Глава 16. Manicotti, сливовый джем Dirigible и диетическая кола
1 июня 2023 г., 01:14
Был холодный, дождливый день. Гарри показалось, что воздух был таким, словно там, наверху, в домике, спрятанном среди холмов, в любой момент мог пойти снег. Он стоял на маленьком балконе, расположенном у его спальни, и смотрел на облака, тяжёлые от дождя и, возможно, снега, гадая, как его жизнь дошла до такого. Через несколько мгновений он снова спустится в одну из комнат, которые нравились Андромеде, комнату, где меньше всего рогов, и они начнут обсуждать свадьбу.
Свадьба. Если бы это был обычный год в Хогвартсе, он бы ходил на занятия, играл в квиддич, и… потом он остановился. У него никогда не было «нормального» года в Хогвартсе. Не совсем. Каждый год, казалось, был наполнен какой-то опасностью, но в этом году… в этом году всё изменилось во что-то ещё более странное, чем обычно. Гарри провёл в школе не больше месяца или около того, а теперь Министерства больше нет, Дамблдора больше нет, он стал лордом Поттером и больше чем через неделю собирался жениться на Тонкс. Как круто изменилась его жизнь за шесть месяцев или около того. Рождество пришло и прошло, довольно приглушённое и странное Рождество, и теперь календарь поворачивался к первому месяцу весны, и какому месяцу. Медовому месяцу (в оригинале непереводимая шутка про март — март как месяц и свадебный марш).
Он вернулся внутрь, не глядя закрыл балконную дверь и плюхнулся в кресло у окна, рассеянно поигрывая пуговицей на манжете рубашки, потирая пальцами гладкую поверхность и чувствуя необъяснимый лёгкий подъём. Гарри остановился, поняв, что делает, и посмотрел вниз. Пуговица идеально подошла к рубашке, в ней не было ничего плохого, но что-то в ней беспокоило его. И вот когда он это понял, его брови сдвинулись вместе, и волна раздражения накрыла его. Он встал с кресла, подошёл к шкафу и распахнул дверцы. Пока он стоял перед ним, тихий хлопающий звук позади него заставил понять, что появился домовой эльф, но в тот момент ему было всё равно.
— Господин Гарри…
Не оборачиваясь, он ответил, хотя знал, что это грубо и эльф не заслуживал такого отношения к себе, но ничего не мог с собой поделать. Не в том настроении, в котором он находился сейчас.
— Не сейчас. Я занят. Позже. Уходи.
Он услышал небольшой хлопок и не оглянулся; было бы глупо оглядываться назад, Кипси ушла, и даже если бы он хотел извиниться, что, как Гарри знал, он должен был сделать, в данный момент он был бы не в духе. Вместо этого он поймал себя на том, что смотрит на содержимое своего гардероба, завороженный им. Одежда, висевшая на вешалке, была сделана из плотной ткани, не совсем из шерсти, и даже несмотря на помощь магии тёмно-синий цвет, казалось, потускнел с годами. Синий цвет сам по себе был интересен, но золотой плетёный шнурок, обвивающий высокий воротник и спускавшийся на плечи, казалось, означал какое-то воинское звание. Это казалось странным, так Гарри не знал ни о какой волшебной армии, и мантия, — а это была мантия, — определённо похожая на то, что носил бы солдат.
Он услышал стук в дверь и почувствовал, как его охватывает волна раздражения. Последнее, что ему хотелось делать, это снова обсуждать свадебные дела. Ему нравилась Андромеда, действительно нравилась, но иногда он просто хотел…
— Эй, Гарри.
Голос заставил его немедленно обернуться, так как это определённо была не Андромеда. Он стоял с рукавом пиджака в руке и чувствовал, как его раздражение немного спадает.
— Привет, Рон. Когда ты вернулся?
— Сегодня утром. — Рон увидел Гарри, полностью одетого, с одеждой в руках перед гардеробом. — Ладно, приятель, я знаю, что ты жил с домашними эльфами и женщинами, но неужели тебя так волнует, как ты выглядишь…
— Что? Нет. Не совсем. — Гарри отпустил рукав пиджака, а затем скрестил руки и прислонился к платяному шкафу. — Просто… я… это трудно объяснить.
— Трудно объяснить, — пробормотал Рон и покачал головой. — Добро пожаловать в мой мир, это трудно объяснить. — Он подошёл и наполовину упал в кресло рядом с окном, в котором раньше сидел Гарри. — Давай я расскажу, как прошли мои выходные, приятель. Хорошо, ты знаешь, что на прошлой неделе мы провели семье Джек лекцию на тему «Магия реальна», верно? А Билл и гоблины занимались охраной и семейным союзом, в то время как мама Гермионы оставалась с семьёй Джек, чтобы ответить на вопросы магглов о магии? Ну, меня снова пригласили на выходные, пока ты был дома… или где ты там был?
— В Америке. — Гарри нерешительно попытался закрыть дверцы шкафа, но не стал утруждать себя тем, что дверцы не закрылись до конца, и сел на кровать. — Мне пришлось идти на важное собрание МКМ, и я выглядел на нём как идиот. Знаешь, что я сказал МКМ, самым выдающимся волшебникам в мире?
— Неа, что? — Рон явно хотел услышать. — Рассказал им, что за дерьмо у нас тут творится?
— Нет. — Гарри покачал головой. — Я сказал, насколько я помню, «эм, а», а затем Гермиона протянула мне записку, и они задали ей вопрос, и я сел.
— Чёрт возьми. — Рон покачал головой. — Всё равно лучше, чем мои выходные. Тебе задали один вопрос, а мне целую гору. Можно подумать, что мама Гермионы…
— Джемма? — Гарри слегка кивнул. — Её зовут Джемма, верно?
— Верно. — Выражение его лица изменилось, он стал немного грустным. — О, и насчёт неё и Билла… Я не уверен, не могу точно сказать, так или иначе, но я не думаю, что их отношения продлятся долго.
— Действительно?
— Ага. Я знаю, что она старше его, но я не думаю, что дело в этом. — Рон услышал небольшое урчание и посмотрел на Гарри. — Гм, я знаю, что ты, наверное, ел давным-давно…
— Не переживай. — Гарри отмахнулся. — Мне всё равно нужно извиниться. Я объясню позже. — Он прочистил горло и ровным, но несколько смягчённым тоном произнёс: — Кипси.
С хлопком маленький домовой эльф оказался перед ним.
— Господин Гарри… о, он здесь, граф Уизли.
Гарри почувствовал лёгкое покалывание в животе, поскольку знал, что он не только так же голоден, как Рон, но и что он неправильно понял предыдущий визит домового эльфа.
— Кипси, ты пришла сказать мне, что Рон вернулся в сторожку? — Он увидел её кивок и вздохнул. — Прости, что я был… груб с тобой ранее. М-м, мы можем попросить что-нибудь поесть? Рон, что бы ты хотел?
Рон наклонился вперёд.
— Прямо сейчас мне всё равно, пока это волшебная еда, а не маггловская.
— Поняла! Кипси кивнула и исчезла.
— Волшебная еда? — Гарри странно посмотрел на своего друга. — Что, чёрт возьми, ты имеешь в виду под волшебной едой? Хочешь жареного гиппогрифа или что-то в этом роде?
Рон поднял палец.
— Во-первых, заткнись, потому что прямо сейчас я бы съел жареного гиппогрифа, что странно из-за Клювокрыла и всего такого. Я только что провёл выходные без магии и… Гарри, как, чёрт возьми, ты жил у Дурсли? — Он подался вперёд и положил локти на колени. — Я чуть не сошёл с ума. На всё уходит вечность. Я никогда не знал, сколько магии использовала мама для таких мелочей, как ускорение приготовления еды. Штаны Мерлина, я имею в виду… — Рон остановился и посмотрел на Гарри, в то время как тот хохотал в голос. — Это совсем не смешно.
Гарри снял очки и вытер глаза.
— О нет, это так забавно. Тебе ведь никогда не приходилось жить как маггл. Мы с Гермионой пытались тебе рассказать, какого это, но до тебя так и не дошло.
Прежде чем Рон успел возразить, что он не такой уж невежественный, Кипси вернулась с чайником чая и булочками с джемом на тарелке, парящей перед ней. Она поставила чай и булочки на столик, кивнула Гарри и повернулась к Рону.
— Волшебный чай и булочки с джемом из слив-цеппелин. Если вам понадобится что-то ещё, просто позовите.
Когда она ушла, Гарри посмотрел на Рона.
— Ты когда-нибудь пробовал варенье из слив-цеппелин?
— Да мне всё равно. — Он оттолкнулся от кресла и подошёл к столику, взял три булочки и положил их на тарелку поменьше. Добавив в чай три кусочка сахара и довольно большое количество молока, Рон откинулся на спинку кресла у окна, наполовину съев первую булочку, когда Гарри взял тарелку и кружку чая и занял своё место на кровати.
Гарри сделал глоток чая и скривился.
— Твой чай…
— Да, ужасен. Я уже пил его однажды, одна из маминых любимых штучек, поэтому я добавил сахар. Держу пари, Невилл знает, что в нём. — Он сделал глоток чая и попытался не скривиться. — Гарри, прости, но он отвратительный.
— Не знаю, джем неплохой.
— На вкус ничем не отличаются от маггловских слив. — Рон посидел так секунду, а потом его глаза расширились. — Ничем.
Гарри поднял руку.
— Эй, это я, а не Фред и Джордж. Я всё время говорю глупости. — Он откусил булочку. — М-м-м, сливы.
— Придурок. — Рон отсалютовал ему двумя пальцами. — Так где же всё-таки происходила эта история с МКМ?
— Где-то в пустыне, жарко, как пекле, но мы встретили кое-каких хороших людей. Была одна волшебница, Виглз Грейс…
Рону пришлось быстро сглотнуть, так как он только что сделал глоток чая.
— Виглз чего?..
— Виглз Грейс. Она сказала, что на её языке это звучит лучше. Она первая американка.
— Чего? — Рон странно посмотрел на него.
— Первая американка. Она сказала, что первые американцы называли себя так до того, как все колонисты пришли отсюда и из других мест. Они используют магию. Она мне понравилась, и Амелия Боунс была великолепна, не говоря уже о том, что была одна старая волшебница, такая веселая, и, о, да… Гермиона не знает, что Чарли курит, верно?
— Что курит мой брат? Рон странно посмотрел на него. — Имеешь ввиду сосиски? Почему её должно волновать, что он коптит сосиски?
Гарри покачал головой.
— Нет, Рон. Сигареты. Знаешь, маггл…
— Мама убьёт его. — Рон фыркнул. — А потом Гермиона снова убьёт его. Так ты это к чему…
— В МКМ был волшебник, который курил сигары и пускал зелёный дым. Гермиона его ненавидела.
— Ничего удивительного в этом нет. — Рон оглядел комнату, сосредоточившись на краях стен у пола. — Нет розеток. Приятно снова оказаться в волшебном доме.
— Рон. — Гарри закатил глаза. — Жить как маггл не так уж и плохо.
— Конечно, я знаю. Особенно если живёшь с Джек. — Рон широко улыбнулся ему, но эта улыбка исчезла почти мгновенно. — Но вопросы, которые мы получили от её родителей и её сёстры… чёрт возьми, я не знаю, что бы я сделал, если бы мама Гермионы…
— Джемма.
Рон кивнул и продолжил:
— …правильно, если бы Джеммы не было с нами. И это после целой недели вопросов! И если ты думаешь, что мама помешана на том, чтобы, ну, пары в её доме жили раздельно…
Гарри хмыкнул и не смог сдержаться.
— Не может быть всё настолько плохо.
Рон покачал головой.
— Сначала они заставили меня остаться в гостевой спальне, — это сказал её отец очень громко и прямо, пока мы ели что-то под названием маникотти (очень большие трубочки из макарон, предназначенные для начинки и запекания.)… это чертовски вкусно, ты уже ел такое раньше?
— Конечно, Рон. Это вкусно. Итак, гостевая спальня?
— Гостевая, да. Это длилось недолго. Итак, мы ели маникотти, её папа готовил их, Редж — отличный повар, она была права, её мама готовит ужасно, что странно, но мы ели, и Редж сказал, что я остаюсь в гостевой спальне, потому что он услышит, если мы с Джек что-нибудь затеем, потому что его комната находится близко, но именно тогда Кристал, сестра Джек, та, что с ребёнком? Она сказала ему, что это не сработает. Это не работало и раньше, когда к ней прокрадывался её парень, и, ну, это просто их всех взбесило. Они все встали из-за стола и ходили вокруг, споря.
Гарри покачал головой.
— Бедная Джек. Держу пари, ей было неловко.
— Сперва она и правда смутилась. — Рон кивнул. — Но потом она посмотрела на меня и немного испугалась, что я не смутился, ну, я и сказал. Маникотти чертовски хороши. Я сказал ей, что это просто похоже на мой дом, только вместо споров о детях и прочем, мама всё твердила и твердила том, что Чарли уехал в Румынию, работает с драконами и никак не приведёт домой милую девушку с тех пор, как Тонкс… ох. Извини, приятель.
— Действительно? — Гарри немного оживился. — Значит, твоя мама не ненавидит Тонкс?
— Что? Ты спятил? Нет, она вовсе её не ненавидит. Она думает, что хотя, вероятно, ничего бы не вышло, и что Чарли облажался, позволив ей уйти, но сейчас, когда он с Гермионой, держу пари, она никогда в этом не признается. Зная маму, ни за что в этом не признается. Особенно сейчас. Ни тебе и Тонкс, гм, да. Не волнуйся.
— Хорошо. Тонкс волновалась. Она знает, что твоя семья — самая близкая вещь… — Гарри остановился и сделал глоток чая, радуясь, что Рон не подтолкнул его к продолжению фразы. — Значит, ты не остался в гостевой спальне?
— Нет. На диване, это было блестяще! Джек показала мне, как управлять телевидением, и прочим… Гарри, ты когда-нибудь видел… о. Верно. Эти магглы никогда не позволяли тебе смотреть что-либо, да?
— Нет, не совсем. — Гарри покачал головой. — По крайней мере, ты ладишь с её родителями, Рон. Ты мог бы вписаться туда, если бы провёл больше, чем выходные, ты бы привык к этому. Я никуда не вписываюсь.
— Что за хрень? — Рон бросил часть булочки в Гарри, попав ему в голову. Пока его друг убирал крошки со своих волос, Рон покачал головой. — Что, чёрт возьми, ты имеешь в виду под фразой «Я никуда не вписываюсь». Ты чёртов лорд Поттер. Я почти уверен, что ты вписываешься сюда. — Он поднял руки и оглядел домик. — Твоё имя написано на этом месте. Я имею в виду, оно на чёртовых воротах перед входом, верно? Если ты где-то подходишь, то это место здесь. Я всё время чувствовал себя так, будто попал в дом Джек впервые.
— Да, я понимаю, что ты имеешь в виду, но это не так. — Гарри стряхнул с себя оставшиеся крошки, соскользнул с кровати и подошёл к шкафу. — Видишь это? Это вся моя одежда, и она не моя. Она даже не принадлежала моему отцу, она старше его. Всё это? Не моё. Какого-то Поттера до меня.
— Но это твоя семья, Гарри. Оно принадлежало твоей семье. — Рон пожал плечами. — И я знаю об одежде. Поверь мне, я понимаю.
— Отлично. — Гарри отошёл от шкафа, не глядя на Рона, и уронил голову на оконное стекло, смотря наружу, ни на что не глядя. — Но, как ты сказал, я вырос магглом, не будучи на самом деле маглом. Никакой магии, да, но всё то, о чём говорят маглорождённые? Понятия не имею. Расскажи мне об одном из шоу, которое ты смотрел по телевизору. Только одно.
— Что-то под названием «Голубой Питер». Джек и Кристал с ума сходили, рассказывая, что смотрели его в детстве.
— Никогда не слышал о нём. — Гарри оторвал голову от оконного стекла и повернулся к Рону. — Понятия не имею. Я не подхожу никуда, куда бы я ни пошёл, Рон. Прямо как на встрече Конференции Магов. Я идиот.
— Пф-ф-ф. — Рон покачал головой, глядя на Гарри. — Может, у тебя и нет мозгов, как у Гермионы, чтобы присоединиться к клубу, но ты не идиот. Чарли курит сигареты? Учитывая, какая у нас мама, и ты знаешь, какая Гермиона, ну, он идиот, если не бросит сейчас. Может быть, мне следует подождать и просто проговориться о чём-нибудь, когда он будет с мамой и Гермионой. Это было бы блестяще.
Оба на секунду посмотрели друг на друга, представляя себе сцену, и расхохотались. Через секунду лицо Рона помрачнело.
— Что случилось, Рон?
Он засунул руки в карманы и пристально уставился в пол.
— Это просто потому, что я волшебник. Я мог бы быть любым волшебником, ну, не Крэббом или Гойлом, но я мог бы быть любым волшебником, и этого было бы достаточно. Когда это пройдёт…
— Рон. — Гарри понял. Он знал, что чувствует Рон, и сопереживал, потому что чувствовал то же самое. — Я понимаю. Если бы они заменили тебя другим волшебником, это не имело бы значения. В контракте могло быть чьё угодно имя, и она чувствовала бы то же самое.
— Что? Нет. — Рон покачал головой. — Это не так. Я не так хорошо знаю Тонкс, но Чарли, ну, Чарли сказал мне, что у тебя с ней всё по-другому, чем у него с ней. Он не стал рассказывать мне подробности, слава Мерлину, не знаю, смог бы я смотреть на тебя, если бы он сделал это… о, чёрт, прости, сейчас… блять. — Он отвернулся от Гарри и быстро встал, подойдя к окну в противоположной части комнаты. — Но ты и Тонкс, это… это ты и Тонкс, приятель. Ни один другой волшебник не смог бы добиться твоего прогресса. Я имею в виду, подумай о ней и, не знаю, Симусе. Или о Невилле. Представь себе это. Я и Джек? Да. Это сработало бы даже с Невиллом.
— Ой, заткнись.
Рон резко повернул голову, так как Гарри никогда не говорил так.
— Что?
— Ты меня слышал. Заткнись. — Гарри провёл рукой по волосам. — Думаешь, я не понимаю, что у нас с Тонкс? Иногда нет, иногда понимаю, а иногда боюсь, что как-нибудь всё испорчу. Но ты и Джек? Никакой другой волшебник не смог бы с ней сблизиться, идиот. Кто спас её сестру и ребёнка? Ты. Кто… Мерлин, Рон, это ты ей нравишься. Не твои братья, не Симус или Невилл, или я, или кто-то ещё. Ты. Ты ей всё объясняешь и не обращайся с ней так, как будто она тупая, и тебе нравится, что она интересуется магией и нравится, как она смотрит на тебя, верно? И, может быть, ты не понимаешь всего в маггловском мире, но ты стараешься, потому что хочешь быть с ней, верно? И она, чёрт возьми, пытается понять это место, пока идёт кровавая война, верно? Я имею в виду, где она сейчас? Вот прямо сейчас?
— Сейчас? — Рон пожал плечами. — Не знаю. Думаю, с Тонкс. Она вернулась со мной и сказала, что ей нужно поговорить с Тонкс. Почему?
— Значит, она могла бы остаться дома и забыть о кровавой войне…
— И свадьбе.
— Заткнись, Рон. Слушай, она могла бы остаться дома, но она пришла сюда, потому что хочет быть с тобой, ты, рыжий идиот, фанат Пушек Педдл.
— Эй, это удар ниже пояса.
Гарри подавил ухмылку.
— Что, сейчас заплачешь, как девчонка?
— Пф-ф-ф. — Рон недоверчиво нахмурился. — Нет, я о Пушках. Спасибо, что напомнил мне, что сезон закончился из-за Тёмного Придурка. И ты не спрашивал гоблинов о Пушках, да?
— Нет. Извини. Это было низко.
Двое друзей некоторое время молча смотрели друг на друга. Наконец Рон кивнул.
— Всё в порядке. Но если Джек здесь из-за меня, а не только потому, что я волшебник, ты должен вбить себе в голову, что Тонкс…
Стук в дверь прервал Рона, и они оба посмотрели на дверь. Наконец, после повторного стука Гарри спросил, кто стоит у двери. Услышав ответ, он кивнул Рону, стоявшему ближе всего к двери, и тот впустил их.
Вошли Джек и Тонкс, их глазам предстал чай, несколько неаккуратно разбросанные остатки булочек и выражение лиц их бойфрендов. Джек посмотрела на Тонкс, но та покачала головой.
— Так что случилось в этот раз?
Гарри бросил быстрый взгляд на Рона и увидел, что тот тяжело сглатывает. Быстро подумав, он ответил:
— Квиддич. Кое-кто недоволен тем, что я не заставил Эффи купить Пушки до того, как сезон прервался.
Глаза Рона слегка расширились, и он усмехнулся.
— Я всё ещё считаю, что ты будешь лучшим собственником в лиге. Может, тебе стоит поговорить с Эффи, держу пари, что цена намного ниже, так как, ты знаешь, Тёмный Придурок и всё такое.
— Мужчины. — Тонкс закатила глаза. — Пошли, идиоты, нам нужно обсудить кое-какой план.
Когда они вышли из комнаты, проходя мимо Джек и Тонкс, Гарри и Рон обменялись взглядами. Они кивнули друг другу, повернулись к своим подругам и пошли дальше.
***
Был поздний вечер, в одной из самых уединённых комнат сторожки все, казалось, собрались все желающие. Ну, во всяком случае, все, кто не планировал грандиозную свадьбу, имеющую большое магическое и политическое значение. Они все, Андромеда, Тед, гоблины, Амелия Боунс, представляющие Министерство, даже несколько послов, присланных из МКМ, сидели там, пока волшебницы и волшебники говорили и говорили, казалось бы, обо всём и ни о чём. Наконец, когда ему это надоело, Гарри подошёл к краю комнаты, где на маленьком столике стояло дополнительное печенье, чай и другие закуски. Он видел, как Тонкс смотрит на него, как и на Рона, поэтому, когда он взял несколько бисквитов, завернул их в бумажную салфетку, а затем как можно тише открыл дверь и выскользнул оттуда… это было только начало. Следующей последовала Тонкс, поскольку она выждала, казалось, огромное количество времени между уходом Гарри и её собственным, хотя прошло всего несколько мгновений, и на удивление ей это удалось. К счастью для неё, она подождала, пока кто-нибудь не предложит что-то, что взбесило Андромеду, поэтому, пока её мама спорила, она быстро проверила стол, прежде чем уйти, только чтобы увидеть, как отец поймал её взгляд… а затем старый пердун подмигнулу ей. Ей пришлось подавить смех, когда он похлопал Андромеду по руке и начал говорить с ней, давая Тонкс возможность выйти из комнаты. Когда Гарри и Тонкс стояли снаружи, тихо разговаривая и пытаясь понять, что делать дальше, они были удивлены, когда Дафна Гринграсс была следующей, кто тайком вышел из комнаты планирования. Она подошла к ним, глубоко вздохнула, затем порылась в маленьких карманах своего довольно красивого синего халата и достала маленькую фляжку. Быстро отхлебнув, Дафна глубоко выдохнула, и из её ушей, казалось, повалил пар. — Перечное зелье, Даф? — Тонкс бросила на неё странный взгляд. — Уже поздно. Теперь ты не сможешь уснуть нормально. — У нас ещё слишком много дел, Нимфа. — Дафна закатила глаза. — Они там все такие тупые. — И не говори. — Следующей появилась Джек, качая головой. — Я думала, что хуже быть не может, когда мама и папа пытались устроить отпуск в трейлере с дядей Вилли и тетей Франсин, но это… дерьмо. — Она кучей села на один из ближайших стульев. — Хотела бы я быть волшебницей и мочь взмахнуть палочкой или позвать домового эльфа. Было бы здорово попросить Добби… С очень тихим хлопком домовой эльф появился перед Джек. — Вы звали Добби, мисс Джек? — Срань господня! — Джек выпрямилась и прикрыла рот руками. После её восклицания все повернулись к двери, словно ожидая, что их отсутствие сейчас заметят из-за вскрика Джек. После нескольких мучительных мгновений стало очевидно, что они в безопасности, поэтому она убрала руки и посмотрела на маленького эльфа. — Я могу позвать тебя? — Вы — фрейлина Тонкси господина Гарри, так что Добби пришёл. — Эльф покачал головой. — Что… — Мать твою. — Рон подошёл к ним, качая головой. — Конечно, вы легко отделались, но меня заметили. Конечно, спасибо. Отличный план. — Засунув руки в карманы джинсов, он направился к остальным. — Я пытался сказать им, что мне нужно в туалет, но твой папа… — Он кивнул Тонкс. — …он сказал, что они всё обсудят и скажут нам позже, чтобы мы не волновались и всё такое прочее. Так что, я думаю, мы можем пойти чем-нибудь перекусить, а? Когда Гарри начал что-то говорить, его прервала Джека, которая не только не упрекнула неуёмный аппетит Рона, но и фактически согласилась с ним, попросив Добби показать им место, где каждый мог бы перекусить и расслабиться. Так все они оказались в самой дальней от других комнате, на пятом этаже, в углу, где мебель выглядела чуть менее… вычурной и какой-то неподходящей. Рон и Джек сели на слегка неровный диван, обтянутый какой-то клетчатой тканью, местами выцветшей и потрёпанной, Дафна и Тонкс сели за столом с пергаментом, каждая на стульях, на которые пришлось наложить несколько выравнивающих и укрепляющих заклинаний, прежде чем они почувствовали себя полностью комфортно. Гермиона села с ними за столом, так как они с Чарли каким-то образом добрались до комнаты. Гарри не был уверен, он думал, что помнит, как Джек просила Добби найти их, поскольку она была так счастлива, что у неё есть какая-то связь с магией, хотя и только через Добби, что она хотела использовать её, пока она не исчезла. Когда Гарри пошёл за очередной бутылкой сливочного пива, он наткнулся на Невилла, снова удивившись. — Когда ты здесь оказался, Нев? — О, привет, Гарри. — Невилл как бы помахал своей бутылкой сливочного пива в знак приветствия. — Странно, я был у бабушки, она заставила меня изучать историю Лонгботтомов, когда… — Он немного побледнел, но потом рассмеялся. — В общем, я был у бабушки, а потом появился Добби и привёл меня сюда. — Невилл наклонился к Гарри, чтобы перейти на шёпот: — Я думаю, девушка Рона потихоньку сходит с ума. Гарри усмехнулся, а затем, когда он поднял глаза, то понял, что имел в виду Невилл; казалось, что Джек приказала Добби привести всех, кого она знала, или, по крайней мере, всех своих друзей и друзей Рона, которых он мог бы пригласить на свадьбу. Здесь были Симус и Дин, а также Ханна Эббот, Сьюзен Боунс, Луна, Колин Криви… у них началась вечеринка. Пока Гарри стоял в шоке, Тонкс пробралась к нему сквозь толпу. — Эй, Гарри, есть минутка? — Она кивнула в сторону конца большой комнаты, подальше от большей части толпы. Как только они благополучно удалились, она улыбнулась ему: — Это список гостей. Джек, возможно, немного переборщила… — Немножко? — Гарри покачал головой. — Слава Мерлину, все здесь числятся в гостевой книжке. Знаешь, что будет, если Добби попытается засунуть их сюда и… — Чёрт, чёрт, чёрт! — Тонкс повернулась и быстро подошла к Джек. Гарри наблюдал, как у них завязался довольно резкий разговор, и на мгновение Джек выглядела рассерженной, но затем внезапно её лицо помрачнело, и она бросилась в объятия Рона. Рон на мгновение взглянул на Тонкс сердитым взглядом, но после короткого слова кивнул ей, а затем переключил своё внимание на Джек, мягко переместив её к одному из наиболее отдалённых кресел, чтобы они могли поговорить. Когда Тонкс подошла к нему, Гарри не мог сдержать своего любопытства: — Что ты сделала? — Помешала ей, чтобы Добби попытался привести сюда её сестру, вот что. Ты представляешь, что бы случилось, если бы обереги… случилось бы ужасное. Это как минимум. Она маггл, Гарри. Обереги могут… — Нет. — Гарри покачал головой. — Не думай об этом. Спасибо. — Конечно. — Она глубоко вздохнула и расслабилась, заметив, что Гарри странно смотрит на неё. — Что? — Всё не так уж и плохо, да? — Он смотрел на неё, но указал на свои волосы. — Хм? — Тонкс потянулась и потрогала свои волосы. Если раньше они были красивыми, прямыми и розовыми, они стали кучерявыми. — Дерьмо. — Она потянула пряди вперёд, и они, как она и опасалась, были такими же, как у её мамы. Они были чёрными. — Чёрт возьми. — Извини. — Гарри слегка скривился. — Я знаю, что тебя всё это беспокоит, и я знаю всё о свадьбе… — Слушай сюда. — Она подошла к нему и встала очень близко, глядя ему в глаза. — Заткнись. Сегодня мы не поженимся, и я уверена, что они что-нибудь придумают. Чёрт, Гермиона помогает… — Нет. — Он немного рассмеялся, наблюдая, как е волосы возвращаются к обычному розовому цвету. — Вот чего я и боюсь… она никогда не давала тебе ни одного своего расписания с цветовой маркировкой, так что ты не знаешь… — Они оба очень хорошо осознавали тот факт, что их лица были не очень далеко друг от друга, достаточно близко, чтобы Гарри почти чувствовал её губы на своих. — …это ужасно. По сравнению с ней Вуд кажется легкомысленным парнем. Тонкс двинулась вперёд; для любого, кто смотрел на них двоих со стороны, это было бы незаметно, но она знала, что Гарри заметил, особенно это видно по тому, как быстро дёрнулся его кадык, когда он сглотнул. — Может быть, мы должны просто послать к чёрту Гермиону, мою маму, гоблинов, МКМ и всё такое. Мы должны просто покинуть страну и пожениться. — Вот именно! — Его глаза расширились, и Гарри потянулся вперёд, схватил Тонкс за плечи и притянул к себе. После крепкого поцелуя он снова рассмеялся. — Ты великолепна! В то время как Тонкс была в некотором оцепенении, пытаясь понять, почему именно она была великолепна, она услышала, как Гарри попросил Добби отвести его обратно в конференц-зал. Когда он исчез, она посмотрела на Дафну. Слизеринка ухмыльнулась и указала глазами на другую часть комнаты. Никто этого не заметил, так как все они были заняты разговором друг с другом или, в случае Джек и Рона, заняты не разговором, а общением другими способами. Оглянувшись назад на Дафну, Тонкс увидела, как та перекрестила своё сердце; она видела и, скорее всего, слышала, что случилось с Гарри, но ничего не сказала.***
Перед дверью в нерешительности стоял темноволосый мужчина без каких-либо запоминающихся чёрт. Он знал, что случилось с теми, кто прервал сон Короля, он слышал крики, видел, как останки скармливались самым беспокойным зверям, которых держали на заднем дворе. Он знал это, но в специальном выпуске бельгийской газеты, сброшенном над Британией, был заголовок, который, как он знал, король хотел бы прочесть. Может быть, король даже наградил бы его. Да, это было бы так… он был бы вознаграждён. Больше не нужно выходить с остальными в качестве простого запасного Пожирателя Смерти, на этот раз он будет впереди. Может быть, они даже позволили бы ему сначала потрахаться с хорошенькой юной… Прежде чем он успел закончить мысль, дверь в спальню распахнулась, явив Тёмного Короля в мантии, но без короны. — Зачем ты побеспокоил меня? Говори! — Э-э, гм, вот. Они повсюду. Мы знаем, где он будет, милорд, и вы приглашены. — Он сунул газету в руки короля. — Все приглашены! Король Волан-Де-Морт медленно развернул газету, его длинные тонкие пальцы нежно коснулись бумаги. На его лице начала появляться улыбка, полная ожидаемой радости. — Все волшебницы и волшебники Британии приглашены на свадьбу лорда Поттера и леди Блэк? Мне нечего надеть. Невзрачный Пожиратель Смерти странно посмотрел на него. Он не был распят и не был вознагражден, так что он не знал, как действовать. Он постоял какое-то время, взвешивая варианты, и, уже собираясь уйти, почувствовал руку короля на своём плече. — Ты молодец. Пошли за остальными. Мы возьмём Поттера и его сучку на церемонии. — Но церемония пройдёт в Гринготтсе, вытащенная палочка означает войну. — Пожиратель Смерти понял, что сказал это не только вслух, но и королю, и опустил голову, молча проклиная себя. Он ждал проклятия, глядя на свои ботинки, но ничего не произошло. Через несколько мгновений он поднял взгляд и увидел, как король задумчиво постукивает себя по подбородку. — Умно. Это не делает ничего, кроме как отсрочивает неизбежное. Умно, однако. — Он повернулся к Пожирателю Смерти: — Иди. Пошли за остальными. Не желая рисковать, Пожиратель Смерти повернулся и поспешил прочь так быстро, как только мог, не переходя на бег. Его не наградили, но и не прокляли.***
Римус Люпин сидел в одном из мягких кресел в одном из многочисленных залов с рогами и изучал свой стакан огневиски. Как обычно, его собутыльник сидел рядом, в таком же мягком кресле с таким же полным стаканом огневиски. Ни один из них не говорил много, потому что они слушали, как другие люди говорили большую часть дня и всю ночь до раннего утра. Время от времени один из них опрокидывал стакан, иногда другой, и время от времени один из них тянулся к бутылке и снова наполнял стаканы. — Теодор Тонкс! Полвосьмого утра! — Андромеда вошла в комнату с немного взлохмаченными волосами и пнула мужа ногой. — Тед! Ради Мерлина! — Ой. — Тед моргнул и глубоко вздохнул. — Утра, Анди. Извини. — В твоём возрасте я бы так и сказала. — Андромеда заволновалась и засуетилась, забирая у него огневиски и закрывая книги, которые лежали открытыми на буфете у его кресла. — Пойдём, тебе нужно… чёрт возьми, Тед, сегодня нам нужно встретиться с гоблинами, а ты ровно на ногах стоять не можешь! — Кто сказал, что не могу? — Тед встал из кресла почесал ухо. — Это не первый раз, когда я пью огневиски. — Он посмотрел на Римуса и закатил глаза, но когда сделал шаг, споткнулся. Подняв руку, чтобы остановить жену, он покачал головой. — У меня в ноге покалывает, я не пьян. — Через несколько мгновений он выпрямился и неохотно ушёл, чтобы поговорить с гоблинами. Так что Римус остался один в гостиной. Он смотрел, как свет начал проникать сквозь занавески, свет, который казался слишком ярким. Быстрым взмахом его палочки шторы плотно закрылись, образуя небольшой шов посередине, чтобы свет не попадал внутрь. Почти сразу же после того, как он закончил заклинание, он быстро рассеял его, посмеиваясь про себя, что миссис Поттер, мама Джеймса, рассказала бы ему об уничтожении её занавесок. — Вы должны быть здесь, Сохатый, ты и Лили. И ты тоже, Бродяга, старый ублюдок. — Римус поднял стакан огневиски и сделал глоток. Он действительно хотел, чтобы они были здесь, но они ушли. Ему хотелось, чтобы они были здесь, чтобы он мог слушать, как Лили отчитывает их за этот дурацкий контракт, но, увидев вместе Гарри и Тонкс, он почувствовал себя немного лучше. Они чем-то напомнили ему Джеймса и Лили, за исключением того, что это была небольшая смена ролей, поскольку именно Тонкс напомнила ему о Джеймсе. Гарри и Лили были во многом похожи, но мальчик также был похож на своего отца, и потом, ну, он тоже был сам по себе. Человек, который вскоре станет лордом Поттером. Лорд Поттер! Это заставило Римуса покачать головой, он никогда не знал, что Джеймс и Сириус были… ну, настоящими магическими британскими лордами! Штаны Мерлина, они никогда так себя не вели, чопорно и официально, вроде… ну, Люциус Малфой и ему подобные. Думать о таком ничтожестве, как Малфой, вредно для организма, особенно перед завтраком, когда он пил огневиски, поэтому Римус довольно медленно встал с кресла и направился к книжному шкафу у окна. Он рассеянно просматривал корешки, осторожно проводя пальцем по корешкам, пока один заголовок не привлёк его внимание. Он вытащил том и с удивлением увидел, что это довольно большое издание. Он поставил свой стакан на полку и двумя руками положил большую книгу на ближайший стол. — «Волшебные птицы тропиков», — пробормотал он, переворачивая страницы. — Он должен быть здесь. Он остановился, когда его внимание привлёк стук в дверь, и он поднял голову, совершенно потрясённый человеком в дверном проеме. Вместо Андромеды, одного из друзей Гарри или кого-то из Министерства или МКМ в дверях стояла женщина, которую он не узнал. Волосы у неё были длинные и тёмные, заплетены в единственную косу, которая ниспадала на плечо, и на ней были светло-коричневые брюки, заправленные в коричневые сапоги до середины икр. На выцветшей джинсовой рубашке, слегка закатанной на запястьях, виднелось множество браслетов, некоторые из которых блестели характерным бирюзовым цветом. Она была просто не похожа ни на кого, кого он когда-либо встречал. Он быстро прочистил горло. — Я могу вам чем-нибудь помочь? — Простите, что беспокою вас… — Она посмотрела на стакан огневиски на книжной полке, а затем на полупустую бутылку возле мягкого кресла. — …похоже, вы заняты, я просто… — Нет, нет, никаких проблем. — Римус встал и смущённо начал застёгивать свой потертый синий кардиган. — Я так понимаю, вы ищете комнату планирования о подготовке к свадьбе? Она внизу, рядом с… — Я заблудилась на двадцать минут, мистер… — Люпин. Римус Люпин. — Он смотрел, как она шагнула вперед и пожала ему руку. — А вы… — Можешь звать меня Грейс. — Она улыбнулась ему. — Если только Тонкс не рассказала вам всё. — Ах, нет, мы не видим её в последнее время. — Римус нервно улыбнулся. — Вы американка? — Да. — Грейс кивнула. — Акцент выдал меня, да? — Боюсь, что так. — Чёрт, вот и закончилась моя карьера британского шпиона. — Грейс притворно закатила глаза. Итак, мистер Люпин… — Римус, пожалуйста. — Хорошо, тогда Римус… что это? — Грейс указала на книгу. — Что-то особенное? — О, вообще-то, да. — Римус вернулся к книге. — Мой хороший друг Сириус, он был крёстным отцом Гарри, когда ему было… — Он сделал паузу. — Он провёл некоторое время на острове и использовал для переписки не сову, а другую птицу. Я надеялся, что она будет здесь. — Ах. — Грейс кивнула и присоединилась к нему по другую сторону стола, чтобы взглянуть на книгу. — Он был лордом Блэком. Верно? Я пытаюсь прояснить всё. После смешка Римус кивнул. — Да, он был лордом, но я этого не знал. Так многого я не знал. Грейс некоторое время смотрела на него. Она могла сказать даже без своей эмпатической магии, что мужчина рядом с ней многое пережил. Даже не думая, она использовала немного своих навыков и внезапно ахнула. Она повернулась к нему, а затем смущённо опустила глаза. — Простите, я не хотела… — Не хотела что? Она посмотрела на него. — Вы оборотень, верно? Со вздохом Римус отвернулся. — Да. — Но вы страдаете не поэтому. Он повернулся к ней. Её лицо не было лицом человека, который, узнав, что он оборотень, попытался уйти, стараясь при этом показаться слишком грубым. Это было даже не лицо человека, который узнал, что он оборотень, а затем недвусмысленно выражение дало ему понять, что она думает об оборотнях. Её лицо было… сочувствующим. Добрым. Понимающим. Симпатичным. Он сглотнул. — Простите? Они стояли, глядя друг на друга, пока кто-то не прокашлялся в дверях. Они оба повернулись и увидели высокого мужчину, который снова прочистил горло. Наконец мужчина обратился к ним: — Мистер Люпин, я вижу, вы познакомились с Виглз Грейс. Она здесь в составе оперативной группы МКМ, работающей над проблемами нашего Министерства. Мне нужно встретиться с остальными и Амелией, вы не против показать ей окрестности сторожки? Римус кивнул. — Не проблема, Кингсли. — Хороший выбор. — Кингсли посмотрел на огневиски. — Однако я бы предложил чай. Сегодня у нас запланированы и другие встречи. — Замечание принято. — Римус снова кивнул, всё ещё не в силах смотреть на Грейс. Затем он мысленно поправил себя. Виглз Грейс. — Значит, чай. Кингсли глубоко вздохнул. — Хорошо. Тогда я оставлю это вам. Римус. Мисс Грейс. Когда Кингсли ушёл, Римус оглянулся на женщину. Он так много хотел сказать, спросить, но у него никогда не находилось слов для подобных ситуаций. В этом были хороши Джеймс и особенно Сириус. — Так… тогда чай? Или вы предпочитаете кофе? — Эм… — Грейс посмотрела на него. То, что она смогла прочитать в этом мужчине, было не похоже ни на что, что она когда-либо чувствовала, и она даже не пыталась приложить больше усилий. Слой за слоем. Оборотень был похож на чёртову луковицу. — Диетическая кола? — Я уверен, что у них это здесь есть. — Римус пытался вести себя несколько небрежно и был уверен, что у него это плохо получается. — Кажется, здесь появляется всё, что вы хотите.
