Глава 21. Группа, Целевая группа и Союзники
26 января 2024 г., 23:23
Примечания:
В качестве поддержки можете скинуть монеты. Приятного всем чтения!
Солнечные лучи пробивались через тяжёлые шторы, и Гарри проснулся, обнаружив, что опять лежит в постели один. В течение последних двух недель он просыпался каждое утро в надежде застать её, как обычно занимающей три четверти кровати, слегка похрапывающей, но каждый раз его ждала пустая вторая половина. Смирившись с ещё одним утренним бездельем и, возможно, ещё одним полётом на метле в деревню, Гарри спустил ногу с кровати, откинул одеяло и сел. Немного потянувшись, он надел очки и лениво направился в туалет.
Как только утренние процедуры были выполнены, он ушёл в гардероб и простоял там некоторое время. К счастью, вся старая одежда была перенесена в другой гардероб, так как Гарри не мог представить, какой была бы реакция Кипси, если бы он попросил её избавиться от старой одежды. Вместо неё здесь была обычная маггловская одежда. Во время одного из их занятий он небрежно бросил Гермионе, что устал носить старые вещи, которые были в гардеробе, и на следующий день она принесла не только обычные книги, но и подборку каталогов маггловской одежды. Дальше всё было достаточно просто; Гарри просто отметил то, что, по его мнению, выглядело не так уж плохо, а затем позвал Кипси. Она позаботилась об остальном, не утруждая себя размерами, сказав, что скоординирует всё с Эффи. Когда Гермиона странно посмотрела на него и упомянула, что обычно людям нужно примерять одежду в магазинах, он небрежно заметил, что Кипси обязательно поправит то, что ему не подойдёт. Гермиона была зла на Гарри всю оставшуюся часть дня. Он знал, что она действительно пытается понять домашних эльфов, но она не понимала, что то, что Кипси сделает одежду идеально подходящей ему, сделает маленького эльфа счастливым.
Поэтому, натянув пару джинсов, обычную синюю футболку и пару кроссовок, Гарри направился завтракать. Как всегда, Кипси приготовила для него всё: полный завтрак, чай, Ежедневный Пророк и список вещей, которые нужно было сделать. Обычно их было немного, просто несколько бумаг, которые ему нужно было подписать для Эффи, вроде разрешения ей избавиться от некоторых неприятных инвестиций от семьи Блэк или краткая информация для Гарри о других возможностях — но по какой-то причине он просто не хотел делать ничего.
Доры не было здесь слишком долго, и он уже давно не слышал этих её дурацких шуток.
Что ещё хуже, это был понедельник двадцать восьмого, а его семнадцатый день рождения уже через три дня. Гарри знал, что в нём нет смысла. Ему просто исполнится семнадцать лет, он уже был взрослым в глазах волшебного мира благодаря эмансипационному указу Сириуса в завещании, не говоря уже о других вещах, что касались лорда Поттера, но по какой-то причине это беспокоило его. Мыслями Гарри вернулся к своему одиннадцатому дню рождения, на тот ужасный остров с Дурсли, и хотя он помнил, что Хагрид нашёл его, сказал ему, что он волшебник, что, хотя его жизнь резко изменилась с тех пор, часть его всё ещё слышала голос Вернона в голове, говорящий ему, что он ничто. Уродец. Несмотря на то, что Гарри знал, что он не чудак, что он волшебник, иногда он всё ещё чувствовал себя им, в той небольшой части его мозга, которая знала, что эта мысль так далеко от истины. Это было смешно, но в свои мрачные моменты Гарри всё ещё чувствовал себя уродцем. Даже среди волшебниц и волшебников, как они смотрели на него, он всё ещё чувствовал себя уродцем. Уродцем, которому исполняется семнадцать, пока его жена была Мерлин-знает-где и делала Мерлин-знает-что.
К счастью, Кипси пришла нарушить его плохое настроение.
— Господин Гарри, завтрак невкусный?
Он посмотрел на свою тарелку и заметил, что не притронулся к нему.
— О, нет, прости, Кипси. Прости. Я уверен, что он замечательный. Я просто не голоден сегодня.
— Господин Гарри должен набраться сил, — Кипси бросил на него многозначительный взгляд. — Я пришла сказать вам, что граф Уизли пришёл через камин сюда.
Гарри потребовалась секунда, чтобы понять, кого именно она имела в виду.
— О, Рон? Скажи ему, что он может войти.
Кипси кивнула и исчезла из комнаты, бормоча себе под нос, что ей нужно больше готовить, чтобы накормить Рона.
Через несколько мгновений Рон прошёл в комнату, выглядя таким же довольным жизнью, как и его друг. Он кивнул Гарри, сел за стол и покачал головой.
— Ты тоже, да?
— Что?
— Тонкс нет дома, да? Я знаю, что ты чувствуешь. Кажется, что я не видел Джек уже сто лет. — Он сделал паузу. — Ты будешь есть эту колбаску?
— Угощайся. Уверен, Кипси принесёт ещё.
— Спасибо. — Рон потянулся и взял колбасу с тарелки. Откусив довольно большой кусок и быстро прожевав, он посмотрел на Гарри.
— У нас дома начала тухнуть еда. Мама всё ещё не готовит, так что приходится справляться самим. Джинни пытается, и она не то чтобы плоха в этом, но это не то же самое. Если мне придётся съесть ещё что-нибудь, что было до этого заморожено… извини. Дома сейчас ужасно.
— Как твоя мама?
Рон чуть не взял ещё один кусок колбасы, но опустил его и покачал головой.
— Всё также. Просто сидит там, говорит слова время от времени. Фред и Джордж большую часть времени проводят в своём магазине. Они живут в квартире над ним. Хотелось бы, чтобы они взяли меня с собой, но…
Кипси вошла, левитируя перед собой другую тарелку, нагруженную едой. Она увидела колбасу в руке Рона, поставила тарелку перед ним, но передала колбасу на его тарелке Гарри, а затем без слов исчезла.
— Не думаю, что она рада, что я заглянул на завтрак.
Гарри пожал плечами.
— Она уговаривала меня съесть больше. Чем-то напоминает мне твою маму.
— Ты имеешь в виду, мою маму раньше, до всего этого. — Рон сел в кресло. — Я думал, когда с Тёмным Придурком будет покончено, всё станет лучше, но когда не стало папы, стало плохо, но сейчас ещё хуже. Я думаю, что единственный, кого можно назвать счастливым в эти дни, это Чарли, и то потому, что Гермиона всё время в разъездах. Её мама больше не приходит. Между ней и Биллом всё кончено, и он не слишком хорошо это воспринимает. Пытается скрыть, и у него это получается лучше, чем у большинства из нас, но я всё вижу. Просто надеюсь, Джек не надоест всё время писать письма, и она не бросит меня.
Гарри одарил Рона взглядом, явно говорящим «не будь идиотом, приятель».
— Я бы не беспокоился об этом слишком сильно, Кэннон.
— Дерьмо, — Рон осёкся. — Лучше бы ты никогда этого не слышал. — Увидев, что Гарри пожал плечами, он продолжил: — И прости за то, что там произошло, за то, что я кричал на всех. Прости.
— Всё в порядке, приятель. — Гарри взял чай. — Я понимаю. Если тебе станет лучше, я в эти дни бездельничаю. Всё, что я делаю, это читаю это дерьмо… — Он взял папку документов из Гринготтса и дал ей упасть на стол. — …брожу по деревне и хожу на учебные занятия Гермионы. Я понятия не имею, что происходит.
— И мы просто должны вернуться в сентябре, сесть на Экспресс и пойти в класс, как будто ничего не произошло. — Рон невесело рассмеялся. — Мы сражались с Пожирателями Смерти. Мне насрать, если я получу наказание или не напишу достаточно подробностей на пергаменте.
Гарри увидел, как Кипси выглянула из-за угла.
— Эх, нам лучше есть или кое-кто не будет счастлив.
Рон почесал голову, а затем подобрал вилку.
— Знаешь, раньше я бы сделал всё, что угодно, чтобы завести домашнего эльфа. Теперь я не так уверен. — Набив рот фасолью, он посмотрел через стол. — Эй, ты же знаешь, что Пушки возвращаются. Хочешь посмотреть тренировку? Она открыта для публики. Да ладно, это было бы полезно для нас обоих. Квиддич. Квиддич, никто из… — Он сделал паузу. — Ничего другого, только Квиддич. Не заставляй меня идти одного.
После всего, что произошло за последние несколько недель, Гарри ухватился за идею, от которой раньше он бы отказался, не задумываясь, поскольку тренировка с Пушками была бы для него не такой захватывающей, как для Рона; но в данный момент он ухватился за эту идею, как за спасательный плот.
— Почему бы и нет? В конце концов, я хочу увидеть свои будущие инвестиции.
Рон покачал вилкой на друга, и с неё посыпались кусочки яйца.
— Даже не смей шутить на эту тему. — Он сделал паузу и пристально посмотрел на Гарри. — Ты же не серьёзен, верно?
***
Визит Рона в то утро был не просто случайным событием; на самом деле это был тщательно рассчитанный маневр, чтобы убедиться, что Гарри был вне дома, а не в лоджии. Во время одной из их поздних ночных «совещаний по планированию свадьбы» Дора невольно упомянула, что у Гарри никогда не было по-настоящему хорошей вечеринки по случаю дня рождения. Дафни не могла в это поверить; в конце концов, он был Гарри Поттером. Но это было правдой. Дора знала, что приближается его семнадцатый день рождения, один из самых знаменательных дней для волшебного мира, и была полна решимости подарить Гарри хороший день рождения. Ей также очень нравилось использовать своё влияние леди Блэк, делегировав задачу планирования всего Дафне, используя рассуждения о том, что её фрейлина проделала такую хорошую работу со свадьбой, что что-то вроде скучной старой доброй вечеринки по случаю дня рождения будет для неё проще простого. Дафна, понимая, что только что произошло, ответила так, что стало понятно, что она обо всём этом думает, но тем не менее согласилась. Со своей обычной предусмотрительностью в таких вопросах Дафна позвала в дом эльфов, которые были более чем счастливы помочь. Как только домашние эльфы согласились, Дафна повернулась к Доре с самодовольной ухмылкой. ёВечеринка должна была состояться в Шотландии, потому что, как писал поэт Робби Бёрнс, «The best laid schemes o' Mice an' Men / Gang aft agley». В данном случае было очевидно, что Бёрнс был маглом, поскольку он забыл о домашних эльфах. Вечеринка должна была начаться в пять. Часть плана Рона состояла в том, что он должен отвести Гарри на открытую тренировку Пушек, которая начнётся в два, и вернёт его в лоджию прямо к пяти. Дафна стояла возле стола с едой и напитками, наливая себе сотую чашку пунша, и не могла не заметить, большие часы над каминной полкой показывают полседьмого. В течение первого часа опоздания Гарри все выглядели вполне спокойно, но когда ожидание растянулось на второй час, собравшаяся толпа начала немного волноваться. — Слышала что-нибудь? Её окликнула Джинни Уизли, рядом с ней стояла Луна Лавгуд, и обе были в обычной маггловской одежде. Дафна посмотрела на них двоих и поправилась: Уизли выглядела нормально, а Лавгуд… ну, она выглядела вполне нормально для Лавгуд. Дафна понятия не имела, где девушка купила розовые и фиолетовые колготки с леопардовым принтом, но сочетание их с зелёно-жёлтой клетчатой рубашкой было ошеломляющим. Подтверждением тому стал тот факт, что Лавгуд надела один синий сапог и один зелёный. Собравшись, Дафна покачала головой. — Боюсь, нет. Я готова отправить одного из домашних эльфов, чтобы забрать их. Что могло их так задержать? — Ты серьёзно? — Джинни покачала головой. — Ты отправила Гарри с моим братом на тренировку Пушек Педдл и удивляешься, чего они опаздывают? О чём ты думала? Конечно, они заметят Гарри, и команда заговорит с ним, и Рон оказался там, где всегда хотел оказаться. И держу пари, Гарри не сможет вытащить его оттуда. Возможно, тебе придётся отправить всех домашних эльфов. Я думала, что слизеринцы умнее. Дафна закатила глаза. — Ну не все мы можем быть как Грейнджер. Луна кивнула, в результате чего её серьги из пробок сливочного пива заколебались взад и вперёд. — Я рада, что не все мы Гермиона, должно быть, это довольно сложно. Однажды я попробовала, и у меня ничего не получилось. Мои волосы выглядели неправильно. У Дафны вырвалось тихое фырканье. — Поверь мне, если бы я хотела подражать Грейнджер, то самое последнее, про что я бы подумала, это про её волосы. Луна кивнула. — Их было довольно сложно повторить. — После паузы она осмотрела комнату, а затем повернулась к Дафне. — Леди Тонкс-Поттер-Блэк здесь? Мне больше повезло с её волосами, но папа сказал, что розовый — не мой цвет. Встряхнув головой, чтобы избавиться от мысленного образа Луны в этом наряде и с розовыми волосами, Дафна вздохнула. — К сожалению, нет, её здесь нет. Она хотела быть здесь, но… Джинни решила поменять темы на те, которые обсуждались с Гермионой, когда они были в Новой Норе: — Та-а-ак, Гринграсс… это была прекрасная фотография, ну, где ты танцуешь на свадьбе с Невиллом. Дафна вздохнула. — Я разговаривала со своей мамой, когда он пришёл со своей бабушкой. Леди Лонгботтом предложила нам потанцевать. Что мне было делать, сказать ей нет? Я думаю, что его бы на месте испелили, как и меня. — Она остановилась. — Хотя он удивительно хороший танцор. Кто бы знал? — Я. — Джинни вздёрнула брови на удивление Дафни. — Что? Он был моим партнёром на Святочном балу. Не зная, как ответить, Дафна оглянула комнату. Людей пришло много, но не то чтобы она сомневалась на этот счёт. Профессоры из Хогвартса и некоторые другие взрослые разговаривали между собой, студенты Хогвартса собрались в группы, не ограничиваясь своим факультетом. Неудивительно, что вокруг Фреда и Джорджа Уизли собралась толпа, и они демонстрировали некоторые из своих новых продуктов. Грейнджер и её Уизли были в небольшой гостиной, разговаривая с профессором Люпином и первым американским представителем МКМВ. Небольшое количество гоблинов шныряло промеж толпы, что заставило Дафну задуматься. Её бабушка, никогда не стеснявшаяся в выражениях, подумала бы, что гоблины, присутствующие на таком мероприятии, были бы слишком скандальным событием, чтобы о нём можно было вообще задуматься. На заднем фоне играла музыка, а затем, наконец, наконец, появилась Кипси и сказала, что Гарри и Рон только что прибыли через камин. Гарри зашёл за угол и остановился как вкопанный. — Что за… И все закричали «Сюрприз!», а Рон посмотрел на него с самодовольной ухмылкой. — Ты так и не догадался, а? В этот момент Гарри вошёл в комнату и начал принимать поздравления, настолько грациозно, насколько это было возможно, но его глаза продолжали сканировать толпу, ищущую одного человека. Когда он встретился с Дафной взглядом, он взглянул на неё, и она сразу поняла, что он думает, поэтому медленно покачала головой. — Вот и он! — Фред обнял его за плечи. — Наш именниник! — Джордж отразил своего близнеца. — Итак, мой дорогой лорд Поттер… — Мальчик-Который-Выжил… — Укротитель Тонкс… — Где, чёрт возьми, ты был? В этот момент толпа, казалось, немного разошлась, и показалась Джек в летнем платье, смотрящая на Рона. Тот широко улыбнулся, и какое-то мгновение никто из них даже не пошевелился. Наконец, однако, не выдержав, Джек выпрыгнула вперёд и буквально вскочила в объятия Рона. — Чёрт возьми! — Фред убрал руку с плеча Гарри и уставился на брата. — Джордж? Джордж изобразил, что вытирает слёзы. — Наш маленький Ронни совсем вырос, дорогой брат. — И нашёл единственную девушку в Британии, которая не считает, что он мерзавец, — Фред кивнул. — Поразительная удача, верно, Гарри? Прежде чем тот смог ответить, его обхватили руки и копна вьющихся каштановых волос. — О, Гарри! С днём рождения! Как только он смог снова дышать, Гарри засмеялся и погладил Гермиону по спине. — Спасибо. Она отстранилась, держа его на расстоянии вытянутой руки. — Где ты был? Тренировка Педдл не могла идти так долго. — Ну… — Гарри пожал плечами. — Сначала всё шло довольно нормально, мы просто сидели на трибунах со всеми, но потом кто-то заметил нас, и нас окружили люди. Охране пришлось отгонять толпу, и к тому времени владелец спустился, и мы закончили наблюдать из ложи владельца. Я не думаю, что Рон сказал кому-нибудь хоть слово в течение часа, он просто постоянно бормотал «не могу в это поверить», прижавшись лицом к стеклу. — С днём рождения, Гарри. — Джинни наклонилась и быстро поцеловала его в щёку. — Пожалуйста, скажи мне, что Рон не уговорил тебя купить Педдл. — Ум… — Гарри провёл рукой по волосам. — Не совсем… — Мерлиновы яйца, — вздохнула Джинни. — Что случилось? Вокруг собралась любопытная толпа, и Гарри рассказал, как Фредерико Дуайер, владелец, разговаривал с ним о трудностях с выставлением конкурентоспособной команды из-за финансовых проблем. Сначала Гарри думал, что волшебник хочет, чтобы он купил команду, но в конце концов, после долгих хождений вокруг да около, удалось выяснить, что тот хотел: Дуайер хотел сформировать Фонд Болельщиков, дать фанатам шанс присоединиться к команде, чтобы пополнить финансы. Судя по всему, Дуайер управлял довольно прибыльным бизнесом по поставке зелья, базирующимся в Бразилии и где-то под Нью-Джерси, который отнимал большую часть его средств, и оставлял гроши на развитие Пушек. Он не мог тратить на квиддич столько, сколько хотел, опасаясь навредить своему основному бизнесу, поэтому ему было необходимо собрать как можно больше галлеонов другим способом. Именно в этот момент Рон пришёл в сознание и присоединился к разговору. Гарри пытался отложить любое решение, заявив, что ему нужно поговорить с Эффи, менеджером его счёта в Гринготтсе, но в этот момент Рон зацепился за эту идею. Пожав руки Дуайеру, они отправились в Гринготтс, где Рон решил, что деньги, которые Сириус дал ему в завещании, не могут быть потрачены лучше, чем в инвестиции в Пушки. Поскольку Эффи не была на месте, сам Рагнок имел дело с Гарри: конечным результатом стало то, что и Гарри, и Рон теперь были полноценными, полностью оплачиваемыми членами фонда поддержки Пушек Педдл. — Рональд Уизли! — Гермиона повернулась, чтобы высказать ему свое мнение, но остановилась. Рон сидел на диване, Джек на его коленях, их головы были близко друг к другу. Она почувствовала руку на плече и посмотрела вверх, чтобы увидеть Чарли. — Успокойся, оставь его ненадолго. Уверен, Билл ему потом даст нагоняй. — Он наклонился, чтобы только она могла слышать. — Я ещё никогда не видел его таким счастливым. Он все эти дни только писал письма. Хорошо, что у нас появилась новая сова, учитывая все письма, которые он ей пишет, я думаю, у Эррола случился бы сердечный приступ. Вечеринка продолжалась, и после того, как Гарри поговорил со всеми, кого он знал, камин вспыхнул, и кто-то вышел из него — но это был не тот человек, которого он надеялся увидеть. Вместо Доры руку протянул Билл Уизли, с распущенными длинными волосами, а не собранными в обычный конский хвост. — С днём рождения, Гарри. — Спасибо, Билл. Билл полез в карман и вытащил небольшую, несколько потрёпанную по краям коробку. — Я уверен, что у тебя много подарков, но… это от мамы. — Правда? — Гарри осторожно взял коробку. — Как она? Плечи Билла поникли. — У неё бывают хорошие и плохие дни. Я не планировал приходить сегодня вечером, думал, что останусь с ней, пока все остальные будут здесь, но я просто сидел в Норе, слушая беспроводную связь и читая, когда она вошла. Она сто лет не выходила из своей комнаты, так что это меня удивило. И на мгновение… мне показалось, что она снова стала мамой. Вручила мне коробку и сказала, что «традиции должны соблюдаться». Я почти уверен, что знаю, что там. Гарри медленно открыл коробку и увидел часы. Это были золотые часы, с небольшой вмятиной с одной стороны. — Я так и знал. Они принадлежали дяде Фабиану. — Билл сделал тяжёлый вдох. — Часы — традиционный подарок на семнадцатый день рождения волшебника. Гарри, если ты когда-нибудь задумывался, что ты значишь для мамы, то вот ответ. Гарри медленно вытащил часы из коробки. Он надел их на запястье и застегнул, кожа ремешка была несколько жёсткой. В горле начал образовываться комок, но он быстро проглотил его. — Билл… — Он замолчал. — Это лучший подарок на день рождения, который у меня когда-либо был. Тот положил руку на плечо Гарри. — Я рад, что они обрели хорошего хозяина.***
Дора вышла из камина. — Я пришла! — Сделав шаг, она остановилась и осмотрела пустой домик. — Блядская разница во времени! Чёрт возьми! Все огни в лоджии были погашены. Мебель выглядела так же, как и в прошлый раз, когда Дора уезжала, будто её не передвигали, готовясь к вечеринке по случаю дня рождения. Уронив рюкзак на пол, она обернулась, услышав шум. — Госпожа Тонкси вернулась! — Добби поспешил к ней и взял рюкзак. — Госпожа Тонкси голодна? — Неа, я поела перед тем, как взяла портключ. — Она безнадежно смотрела на Добби. — Вечеринка прошла хорошо? Он быстро закивал головой, его уши закачались взад-вперёд. — О, это была очень хорошая вечеринка. — Который сейчас час? — Тонкс закатила глаза. — Я идиотка. — Взмахнув палочкой, она быстро произнесла заклинание. Светящиеся цифры перед ней гласили 1:45. — Блять. Ебучая разница в девять часов. — Она заметила, как Добби странно на неё смотрит. — Ничего об этом не говори, даже Гарри, понятно? Они бы надрали мне задницу. После того, как Добби яростно указал, что он будет хранить секреты своих покровителей, он пожелал ей спокойной ночи и ушёл, оставив Дору одну, в полумраке, проклинать собственную небрежность за то, что забыла о разнице часовых поясов. Она постаралась уйти как можно скорее, гоблины из её команды заверили, что они будут охранять Нарциссу «в целости и сохранности», а затем Тонкс ушла так быстро, как только смогла. Она чувствовала себя несколько сюрреалистично сейчас, находясь у себя дома в своей шкуре. Притворство Нарциссы было ужасно изнурительным. Они отследили её во Франции, и после первой встречи с Эмилем Делакуром Дора приступила к своей миссии. Сначала это было ужасно, быть взаперти с Нарциссой в том захудалом домишке в сельской местности, где члены оперативной группы вместе со своими французскими коллегами держали её в плену. Первая встреча с Нарциссой была в лучшем случае неприятной. Дора не раз радовалась, что в комнате есть другие, потому что она не хотела ничего, кроме как вынуть палочку и кинуть в тётю заклинание. В конце концов, однако, они выяснили, что именно делает Нарцисса; кровь Блэков всё ещё густо текла по её венам, что было очевидно из плана. Поскольку Драко мёртв, а Люциус Мерлин знает где, Нарцисса бежала из Англии, надеясь вступить в контакт с некоторыми из самых неприятных персонажей, с которыми её муж имел дело на протяжении многих лет. В частности, членов теневой группой магических убийц. Поскольку все Поскольку все галеоны были на имя Люциуса, и он всё ещё был жив, Нарцисса практически не имела доступа к средствам. Как потверждённый Пожиратель Смерти, она не могла обналичить золото в Грингтосе, оставалось только несколько небольших заведений, не управляемых гоблинами, в которых Люциус припрятал небольшие суммы «на крайний случай». После того, как она получила всё золото, которое могла, Нарцисса хотела нанять убийц, чтобы Люциуса публично убили, и ей перешло наследство. Дора покачала головой, пытаясь выкинуть всё из головы. Она не могла вернуться к мужу с головой, всё ещё заполненной работой. Её раздражало то, что, приняв образ Нарциссы, она добилась небольшого прогресса, но ничего не писала домой; с убийцами было довольно легко связаться, но завоевание их доверия, не говоря уже о попытке заставить их согласиться на контракт с Люциусом, было в лучшем случае утомительно и действовало на нервы. И всё это закончилось неудачей: никто не знал, где Люциус, мать его, Малфой. Как будто он провалился под землю. Она тихо прошла по коридору, как можно тише открыла дверь и посмотрела на кровать. Гарри спал, как всегда, свернувшись калачиком на боку, лицом к окну, одна нога торчала из-под одеяла. Она села на один из стульев и сняла сапоги, максимально мягко поставив их на ковёр. Вздохнув, Дора пошла в туалет, небрежно бросив одежду на пол, и включила душ. Закончив и высушив волосы палочкой, Тонкс подумала о том, чтобы надеть футболку и лечь спать, надеясь, что она сможет загладить вину перед Гарри за то, что она пропустила его день рождения, но затем на её лице появилась хитрая ухмылка. Она махнула рукой, чтобы выключить свет в ванной, и голышом подошла к кровати, скользнув под одеяло, пытаясь придумать, как его разбудить. Это была ненужная мысль, поскольку Дора как раз натягивала на себя одеяло, когда Гарри перевернулся. — Ты дома? — Ага. — Она наклонилась и мягко поцеловала его. — Извини, я всё пропустила. Он поднял руку и провёл пальцами по её волосам. — Всё нормально. Я просто рад, что ты здесь. — Он встретился с ней взглядом. — Насколько ты пришла? — Не знаю. — Она придвинулась к нему. — Надеюсь, я буду здесь долго. Гарри опустил руку с её волос, проследив плечо, а затем, когда он понял, что касается голой кожи, он посмотрел на Тонкс с некоторым шоком. Даже в очень слабом освещении комнаты он мог видеть её улыбку. — Ты совсем без ничего? Она скользнула к нему, обернув руку вокруг талии, а затем положила руку на его рубашку на спину. — Ну, теперь ты совершеннолетний. — Мне по закону давно можно, — засмеялся он. — Я знаю, но теперь не кажется, что я делаю что-то незаконное. Хочешь получить свой деньрожденский подарок? — Тебе необязательно что-то мне дарить. Она приподнялась на локте, давая ему хороший обзор. — Кто сказал, что я его уже не подготовила? Позже, когда оба они были слишком заняты друг другом, чтобы замечать хоть что-то, бледно-голубой свет окутал их обоих. Просто на мгновение, так быстро, что его было трудно заметить, даже если бы кто-то ждал его. Ни один из них не заметил, а даже если бы и заметил, вряд ли им было до этого дела.***
Антонин Долохов стоял рядом со своим хозяином в каменной пещере, улыбка почти не сходила с его губ, когда слабоумный австралийский волшебник корчился под Круциатусом его мастера. Затем улыбка исчезла, поскольку он точно помнил, почему его хозяин был зол; они зря потратили время на Австралию. Так называемые волшебники, симпатизирующие делу, были трусливы и слабы. Они говорили о хорошем деле, о избавлении мира от магглов и магглолюбивых волшебников и волшебницах, о создании Великобритании как единственной истинной страны для здравомыслящих людей, но когда дело дошло до драки, единственное, чего они хотели, — это спасти свою собственную шкуру. Наконец, довольный тем, что австралийский волшебник понял, что неудача жестоко карается, Тёмный Лорд убрал свою палочку обратно в рукав. Палочка работала достаточно хорошо, это правда, но она чувствовалась не так. Волшебница из Франции, которая пыталась защитить мужа-магла, была слаба, настолько слаба, что один из новобранцев легко убил её. Часть Тёмного Лорда желала свою старую палочку, ту, которая легко отделялась от трости. Затем, почти как только эта мысль всплыла, он прогнал её прочь. Управлять телом Люциуса и так было тяжело, но терпеть такие отголоски прошлой жизни Малфоя было почти невыносимо. Тёмный Лорд раздражённо отмахнулся от австралийского волшебника, и два Пожирателя Смерти вышли вперёд и усыпили его. Он сел на трон и мгновение молчал, сложив руки так, что кончики пальцев соприкоснулись, указательные пальцы прижались к губам. Приняв решение, Волан-Де-Морт повернулся к Долохову. — Пришло время действовать. Сообщи нашим союзникам, что мы начинаем готовиться. Я хочу выступить в течение месяца. Долохов мысленно выругался, так как знал, что должен сказать плохие новости. — Мой Лорд, учитывая, насколько разбросаны наши союзники, на сбор уйдёт больше месяца. Возможно, лучше начать в сентябре. Тёмный Лорд покрутил головой, клочковатые седые волосы на мгновение закружились вокруг его лица, прежде чем успокоиться. — Нет. Провидец в Бельгии предсказал, что сентябрь — плохой месяц для наших дел. Если август невозможен, и я подтвержу, что ты мне не лжёшь, Долохов, если август невозможен, то, возможно, лучше всего подойдёт один из больших праздников. — Тёмный Лорд взглянул на Долохова, протянув к нему несколько пузырьков с воспоминаниями, чтобы подтвердить, что его лейтенант не лжёт. — Самайн. Мы выдвигаемся в Самайн. Иди. Когда Долохов ушёл, Волан-Де-Морт погрузился в размышления. Тело Люциуса было слишком слабым, его связь слишком слаба, чтобы пережить создание другого крестража. Союзников, которых он собрал, тех, кто был ему верен, было слишком мало для его нужд. Но с планом, который теперь должен начаться в Самайн, было достаточно времени: времени, чтобы отправиться в Азию, времени, чтобы призвать своих приближённых. Они проведут свою атаку из Франции, как только разберутся с этой жалкой пародией на французских авроров. А затем, непрошенная и нежеланная, промелькнула вспышка в сознании Тёмного Лорда. Образ его жены, молодой, до рождения его сына, стоящей под ярким французским солнцем, ветер развевал её волосы. Хлопнув рукой по подлокотнику трона, Тёмный Лорд вытолкнул эту мысль от своего сознания, встал и вышел из большого зала пещеры. На ходу он протянул руку и начал выдёргивать волосы, позволяя им кровавыми комками падать на каменный пол.
