставляя прижаться к земле.

Эрен

      Упорно смотрю в сторону открытого балкона и прислушиваюсь к тихим шагам за спиной. Он ничего не говорит, и я молчу. Чувствую, как кровать рядом прогибается под весом его тела, а крылья щекочут плечо. — Ну и? — наконец говорит Лукас, — зачем меня позвал?       Я перевожу взгляд на него. Его ядовитые глаза не сводят свой взор, смотря на мои губы и шею. Но только не в глаза. — Как будто ты не понимаешь, — говорю нейтральным голосом я. — Если ты про секс — я не хочу, настроение не то, — хмыкнул он, собираясь вставать, — ты мне его знатно подпортил своей драмой.       Нет, я должен его задержать. Хватаю за руку и, уложив его на спину, сажусь сверху. — Я знаю, что у всего есть своя цена, — сказал я и огладил его грудь, — это всё, что я могу предложить тебе, взамен на жизнь Леви.       Было противно, абсолютно не хотелось этого. Но пусть он думает, что хочу. Пусть потеряет бдительность и я сделаю то, что должен, а если не смогу сделать, то хотя бы время потяну.       Его руки ухватились за мою талию и с нажимом надавили на себя, выбивая из моих лёгких раздражённый вздох. Он противно ухмыльнулся и перетёк своими руками на спину. — Знаешь, почему я это сделал? — сказал Лукас, оглаживая спину, где под тонкой тканью были шрамы. — Ты уже дал ясно понять, зачем, — раздражительно сказал я. — Да, ты прав, в том, что я говорил, есть доля правды, — он приподнялся и уложил меня на кровать, нависая сверху. С опаской бросаю взгляд вбок, где в одеяле лежал клинок. Крыло Лукаса задело его, отодвигая в сторону. Неужели понял? — Всего лишь какой-то орган, а приносил столько проблем…       Я смотрю на него, не сразу понимая, о чём тот говорит, а когда до меня доходит, накрывает волна злости. Рука двигается сама. Ныряю под одеяло и достаю клинок, приставив его к паху Лукаса, но он останавливает мою руку прямо перед ударом. — Какой-то орган?! Я блядь сейчас тебе покажу, какой-то орган. Ты, сука, у меня выдрал их с корнем и для тебя это какой-то орган? Может член тебе отрезать, чтобы ты понял, какого жить без него? Тоже решает кучу проблем, — мои руки дрожали от страха и злости.       Чёрт, мне хватило бы просто поцарапать его. Яд, проникнувший в его кровь через пару минут, парализовал бы его тело. Но всё, как всегда, идёт не по плану. Что ж, я к этому тоже был готов. — Сейчас допиздишься и я тебе сам член отрежу. Теперь я хотя бы буду уверен, что один тебя трахаю, — усмехнулся он, — милый ножик.       Он поднял руку с клинком к моей шее. Блядь, если он хотя бы поцарапает меня — дело плохо. — Ты же не думал, что я вдруг искренне поверю в твой приступ нежности?       Я чувствую, как тело парализует от яда, под названием Лукас. Он буквально глазами душил меня. Убрав клинок от моей шеи, он плавно проскользил им до живота, заворожённо смотря на острое лезвие, что царапало одежду, покрывая её опасным ядом. Дойдя до моего живота, он перевёл взгляд на меня и убрал клинок в сторону, освобождая свои руки. От схватил меня за ноги и резко дёрнул на себя, устраиваясь поудобнее. — Знаешь, а я ведь и не собирался сохранять жизнь этой ебливой твари. Это должен был быть твой подарок на свадьбу, — рассмеялся он и продолжил с нажимом гладить моё тело, сжимать соски до синяков, — хочу преподнести его голову тебе на блюдечке в нашу брачную ночь. Его чучело будет висеть у тебя на стене, и он будет всегда смотреть на то, как я тебя трахаю. Гениально, правда?       Конченый отморозок. Я и не ожидал, что он пощадит Леви, но не думал, что всё будет настолько плохо. Хочу рвать и метать, скрутить голову этому гаду. Но вместо этого, тело не слушается, а глаза наблюдают, как он медленно ласкает моё тело. Это даже лаской невозможно назвать, потому что каждое его прикосновение вызывало у меня приступ тошноты. И это чувство было с каждой секундой всё более навязчивее. В глазах всё расплывалось, и вот я уже не вижу его лица, не слышу его голос, что говорил нелепые вещи.       Кажется, я начинаю терять сознание. Вот так вот, он меня изнасилует, а я даже не буду знать об этом. Потому что я уверен — его не остановит бездыханное тело.       Но вдруг я слышу свист, а за ним сквозь пелену в глазах вижу, как какой-то чёрный силуэт буквально подлетает в нашу сторону и двумя мечами сбивает Лукаса. Его тело падает куда-то в сторону. Я кусаю себя за язык до крови, чтобы привести в сознание свой затуманенный разум. Хоть мои глаза и не видели, а тело не слушалось, но я явно почувствовал, как ветер уносит гнилостный запах Лукаса, заменяя его на бергамот с чёрной смородиной. Чёрный силуэт стал приобретать знакомые черты. По щекам покатились слёзы, от понимания, кто это.       В глазах начинает проясняться и я вижу, как Леви обеспокоенно смотрит на меня, дёргая за плечи и оглаживая мокрое лицо. — .....шишь? Эрен! Очнись, ты меня слышишь? — кричал Леви. — Леви? — прошептал я, — я в раю? — Чего? Боги, нет, ты жив, — усмехнулся он, — ты не отвечал больше пяти минут. — Я… Тело ватное… — я поднял свою руку и погладил Леви по щеке, — это правда ты? — Правда-правда, — он наклонился ко мне и мягко поцеловал в губы, вызывая дрожь во всём теле.       Теперь это не казалось сном. Это был действительно Леви, мой Леви. Который успокаивающе целует меня, и одёргивает задранное платье, скрывая ноги, поглаживает живот. — Надо уходить, — сказал он, и я, как в замедленном кино, вижу, что за его спиной встаёт Лукас, держась за голову.       Быстро протягиваю руку в сторону, нащупывая кинжал и отбросив Леви в сторону, уберегая его от прямого удара в спину, протыкаю тело Лукаса прямо в грудь. Он замирает и падает на кровать в одеяла, сжимая крылья. Из его рта полилась кровь. Руки дрожали. — Ха… — усмехнулся я, — какого это умереть от рук бешеной суки?       Я достаю кинжал из его живота, и кровь хлынула с новой силой. Он не отвечает, а лишь переводит свой взгляд на меня, его тело трясло. Я встаю с кровати и подхожу к Леви, он обнял меня поперёк талии одной рукой и смотрел на Лукаса, бьющегося в конвульсиях. — Молись, тварь, чтобы после смерти ты попал хотя бы в ад, — сказал Леви. Я прижался к его груди, всё ещё не веря в происходящее. Леви здесь, и он пришёл за мной. — Пойдём, надо забрать маму… — прошептал устало я. — Да.       Мы двинулись к выходу, но вдруг я почувствовал, как под ногами всё начало трястись. Я смотрю на стол: оттуда падали книги и разливалось чернило. Письменный стол с другого конца комнаты покатился прямо на нас. Леви, вовремя среагировав, отступил в сторону, падая на пол, и потянул меня с собой. Стол вдребезги разбивается при столкновении со стеной. — Блядь, — прошептал Леви, крепко сжимая меня в руках.       Пол начал покрываться трещинами, а балкон с треском обвалился вниз. Кровать с телом Лукаса начала ходить ходуном. Страшно, мне очень страшно. Такой силы землетрясения я никогда не встречал. Прижимаюсь к Леви, надеясь найти в нём опору. Он же схватился за колонну, которая тоже скоро не выдержит. Я обречённо смотрю вверх, видя, как глубокая трещина стремительно ползёт вниз. Если все колонны сломаются, то дворец обрушится. — Леви! Моя мама! — кричу я, понимая, что она совсем беспомощная лежит в своей комнате. — Чёрт, — процедил он, — держись за меня.       Леви отпустил колону буквально за пару секунд до её разрушения, и наши тела скатились прямиком в разрушенный балкон. Железное устройство на его поясе со звоном и искрами царапало пол. — Мы упадём! Леви, мы упадём!       Я начинаю кричать, крепко стискивая Леви руками и ногами. В момент нашего падения закрываю глаза, прижимаясь к груди Леви. Слышу свист и чувствую, как тела отталкивает вверх. Я открываю глаза и вижу, как из этих железных штук появляются поочерёдно железные тросы. — Держись крепче, где комната твоей мамы? — спрашивает он.       Я удивлённо смотрю, как он виртуозно поднимается этими тросами на верх полуразрушенного замка. — Там! — крикнул я, указывая одной рукой на ещё целый балкон этажом выше.       Леви, понимая, передвигается левее и поднимается на этот балкон. Я отпускаю его, всё ещё держась за стены, так как землетрясение только усиливалось.       Двери на балкон были закрыты, я попытался их открыть и с силой пихнул плечом, но они не поддались. Оступаясь из-за резкого толчка, я падаю назад, но Леви вовремя подхватил меня. — Отойди, — сказал он и с ноги ударил по деревянной двери, да с такой силой, что она падает на пол. Я пробираюсь в комнату, и у меня кровь стынет в жилах.       Её комната была в полном разгроме. Пол в центре провалился, кровать наполовину была в образовавшейся дыре в комнате. Перья разбросаны по кровати. Но я не увидел в ней маму. Смотрю вправо и вижу, как под упавшим деревянным шкафом мелькают знакомые крылья. К горлу поднялся ком. Сквозь нахлынувшие слёзы, я, спотыкаясь, побежал к нему. — Мама! — крикнул я, падая на колени и цепляясь за шкаф, пытаясь отчаянно его поднять. Чувствую, как в руки впиваются занозы. Тут же подходит Леви и приподнимает шкаф. — Эрен, быстрее, слишком тяжело, — сквозь стиснувшие зубы сказал Леви.       Я подползаю под него и тяну за руку маму, но не могу и сдвинуть её с места. Вторая рука была сломана под неправильным углом. А шея как-то странно повёрнута. — Мамочка… — прошептал я, чувствуя, как горькие слёзы обжигают щёки, — Леви… Мама… У неё шея странно повёрнута… Что делать?       Я поднял свои заплаканные глаза на Леви. Он посмотрел на меня опечаленным взглядом. — Эрен… Подтяни сюда это, — сказал он и кивнул в сторону вырезной деревянной скамьи. Я подполз к ней и притянул её в сторону Леви, как он и просил. — Поставь её под шкаф так, чтобы он держался на ней, — дал он указания, которые я сразу же выполнил.       Отпустив шкаф и убедившись, что он устойчиво держится на скамье, Леви тут же лёг на пол, подползая к моей маме и трогая её шею. — Эрен, — сказал он серьёзным голосом, от которого все органы сделали кувырок, ожидая очевидного вердикта, — она мертва… мне очень жаль.       У меня заложило уши, в голове проносились слова Леви. Кажется я кричу. Ладони болят, я разжимаю кулаки и смотрю на кровоточащие следы от ногтей. Чувствую, как меня обнимает Леви, поглаживая по голове. Он что-то говорит, а я ничего не слышу. Я знал, что мало шансов вылечить её от болезни, но это безумно подло и несправедливо, что умерла она вот так. Несправедливо.       Мне кажется, я бы и дальше так сидел, неспособный вымолвить и слова, пока не почувствовал, как под нами треснул пол. Я резко открываю глаза и смотрю вниз, огромная трещина быстро расползается вдоль всей комнаты. — Леви! Быстрей, подними нас! — кричу я, и он, быстро среагировав, цепляется тросами за стены, подтягивая нас к ней.       Я смотрю через плечо Леви, и вижу, как пол полностью проваливается вниз, унося тело мамы куда-то в руины замка. Кричу, сжимая Леви в объятиях. — Эрен, у меня мало газа, надо уходить, — сказал Леви, смотря то на меня, то вниз на баллоны. Я отвёл взгляд от груды камней и кивнул головой, не в состоянии сказать что-либо ещё. — Держись покрепче, — он оттолкнулся ногами от стены и тут же, развернувшись в воздухе, выпустил тросы, выбираясь из разрушенного замка. Но тут я слышу какое-то кряхтение и смотрю вниз. Чёткие струи газа из баллонов сменились на прерывистые хлопки. — Проклятье, — процедил Леви.       Мы падаем, всё, что я понял, смотря, как земля становится всё ближе и ближе. Леви крепко прижимает меня к груди, а сам разворачивается спиной к земле. Я закрыл глаза, ожидая удара, но ощущаю, как кто-то подхватывает меня за руку на лету. Слышу взмах крыльев, а лицо щекочут длинные волосы. Открыв глаза, вижу того самого лекаря Лео, брата Лукаса. Он держал нас обоих за руки и спускался плавно на землю. — Пиздец вы тяжёлые, — сказал Лео. — Ты? — удивлённо сказал Леви, взглянув вверх. Как только мои ноги коснулись земли, я выдернул руку и подошёл ближе к Леви. — А тебя не узнать в гриме, Леви, — усмехаясь, сказал лекарь. — Какого хрена, Лео? Что ТЫ тут забыл? — крикнул на него Леви. Они… Знакомы? Ну да, всё выглядит именно так. — Ну, это мои слова, что ты делаешь во дворце моего брата? — поправив волосы, сказал он. — Это не его дворец! — вмешался я, скалясь на Лео. — Ну да, сейчас это и не дворец вовсе, — усмехнулся он и кинул взгляд на руины. — В смысле, брата? — удивлённо спросил Леви. — В прямом, кстати, не видел его после того, как началось землетрясение… — Я убил его, — перебил его я. Лео смотрит сначала удивлённо на меня, а потом на Леви. Но после он неожиданно начинает хохотать в голосину. — Вот так порадовал, я знал, что ты это сделаешь, — он похлопал меня по плечу, вытирая другой рукой слёзы от смеха. — И что, ты не захочешь отомстить? — не понимая его радости, спросил я, — он же всё-таки твой брат. — Ни капли, я его ненавидел от чистого сердца, поэтому даже благодарен тебе. Напомни, как тебя зовут? — Эрен. — Ах да, Эрен, ты молодец. — Так, Леви, а теперь ты объяснись пожалуйста, и давай залатаем твоё прекрасное личико, — он поднёс руку к его лицу.       Леви не сопротивлялся, а я увидел, как на глазах начали затягиваться его раны, образуя аккуратные шрамы. Теперь его лицо украшал большой шрам, рассекая глаз и губы. И… мне он даже нравится… — Эрен! Ты жив! — услышал я крик.       Обернувшись на голос, я увидел, как Армин в слезах бежит в мою сторону, а за ним Эрвин? Платье Армина было разрезано сбоку, а подол полностью покрылся кровью. Армин на лету сбивает меня с ног, и, зажав в объятиях, мы падаем на траву. — Я так переживал… — хныкал он мне в плечо. Я похлопал его по спине. — Всё в порядке, выпусти, а то задушишь, — сказал я, когда почувствовал, что позвоночник хрустнул от жарких объятий. — Эрен, я отойду с Лео поговорить, Эрвин, ты тоже, — сказал Леви, погладив меня по голове. — Ага, — кивнул я.       Эрвин и Леви отошли куда-то в сторону с Лео, и они о чём-то оживлённо болтали.       Я перевёл взгляд на разрушенный замок. Теперь он не имеет ничего общего с замком. От него остались лишь руины, как в напоминание, что произошедшее сегодняшней ночью не было сном. — Ты не пострадал? — спросил я, отстраняясь от друга и оглядывая сверху вниз. — А? Нет, это не моя кровь, — отмахнулся он.       Я не сомневался в его силе и хитрости. Он поразительно смышлёный и сильный для омеги, я им восхищаюсь. Хоть и я научил его стрелять из лука, но он заметно превзошёл меня в этом умении. — А где госпожа? — осторожно спросил Армин, кажется, понимая, что произошло, но желая подтвердить свои догадки. — Я… Не успел, Армин, — вымученно сказал я, — когда мы зашли в её комнату, она уже была мертва. — Извини, что спросил, мне очень жаль, — он взял меня за руку и сжал её, — а Лукас? — С ним всё покончено. — Вот только, что теперь? У нас нет дома… — Свобода, Армин, ты можешь делать, что хочешь, — я перевёл взгляд в сторону, где стоял Леви, потирая свою переносицу, и думал о чём-то важном, — я последую куда угодно, лишь бы там был Леви.       Но как только он заметил, что я на него смотрю, его губы тронула сдержанная улыбка, а в уголках глаз появились морщинки. Первый раз вижу у него такую улыбку и от неё в груди что-то ёкает. Хочется сохранить её в памяти навсегда и иметь возможность видеть каждое утро после пробуждения в ленивых солнечных лучах, ласкающих наши тела, словно шёлковым одеялом. — Ты его любишь? — спросил Армин, переведя взгляд в ту же сторону, что и я. — Безумно. — Как ты это понял? — на моё удивление спросил Армин. Я лишь пожимаю плечом. — Не знаю, просто люблю и всё, когда почувствуешь, поймёшь… — Ты это ощущаешь только из-за того, что он твоя пара? — быстро протараторил Армин. Я удивлённо перевёл на него взгляд. Его лицо покрылось румянцем, а взгляд устремился куда-то в сторону. — Ммм, думаю нет, хотя первоначально я именно из-за этого чувствовал притяжение к нему. Он мне просто нравится и это не объяснить словами. Я чувствую себя с ним комфортно, и что ли надёжно? Мне нравится с ним, как и разговаривать, так и молчать. Да и просто достаточно, чтобы он был рядом, как-то так… А почему ты об этом спрашиваешь? — Ну… Я возможно встретил свою пару, но пока не знаю, как на это реагировать… Я поражённо смотрю на краснеющего Армина. Его взгляд был направлен в сторону, где стоял Леви с Лео и Эрвином. — Это Лео? — громким шёпотом говорю я, хватаясь за его плечи. — Не-ет! Не Лео, — икнул от неожиданности Армин. — Тогда Эрвин? — ещё более удивлённо спросил я, Армин смущённо кивнул, — что он говорит об этом? — Мы пока не говорили об этом, договорились отложить разговор на какое-то время, но это так странно… — Что странно? — Не знаю, странно приятно просто смотреть на него и так непривычно ощущать что-то подобное к человеку, которого я даже не знаю… — Понимаю, мне тоже было странно, — кивнул я, опять кидая многозначительный взгляд на Леви, — когда резко почувствовал впервые его запах, я, как околдованный, полетел на него, лишь бы увидеть носителя столь манящих феромонов. — И ты полюбил его сразу? — Я… Ммм… Думаю нет, это чувство пришло уже потом, когда я начал узнавать его всё ближе и ближе. Но понял это только в тот момент, когда он был на грани смерти, — я опустил взгляд, теребя платье в руках, — я никогда ни о чём так не сожалел, как о том, что не заметил это вовремя. — Ясно, звучит… весьма сложно… — Что сложно? — услышал я голос Леви за спиной, его руки легли мне на плечи, мягко массируя. — Ничего! — слишком резко сказал Армин и покраснел. Совсем не умеет лгать. — Как поговорили? — спросил я, поднимая голову и смотря снизу на Леви. — Можно сказать хорошо, любишь путешествовать? — он взял одной рукой мои длинные волосы и начал крутить их в руке, образуя жгут. — Не знаю, я никогда этого не делал, — удивлённо сказал я. — Значит узнаешь, отправляемся в дальнее плавание, нужно исчезнуть на какое-то время, пока всё не утихнет, Армин, ты с нами? — сказал Леви, переведя взгляд на Армина, — Эрвин тоже поплывёт, как и Ханджи, думаю, хотя она об этом ещё не знает. Надо вообще её найти, она не говорила куда пойдёт? — Она сидит всегда только в одном месте, так что найти её будет просто, — ответил Армин, — у меня нет никого, кроме Эрена, так что я с вами. Я был рад, что Армин поплывёт со мной. Он тот друг, с которым мне хотелось идти по жизни и было бы печально, если наши дороги разошлись здесь. — Тогда нельзя задерживаться, поднимайтесь и показывайте грифонов, их мы тоже забираем, — Леви наклонился и бегло поцеловал меня в губы, а после убрал свои руки с моих плеч и опять отошёл в сторону к Лео и Эрвину.       Мы встали с травы и пошли в стойло, где Армин с Эрвином уже подготовили грифонов. Их было двое, в принципе, будет достаточно для нас четверых.       Лео дал Леви какой-то свиток, а сам улетел. Прочитав его содержимое, у Леви резко открылись и сузились глаза. Не знаю, что там было написано, так как он сразу спрятал его за пояс.       Как Армин и говорил, Ханджи мы легко нашли, она как всегда зависала в книжном магазине. Владелец никак не мог её выпроводить, но как только она увидела нас на пороге, завопила во всю голосину и набросилась на шею.       Как выяснилось потом, Леви рассказал мне, что Лео — тот самый архан, который лечил и присматривал за ним.       А так же оказалось, что уже какое-то время, у Леви был свой корабль, на котором он планировал убежать со мной. Но вот у жизни на нас были совсем другие планы, о которых, пожалуй, не знал никто. Оставалось только течь по течению и надеяться, что волны занесут нас на землю, где мы наконец-то обретём счастье.