42

Неожиданный звонок в дверь приносит с собой Феликса, какие-то пакеты в его руках и осенний ветер, запутавшийся в блондинистых локонах с отросшими корнями. — Ликс? — удивляется Чанбин, пропуская своего парня в квартиру. — Почему не предупредил? — Помешал? — Феликс ставит пакеты, снимает верхнюю одежду и слегка растерянно приостанавливается, не зная, куда деть руки. — Никогда, — делает два уверенных шага Со и увлекает в пьянящий поцелуй. Чанбин такой домашний в своей мятой футболке и с растрепанными волосами, куда Ликс немедленно запускает пальцы. Его объятия — теплое рассветное одеяло, что согревает гораздо лучше сброшенной куртки. Теплые губы со вкусом кофе и шоколадных сигарет дарят молчаливое обещание убежища, где нет места реальности: там лишь разноцветные нотные реки, пушистые туманные котята, уютные худи и крепкие руки, удерживающие над пропастью. Феликс отрывается от Чанбина, машинально облизывая припухшие губы, утыкается лицом в его шею и тихонько смеется. Он вообще стал часто смеяться после того памятного вечера. Искренне, чуть сильнее прищуривая правый глаз, слегка приподнимая плечи, словно сам удивляется своим порывам. А Чанбин бережно складывает каждый смешок в опаловую шкатулку памяти и сверкает в ответ влюбленными улыбками. — Ликси, — мягким полушепотом зовет Чанбин, — я готов простоять с тобой так хоть целую вечность, но я сейчас лопну от любопытства. Что в тех пакетах, которыми ты так победно тряс? — Ой, — Феликс отлипает от парня и снова чуть смущенно смеется, — точно. Я тут гулял по ТЦ и совершенно случайно накупил Ёнбоку кучу игрушек! — Ликс! — с обреченной нежностью в голосе тянет Чанбин. — Ну вот зачем ты тратился? Я бы сам купил ему каждую игрушку, на которую бы ты указал! — Отстань, я хочу побаловать ребенка, — отмахивается от него Феликс и, подхватив пакеты, уверенно направляется в знакомую гостиную, на ходу зовя котенка. Полосатое чудо с радостно задранным хвостом пулей вылетает из кухни и несется на знакомый голос, зная, что сейчас его либо покормят, либо погладят. Заинтригованный Чанбин заходит следом. А Феликс уже вываливает все добро на диван и слегка отходит, позволяя Ёнбоку для начала все обнюхать. Которебенок подходит к делу с особой тщательностью, а небольшой голубой мячик даже трогает лапкой, от чего тот скатывается с дивана. Ёнбок, возмущенный таким поведением до глубины своей пушистой души, скатывается следом, намереваясь догнать добычу. — Иди сюда, котомама, — зовет Чанбина Ликс, с улыбкой наблюдая за котенком. — Рассказывать буду. — Котомама? — приподнимает бровь парень. — Может, все-таки, папа? — А котичка тебе «молочный шаг» делает? — Чего?! — явно охреневает Со от незнакомой лексики и машинально приобнимает Ликса за талию. — Ну, когда они такой типа массаж лапками делают и урчат. — А, ну да. — Значит ты — мамочка, — радостно скалится Ликс. Чанбину хочется выдать грязную шуточку про то, в какой ситуации он уж точно папочка, но Феликс со своими искорками в глазах и мыслями о кошках выглядит таким невинным, что переключать атмосферу совсем не хочется. — Ладно, — говорит вместо этого парень, — показывай, что ты там приобрел. Ликс первым делом достает из разноцветной кучи две удочки-дразнилки. У одной на конце какие-то коричневые и бежевые ленточки, у другой — зеленая черепашка. — А зачем две? — Для разнообразия, конечно, — парень непонимающе смотрит своими большими глазами, и Чанбин почему-то чувствует себя дураком. Влюбленным дураком. — Одно и то же приедается. — А я ему покупал похожую, только с перьями. Вот только он их жрать пытался, поэтому я убрал от греха подальше. — Тогда вообще выброси, — серьезно кивает Ликс. — Смотри, играй с дитем этими удочками хотя бы минут по десять-пятнадцать в день и храни их там, где он не достанет сам. А вообще, лучше заведи специальную коробку для игрушек. — Зачем? — снова поражается Со. — Что именно? Хранить в недоступном месте нужно, чтобы эта мелочь пузатая, начав играть самостоятельно, случайно не запуталась в веревке и не нанесла себе травм. Он же маленький и дурной, — Феликс так серьезно и методично поясняет Бину все тонкости обращения с котом, что у парня создается ощущение, будто это не простой кот, а, как минимум, человеческий ребенок. Возможно, какой-то важный ребенок. Ребенок-индиго, к примеру. И по обращению с этим ребенком у него после будут принимать экзамен. — А коробку отдельную для игрушек лучше завести, чтобы выработать у него условный рефлекс. Когда он будет хотеть играть, то будет вести тебя к этой коробке. Это же просто для удобства коммуникации, как минимум. Видимо, экзамен у Со принимать все-таки будут. — Так, дальше, — как ни в чем не бывало, продолжает Ликс, совершенно не замечая состояния Чанбина. Или, просто-напросто, игнорируя его. — Ну, мячик, ты и сам видишь, он уже с ним играет. Время от времени тоже жамкай этот мячик у него на глазах, чтобы Ёнбоки видел твою вовлеченность. И вообще, со всеми игрушками так поступай: на них будет твой запах, а котикам это нравится. Ликс откладывает удочки в сторону и достает игрушку в виде искусно выполненной скумбрии. Парень делает какие-то практически незаметные глазу движения пальцами, и плюшевая рыбка начинает вертеть хвостом. — Ёнбоки-и, — ласково зовет он. Котенок, что уже давно поймал мячик и теперь просто лежал рядом с ним, лениво поворачивается на голос. — Глянь, что у меня для тебя есть! Парень кидает ему рыбку, и маленький звереныш с энтузиазмом принимается ее кусать и драть задними лапками. — Ну что за чудо, я не могу с него, — тихонько пищит Ликс и снова разворачивается к дивану. Следующим он извлекает какую-то странную конструкцию из пластика («Это трек», — важно поясняет он, хотя Чанбину это все равно ни о чем не говорит) с тремя плоскими дисками и катающимися шариками между этими дисками. — Вот это поставь куда-нибудь на пол, он будет играть с ними самостоятельно, — комментирует Ликс. Следом идет какая-то интерактивная кормушка «для вечно голодного ребеночка» в виде небольшого тубуса, размером с пол-литровую бутылку, с маленькой дырочкой. — Так как у нашего котичка компульсивное переедание, то эта маленькая штучка будет для него и игрой, и тренировкой, и обучением пищевой дисциплине. И вообще штука полезная. Следом идут еще несколько игрушек в виде мышек, угловая чесалка на стену и даже круглый меховой домик-лежанка с кошачьими ушками. У Чанбина только глаза на лоб лезут при виде всего этого добра. — Ликс, — сдавленно хрипит он после предъявления ему лежанки, — ты сколько на все это бабок угрохал? — Ну-у-у, — смущенно мнется Феликс и применяет запрещенный прием: обхватывает Чанбина двумя руками за талию, беззащитно к нему прижимается и заглядывает в глаза. — Если тебя это успокоит, ты потратишься еще больше. Парень от неожиданности давится слюной и шокировано пялится на этого ангелочка. — Ну а что, — начинает тараторить Феликс, пока его не послали с такими заявлениями, — во-первых, когтеточку ты ему купил, уж прости, дрянную. Пока норм, но она слишком маленькая для взрослого кота, поэтому нужно будет в любом случае подбирать по размеру. Во-вторых, коту нужно организовать пространство на нескольких уровнях, поэтому еще нужна будет башня. Вместе пойдем выбирать, там знаешь сколько интересных игровых комплексов! А еще можно купить туннель-лабиринт и беговое колесо! И.. И... У парня кончается кислород и, пока он делает большой вдох, чтобы продолжить явно бесконечный список из «ну очень уж нужных» кошачьих прибамбасов, Чанбин спешит вставить хотя бы пару слов: — Ликс, тратить столько денег на простого кота… По Феликсу видно, что он хочет немедленно взорваться возмущенной триадой, но, тем не менее, берет себя в руки, задумчиво смотрит на люстру, потом переводит взгляд да Чанбина и выдает: — Ну сэкономишь на наших свиданках. — А ты так уверен, что я буду тратиться на наши свиданки? — вкрадчиво интересуется Со, ехидно приподнимая бровь. — Да. Тишину хоть ножницами режь. До Ликса доходит двусмысленность ответа, и он спешит объяснить, улыбаясь чуть виновато: — Не потому, что я так хочу, мне вообще дома посидеть милее, чем в каком-нибудь кино или кафешке, а потому что ты сам такой человек, — и смотрит красноречиво, намекая на недавно подаренный Чанбином чехол для телефона. Подаренный без повода, просто потому что ему так захотелось. Со делает медленный вдох-выдох и обреченно прикрывает глаза. — Ликс, ты помешанный, ты в курсе? — Ага, — смеется парень и прижимается крепче. — А теперь давай вместе поиграем с Ёнбоком? Ну вот и как ему отказать? Да и желания нет особого. Чанбин дарит ему молчаливую улыбку и садится на пол, скрестив ноги. Феликс тут же умащивается у него на коленях спиной к Бину и расстегивает кофту. — Тебе не холодно? — удивляется Со. В квартире достаточно комфортная температура, но он же знает, какой его парень мерзляк. — Не-а, с тобой тепло, — в голосе слышится улыбка. Чанбин нежно целует Ликса в затылок и прижимается щекой к щеке. Феликс тем временем вкладывает в правую руку Со удочку-дразнилку, кладет поверх свою и зовет кота. Ёнбок отвлекается от своей рыбки, оценивающе смотрит на людишек перед собой и припадает на передние лапки, готовый к новой охоте. Маленькая ладошка Феликса уверенно направляет расслабленную руку Чанбина. Этот кошачий маньяк то и дело радостно смеется, и Бин улыбается вместе с ним. Не может не улыбаться, когда его возлюбленный так искрится счастьем, а которебенок забавно прыгает за маленькой черепашкой на веревочке. Чанбин левой рукой прижимает Феликса к себе, касается губами его плеча в невесомом поцелуе, прижимается виском к его голове и умиротворенно прикрывает глаза. Знакомая до каждой пылинки квартира едва ли не впервые ощущается домом, где хочется остановить мгновенье.