Детки из клетки

— Папа, а где мы будем жить? — спросил Кевин, когда они подъезжали к Анкориджу. — Купим дом или квартиру, — предположил Брок. — Всё будет зависеть от того, как далеко школа и ходит ли до нас оттуда автобус. Но сначала опять мотель. Конспиративных квартир в Анкоридже у Гидры не было. И не потому, что Аляску считали бесперспективным штатом, скорее, наоборот. Но уж лучше иметь целых две базы в лесах, чем размениваться на крохотную жилплощадь в не самом крупном городке. — А сами бы вы где хотели жить, малышня? Они переглянулись и пожали плечами. — Мы не малышня, — наставительно сказал Рэй. — И мы не жили как гражданские. Откуда нам знать, где лучше? — Я не про лучше спрашиваю, а про то, как бы вам хотелось, — терпеливо принялся объяснять Брок, не отрывая взгляда от дороги. — Жить в квартире? Или в доме? Вы же смотрели и фильмы, и мультики в бешеном количестве, так что можете представить отличие одного от другого. — Дом, — уверенно сказал Кевин. — Я хочу дом. Чтобы двор, и чердак, и подвал, и всё такое… Рэй ответил не сразу. Он посмотрел на Кевина, на Брока, снова на Кевина. — Квартира безопаснее, там соседи, — сказал он. — Но дом можно надёжнее защитить. — Насчёт безопасности не факт, кстати, — заметил Брок. — Вот смотри, дом стоит на твоей земле, там хоть волчьих ям нарой по периметру. А всех соседей ты не проверишь и не проконтролируешь. Но зато кафешки рядом и до магазина не придется ехать двадцать минут. И в квартиру собаку не купить. Места для неё мало. — Собаку? — подался к нему Рэй, просунулся между сиденьями. — Можно будет купить собаку?! — Как только обустроимся, — пожал плечами тот и потрепал мальчишку по голове. — Но тогда никаких ловушек на территории двора, сами понимаете. А собака в частном доме лучше любого сторожа. — Но мы знаем, как обмануть, приручить или напугать любую собаку, — сказал Кевин. — И наши тренеры знали. И ты тоже точно знаешь. Так что я хочу кота. Большого и пушистого. Он будет говорить мне «мяу» и мурлыкать. — Мы знаем, а вот местная шушера вряд ли, — заверил его Брок. — Но против кота ничего не имею, при условии, что ты его воспитание возьмёшь на себя, Кев. Кормить, поить, убирать. — И дрессировать, — кивнул Кевин. — А Рэй будет дрессировать собаку. Рэй, ты какую хочешь собаку? — Надо посмотреть, какие тут бывают, — ответил тот. — Это же Аляска. — Ну и что? — не понял Кевин. К мотелю они подъехали, когда солнце наполовину скрылось за горизонтом. Мальчишки громко спорили над возможными кличками ещё не купленных животных, а Брок просто радовался тому, что эту ночь проведет на кровати. На любой кровати! Мальчики к вечеру тоже очень устали. И соскучились по воде. — Там будет ванна? — спросил Рэй. — Бегите и проверяйте, — разрешил Брок, чуть ли не с головой нырнув в багажник. — Мы в тридцать пятом номере. Все вещи Брок тащить из машины не стал, парковка охранялась, а насчёт дома могло получиться договориться за пару дней. Ещё до «Озарения» Брок прощупывал почву на предмет слинять из страны так, чтобы Гидра не достала, и узнавал, как на той же Аляске с недвижимостью. Когда он вошёл в номер, мальчишки хихикали в ванной. Шумел душ, сильно пахло детским шампунем. Бросив рюкзак у стены, Брок рухнул в кресло. Всё-таки нелегко далось ему это путешествие. Вена, куда он каждое утро колол сильнодействующее обезболивающие, закрывшись от мальчишек в ванной или отойдя подальше от машины, превратилась в испещренный проколами сизый рубец, как у наркомана со стажем. Страшно смотреть. Но они достигли конечной точки. В Анкоридже будет легче, по крайней мере, Брок на это надеялся. Осталось разобраться с домом, предупредить мелких и на сутки-двое закрыться в комнате, чтобы их не пугать своим видом и криками. Они высунулись из ванной, мокрые, уже изрядно обросшие, закутавшись в крохотные мотельные полотенца. Разумеется, во что переодеться, мальчишки не взяли. Брок бросил на них косой взгляд и похолодел. Сел ровнее, разглядывая совсем детские ещё лица, потом и вовсе привстал с кресла. — Замрите! — велел он, стоило мальчикам натянуть на себя пижамы и усесться на кровать. Теперь он наконец-таки понял, кого Рэй с Кевином ему напоминали. Они застыли, настороженно глядя на него из-под отросших чёлок, тёмно-каштановой и блондинистой. «За что же меня так жизнь не любит-то, а?» — мысленно завопил Брок, а внешне только нахмурился и выдал сухое: — Укладывайтесь спать. После чего вышел из номера. Брока судьба не очень-то любила, не баловала, но и не лупила со всей силы до этого вот момента. Утаскивая из брошенной лаборатории детей, уматывая с ними на другой конец континента, Брок и не думал, что тащит Роджерса с Барнсом с собой. — Ёбаная жизнь, — вздохнул Брок и решил сегодня напиться. Когда он вернулся в номер, уставшие дети уже спали, но едва хлопнула дверь, они подскочили на кровати, моргая, как совята. Но Брок прошёл мимо прямо в ванную комнату, где заперся, врубил прохладный душ и сполз на пол, обхватив гудящую голову руками. Алкоголь не принёс спасения от сложных вопросов, не подарил ответов, только усугубил ноющую боль во всём теле, делая Брока злее и раздражительнее. Но одного удара в челюсть хватило для того, чтобы понять: пора возвращаться к детям. Они-то не виноваты в том, из кого сделаны. Мальчишки сидели в комнате тихо, не издавая ни звука и, кажется, даже не дыша. Вышел Брок только минут через сорок, основательно отмывшись, почистив зубы и приведя себя в относительно нормальный вид. На часах к тому времени была половина четвёртого утра. — Я не понял. Чего не спим? — нахмурился он, разглядывая жмущихся друг к другу детей. Они молчали, испуганно глядя на него. Не зная, в чём провинились, мальчишки чувствовали, что дело в них. — Отомрите, — уже мягче попросил Брок, приблизился, навис над мальчиками и коснулся их макушек ладонями. Рэя левой, а Кевина правой. — Извините, если напугал. Кевин вдруг всхлипнул и потёр кулаком глаза. Рэй обнял его и смотрел на Брока с укоризной. — У всех бывают плохие дни, — попробовал объяснить Брок, потянул мальчишек на себя, обнял их, прижал крепко. — Вашей вины тут нет. А вот я себя повёл неправильно. Извините меня. Что бы ни произошло, я вас никогда не брошу. Не захочу и не смогу этого сделать. Вы мои дети. И я поклялся. Кевин не удержался и разревелся, громко всхлипывая и некрасиво кривя рот. Рэй продержался секунд двадцать и тоже расплакался. Брок стиснул зубы, ещё крепче прижимая мальчиков к себе. Это же каким козлом нужно быть, чтобы свалить посреди ночи, ничего толком не сказав? Они ведь подумали, что он ушёл совсем, бросил их тут. Ещё и рожу перед тем, как уйти, скорчил, скорее всего, самую зверскую. Мудак старый! Проревевшись, Кевин тихо спросил: — У нас есть еда? Вот тут Брок выматерился по новой. Он отлично помнил, как мальчишки смолотили всё, что было в сумках, а он хотел принять душ и сходить поискать местный круглосуточный маркет, но сбился на собственные страдашки и обо всём забыл. — Нет ничего, малыш, — тихо сказал Брок, снова погладил Кевина по голове. — Сильно есть хотите? — Потерпим до утра, — ответил Рэй, устраиваясь под боком Брока с другой стороны. — У нас были тренировки на голод. — Спать всего ничего осталось, — напомнил Брок, погладил мальчишек по головам. — Давайте ложиться, и утром пойдем поищем, где здесь вкусно кормят. В этот раз вы выбираете, идёт? — По запаху! — в унисон сказали оба, а Рэй добавил: — Ты тоже спи. — И я лягу, — улыбнулся Брок, отстраняясь от мальчишек и напомнил: — Здесь две кровати. — И спи, — кивнул Кевин. Уложив мальчишек, Брок добрёл до своей постели и повалился, как был, в одежде поверх одеяла. Ехать больше было некуда, так что глотать снотворное, чтобы хоть немного набраться сил, без надобности. Брок закрыл глаза. Упрямые мысли не хотели оставлять его в покое, напоминая о том, что с ним в одном номере, на соседней кровати клоны очень близких людей. Хоть с Роджерсом они пробыли в отношениях недолго, но всё равно вспоминать об этом было больно. А Актив или Барнс так же прочно засел где-то в межрёберье и тянул, дробил кости мучительной привязанностью. Но мальчики не виноваты ни в том, что Брок испытывает к их взрослым копиям, ни в том, что вообще появились на свет. Они уже есть, и Брок сделает всё, чтобы о них позаботиться.