C'est la vie — это жизнь

      Находиться на втором этаже частного клуба стало очень даже неплохой позицией. Музыка здесь звучала более приглушено, за счёт чего в ушах не было гула и не пришлось подолгу привыкать к отбивающим битам. Но не смотря на относительную тишину и не многолюдное место — здесь всё равно было дискомфортно. Единственный льгот: можно перевести взгляд вниз, и тогда будет прекрасно виден весь заполненный танцпол с извивающимися людьми на нём. Смотреть из далека, но не приближаться – тоже оказалось удобно.       Вальяжно, почти расслаблено, восседая на матовом диване, Натаниэль лениво попивал алкоголь из стакана, изредка поглядывая через отделяющую оградку на сверкающие огни светодиода. Всё таки, здесь больше виднелся сам вход в клуб, что было как раз ему на руку. Цель Веснински не заключалась в том, чтобы смотреть на пьяных людей разной возрастной категории — ему это не интересно, он лишь с неким адреналином ожидал его.       С тех самых пор, как Веснински ушёл, прошло примерно три часа, а за это время скопилось более пятнадцати звонков и ещё больше сообщений от Ичиро. Скорее всего за него уже взялись и должны были вот-вот найти. А Натаниэль не очень-то и скрывался. Просто захотел расслабиться наедине с собой и со своими мыслями. Трёх часов ему с головой хватило.       Отпив маленький глоток горького напитка, Нат покачивал в руке стакан, на дне которого перекатывался всё ещё не растаявший лёд. Этот звук, даже средь громкой музыки, отдавался в ушах гулко. Это слегка отрезвляло и приводило мысли в обманчивый порядок.       Ещё один глоток, более смелый. Повернул голову на всё тот же вход, на возвышении которого заметил его. Да, Ичиро не заставил себя долго ждать, естественно, стоя со своими телохранителями, что неизменно находились позади своего босса, будто каменная стена.       Натаниэлю отсюда плохо видно, но он точно заметил, как Ичиро размеренным шагом спустился по возвышению, направляясь в совершенно другую сторону клуба. На великое счастье Ната, тот не стал идти на второй этаж, видимо, не замечая парня и вовсе. Это, опять же, сыграло на руку.       Допив остатки в стакане, Нат звонко поставил его на стеклянную поверхность столика, едва не разбивая остекление. Вставая с нагретого места, Веснински прихватывает с собой бутылку виски, что была почти полная — не может же он её просто оставить, ведь так? Тем более, если учесть её космическую цену, на которую Натаниэль изначально даже не посмотрел. Он заказал у официанта первое, что попалось на глаза из алкоголя, ведь Веснински было совсем не важно, что пить, ибо эффект так или иначе остаётся тем же.       Просканировав ситуацию снизу, Натаниэль торопливым шагом спускается с лестницы, едва не теряя баланс на половине пути. Благо, неплохо выработанная реакция ему помогла. Да, всё же не стоило употреблять такое количество алкоголя, если учесть, что Веснински редко пил. Почти никогда. Поэтому совсем неудивительно, что пошла более острая реакция.       Вытряхнув из головы бесполезные сейчас мысли, Веснински переступает последнюю ступеньку, перед тем как пойти сквозь толпу людей, целенаправленно направляясь в сторону выхода. Ему неожиданно захотелось домой настолько, что он только отодвигал свободной от бутылки руки людей, совсем не обращая внимание на нередкие прикосновения. Натаниэль не любил любой телесный контакт. Если конечно этот контакт не от определённого человека.       Наконец выбравшись из толпы, Натаниэль таким же шагом поднялся на возвышение, перед тем как всё же выйти из до жути душного помещения, что буквально сдавливало своими стенами. Нет, все же кроме опьянения — клуб не дал ему ничего. Даже как следует расслабиться, ведь по сути громкая музыка и вечные недвусмысленные взгляды людей уж очень раздражали и не давали получить ту самую дозу комфорта. Так что он захотел поскорее очутится дома и забрать Ичиро. Однако про него Натаниэль почему-то не вспомнил, когда выходил из распашных дверей клуба на улицу.       Вдохнув свежий, слегка прохладный воздух в лёгкие, Веснински почувствовал что-то сродню успокоения, ведь кроме тихо завывающего ветра не слышно было ничего. Ни музыки, ни людей. Более тихо, умиротворённо и спокойно. Всё. Нервы молодому лорду он уже знатно потрепал, теперь можно и домой. Если конечно вспомнить, в какой он стороне, ведь Нат был настолько пьян, что находился слегка не в состоянии найти дорогу.       Решив в итоге, что терять всё равно нечего, он отпивает хороший глоток из горлышка бутылки, перед тем как всё же попробовать осмотреть местность. Впереди дорога, на которой каждый раз поблёскивали машины, сбоку кромешная темень, но кажется как раз там был переулок. Хорошо хоть яркие вывески освещали путь и не давали Натаниэлю полностью потерять субординацию. Хотя с его-то состоянием даже это было сложно. Пусть хоть весь район в лампах обставят — лучше видно не будет.       Чуть покачиваясь, Веснински всё же решает свернуть в левую сторону, скорее просто из-за нежелания стоять на одном месте. Пройдя чуть дальше по тёмному проулку, Натаниэль параллельно старался прислушиваться к каждому шороху и звуку, ведь пьян он или нет — не имеет значения. Безопасность превыше всего. Однако Веснински навряд ли сможет хоть как-то постоять за себя, не имея трезвую голову.       Смирившись с этой мыслью, Натаниэль продолжил неторопливо идти прямо по тёмной улице, отмечая про себя, что перед глазами кроме расплывчатых предметов почти ничего не видно. Ладно, главное, что Веснински всё ещё в силах услышать посторонний шум. По крайней мере, он так думал.       Но, видимо, думал он плоховато, ведь не смог услышать вовремя позади себя шаги, а после и крепкие руки, которые сильно толкнули его в лопатки. Зашипев скорее от неожиданности, чем от боли, Натаниэль ощущает, как не сильно сталкивается затылком об бетонную стену, да так, что зубы невольно звенят.       Несдержанно бормоча себе под нос гору проклятий, Натаниэль со всех сил пытается собрать трезвый разум, дабы разглядеть сквозь мутный взгляд человека, что так беззастенчиво прижимал его к стене. Хватка у него, стоит отметить, очень даже не плохая, судя по тому, что попытки Веснински выбраться так и не заканчиваются успехом. Хотя нельзя было отрицать ещё ту вероятность, что это Натаниэль был просто не в состоянии оттолкнуть от себя незнакомца, чьё лицо он пытался рассмотреть средь кромешной темноты. — Отпусти, — рыкнул Веснински, вновь толкая обнаглевшего в грудную клетку. Ну что ж, он уже почти не удивился, когда тот от толчка не сдвинулся ни на миллиметр.       Нат лишь ждал, когда человек начнёт делать хоть что-то. Возможно, он пришёл за какой-то информацией или очередной важной формальностью, что так была необходима для клана Морияма. Именно потому, что она была важна конкретно для Ичиро – Натаниэль будет молчать до последнего вздоха, ведь не в его это характере, сливать что либо. Даже если ему придётся подвергнуться пытки. Не впервой, так что это тоже особо не пугало. Хуже пыток отца не будет уже ничего. — В последнее время ты стал слишком много своевольствовать, — его голос, холодный и властный, практически сразу ощетенил Натаниэля, и тот уже тогда понял, кто перед ним. Этот голос он не перепутает никогда и узнает средь тысячи. Именно потому что только он заставлял Веснински действительно обратить внимание, — Смотри мне в глаза.       Приказ, что так легко слетел с губ этого мужчины, заставил Натаниэля почти в точас поднять глаза, паралельно пытаясь всмотреться японцу в лицо. Однако из-за чрезмерного количества алкоголя в крови и тусклого освещения одного фонарного столба – было видно лишь смутное очертания его заострённого профиля. Это печалило. Но что-то Нат мог знать точно, не видя выражение лица Ичиро – это то, что тот был явно не в лучшем расположении духа.       Это разогревало азарт. Возможно, потому что у Веснински сроду отсутствовал инстинкт самосохранения именно с этим человеком. Наверняка потому что он знал, что Морияма не сможет ему навредить.       Натаниэль полезен. Во всех смыслах. — Лорд Морияма, ай-яй, как же так? — с наигранным удивлением прошептал Натаниэль, смотря прямо на очертания лица, которые стали постепенно проявляться. Привыкает к освещению и трезвеет голова, — Не гоже такому статному человеку прогуливаться по таким забегаловкам, как ночной клуб, да ещё и прижимать своего помощника к стене.       Ичиро на эту пламенную речь никак внешне не отреагировал, Нат лишь приметил, как у того едва заметно нахмурились брови. В недовольстве. Морияма никогда не делал такое лицо без раздражения. Веснински знал и мог сказать точно. — Не гоже тебе, моему довереному лицу, прохаживаться в подобных заведениях и употреблять такое количество алкоголя, — мужчина кивнул лицом на него, как бы намекая на вид Веснински. Да, возможно чуть замедленная речь и потрёпанный внешный вид его выдавали больше, чем Нат мог себе представить, — Посмотри на себя. Ты ушёл без моего ведома чёрт знает куда и заставил меня поднять на уши весь персонал посреди ночи, чтобы словить тебя.       Кажется, его голубые глаза начали привыкать к освещению, потому как теперь Нат мог разглядеть всё недовольство, что едва заметно проявлялось на его бесстрастном лице. Сохранял хладнокровье Ичиро просто великолепно, регулярно держа маску у своего лица, однако Натаниэль был единственным, кто мог за эту маску заглянуть и увидеть практически всё, что ему нужно. — Ты переживал, — это звучало не как вопрос. Это было прямое утверждение, которое не побоялся сказать Веснински. Он не боялся сказать правду. — Не говори глупостей, — с напускным безразличием кидает Ичиро, кажется, подходя чуть ближе. Теперь они стояли так, что Веснински мог почувствовать его парфюм с едва уловимой ноткой кедра, который тот использовал на постоянной основе. Этот аромат он знал лучше, чем свой собственный, и каждый раз именно это заставляет себя почувствовать в обманчивой безопасности. — Это не глупости, — не соглашается парень, ведь знает, что это не так. И Ичиро, возможно где-то в глубине души, тоже это осознает, просто пока не может сказать вслух. Не свыкся с мыслью, — А иначе, поехал бы ты средь ночи со своими головорезами хрен знает куда, чтобы найти меня?       Стоило так же отметить, что если осмотреться, то телохранителей Натаниэль пока не замечал. По крайней мере поблизости, что было хорошо. Он в какой-то степени рад, что Ичиро оставил своих подопечных где-то позади, дабы они смогли поговорить тет-а-тет. Потому как Веснински-младший не стал бы и слова произносить при посторонних, даже если тем было бы наплевать. Да и сам Нат знает, что Ичиро бы не позволил присутствовать другим и смотреть на то, как он прижимает к стенке свою Правую руку. — С какой целью ты пошёл в клуб? — гордо проигнорировав высказывание, Ичиро решил спросить прямо, ибо ответ на этот вопрос не знал даже он. Натаниэль много чего себе позволял, но такое – никогда. — Чтобы тебя позлить, — моментально выпалил Натаниэль, пьяно усмехаясь в лицо собеседнику.       То, как Ичиро поднял руку для того, чтобы обвить его шею – стало для Ната спусковым крючком. Последующий грубый толчок назад заставляет его голову довольно сильно врезаться в бетонную стену. Нет, ему не было больно, скорее это движение стало просто отрезвляющим, показывая то, как Натаниэль заигрался. — Натаниэль, очнись, — Ичиро в опасной близости наклонился к его лицу так, что Нат мог чувствовать на своих губах его размереное дыхание. Да, пожалуй эта близость и едва сдавливающая рука на шеи порядком приводило в себя. Когда мужчина убедился во внимании, он повторил свой вопрос, чуть более настойчивей: — С какой целью ты посетил клуб?       Их носы едва соприкосались, а дыхание слилось в одно. Несколько тяжело вздымающаяся грудь Веснински не была укрыта от цепкого взора Ичиро, пока его рука, казалось, сжалась от этого сильнее. Несколько перекрывало кислород, отчего Натаниэль схватился одной рукой за запястье мужчины, что в тотчас понял намёк, чуть ослабляя хватку.       Шумно выдохнув через нос, Веснински позволил себе на краткий миг опустить голову вниз, дабы перевести дыхание, однако пальцы, что элегантно захватили его подбородок – этого сделать не дали. Пришлось вновь посмотреть в глаза цвета стали, чувствуя, как заметная дрожь пробивает тело от близости и от сверлящего взгляда. В каком-то смысле было опасливо смотреть в них, но в то же время Натаниэль не мог избавиться от чувства влечения к этому человеку. К человеку, который своим взглядом мог подчинить себе всех окружающих, а других дрожать от ощущения своей слабости перед ним.       Несколько засмотревшись, Веснински едва не забывает про заданный вопрос, на который у него не было точного ответа. С одной стороны – это всё не больше, чем обычный отдых от будничной мороки, однако с другой – было что-то ещё. Возможно, Натаниэль просто устал, как бы не хотелось признавать.       А Веснински молчит. Лишь сверлит небесными глазами Ичиро, думая, что если тот захочет, то обязательно найдёт в них тот ответ, который хочет услышать. Нат не привык говорить в слух об усталости или о ещё каких-либо проявленниях человеческой слабости, и Ичиро этим прекрасно осведомлён. Может именно по этой причине Морияма не стал напирать дальше, а лишь медленно кивнул, будто в понимании.       Понимание в глазах этого человека Натаниэль не ожидал увидеть. Всё, что угодно, но точно не его. Это малость поразило его так, что рука, в которой до сих пор покоялась бутылка, на краткий миг ослабила свою хватку, за счёт чего алкоголь выскользнул из руки, разбиваясь об асфальт на мелкие осколки.       Характерерный звук, прорезавший тишину, заставил Ичиро опустить бесстрастный взгляд вниз, наблюдая за тем, как под их ногами расстекается янтарная жидкость, а острые осколки небрежно раскиданы по месту. — Не беда. Всё равно там оставалось мало, — ухмыльнулся Веснински, чувствуя, как рука на его шее немного ослабила давление. Что ж, видимо Ичиро на секунду потерял бдительность, что стало неплохим шансом для Натаниэля.       Ловко провернушись, он пытается ускользнуть вбок, однако Ичиро оказался намного более проворотнее, чем он ожидал. Ибо в ту же секунду японец захватывает его за запястье, поворачивая к себе так, что Натаниэль уже во второй раз сталкивается со стенкой. Когда-то он точно разобьёт так голову, и это будет целиком и полностью на совести Мориямы, если та, конечно, имеется в арсенале качеств молодого лорда. — Разве я разрешал тебе уходить? — задал риторический вопрос мужчина, вновь склоняясь над его лицом. На этот раз Морияма смотрел более с серьёзными мотивами, что заставило невольно громко сглотнуть вязкий ком в горле, — Что же мне сделать, дабы наконец усмирить?       Натаниэль не успевает даже придумать язвительный ответ из-за неожиданного ощущения у своего паха. Ичиро поставил колено между его бёдрами, за счёт чего Веснински приходится расставить ноги шире, буквально садясь на ногу мужчины. — Ты играешь грязно, Ичиро, — не может не вставить Натаниэль, проговоривая слова с завуалированным вызовом, который японец, кажется, хорошо расслышал. — Разве с тобой по-другому получается? — якобы вопросительно протянул Ичиро, кажется, налегая над ним всем своим весом.       Стоя вот так вот, прижатым между стенкой и Ичиро Мориямой на одном из тёмных проулков штата, Натаниэль чувствовал что-то сродню удовлетворения. Нет, конечно, было бы в разы лучше, прижав бы Ичиро его у себя дома, однако в том случае Нату нужно было ехать сразу к нему, а не тратить время на клуб.       Что ж, Веснински не скажет, что пожалел об этом. Так же не скажет, что не чувствует адреналин в крови, из-за мысли, что их могут словить. Это как-то неправильно, с одной стороны, но с другой, Нату как-то наплевать.       На время задумавшись, Натаниэля отрезвляет приятное касание на своей шее, что заставляет кожу в то же мгновение покрыться мурашками. На сей раз Морияма не стал сжимать её – напротив, обманчиво мягко провёл кончиком носа, отслеживая бледную кожу.       Ладно, Ичиро действительно знает определённые точки давления, которые позволяют ему управлять Натаниэлем, словно тряпочной куклой. Стоит ли говорить, что так Веснински не хотел себя ощущать перед другим человеком?       Однако Ичиро, ясно приметив то, как парень слегка попустился, едва заметно усмехнулся в кожу шее, поставив одну руку рядом с головой Веснински. — Мой лорд, что же Вы такое делаете? — Натаниэль не может пошевелиться, но это не значит, что он не может продолжать говорить, — Думаешь, прижал меня в углу и я сразу сяду на поводок?       Ичиро вдруг остановился, поднимая голову наверх. Его глаза потемнели, а нога, что была между бёдер, поднялась чуть выше, создавая мелкое трение. Однако даже оно заставило лёгкие Натаниэля трепетать, и зародиться знакомому узлу в животе. — Глупый, — томно протянул Ичиро, приближаясь к его лицу, медленно наклоняя голову набок, — ты уже на нём.       От удивления и негодования у Натаниэля поднимаются брови, однако возразить он не успевает – мужчина предусмотрительно впился в его губы прежде, чем парень смог вымовлить хоть слово. Ладно. Сногшибательный поцелуй он прерывать никак не желал, ибо то, что делал язык Ичиро с ним – определённо ему нравилось. Они просто придут к этой теме вновь, немножечко попозже.       А пока Натаниэль временно забывает обо всех предыдущих словах, настойчиво раздвигая губы Ичиро своими, беззастенчиво врываясь в чужие уста языком.       Ичиро, казалось, происходящее полностью устраивало, ибо то, с каким рвением и откровенным желанием он исследовал рот Натаниэля – говорило само за себя. И его так же не интересует, что они на улице, судя по тому, как тот настойчиво проводит своим коленом по паху Веснински, заставляя эрекции второго напомнить о себе вновь.       Нет, конечно, Натаниэль знал, что Ичиро слушает и внимательно следит за обстановкой вокруг, как и он сам. Натаниэль так же понимал, что если Морияма услышит чужое присутствие, то он в тотчас отстраниться. Хорошо, что этого пока не случалось.       От мысли об их поимке, Натаниэля прервало горячее прикосновение ладони к своему паху, что невольно заставило вырваться из горла тихому стону, скорее больше от неожиданности. Если Веснински ранее говорил, что Ичиро играет грязно, то сейчас он был готов забрать свои слова обратно. Вот, что по-настоящему опасно и грязно.       Однако не смотря на это, Натаниэль лишь отстранился от губ, дабы вдохнуть в лёгкие побольше такого нужного кислорода, не говоря ни слова. Скорее, ему было просто интересно, до чего Ичиро хотел дойти и дойдёт ли вообще.       Сильно прикусив губу от того, как Морияма провёл одновременно рукой и коленом по уже выпирающей зоне паха, Натаниэль непрерывно смотрел в потемневшие глаза. В них он уже не видел былой обозлённости и негодования – лишь желание.       Веснински определённо нравилось больше, когда Ичиро смотрел на него так.       Видимо, увидев в небесных тоже самое, Ичиро неожиданно звонко расстегнул его ремень, прорезая тишину лязгом пряжки. Этот звук заставил Натаниэля ощетениться и осознать, что Морияма собирался собрался делать. — Что ты, мать твою, творишь? — прошипел Веснински, протягивая руки вниз, дабы попытаться остановить мужчину.       Но это оказалось ошибкой. Морияма в то же мгновение перехватил кисти его рук своей одной, прижимая над головой. Что ж, попытаться стоило, однако чего именно хотел этим добиться Ичиро – не понятно. Ведь тот никогда подобным в таких местах не занимался. — Молчи, — просто негромко посоветовал японец, вновь не дав сказать и слова парню, воспользовавшись очередным тягучим поцелуем.       Это уже становится привычкой, так затыкать ему рот. Но не то чтобы Натаниэль был сильно против – как раз, наверное, наоборот, судя по тому, с каким рвением и забвением он отвечает на этот поцелуй. Да с таким забвением отвечал, что даже не заметил, как Ичиро уже приспустил его нижнее белье, а горячая рука обвила орган вокруг.       Крупно дёрнувшись то ли от неожиданности, то ли от до боли приятного ощущения внизу живота, Нат машинально хотел отвести руки, однако сковывающий их собственными Ичиро, этого сделать не позволил. Бездействие буквально заставляло Натаниэля извиваться в руках Мориямы, пока тот предупреждающе не сжал головку его набухшего члена.       Гортанно простонав, Натаниэль, испугавшись собственного звука, предварительно отстранился от губ партнёра, сильно прикусывая собственную нижнюю. Наверное, этот звук отскочил от бетонных стен, а за счёт тихого переулка наверняка прошёлся эхом дальше. Такими темпами и недолго до того, чтобы быть пойманными. Видимо, Морияма подумал так же, ведь в ту же минуту его вторая рука опустила руки парня, чтобы в тотчас накрыть ладонью рот. Это лишь оставляло Натаниэлю тихо постанывать в неё, непонятно от чего: от удовольствия, что расскатывалось по всему телу, или от непозволительной уязвимости.       То ли слабый ночной ветер, то ли пронзающий взгляд Ичиро, заставлял Натаниэля едва видимо дрожать. Вся ситуация была немного сюрреалистична, однако это осознание не мешало Морияме продолжать настойчиво проводить рукой по эрегированному органу парня.       Возбуждение уже клубилось где-то внизу живота, предвещая вполне скорую разрядку, ровно до тех пор, пока неожиданный посторонний звук не прервал их. — Блять, — тихо выдохнул Натаниэль, когда ладонь Ичиро покинула его губы, а сам он остановил движения кистью, на мгновение замирая.       Морияма внимательно осматривался вокруг, ведь он, так же, как и сам Веснински, отчётливо слышал звук. Как будто кто-то уронил что-то на асфальт. Вполне вероятно, что это был ветер, однако перестраховка никогда не была лишней. Именно поэтому Морияма напоследок сжал головку набухшего члена, перед тем как отстраниться и оглядеться вокруг, с некогда серьёзным выражением лица.       Натаниэль же, едва заметно, раздосадованно выдохнул. Но всецело понимал, что всё же такие места не для подобных занятий. Сейчас вот пришлось пожалеть, и тупо смотреть на то, как Ичиро выискивающе становится посреди проулка, с целью найти или услышать хоть намёк на постороннего. Однако его, что почти не удивительно, не было. — Это ветер, — чуть раздражённо рыкнул Веснински, как бы подгоняя мужчину к себе, ибо стоять вот так вот со вставшим членом посреди улицы – такое себе наслаждение. — Я знаю, — методично пожал плечами Ичиро, вновь подходя впритык к нему, — Неужели ты думаешь, что я бы не разобрал где ветер, а где посторонний человек?       Натаниэль густо нахмурил брови. Не понимал. — Тогда для чего? — он кивнул на пространство вокруг них, как бы невербально спрашивая, почему они вообще в этом случае отвлеклись. — Чтобы проучить тебя, — на очередной вопросительный взгляд, Ичиро всё же удосужился ответить: — Не думай, что ты всегда будешь получать всё, что только захочешь, при этом выкидывая что-то подобное.       Морияма обвёл глазами всё пространство, как бы намекая на ситуацию в целом. А это был неожиданный ход со стороны Ичиро, когда тот будто мстительно сжал член Натаниэля напоследок, перед тем как спрятать его в нижнее бельё.       Прошипев что-то нечленораздельное, то ли от руки, то ли от того, что его брюки были с усилием засстёгнуты, Натаниэль перевёл на лицо Ичиро серьёзный взгляд. — Это был подлый ход, — с лёгкой ухмылкой проговорил он, стараясь не обращать внимания на то, как ныл член от жёсткой ткани швов брюк, — Я тебе его припомню. — Обязательно, — закатывает глаза Ичиро, совсем не пугаясь подобной угрозы, — Задушишь посреди ночи или придумаешь что-то по-актуальнее? — Вот ещё, — громко фыркнул Натаниэль, не сильно отталкивая Ичиро от себя за плечи, — Буду я об тебя руки марать. Да и тем более, кому мне в таком случае трепать мозги?       Веснински едва слышно хохотнул от вмиг посерьёзневшего лица Мориямы, отталкиваясь от стены, дабы пройти прямо по тёмному переулку. Он так же не стал говорить мужчине, чтобы тот последовал за ним, потому как знал – тот, если захочет, пойдёт, что Морияма, в принципе, и сделал. — Найдёшь кому, — кинул на ходу японец, пока Нат ощущал, как тот идёт за его спиной, пока они вместе неторопливо следовали между высокими домами.       Стоит так же отметить, что за счёт всей этой провокационной ситуации, алкогольное опьянение почти уже покинуло Веснински, однако радоваться не стоило – на его место пришло возбуждение. Оно, стоит отметить, мешало больше, чем алкоголь в крови. — В каком смысле найду? — преувеличенно увидлённо протянул Натаниэль, наконец выходя из проспекта на основную улицу. Тут было порядком шумнее благодаря проезжающим по дороге машинам, однако где-то здесь должен был быть водитель, — Ичиро, ты ведь незаменимый.       Веснински наигранно томно вздохнул, смотря на Ичиро лукавым взглядом. Морияма же, встав по правое плечо от парня, впился строгим, но не таким уж и недовольным, взглядом в Веснински. От этого Натаниэль не сдержал ещё большей ухмылки, переодически смотря то на Ичиро, то на дорогу. — Невыносимый, — тихо выдыхает японец, совсем не обращая внимания на то, как показательно закатил глаза Натаниэль. — Лучше побыстрее отвези меня домой, — подсказывает он, кивая головой на машины, что стояли неподалёку от них, как раз около проезжей части, — Желательно к себе.       Натаниэль кидает многозначительный взгляд на свой пах, который Ичиро будто не замечает. Конечно же он отвезёт, ведь в ином случае Веснински не даст ему спокойствия весь последующий день. Нужно заметить, что парень был уверен в своей позиции, так что отказать сейчас Морияма не мог. Да и не нужно было.       Пожалуй, в следующий раз Натаниэль будет по осмотрительней, прежде чем идти в такие места. Тем более итог, так или иначе, один и тот же. Пора бы смириться и принять то, что от Ичиро ему не удастся спрятаться, а в частности ещё то, что Натаниэль и не очень этого хотел.