Фиолетовые полевые васильки

- Вот она, красавица, - Уилджек осторожно выглядывал из куста, сверху висела Немезида. Позади него на небольшом расстоянии от травы висел отбойник, как верная собака, ждущая приказов хозяина. Однако, как оказалось, даже собака может предать... Перед его глазами невольно все снова и снова вставал десептикон, держащий в своей ладони девочку с напуганным лицом и этими странными глазами. Они были не совсем обычные - в них смешались зелёный и жёлтый, по радужке шли темно-карие крапинки, опоясывая черный зрачок, а по краю светился сине-серый ободок. Но ещё в этих человеческих глазах поселилась яростная упрямость и уверенность, какую Уилджек раньше замечал только в своих зрительных сенсорах. Слева полыхал закат. Огромное красное солнце медленно падало за горизонт, его последние упрямые лучи насквозь пробивали розоватые облака и освещали огненно-рыжее небо. Рыжий незаметно переходил в сиреневый, потом становился глубоким индиго, перетекавшим в насыщенный фиолетовый уже на противоположной от заката стороне. Как раз на этом фиолетовом и загорались первые робкие звёзды, ласково мигающие, будто только пытающиеся проснуться от долгого сна. Уилджек моргнул - за горизонт, махнув белым хвостом, упала звезда. Алиса тоже любит смотреть на падающие звёзды... Затрещали сверчки и цикады. Где-то засвистел соловей. Робот вздохнул - ему не хотелось нарушать этот ласковый земной покой, так внезапно открывшийся ему, громадному чужому роботу-воину. Суровому мстителю и азартному шутнику. Он пролез через кусты к кораблю и сел за руль. Отбойник бесшумно поднялся в воздух и аккуратно полетел к Немезиде, вспугнув стайку дроздов и колыхнув высокую тонкую траву. Немезида, исполинская, чарующая и вместе с тем приводящая в ужас, медленно приближалась. Вместе с ней приближались мириады крохотных синих и зелёных точек, так внимательно рассматриваемых одной земной девочкой... Уилджек мысленно встряхнулся и стал следить за приближающейся громадой. Ещё немного, и он сможет посадить отбойник на крышу корабля, а там уже он повеселится! Робот потер ладони в предвкушении взрывного, в прямом смысле этого слова, веселья. Снизить скорость, включить амортизаторы, мягко повести руль чуть вбок... Скосить взгляд и проверить, нет ли кого-нибудь на верхней палубе, трижды крикнуть про себя "Вперёд, автоботы!" и аккуратно, тихо выдвинуть трап.... Ещё немного, ещё чуть-чуть!!!... - Алиса, я иду!!! Выставить ногу для шага вперед... И почувствовать под ней пустоту... - Что за шлак?!! Повернуть голову вбок, чтобы увидеть, как хвост огромнейшего линкора быстро и плавно входит в громадную фиолетовую воронку космического моста... Он замер в таком положении, в каком был, с поднятой левой ногой, его процессор несколько минут пытался осознать произошедшее. Его взгляд бесцельно застыл на какой-то крупной яркой звезде, не понимая, что смотрит на звезду. Горькое разочарование постепенно наполняло искру. Они ушли. Ушли в последнюю секунду до того, как он спустился на их верхнюю палубу. Ушли, унося с собой то, что Уилджек ценил больше всего на этой прекрасной и яростной планете... Только сейчас он осознал, как дорога ему эта простая земная девочка с непонятным цветом темных глаз и непонятными темно-русыми волосами... Он не помнил, как задвинул трап. Он не вспомнил потом, как улетел из того места под холодный шепоток ветра и звёзд. Он не знал, как и когда он успел долететь до ее дома. Зато он запомнил, как на него смотрели ее родители... - Десептиконы? Автоботы? Но причем тут человек? - Мы доверили тебе свою дочь! - Она пострадает из-за тебя! - Как ты мог допустить это? - Ты - ничто, раз даже не смог защитить одного маленького ребенка!!! - Ей 14... - Да какая разница?! Где теперь наша дочь?! Где нам ее искать?! К кому нам идти?! Кто поверит нам, когда мы скажем про этих твоих десептиконов? - А где наша собака? - Ты ещё и собаку умудрился потерять? Он хмуро вышел из дома с болящей и гудящей головой, не дослушав вопросы родителей. Их вопросы эхом звучали в его процессоре. Укоризненно и упрекающе они напоминали о себе снова и снова. Он шел через поле с гигантским клевером. Мягкие фиолетовые головки с длинными лепестками, из которых можно пить сладкий нектар, одни не упрекали его. Он без сил повалился на землю. Последние события подкосили и без того неустойчивые нервы. Упрёки как барабанные палочки упорно и мерно выстукивали свой равномерный ритм. Он не мог бороться с собственными мыслями. Даже звёзды, как ему казалось, немым укором глядели на него с темных летних небес. Вдруг они как будто затуманились, Уилджек на автомате провел пальцем по оптике, потом посмотрел на него. Во мраке июльской ночи он увидел, что на его зрительных сенсорах выступил соленый желтоватый омыватель. Люди оказались злы. Они не прислушались к его чувствам, видя лишь то, что он не смог сделать. Они не переживали за него. Никто не переживает за него... Кроме... Одной странной земной девочки. Нет! Уилджек резко вскочил, клевер укоризненно закачал головками вслед удаляющемуся огромному роботу с двумя катанами за спиной. Все не может закончиться здесь и сейчас! Он бежал. Бежал так, как ещё никогда не бегал раньше. Ветер свистел в аудиосенсорах, фиолетовые головки упруго хлестали по сервоприводам, он несся к отбойнику. Как он мог так расклеиться? Именно в это время. Именно в это время они может причиняют ей вред. Мысль о том, что девочке могут причинить боль ещё сильнее подхлестнула его. Он с размаху заскочил за руль отбойника. Он буквально вдавил в пол педаль газа. Кораблик стрелой ушел вверх, вызывая перегрузки, он специально пытался растормошить самого себя. В его бледных голубых зрительных сенсорах зажёгся яростный блеск, не суливший ничего хорошего тем десептиконам, что встанут на его пути. Воспрянув духом от одного только вида предрассветного неба с засыпающими звёздами, Уилджек включил автопилот и оглядел кабинку своего небольшого отбойника, внимательным взглядом ища какой-нибудь мощный радар...