Отражение кровавой Луны

— Тише, тише… — накидывая ей на плечи полотенце, затараторила медсестра. — Вам просто привиделось. — Я ничего не видела, я чувствовала! — воскликнула перепуганная Жозефина. — Я почувствовала, как… — Ощущения в капсулах могут быть самыми разными. Это прогресс в лечении, — перебила её женщина. — Вы что, дура? — забирая у неё полотенце и по-прежнему трясясь, спросила Джо. — Я отвезу вас в палату, там вас навестит доктор Волмер, — холодно отозвалась та. Буквально с каждым часом этот замок внушал девушке всё больше страха. Она не могла прийти в себя около часа, продолжая подрагивать мелкой дрожью уже в своей постели, куда её не слишком аккуратно уложила уже хорошо знакомая медсестра. Затем ей принесли ужин, к которому Джо не притронулась. Жозефина смотрела прямо перед собой, не закрывая глаз, в ожидании, когда доктор Волмер войдёт в дверь её палаты и предложит ей какие-то более или менее сносные объяснения. Директор, однако, казалось, не слишком торопился. К страху примешивалась злость. Ах, если бы она могла самостоятельно передвигаться по замку… Чёрт, если бы Джо могла самостоятельно передвигаться по замку, духу бы её здесь уже не было — вернулась бы девушка только с полицией. За окном уже порядком стемнело. Комнату, как и всегда, освещало несколько длинных свечей. Часов в палате не было, поэтому, когда в дверь негромко постучали, Жозефина не знала, сколько было времени. — Мисс фон Вальтер, мне сообщили, что ваше погружение прошло не так, как планировалось? — заходя в помещение, поинтересовался Волмер. Джо метнула на него рассерженный взгляд. — Прошу прощения, что не навестил вас раньше, — садясь рядом с её кроватью, добавил мужчина. — Вечерний обход, как всегда, затянулся. — Что было в воде? — прямо спросила Жозефина. — В капсуле. — Прошу прощения? — поднял брови директор. — Мы ничего не добавляем в воду. Она добывается из подземных источников, протекающих под замком. Все соли, минералы и вещества формируются в ней естественным путём, поэтому наша вода так целебна… — Я не имею в виду соли или минералы, — начиная ещё больше сердиться, прошипела Джо. — В таком случае, что вы имеете в виду? — развёл руками доктор Волмер. — Туда может попасть что-то живое? Например, рыба? — поморщилась девушка. — Исключено, — покачал головой Волмер. — Вода тщательно фильтруется, дополнительно очищается. Туда не может попасть ничто крупнее бактерии, — мужчина обратил внимание на нетронутую порцию говядины с овощами. — Вы не ужинали? — В воде что-то было, — утвердительным тоном заявила Джо. — Зрение может легко обмануть вас в темноте, к тому же под водой, — вздохнул Волмер. — Вода высвобождает наши самые скрытые страхи и травмы. От долгого или бесконтрольного пребывания в капсуле можно исцелиться, а можно, наоборот, сойти с ума. — Дело не в зрении, — Жозефина отвернулась. — Тогда в чём? — Генрих встал со стула и обошёл кровать девушки, остановившись у окна, куда она сейчас смотрела. — Я почувствовала, как меня что-то коснулось, и даже не один раз. Я думаю, их было много… — Их? — переспросил директор. — Да, — понимая, как звучит подобное заявление, Джо немного замялась. — Это были словно щупальца или змеи. — Хорошо… — выжидающе произнёс доктор Волмер. — Вы думаете, я сумасшедшая? — перевела на него взгляд Жозефина. — Я думаю, что вы напуганы, — подступая на шаг к её кровати, проговорил мужчина. — Думаю, что вы исцеляетесь. Расскажите мне, что именно вы почувствовали, — пододвигая стул ближе к постели и садясь на него, мягко попросил Генрих. — Сначала это было лёгкое, еле ощутимое движение воды. Будто подводное течение. Я не двигалась, к тому же исходило оно со дна, а началось далеко не сразу. Там, в воде, было очень сложно уследить за временем… — в этот момент Жозефина подумала, что ей никогда не было так страшно в воде. А раньше ей не составляло труда заплывать на глубину или нырять со скал, не видя дна. — Я было подумала, мне кажется, но течение усиливалось. Будто нечто медленно приближалось ко мне. Пока меня не коснулось нечто длинное и гладкое… Думаю, оно было живое. Пальцы доктора Волмера коснулись ладони девушки. — И какие эмоции у вас спровоцировали эти прикосновения? — осведомился он. — Страх. Чувство уязвимости. У меня резко сбилось дыхание. По телу прошла дрожь, — вспомнив это ощущение, Жозефина поёжилась. — Где вы почувствовали эти прикосновения? — уточнил Волмер. — Это важно? — моргнула Жозефина. — Важны все детали, — не отводя взгляда, произнёс мужчина. — Вниз по спине, между бёдер, затем по животу к груди, — слегка смущённо проговорила Джо. В комнате повисло минутное молчание. — Вы когда-нибудь подвергались сексуализированному насилию? Например, в подростковом возрасте? — выдержав паузу, спросил Волмер. — Прошу прощения? — даже усмехнулась девушка. — Это шутка? — Пожалуй, тяжело найти менее подходящую тему для шуток. Я спрашиваю серьёзно, — ровно отозвался доктор. — И вам пришло это в голову потому, что мне, возможно, почудилось, будто некое существо касалось моих интимных частей тела? — по-прежнему не воспринимая его слова всерьёз, переспросила Джо. — Я хочу видеть своего отца. — Часто для исцеления требуется вскрыть рану, выпустить скопившийся в ней, отравляющий всё тело, пренеприятный яд. Неважно, говорим мы о боли духовного или физического характера. Вы свою, вероятнее всего, прятали очень долго, — кладя вторую руку на ладонь Жозефины, произнёс Волмер. — Я никогда не страдала от сексуального насилия. Мне жаль, но тут вы ошиблись, — холодно отозвалась та, пытаясь высвободить руку. — Жозефина, я сейчас здесь не столько как ваш врач, сколько как ваш друг, как человек, которому вы небезразличны. Сознание человека часто блокирует слишком тяжёлые для разума воспоминания, — сначала он сжал руки Джо чуть сильнее, но затем слегка отпустил. Генрих посмотрел ей в глаза с сожалением и продолжил: — Во время сеансов гипноза ваш отец рассказал нам несколько пренеприятных историй. — Что вы имеете в виду? — резко выдернула Джо свои руки из ладоней доктора. — Мне жаль вам это сообщать, но ваш отец в состоянии гипноза рассказал мне, как надругался над своей дочерью, когда та была несовершеннолетней. Жозефину будто окатили ледяной водой. — Вот как… — спустя несколько минут произнесла она и снова замолчала. — Если вы пожелаете, сеанс гипноза может помочь вам вспомнить… — вновь заговорил мужчина. — Я помню достаточно, благодарю. Вы могли бы оставить меня? — остановила его мисс фон Вальтер. — Хорошо. Завтра я зайду к вам после завтрака, и мы прогуляемся по территории. Вам пора начать выходить на улицу, Жозефина, — доктор Волмер поднялся. — В коридоре круглосуточно дежурит медсестра. Если я вам понадоблюсь… я сейчас имею в виду как ваше физическое, так и моральное состояние, — я в любое время к вашим услугам. — Благодарю, — повторила Джо, бросив на него ещё один взгляд. ____________________ Жозефина лениво обвела взглядом сад. Снова одни лишь старички. Вполне довольные жизнью, однако. Играют в карты, в крокет, сплетничают и пьют чай. Она, безусловно, была среди них самой и единственной молодой особой. Однако, как ни парадоксально, наименее подвижной. Со дня аварии прошло вот уже десять дней, состояние Джо значительно улучшилось. Она уже могла самостоятельно и без нестерпимой боли в рёбрах вставать с постели. Когда доктор Волмер сегодня вывез её во двор, Жозефина лишь слегка поморгала при виде яркого солнца. День, безусловно, стоял чудесный. Пели птицы, журчал ручей, лёгкий ветерок шевелил кроны деревьев. Погода на горе, надо сказать, была прекрасная. Даже жарким июньским днём здесь было вполне комфортно — не холодно и не жарко. — Желаете прогуляться туда, где будет менее людно? — спросил подошедший сзади доктор Волмер. — Безусловно. — Мне сказали, что сегодня утром вы снова не притронулись к еде, — отвозя сидящую в инвалидной коляске девушку дальше от весело болтавших старичков, заметил Генрих. — Не было аппетита, — спокойно, если не сказать безразлично, откликнулась Джо. — Если вы захотите чего-нибудь съесть или выпить, скажите — и я пошлю на кухню. — Это очень любезно с вашей стороны, но я, право же, не голодна, — наблюдая за тем, куда мужчина её везёт, вежливо отказалась она. — Вашему организму нужна поддержка для выздоровления. Пообещайте мне, что вы не пропустите обед, — остановил коляску доктор. — Пообещайте, или я отвезу вас обратно к любителям карточных игр и шахмат, — усмехнувшись, добавил он. — Ну хорошо, хорошо. Обещаю, — слегка улыбнулась Джо. — Отлично. Они продолжили путь по тропинке, огибая замок с обратной стороны, в тени раскидистых деревьев. — Здесь довольно уютно, — подкатывая девушку к небольшому садовому столику, произнёс Волмер. Какое-то время они молчали, пока, несколько минут спустя, Джо не спросила: — Могу я узнать, что вам сказал мой отец? — Вы ведь сказали мне вчера, что всё помните, — напомнил доктор. — Я помню достаточно, но сейчас меня интересует, что помнит он. Как он об этом говорил? Что, по-вашему, он при этом чувствовал? — глядя на сидящего напротив неё мужчину, уточнила мисс фон Вальтер. — С ним, как вы понимаете, я говорить об этом не хочу. — Вы просите меня дать субъективную оценку словам человека, с которым я знаком около двух недель. Вы ведь осознаёте, что я, как врач, не могу этого сделать? — вздохнул мужчина. — Как его врач, вы не должны были раскрывать мне никакой информации, в которую вас посвятил мой отец во время сеансов гипноза, — стояла на своём Джо. — Можно сказать, вы вызвали во мне слабость, — он посмотрел Жозефине в глаза долгим взглядом. Джо не отвела глаз. — Мне нужно знать, что чувствовал мой отец, рассказывая об этом. — Гипноз был лишь звуковым воспроизведением далёких воспоминаний. Он не отражает эмоций, которые испытывал пациент в тот момент в прошлом, думаю, вы знаете. Ваш отец не испытывал ничего, кроме безразличия, — закончил он. — Он говорил об этом так, словно это совершенно его не трогало. Мне жаль, но я не заметил ни чувства вины, ни сожаления. — Спасибо, что поделились. В этот день Джо сдержала слово и проглотила добрую половину гуляша, который подали на обед. Вечером о её состоянии справилась медсестра, сообщив, что доктор Волмер был очень занят с пациентами. — Директор просил пожелать вам доброй ночи от его имени и сообщить, что, если мисс будет хорошо себя чувствовать завтра, доктор Волмер с удовольствием сопроводит вас на прогулку перед обедом, — сообщила женщина, поправляя Жозефине постель. — Хорошо, — кивнула девушка, отчасти уже ожидая завтрашней встречи. Стоит упомянуть, что мисс фон Вальтер, хотела она этого или нет, начинала понемногу привыкать к директору пансионата. Несмотря на всю подозрительность, он регулярно навещал её и иногда заботился о ней больше, чем просто о пациентке. А недавнее потрясение заставляло Джо забыть о большинстве своих прежних проблем. — Если вы не возражаете, мы можем пообедать сегодня здесь же, в саду, — глядя на Жозефину, волосы которой красиво отливали на солнце, предложил мужчина. — Хорошо, — кивнула она. — Давно вы здесь? На горе, — уточнила Джо, поворачиваясь к нему. — Довольно давно, — ответил Генрих. — Замок принадлежал одному из моих дальних предков, но никто до моего отца не имел возможности привести его в надлежащий вид. Я думаю, вы можете себе представить, каким накладным удовольствием является содержать это произведение искусства. — Разумеется, — согласилась Жозефина. — И вы хотели продолжить дело отца? Вам никогда не хотелось уехать отсюда? — глядя на голубое небо, видневшееся среди зеленеющих крон деревьев, спросила она. — Кто в здравом уме захочет уехать отсюда? — вполне серьёзно произнёс доктор. — Я бы никогда не хотел покидать эти края. В этот момент Жозефина пристально посмотрела на него. И правда, это место обладало своим сильным притяжением. Эта природа, эти стены, это спокойствие. Нужно было лишь слегка замедлиться и оглядеться вокруг — без спешки, без усталости и истощённости раздражающими факторами внешнего мира. — Вы знаете, когда я впервые приехала сюда, мне не понравилось. Но теперь я понимаю, что тогда мой взор был затуманен, — вздохнула мисс фон Вальтер. — А сейчас? — негромко поинтересовался директор. — А сейчас я думаю о том, как тяжело мне будет возвращаться в прежнюю рутину после того, как я увидела, насколько разной может быть жизнь… — Вам незачем торопиться с возвращением к рутине, — рука доктора Волмера легла на ладонь Жозефины. За обедом им подали куропаток с запечёнными овощами и очень вкусный яблочный штрудель на десерт. С каждым днём к Джо возвращался аппетит, а боль в голове и рёбрах практически отступала. — Вам стоит начинать понемногу двигаться. Завтра перед обедом я велю отвести вас на аквааэробику, — сообщил мужчина. Жозефина одобрительно пожала плечами, намекая, что ей всё равно. Сильного желания бултыхаться с утра с кучкой стариков она не испытывала, но, если выбирать между этим и новым погружением в капсулу, Джо, разумеется, отдавала предпочтение первому. — Как вы себя чувствуете после бассейна, Жозефина? — заходя в комнату после краткого стука, осведомился доктор Волмер. — Добрый день. По правде говоря, сейчас мне снова стало больно двигаться, — разворачивая кресло-каталку к нему, ответила девушка. — Давайте я помогу вам лечь, — подходя ближе и аккуратно помогая Джо встать, предложил Волмер. — Где именно вы чувствуете боль? — спросил он, стараясь прикасаться к ней с большой осторожностью. — Здесь, — показала она рукой на среднюю часть спины, немного поморщившись. — Присядьте, пожалуйста, — усаживая её на кровать, произнёс директор. — Вот тут? — его рука очень нежно коснулась указанного места под больничной одеждой. У доктора Волмера были нежные и довольно тёплые руки, так что Жозефина не почувствовала особого дискомфорта от его прикосновений. Однако стоило пальцам мужчины пройтись по её телу, как по коже тут же побежали мурашки. — Да, — находясь к нему спиной и немного розовея, ответила мисс фон Вальтер. — Я сделаю вам обезболивающий укол, — убирая руку, сказал он, укладывая девушку в постель. — Иногда движение может спровоцировать болезненные ощущения при подобном переломе. Это не всегда плохо — иногда это необходимо для исцеления. В руке мужчины появился небольшой шприц, который небольно уколол девушку чуть пониже плеча. Они продолжали переговариваться на отвлечённые темы, пока примерно десять минут спустя директор снова не спросил: — Как сейчас вы ощущаете боль? Немного легче? — Не знаю, — честно призналась Джо, стараясь не двигаться. Тогда он аккуратно просунул руку под её спину и снова коснулся указанного места — на этот раз немного сильнее, медленнее, будто проверяя не только боль, но и её реакцию, склоняясь над ней и почти приподнимая за талию. — Намного лучше… — шепнула Джо, уже не до конца понимая, что именно имеет в виду. — Я рад, — тихо произнёс он, не спеша убирать руку. Его пальцы задержались дольше, чем требовалось. Слишком долго для врача. Жозефина почувствовала, как под тонкой больничной рубашкой по коже пробежала дрожь — не от холода. — У вас мурашки, — почти шёпотом заметил Волмер, и в его голосе мелькнуло что-то, едва уловимое, но уже не имеющее отношения к лечению. Из груди Джо вырвался неровный вдох. — Утренняя прохлада… — произнесла она, но слова прозвучали неубедительно даже для неё самой. Он не стал спорить. Он вообще ничего не сказал. Только посмотрел на неё — пристально, внимательно, будто взвешивая, насколько далеко уже может зайти. Дыхание Генриха тоже стало более частым. Он снова пристально посмотрел на Жозефину. Продлевать этот момент казалось уже равносильно окончательному раскрытию всех карт. Жозефина вдруг с пугающей ясностью осознала, что он не спешит отстраняться. И что она сама — тоже. Мужчина медленно отпустил её. Слишком медленно. Будто оставляя ей время остановить его. Или — не останавливать. В тот момент Жозефина ещё могла отвести взгляд. Могла отстраниться. Могла напомнить себе, что перед ней человек, которому она не доверяет. Неизвестно, что двигало Жозефиной в тот момент, но едва рука директора показалась из-под её белой рубашки, девушка перехватила её, чем заставила доктора Волмера обернуться. В его взгляде не было удивления. Только спокойное, почти хищное внимание. Будто он именно этого и ждал. Дальнейшего плана у неё не было. Всё стало происходить самопроизвольно. Мисс фон Вальтер прижала к себе руку мужчины, и он снова оказался неприлично близко. На этот раз, не выжидая ни секунды, он поцеловал её. Не касаясь девушки другой рукой, лишь позволяя ей прижимать к себе одну его ладонь, Генрих прикоснулся к её губам своими. Джо широко распахнула глаза и пристально посмотрела на него пытаясь понять, что именно сейчас происходит и кто из них перешёл границу первым. Мужчина напротив смотрел ниже — на её губы. Это был лишь момент, лишь одно касание. Доктор Волмер сразу же слегка отстранился, но между их лицами по-прежнему оставалось не больше двадцати сантиметров. Расстояние между ними оказалось почти невыносимым. Слишком близко, чтобы отступить без усилия. — Вы сочли бы это нарушением врачебной этики? — негромко произнёс он, опираясь рукой о кровать рядом с ней. — Отнюдь, — ответила она слегка охрипшим голосом. И это прозвучало как разрешение. Во второй раз он поцеловал её иначе. Медленнее. Глубже. Без прежней сдержанности. Будто позволив себе чуть больше — ровно столько, сколько она только что ему позволила. Или сколько он решил себе позволить. Её пальцы сжались сильнее, удерживая его руку, словно она пыталась сохранить контроль хотя бы над этим — над тем, что ещё можно было удержать. Было неясно, сколько времени прошло до того, как их заставил отстраниться стук в дверь, которая почти сразу открылась. — Директор Волмер, — на пороге стоял один из врачей пансиона, невропатолог, — мне зайти позже? У нас с мисс фон Вальтер на сегодня назначен приём. — Прошу вас, Томас. Я уже собирался уходить, — он повернулся к снова покрасневшей Жозефине. — Мисс фон Вальтер, — кивнув девушке, доктор удалился из палаты. — Ну, как вы сегодня себя чувствуете? — беря со столика её карту, поинтересовался вновь прибывший. — Хорошо, — выдохнула Джо. — Это меня очень радует! — улыбнулся ей невысокий лысоватый мужчина.