Глава 25. Пауза До войны
22 июня 2024 г., 11:14
Поздняя ночь Хэллоуина.
Молли Уизли сидела в своём любимом кресле. Очевидно, она находилась в нём физически, но её разум блуждал в другом месте. Недовязанный рождественский джемпер лежал у неё на коленях, и она связала несколько петелек для свитера Рона, тёмно-бордовая шерсть лежала в корзинке у её ног, но сердце было занято другим. В этом году не надо вязать свитер для Перси и свитер для Артура. Она взглянула на кресло рядом с собой, отделённое маленьким столом и заколдованной лампой, а затем со вздохом вернулась к своему вязанию. — Всё в порядке, мам? — Чарли подошёл к ней, держа две чашки чая в руках. Одну он поставил на маленький столик рядом с лампой, а сам устроился на диване со второй чашкой. — Я подумал, что ты, возможно, захочешь чая. — Спасибо, дорогой. — Молли неуверенно потянулась к чашке, стараясь сохранять ровное выражение лица, чтобы не выдать эмоции, которые кружились внутри неё. Как только она взяла чашку, она подняла её и сделала глоток, надеясь, что по её лицу не стало заметно, что сын приготовил для неё слишком крепкий чай. Артур знал, какой ей нравится, но она проигнорировала вкус и быстро проглотила. Она пережила столько потерь, и её семья снова была развалена из-за злодейств Волан-Де-Морта. Временами она могла принять этот факт, но в нередко в спокойные дни она оказывалась на грани срыва из-за незначительных вещей. Случайно нашла одну из розеток Артура в шкафу; решила заняться стиркой и обнаружила его носки, которые нуждались в починке; напоминание себе, что больше не нужно было чинить дырки в тех местах, где его большие пальцы ног растягивали ткань. Временами Молли даже обнаруживала, что разговаривает с ним, как если бы он стоял рядом, рассказывая о своих заботах, страхах, желая, чтобы он был дома, чтобы заверил её, что, несмотря на мрачные времена, солнце всё равно взойдёт завтра. Той частью своего сознания, которой она слышала сына, Молли уловила, как он сказал: «Папа?», но не смогла открыть глаза. — Мне бы хотелось, чтобы он тоже был здесь, Чарли. Она кивнула и глубоко вздохнула. — Он всегда будет здесь. Я вижу его во многих вещах. — Но потом, словно во сне, она услышала в Норе другой голос. Голос Артура. Молли повернулась и открыла глаза, потрясённая до глубины души, так как в кресле напротив неё сидел её муж. — Артур? — Я здесь, Моллипусенька. — Артур потянулся вперёд в своём кресле, протянул руку и взял её за ладонь. — Хотя я не уверен, как долго, смогу тут быть. — Нет! — Она отдёрнула руку назад и крепко прижала её к груди. — Это невозможно! Это неправильно! — Молли… — Артур опустился на колени перед ней. — Вспомни, какая сегодня ночь… Я здесь из-за тебя и Чарли… потому что это произойдёт сегодня ночью. Пока мы говорим, Тот-Кого-Нельзя-Называть и его силы атакуют всю Британию. Любовь всей моей жизни, это я. И нам нужно покинуть Нору. — Зачем? — Чарли сидел на диване, бледный и почти неподвижный, его дыхание было неглубокое и быстрое. — И откуда ты всё это знаешь? После глубокого вздоха Артур посмотрел на сына. — Перси. Перси пришёл ко мне и сказал, что я нужен здесь. Много людей нуждаются в помощи, и вот мы здесь. Мы пришли помочь. — Он повернулся к жене: — Мне было больно видеть тебя такой, дорогая. Наблюдать за тем, как ты скорбишь, и не иметь возможности поговорить с тобой, обнять тебя. Но каким-то чудом мне было дано увидеть тебя, поговорить с тобой ещё раз и защитить. Но мы должны уйти сейчас же. Молли не могла вымолвить ни слова, но она ещё раз протянула руку своему мужу, аккуратно положив её ему на щёку. Она чувствовала его тепло. — Я так скучала по тебе. — И я тоже скучал по тебе, дорогая, но времени мало. В конце концов, у нас ещё будет всё время во Вселенной, но мы действительно должны уйти сейчас. — Он обернулся к Чарли. — Билл модернизировал защитные чары, верно? Чарли кивнул, всё ещё находясь в шоке. — Да, он вместе с гоблинами и Гарри сделал это. — Хорошо. Это даст нам немного времени. — Артур вложил свою руку в руку Молли, крепко обхватив её, когда встал и поднял её за собой. — Нам нужно в Хогвартс. — Хогвартс? — Чарли смерил его недоверчивым взглядом. — Почему в Хогвартс? — Там происходит основное действие. Перси сказал… — Перси? — Голос Молли звучал напряжённо. — Ты видел Перси? Артур, это он… Похлопав жену по руке, чтобы успокоить её, он ответил голосом, который использовал так много раз на протяжении многих лет: — Перси в порядке, дорогая, уверен, ты бы гордилась им. Он всем помогает. Он сказал мне, что делать, а потом ушёл за Гарри. Они снова гонятся за Гарри, и я верю, что сегодня, наконец, настанет конец, если мы сможем добраться на место вовремя. Столько мыслей пронеслось в уме Молли: мысли о Перси, о том, что её муж каким-то образом оказался здесь, но мысль о Гарри и его нерождённом ребёнке вышла на первый план. Он не был её кровным сыном, она не родила его, как других, но она всё равно считала его своим сыном. Она не хотела, чтобы его забрали у неё, как Артура и Перси, и как бедную французскую девушку, которой Билл сделал предложение. Произошло слишком много потерь. Слишком. И с неё достаточно. Вязальные спицы, забытые в её пальцах, упали со звоном на пол, когда она потянулась к карману своего платья и вытащила палочку. — Хорошо. Хорошо. Хорошо, как мы туда доберёмся? Артур улыбнулся ей, слегка повернулся и подмигнул сыну. — Поедем в Англию, конечно. Нам просто нужно сделать пару остановок по пути.***
В волшебном мире было много вещей, которые поражали Гермиону Грейнджер, но она привыкла к большинству из них. Осознание того, что волшебный мир существует, стало для неё настоящим прорывом, и она неплохо справилась с этой задачей, совместив магию с обычным миром. Большую часть магии можно было бы объяснить нумерологией и другими способами, если бы кто-либо сделал большой скачок в вере, что магия действительно существует. Гермиона совершила этот скачок, приняв во внимание, что магия существует в мире так же точно, как молекулы, гравитация и другое, что она не могла видеть невооружённым глазом. Некоторые вещи нужно было принять на веру. Но время от времени магия делала что-то, что заставляло её задуматься, сможет она когда-нибудь понять что-то с абсолютной точностью. Например, как тот факт, что она в настоящее время сидела в кабинете директора МакГонагалл вместе с другим старостой Терри Бутом, профессором Флитвиком и Андромедой Тонкс и планировала оборону Хогвартса из-за появления призрака Перси Уизли. Она прибыла в кабинет МакГонагалл, как её и просили, надеясь, что её вызвали не из-за Волан-Де-Морта или Пожирателей Смерти, но зрелище призрака Перси, парящего в кабинете и довольно категорично беседующего с МакГонагалл, было довольно шокирующим. Призраки, конечно, существовали, так как она познакомилась с ними с её первого дня поступления в Хогвартсе, но призрак, которого она знала до смерти, несколько нервировал её. А потом появился английский лучник. Гермиона, очевидно, узнала его, вспомнив маггловские уроки истории, поскольку он выглядел как один из реконструкторов, которых она видела в школьной поездке, но что-то подсказало ей, что этот человек не был переодет в костюм. чтобы воссоздать жизнь в те времена. Его вещи не выглядели как новые, как у человека на экскурсии, в руках он держал длинный лук, а на плече висел колчан со стрелами. Его появление заставило всех замолчать, пока, наконец, МакГонагалл не спросила мужчину, не призрак ли он. Его ответ звучал в её голове даже сейчас, когда мужчина показывал Гермионе довольно примитивную карту территории Хогвартса: — Нет, я не призрак. Я её предок. И тогда она поняла, что он указывает на неё. Гермиона знала, что где-то в её родословной, какой бы длинной она ни была, должен был быть волшебный предок. Это была простая логика. Но прямое его доказательство перед ней было совершенно иным. Английский лучник, который представился как Генри Грейнджер, сказал, что сражался в битве при Азенкуре и всегда носил волшебную палочку с собой привязанной к внутренней стороне руки. Одна встреча с таким человеком, настоящим мужчиной, а не призраком, казалась нечто особенным, и переварить это было крайне сложнл. Стук в дверь кабинета МакГонагалл был почти что благословением, так как позволил Гермионе ненадолго отвлечься. Она поспешила вниз по лестнице и потянула маленький рычаг, чтобы открыть проход, чтобы увидеть Луну и незнакомую взрослую волшебницу рядом с ней. Очень счастливую, улыбающуюся Луну. — Привет, Гермиона. Моя мама сказала, что мы должны прийти сюда. Мы можем войти? — Твоя мама? — Гермиона посмотрела на женщину, стоящую рядом с Луной, и сразу поняла, что подруга не лжёт, так как сходство было поразительно точным; у женщины были те же глаза, те же волосы, ну и очевидно чувство стиля у них также совпадало. Незнакомка была одета в ярко-жёлтую мантию и брюки в красно-чёрную клеточку, зелёную рубашку и чёрные армейские ботинки. — О, ну, конечно, почему бы и нет. Я имею в виду, мой пра-пра-пра-пра-пра- и так далее дедушка появился в кабинете и утверждает, что только вернулся с битвы при Азенкуре. Заходите. — Как замечательно! — Мама Луны хлопнула в ладоши. — Я Пандора, дорогая. Где сейчас твой дедушка? У меня столько вопросов. Когда Луна и Пандора Лавгуд прошли мимо неё и поднялись по лестнице, Гермиона задалась вопросом, сможет ли она когда-нибудь снова по-настоящему понять магию.***
Гарри стоял с закрытыми глазами в кругу семьи и друзей, среди обломков бывшего дорогого бального зала. Всем им нужно было как можно быстрее добраться до Хогвартса, но он попросту не мог придумать способ доставить всех их туда как можно быстрее. Его отец и близнецы Пруэтт горячо разговаривали о чём-то и, очевидно, никак не могли договориться, как быстрее всего добраться до Шотландии. Более того, он чувствовал себя ужасно злым и беспомощным. А потом Гарри почувствовал, как Дора взяла его за руку, её обручальное кольцо звякнуло о его фамильное кольцо. — Есть идеи? — Нет. — Прозвучало немного напряжённо, поэтому он сделал вдох. — Извини, я чувствую таким… таким, чёрт возьми, беспомощным! Я хотел аппарировать, но папа и все… остальные говорят, что по какой-то причине не могут этого сделать. Вроде я лорд Поттер, как же я могу… — Точно! — Дора щёлкнула пальцами свободной руки. — Ты лорд Поттер, а в лоджии тонна домашних эльфов. Гарри схватил её и глубоко поцеловал. — Ты гений! Точно, вот решение! — Он сделал глубокий вдох. — Вербель! Ты мне нужен, Вербель! С хлопком появился старший домовой эльф дома Поттер. — Мой лорд… господин Гарри! Что здесь происходит! — На это нет времени, Вербель. — Гарри покачал головой. — Мне нужен каждый домовой эльф, достигший совершеннолетия и способный помочь добраться до Хогвартса и помочь там же. Волан-Де-Морт атакует. Мы должны покончить с ним! Старый дом эльф кивнул, а затем отступил на несколько метров. Подняв руки, он посмотрел на потемневшее небо через отверстие в крыше бального зала. — Домовые эльфы дома Поттер, ваш лорд и господин требует от вас выполнения ваших клятв! Придите ко мне, все и вся! Дом Поттеров зовёт вас сейчас же! В зале послышалось множество хлопков, что напомнило Джек момент, когда отец отдал ей пузырчатую плёнку, и она пыталась лопнуть как можно больше пупырешек за один раз. Казалось, что весь бальный зал заполнили домовые эльфы. Гарри знал, что в Поттер-лодже много домовых эльфов, но никогда не представлял, что их так много. Он пытался сосчитать их, но когда насчитал тридцать, понял, что пересчитать их невозможно; кроме того, время поджимало. — Вербель. — Гарри посмотрел вниз на старого эльфа, который казался более энергичным, чем раньше. — Я хочу, чтобы вы перенесли нас всех в Хогвартс, а потом помогли мне всем, чем сможете. Кипси медленно, неуверенно вышла вперёд и слегка наклонила голову. — Господин Джеймс? — Кипси! — Джеймс вышел вперёд, опустился на колени и обнял маленькую домовушку. — Кипси, я так скучал по тебе! — Как… — Не время для объяснений, Кипси. — он покачал головой. — Нам нужно идти, и ты должна защитить её. Кипси с минуту смотрела на Дору, повернулась к Джеймсу и торжественно кивнула. — Кипси позаботится о безопасности своей хозяйки. Гарри наблюдал, как Добби взял Джек за руку, и как остальные домовые эльфы повторили его движение. И когда Гарри взял за руку своего самого древнего эльфа, Вербель кивнул, и они исчезли из бального зала с оглушительно громким хлопком.***
Минерва МакГонагалл видела многое за свои долгие годы и особенно тёмные хотела бы забыть, но она понимала, что независимо от того, чем кончится эта ночь, она не повторится спустя годы, десятилетия или, возможно, столетия. Она стояла посреди Большого зала, на месте директора, и хотела наложить на себя Сонорус, чтобы её услышали все, но вместо этого обнаружила, что смотрит на толпу людей, стоящих перед ней. Студенты каким-то образом узнали о «гостях», как она мысленно назвала их, и спустились в зал. В настоящее время Гермиона Грейнджер сидела рядом с английским лучником, мать Луны Лавгуд Пандора была рядом с ней, а дед Невилла Лонгботтома, Найджел, стоял у одной из стен, обсуждая Мерлин-знает-что с внуком. Перси Уизли предупредил их, что Волан-Де-Морт собирается атаковать их, и они должны доставить студентов в безопасное место, поскольку если Пожиратели Смерти смогут прорваться сквозь обереги, они без труда смогут расправиться с юными волшебниками и волшебницами, которые ещё не успели сдать свои ЖАБА. МакГонагалл подняла палочку, чтобы наложить Сонорус, но прямо перед тем, как она смогла сказать хоть слово, раздался громкий хлопок. Шум заставил прикрыть уши, но результат оказался довольно шокирующим. В зале появилась большая группа людей, одетая в официальную одежду, и каждый держал за руку домашнего эльфа. Этого уже было достаточно для шока, но потом МакГонагалл заметила среди толпы Гарри Поттера с женой и… Джеймс Поттер? Близнецы Пруэтт? Она поправила свои очки и не могла поверить своим глазам: рядом с Оливером Вудом стоял римский центурион, солдат-маггл времён Великой Войны и довольно крупный шотландец, одетый в, кажется, большой килт. — Я, чёрт возьми, сдаюсь. — Она спустилась на ступеньках, а затем грузно села на скамейку. — Профессор МакГонагалл! — Гарри вышел к ней через толпу, его глаза горели бледным синим цветом. — Профессор! — Мистер Поттер. — Она странно посмотрела на него, так как он был более худощавым, чем когда она видела его перед представлением. — Вы… — Да, да. — Гарри отмахнулся от неё. — Неважно. Защитные чары активированы? — Пока нет. Я говорила с Перси Уизли… — Хорошо, хорошо. — Гарри оглядел комнату и замер. — Нам нужно увести отсюда маленьких детей. — Вы точно озвучили мои мысли. — Она стряхнула невидимые пылинки с мантии и выпрямила плечи. — Теперь позвольте мне… — ХОГВАРТС! — Глубокий голос эхом пронёсся по залу. — ОТДАЙТЕ МНЕ ГАРРИ ПОТТЕРА! — В зале воцарилась тишина, когда каждый взгляд устремился к Гарри. — Я ДАМ ВАМ ЧАС. ОТПРАВЬТЕ ЕГО КО МНЕ НА ПОЛЕ ДЛЯ КВИДДИЧА, И БОЛЬШЕ НИКТО НЕ УМРЁТ. Из задней части зала крикнул женский голос: — Не слушай его, Гарри! Это подняло громкий ропот, пока, наконец, МакГонагалл не потеряла терпение окончательно. Она наложила Сонорус и встала. — Старосты! Отведите всех несовершеннолетних студентов в гостиные Слизерина и Пуффендуя! Они наиболее защищены от атак. Когтевран со Слизерином, Гриффиндор с Пуффендуем! Сейчас же! Некоторые студенты заворчали, и некоторых пришлось буквально увести из Большого зала, но в конечном итоге длинные очереди студентов ушли в, как все надеялись, безопасное место. Старшие ученики стояли рядом, держа палочки наготове, глядя на странных людей и домовых эльфов, стоявших небольшими группами. Затем в большое окно за столом персонала ворвался яркий свет — это были два отчётливых круглых огонька, которые парили в воздухе. Палочки тут же взметнулись к окну, пока не раздался сигнал гудка. — Машина отца? — Рон Уизли пробился сквозь толпу, пока не встал рядом с МакГонагалл. — Это машина отца! Гидеон Пруэтт рассмеялся, хлопнув близнеца по плечу. — Всегда любил маленького Арти. Должны ли мы его впустить? — Давайте. — Фабиан указал своей палочкой на окно, и к нему вскоре присоединился его близнец, и вскоре два заклинания ударили в окно, проделав в нём большую дыру. Форд Англия влетел в неё, слегка покружил, а затем жёстко приземлился на пол Большого зала, разломав стол Пуффендуя в щепки. Открылась пассажирская дверь, и вышла Молли Уизли, за ней вскоре последовали Фред Уизли и Анджелина Джонсон. С другой стороны вышли Джордж Уизли и Кэти Белл, после чего Билл и Артур Уизли вышли из боковой двери водителя. — Папа? — Рон побежал вперёд к отцу. — Папа? Это и правда ты? — Это я, Ронни. Рон в порыве обнял отца. — Папа… но…но ты… Артур рассмеялся, похлопав сына по спине. — Я, возможно, и мёртв, Рон, но это не значит, что я не могу помочь. Где твоя сестра? Когда Джинни присоединилась к своему отцу, Гарри оказался между близнецами Уизли и близнецами Пруэтт; хотя цвет волос немного отличался, было очевидно, в кого пошли близнецы Уизли. Он быстро покачал головой, отгоняя от себя ненужные мысли. — Рад, что ты здесь, но Волан-Де-Морт где-то снаружи. Он хочет, чтобы через час я был на поле. — Не будь идиотом, Гарри… — Фред покачал головой. — …Это ловушка. — Джордж согласно кивнул. — Очевидная ловушка… — согласился Фабиан. — …Довольно жалкая. — Гидеон закатил глаза. — Как будто… — …ты бы сделал что-то настолько глупое. — Фред злобно улыбнулся. — Мы взяли кое-что из магазина, чтобы помочь. Оно лежит в багажнике. Краем глаза Гарри увидел, как Гермиона мчится в его сторону и мысленно готовился к одному из удушающе крепких объятий Гермионы, но так и не получил их; вместо этого она подбежала к Чарли Уизли и бросилась в его объятья. Пока Гарри думал о крупных изменениях, он почувствовал руку на плече и повернулся, чтобы увидеть своего отца с очень серьёзным выражением лица. — Пап? — Гарри, ты не можешь выйти на поле. Я знаю, что ты думаешь об этом, что сможешь уберечь стольких людей от боли и страданий, если выполнишь его условие, верно? Не лги мне, сынок. Гарри попытался возразить, однако тут же замолчал. Его отец был прав. Он и сам задумался об этом, пускай близнецы высказали подозрения касательно ловушки. Если бы Гарри столкнулся с ним в одиночку, он мог бы обезопасить окружающих, он мог бы уберечь Дору и, что более важно, он бы дал шанс своему будущему ребёнку родиться в безопасном мире. Мысли крутились в его голове, когда Гарри оглядел всех в Большом зале; они готовились к войне. Это было очевидно по решительным взглядам, все знали, что всё решится сегодня, этой ночью, и каждый готовился по-своему. Близнецы Уизли и Пруэтт сохраняли шутливый настрой, но их лица были непривычно серьёзными. Остальные Уизли собрались вокруг Артура с мрачными лицами. Оливер и Дафна стояли рядом с её отцом и шотландцем в килте, отрабатывая заклинания, которые демонстрировал Эдмунд Гринграсс. Римский центурион передал Колину Криви, которого здесь явно быть не должно, маленький нож. МакГонагалл давила на Билла Уизли, по поводу, вероятно, оберегов, а другие профессора слушали Флитвика, пока тот снимал свою преподавательскую мантию, чтобы надеть жилет из драконьей кожи. Затем Гарри оглядел зал, чтобы найти свою жену. Её нигде не было, поэтому он отошёл в сторону и вгляделся в группу пуффендуйцев, а затем, когда перевёл взгляд на стол Гриффиндора, у него перехватило дыхание. За столом, по другую сторону от его тёщи, разговаривала с Дорой, прижавшись лбом к её кудрявым чёрным волосам, женщина, которую он не помнил, но знал как свои пять пальцев. Его мать. Все мысли Волан-Де-Морте, все мысли о предстоящей битве, все мысли обо всём остальном ушли на задний план, и Гарри обнаружил себя медленно идущим в их сторону. Он хотел подбежать к ней и обнять, но вместо этого вперился взглядом в свою мать, старался запомнить каждую деталь, выгравировать её в своей памяти мать. Гарри смотрел, как его мать сидит за столом Дорой, держит её за руку и разговаривает с ней, их головы так близко, и на лице играет безмятежное выражение. Она была так молода, не намного старше Доры, рыжие волосы были яркими на фоне простых чёрных кудрей. А потом Гарри остановился перед ними, не в силах произнести ни слова. — Гарри. — Лили посмотрела на него, её глаза засияли. Она протянула ему руку. — О Гарри. Он попытался что-то сказать, но изо рта не вышло ни звука; вместо этого он взял её за руку, упал на колени и обнял её. — Ш-ш-ш… — Лили гладила его по волосам, прижимая ближе к себе. — Мой мальчик, мой храбрый мальчик. Ты через многое прошёл, тебе не нужно было этого делать, но помни, что ты не один. У тебя есть семья. — Мам… — слова вышли слишком невнятными, Гарри чувствовал, как вздымается его грудь. — Мама… — Всё хорошо, Гарри. Я пока здесь. Мы с твоей женой говорили о вашей свадьбе. Ваша свадьба была такой чудесной. Ты помнишь её, да, милый? Гарри не смог удержаться от булькающего смешка. — Конечно, мам. — Хорошо. — Она заставила его посмотреть на себя, нежно приподняв подбородок пальцами. — Помни все свои клятвы, Гарри. Помни о гоблинах, но главное, помни, что у тебя есть то, чего у Волан-Де-Морта никогда не будет. У тебя есть семья, которая тебя любит. Посмотри вокруг, Гарри. Он сдвинулся и повернулся, чтобы увидеть людей, собравшихся в Большом зале. — Я вижу их, мам. — Они все здесь, потому что заботятся о тебе. У тебя с Дорой будет своя семья, но для её создания требуется больше, чем родственная кровь. Ты не можешь создать семью, руководствуясь страхом. Он никогда этого не поймёт. Такова сила, которую он никогда не узнает, — любовь семьи. Используй её, Гарри. Помни о ней. — Кипси? — Дора отвернулась от Гарри и Лили. — Кипси? Маленькая домовушка выскользнула из-под стола и выскочила под локтем Доры. — Госпожа звала Кипси? — Можешь передать Эффи сообщение о происходящем? Кипси кивнула. — Я пошлю Софи. Софи? — С маленьким хлопком появилась ещё один маленький домовик. — Софи, иди к гоблину Эффи и скажи ей, что нам нужна защита гоблинов. Обещание магии. Поблагодарив Кипси, Дора повернулась обратно к Гарри и Лили, к которым теперь присоединился Джеймс. Она наблюдала, как они вдвоём сели рядом с ним, и машинально положила руку на живот. Ей было всё равно, придётся ли ей использовать каждое непростительное заклятие по несколько раз, потому что она не позволит своему ребёнку расти без отца. Более того, она не собиралась терять мужа.***
В личных покоях Эффи в Гринготтсе только что была откупорена вторая бутылка вина. Когда она наливала вино своим гостям, Эффи чувствовала себя вполне довольной тем, как всё изменилось; если бы кто-то сказал ей, что она будет развлекать посла-оборотня в Соединённых Штатах и представителя МКВМ из Соединённых Штатов год или около того назад, она бы задалась вопросом, сколько грога она выпила. Но всё изменилось. Для нации гоблинов всё резко изменилось; к сожалению, волшебное правительство было разрушено и собиралось с нуля, чего никто бы не пожелал даже своему самому злейшему врагу, но судьба распорядилась по своему усмотрению. — Спасибо, Эффи. — Римус Люпин сел и ослабил галстук. Он знал, что галстук не совсем подходящий атрибут для непринуждённого распития вина, но он хотел выглядеть хорошо для Грейс. Они уже встречались раньше, но это было официальное мероприятие в Калифорнии, и ему пришлось надеть формальный костюм. Он пытался свести к минимуму свою нервозность из-за посиделки с Эффи, надев один из своих любимых кардиганов, только не забыл наложить заклинание на порванный рукав, как только Грейс прибыла в его дом. Он украл взгляд на Грейс и поразился тому, как чудесно она выглядела; на ней была простая чёрная юбка и синяя рубашка и множество браслетов и ожерелий, а тёмные волосы распущены по плечам. — Какое чудесное вино. — Грейс улыбнулась, когда Эффи подала ей полный бокал. — Я только надеюсь, что мы не опустошим ваш запас. Вы, должно быть, думаете, что мы большие любители выпить. — О нет, вы должны видеть, как пьют гоблины, — Эффи рассмеялась. — Вот это серьёзное пьянство. — Кто-то сказал моё имя? — Из угла комнаты раздался голос. Эффи быстро опустила бутылку вина на пол и в мгновение ока выхватила тонкое серебряное лезвие. Грейс сжала палочку в руке, направив её в угол, только Римус не двигался. В конце концов, он шумно сглотнул. — Сириус? — Угадал, герцог Люпин. — Сириус вышел вперёд с широкой улыбкой на лице, он вытянул руки перед собой, чтобы показать им, что он безоружен. — Привет, ты же Эффи, да? Ты проделала потрясающую работу для Гарри. И Виглз Грейс, верно? Молодчина, Римус, держу пари, что она очень красиво двигается. Эффи угрожающе наставила на Сириуса тонкое лезвие. — Кто вы и как сюда попали? — Ну… — тот ухмыльнулся. — Я думаю, что я и сам не понимаю, как тут оказался, но Сириус Орион Блэк к вашим услугам. Однако вы не задали главный вопрос. — Он сделал паузу. — Ладно, есть два важных вопроса, но на один я могу ответить сейчас. Я мертвее, чем ряд голов домашних эльфов, а не призрак, так что это многое объясняет. Что касается почему, я полагаю, что вы узнаете это прямо… сейчас. С хлопком в покоях Эффи появился маленький домовик, за которым почти мгновенно последовали все сигналы тревоги в Гринготтсе. Римус проигнорировал тревогу и домового эльфа и уставился на Сириуса. — Если это действительно ты, Бродяга, что случилось с тобой и Марлин МакКиннон в Портсмуте? Лицо Сириуса помрачнело. — Лунатик, из всех вещей, которые ты мог бы спросить меня, ты спрашиваешь это? Удар ниже пояса, приятель. Римус постучал палочкой по бедру. — Ответь на вопрос. С большой неохотой Сириус протянул: — Грюм застукал нас, потому что я забыл установить обереги. Ну, доволен? Забили, ты, я, изящная девчонка и нация гоблинов отправляемся в Хогвартс, не так ли, маленький домовой эльф?***
В Большом зале стоял тихий ропот разговоров, напряжение переполняло людей, когда они смотрели на часы или произносили заклинание темпуса. Время неумолимо приближалось. Скоро пробьёт полночь, и Волан-Де-Морт ринется в атаку. Все это знали, но никто не мог сказать этого вслух. Взгляды обратились к Гарри и его семье, к Лили, Джеймсу и Андромеде рядом с Гарри и Дорой; все они почти молчали. А потом раздался большой хлопок и появились новые прибывшие с домовым эльфом, которого Кипси отправила в Гринготтс. Гарри спокойно принял, что прибывшими оказались Римус, Виглз Грейс и Эффи, но вот последний человек заставил его широко улыбнуться. — Сириус! — Гарри! — Сириус, смеясь, двинулся вперёд, встретив Гарри на полпути к столу, и почувствовал, как его крестник крепко обнимает его. — Чёрт, малыш, ты так вырос! — Это всё магия Поттеров, — Гарри покачал головой. — До сих пор не понимаю, как она работает. — Сириус Орион Блэк! — Дерьмо. — Сириус вжал голову в плечи и наклонился ближе к Гарри. — Лили здесь, не так ли? — Ага. — Чёрт возьми. Она ещё не пришла в бешенство от нашего с Сохатым контракта? — Нет, но сейчас самое подходящее время для этого. — Лили встала рядом с ними двумя, уперев руки в бока. — Сириус, как ты мог? Она подошла и схватила Сириуса за ухо и подтащила его к своему мужу, который смеялся над этой сценой. К тому времени, как Лили подвела Сириуса к Джеймсу, выражение его лица изменилось. — О мать твою. — Вы двое! — Лили отпустила ухо Сириуса и погрозила пальцем двум мародёрам. — Если бы я знала о контракте, я бы… — Мам? — Гарри положил руку на руку своей матери. — Всё в порядке, правда. Если бы не контракт, у меня не было бы Доры. Это… — Ты ублюдок, Сириус. — Дора встала рядом с мужем, укоризненно глядя на Сириуса. — Настоящий ублюдок. Но Гарри прав. Он прав, Лили. — Она повернулась, чтобы посмотреть на неё. — Я, чёрт подери, уверена, что не хотела бы, чтобы это произошло таким образом, но но случилось так, и даже при том, что мы прошли через многое дерьмо, да, прошу прощения за выражение, даже при том, что мы прошли через всё, я бы не хотела ничего менять. — Она положила руку на живот. — Теперь мы вместе, и я не думаю, что контракт имеет какое-то значение. Я не была в восторге, особенно от всего этого дерьма с леди Блэк, Сириус, но будь я проклята, если назову этого ребёнка в твою честь, если это будет мальчик. Я мечтаю о девочках, так что… — Она высунула язык и издала свистящий звук: — Пф-ф-фт. — Красноречива как всегда, Нимфадора. — Сириус поднял бровь. — Девочки, да? Уверена? — Всё, успокоились. — Джеймс отмахнулся от Сириуса. — Что происходит? — О, да, о важном дерьме. — Сириус указал на разговаривающих МакГонагалл и Эффи. — Я думаю, что они… о, хорошо, она там с Римусом. Никогда не думал, что он выловит такую горячую девушку даже через миллион лет… — Сириус? - Лили многозначительно посмотрела на него. — Да, да, я понял. Ну, я считаю, что они ведут дискуссию о том, как провести воинов нации гоблинов через защитные обереги Хогвартса. — Он подмигнул и кивнул на Гарри. — Твоя идея назвать нацию гоблинов защитниками была блестящей. Они будто хотели попросить уделить им минутку, когда МакГонагалл и Эффи пошли к компании, и Билл Уизли рядом с ними, все с мрачными лицами. МакГонагалл было открыла рот, но замолчала, увидев Сириуса. Тот махнул ей рукой. — Не заставляйте меня повторять всё ещё раз, тётя Минни. МакГонагалл фыркнула и поджала губы. — Я вижу, что смерть не улучшила ваши манеры, мистер Блэк. — После она обратилась к Гарри. — Час почти истёк. Эффи сообщила мне, что нация гоблинов готова и предоставит нам воинов, но у нас есть проблема. Единственный способ впустить их на территорию — отключить обереги. В этот момент Билл шагнул вперёд. — Если бы у нас было достаточно времени, мы могли бы точно определить, где мы могли бы отключить защиту, чтобы впустить гоблинов, но оставить остальные обереги, но это требует времени, которого у нас нет. Если мы отключим их, чтобы впустить гоблинов, пройдёт некоторое время, прежде чем мы сможем вернуть их, и очевидно, если у Тёмного Придурка есть разрушители оберегов, защита будет снята. Готов поспорить на что угодно, что они у него точно есть. Если нет, то мы могли бы вернуть осадное преимущество. Гарри посмотрел на Джеймса, который торжественно кивнул. Он повернулся к Биллу. — Если мы отключим защиту, как быстро можно вернуть её назад? Билл задумчиво почесал голову. — Я не знаю, я имею в виду, если бы мы действовали по инструкции, то ушло бы сорок пять минут. Быстрый и небрежный способ вряд ли будет приятным, но где-то полчаса, наверное? — Тридцать минут. — Гарри посмотрел на всех. — Нам придется задержать их тридцать минут. Мы сможем это сделать? — Гарри? — Билл посмотрел на часы. — Если мы не сделаем этого в ближайшее время, он сломает обереги. Невозможно поставить их без целой команды разрушителей и новых рунных камней. Гарри посмотрел на часы и кивнул. — Хорошо, передайте сообщение. Защита упадёт в полночь. Отправьте сообщение гоблинам и подготовьте всех. Мы впустим Волан-Де-Морта в Хогвартс. — Да поможет нам Мерлин. — Минерва покачала головой. — Он там, — сказала Луна Лавгуд рядом с Джеймсом, улыбаясь. Её появление, кажется, поразило всех, потому что никто не подозревал, что она стоит рядом. — Здравствуйте, мистер Поттер, как ваши дела? — Я мертвее мёртвого, Луна, спасибо. Что ты имела в виду, что Мерлин здесь? Луна указала на скамью, где сидел очень старый, низкорослый волшебник с жидкой бородкой и в старомодной мантии, разговаривающий с Хагридом. — Он очень далёкий предок Хагрида. Я думаю, это очень иронично, так как Хагриду не разрешают использовать магию, а его предком является Мерлин. Он спросил меня о нарглах, тех маленьких существах, которые я сделала сама. Он сказал, что мы можем зачаровать их, чтобы они нам помогли, но я думаю, что вы должны спросить его об оберегах. Он, вероятно, сможет помочь вернуть их. МакГонагалл тупо уставилась на Луну, прежде чем проговорить: — Это… спасибо, мисс Лавгуд. — Рада помочь, профессор. — Она подняла палочку, и один из её нарглов приземлился на кончик. — Вот, мы сейчас же пойдём и поговорим с Мерлином. Когда Луна ушла, Гарри взял Дору за руку. — Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. — Ага, как же, — фыркнула его жена. — Как будто я допущу, чтобы ты рисковал своей задницей. Сириус вытащил палочку, и вскоре большие, светящиеся числа повисли в воздухе посреди Большого зала, отсчитывая минуты до полуночи.
