POV Monica
Минут через десять раздались шаги и чьи-то громкие возмущения, а после низкий голос мистера Эрроу окликнул Джона.
— Мистер Сильвер? — меня крагорианец решил не замечать… Что ж, ладно…
— О, мистер Эрроу, сэр! — вытирая руки о фартук, протянул киборг. — Что привело в мой скромный камбуз таких важных джентльменов? Знай я заранее, я бы приоделся!
Я закатила глаза, глядя, как Долговязый заправляет свой фартук в штаны вместе с рубахой. Однако, появление нежданных гостей и во мне пробудило интерес. Соскочив с ящика, я подошла к коку, разглядывая пришедших. Некто в возрасте, с мордой собаки и в очень странном скафандре и парень лет 15-16 с серёжкой в левом ухе и шрамом на правой скуле, что с равнодушием и даже брезгливостью разглядывал кухню, а после зацепился глазами за кока.
— Киборг, — едва слышно выдохнул он.
— Позвольте представить, Доктор Доплер, — пробасил Эрроу, указывая на инопланетянина с собачьей мордой. Тот улыбнулся, подходя к Джону ближе и протягивая ему
лапу руку. — Он финансировал наше плаванье.
— Славный у Вас костюмчик, — усмехнулся Долговязый, скользя лазером-глазом по скафандру.
— Благодарю, — замялся доктор, пытаясь прикрыть пузатый костюм
лапами руками — Славный у Вас глаз. Кхм… Этот юноша, — он потянул парня за руку, сам отходя назад. — Джим Хокинс.
Сильвер тут же оказался рядом с шатеном, протягивая ему «руку» с ножами вместо пальцев.
— Джимбо! — воскликнул киборг, будто не замечая своей «ошибки» с рукой. Хокинс скептически осмотрел протез киборга, а после и его самого, вероятно, думая про себя, мол, «ты серьезно?». Долговязый тут же исправился, протягивая уже нормальную ладонь, но и её парень не стремился пожать, хмуро смотря на урсида. — Ай, не смущайся! — протянул он, возвращаясь к работе. — Это всего лишь кухонный комбайн. К этим железкам привыкнуть трудно… Но они порой могут очень пригодиться, — вываливая содержимое медной сковороды в кастрюлю с бульоном, улыбнулся однорукий. — М… И капельку этого, ага… — приправив суп, он снял пробу, а после протянул половник мне, как делал всегда. Я осторожно подула и сделала глоток. Горячий, пряный бульон привычно обжёг язык и горло, согревая внутренности. — Как тебе?
— Как всегда чудно, — пожала плечами я, стараясь сделать голос более низким, «мужским».
Сильвер довольно улыбнулся, разливая суп в две тарелки и протягивая их гостям.
— Ну вот, а теперь попробуйте мой знаменитый суп! — они приняли миски, принюхиваясь. Я хохотнула, глядя на лицо доктора Доплера. Интересно, как с его
морды носа не падают очки?
Доктор несколько секунд вглядывался в мутный, маслянистый бульон, а после несмело стал лакать его, в самом деле, как собака. Я тихо прыснула в кулак, привлекая к себе внимание Джима, что так же, как и Доплер, сжимал тарелку с супом в руках, но, в отличие от компаньона, попробовать не решался. Мы столкнулись взглядами, и я впервые в своей жизни поняла, что такое утонуть в чьих-то глазах.
Нет, серьезно… Глаза у него были красивые — глубокие, серо-голубые и ясные, как небо над Монтрессором, как сам Эфириум. Оторваться было сложно, но объяснять, почему я пялюсь на него, было бы сложней. Впрочем, его это, кажется, не волновало, и он в открытую разглядывал меня со странным интересом, точно я — экспонат в музее.
— М, великолепно! — выдал в итоге доктор, облизываясь. — Остро и сытно.
— Рецепт моей бабушки, — с озорной ухмылкой протянул Долговязый. И только Доплер хотел продолжить есть, как из миски на поверхность супа выплыл глаз. Доктор вскрикнул, смотря на это с неподдельным отвращением и даже страхом. — Можно сказать, что здесь часть моей бабушки, — выдал на это урсид, заливаясь хохотом. Я тоже не смогла сдержать смеха, глядя на лицо учёного, когда киборг выловил пальцами глаз из тарелки и закинул его к себе в рот. — Да я шучу, док! Я страсть как люблю шутить, — вытирая выступившие от смеха слезы, прохрипел Джон и толкнул Хокинса локтем в плечо. — Ну давай, Джим, попробуй!
Хокинс с недоверием посмотрел на суп, проследил взглядом за каплей, что упала с ложки в тарелку, и только он собирался поднести её ко рту, как столовый прибор стал розоветь и превратился в Морфи. Метаморф проглотил всё содержимое ложки, а после, обратившись трубочкой, выпил и весь суп и завалился на дно миски. Джим лишь поражённо хлопал глазами.
— Морф! Ах ты, клякса с желе вместо мозгов! Так вот ты где прячешься! — Морфи в ответ на возмущения Джона лишь довольно рыгнул, а после стал тереться о щёку Джима.
— Хах, что это такое? — посмеиваясь спросил парень. Метаморф превратился в уменьшенную копию шатена, и стал повторять за ним.
— Это Морф, — хмыкнула я, наливая ещё супа в тарелку и ставя её на стол.
— Я подобрал этого непоседу на Протее. Он привязался ко мне — с тех пор мы с ним не расстаёмся, — Сильвер поглаживал Морфи пальцем, пока тот, радостно вереща, тёрся о его щёку. — Так ведь, а, Морфи?
Я протянула Джиму тарелку с супом и уже нормальную, обычную ложку. Парень благодарно кивнул, быстро осушая миску. Что ж… Видимо, не одна я была голодной.
Зазвонили склянки, оповещая всех о том, что «Наследие» готов к отбытию, но для несведущих Эрроу пробасил:
— У нас уже всё готово, — а после обратился уже к Доплеру напрямую. — Хотите посмотреть запуск, доктор?
— Хочу ли? Имеет ли галактическое ядро сверхзвуковые потоки?! — воскликнул он, но замялся, заметив, что никто его не понял. — Конечно хочу!
Они уже собрались подниматься, но Эрроу развернулся, останавливая Джима, на что тот недовольно глянул на него, сводя брови к переносице.
— Мистер Хокинс останется здесь, — хмыкнул крагорианец. — Под Вашу ответственность, мистер Сильвер.
Джон аж супом подавился, хотя, по правде, я тоже была удивлена. Но не так сильно. Разумеется, этого следовало ожидать — он юный парень, часть команды, капитан, скорее всего, назначила бы его юнгой, и в этом не было ничего необычного.
— П-прошу прощения, сэр, но… У меня уже есть юнга! — протянул Сильвер, но Эрроу равнодушно глянул на него, сверкая жёлтыми глазёнками из-под каменных бровей.
— Приказ капитана! Позаботьтесь, чтобы юнгам было, чем заняться.
Джим и Сильвер как один стали причитать, но Эрроу, откровенно говоря, не было до них никакого дела. А потому, удручённо вздохнув, они синхронно опустили головы, потирая переносицу и тяжело вздыхая. Мне же, как и старпому, было немного все равно, я сидела на ящике, доедая спелый фиолетин.
— Значит, — начал Сильвер. — Капитан приставил тебя ко мне?
— Мне-то что? — буркнул парень.
— А-а, куда мне, простому киборгу, спорить с капитаном, — вздохнул Джон. Хокинс потёр подбородок, беря из бочки пурпурный фрукт и перекидывая его из руки в руку.
— Знаешь, эти фиолетины похожи на те, что у нас дома, — протянул парень. — На Монтрессоре. Ты там бывал?
Он потёр фрукт о рубашку, прежде чем откусить. Киборг, не оборачиваясь, улыбнулся.
— Нет. Не буду врать, Джимбо, — ага, как же! Не будет он врать, ну, да… Впрочем, Джиму ведь об этом знать не нужно, так?
— Кстати, на днях я встретил одного старика, — садясь напротив меня, на стол, если это можно было так назвать, хмыкнул Джим. — Так он разыскивал какого-то своего приятеля. Киборга.
— Да ты что? — словно удивился урсид, перебрасываясь со мной слегка встревоженным взглядом.
— Да, — кивнул Хокинс. — Как же звали ту старую саламандру… Ах, да… Бонс… Билли Бонс, — я чуть не подавилась фиолетином, благо, Джим был слишком занят Сильвером, чтобы это заметить. А киборг, совершенно спокойно, выливая кипяток в большой казан, переспросил:
— Бонс? Бонс… — а после помотал головой, слегка улыбаясь. — Хм, что-то не припомню. Может это был другой киборг? В этом порту болтается много киборгов, — хохотнул он, пальцем указывая на свою руку. Я усмехнулась. Ага, конечно, каждый третий, блин! И все, как на подбор, ошиваются с пиратами! Ну, разумеется, ведь…
Сверху раздался голос Эрроу, что раздавал команды, топая своими сапогами так, что песок с досок сыпался. Джон толкнул Джима в спину, заставляя спрыгнуть со стола и бросил на меня смеющийся взгляд.
— Эй, ладно, идите, наработаетесь ещё! — а сам достал масло из шкафчика. — Идите, посмотрите, как будем отчаливать.
Я покорно спрыгнула с ящика, взбегая по лестнице. Мне дважды повторять не надо было.
Когда Джим поднялся на палубу, я уже была на вантах, вглядываясь в бескрайний Эфириум. Мои короткие волосы трепал прохладный космический ветер. Запах свежести щекотал ноздри. Вокруг все шумели, носились, а я смотрела на удаляющийся от нас космопорт, крепко держась за канаты. Ноги стали отрываться от борта, и до моего слуха долетело, как капитан отдала приказ включить искусственную гравитацию. Сине-фиолетовая волна пронеслась над палубой, и все вновь упали на доски. Ну, как, я лишь опустилась назад на канаты, Джим довольно ловко спрыгнул на ноги, а вот Доплеру не так повезло с приземлением, и его скафандр с шумом грохнулся на пол.
Хокинс подошёл ко мне, глядя на вид, что открывался за бортом. Я повернула голову в его сторону, улыбаясь уголком губ.
— Твой первый полёт? — он кивнул, засовывая руки в карманы. — Привыкнешь быстро. К такой красоте сложно не привыкнуть, — хмыкнула я, вновь возвращая взор на пейзаж. Джим забрался ко мне, ловко цепляясь за канат. По нему и не скажешь, что впервые ступил на палубу.
— А ты? Так говоришь, как будто сам матёрый моряк, — усмехнулся Хокинс.
— Можно и так сказать, — я улыбнулась в ответ. Слышать обращения к себе в мужском роде было непривычно, но мои мысли были слишком заняты предстоящим путешествием. Уж слишком волнительным было все это. — Я выросл… Вырос на корабле.
Чуть не ляпнула лишнего. Да уж, над речью стоило потренироваться…
Капитан же продолжала отдавать приказы. Услышав команду «Полный вперёд», я поднялась выше на канатах, крепко хватаясь за них и цепляясь ногами.
— На твоём месте, Джим, я покрепче схватился бы за такелаж. Сейчас будет сильно трясти, — он повторил за мной, крепко хватаясь за тросы. Тут корабль резко дёрнуло вперёд и наша посудина стала набирать ход. Ветер с силой ударил в лицо, рубашка плотно облепила тело от сильного потока. Я засмеялась, чувствуя такую свободу, которую можно ощутить лишь в плаванье, лишь когда запах Эфириума оседает на твоей одежде, а лёгкие наполняются холодным воздухом. Даже голова слегка кружиться, когда ты стоишь, держась за канаты, а вокруг тебя космос. И ты — его часть.
Внезапно к моему смеху присоединился и Джим. Он отпустил одну руку, поддаваясь вперёд и выставляя лицо навстречу ветру Эфириума. На его губах была такая лёгкая и беззаботная улыбка. Хах, надо же, а мне казалось, он лишь хмурится может…
Мимо стали проплывать киты — Окус Галактикус. Джим большими глазами смотрел на них, не в силах оторвать взгляда от широких синих спин, а я усмехнулась, видя эту детскую и неподдельную радость, и, наклонившись к нему поближе, шепнула.
— Не приближайся к их дыхалам. Окатит слизью — вовек не отмоешься. Серьезно, — мы прыснули со смеху, но тут я услышала знакомый рёв кита и голос капитана, а повернув голову, увидела, как один из китов окатил слизью нашего гения Доплера. Мы с Джимом переглянулись и расхохотались, не в силах сдержать смеха.
Когда все веселье кончилось, а скорость и курс корабля выровнялись, мы стали спускаться.
— Так, как говоришь, твоё имя? — спросил Джим, глядя на меня сверху вниз.
— Мон… Морган. Меня зовут Морган.
— Приятно познакомиться, Морган, — улыбнулся Хокинс. Но наш дружеский разговор был внезапно прерван Джоном.
— Джимбо, малыш Морган, — позвал он, и мы обернулись. — Хочу представить вам новых приятелей… — Джим заозирался по сторонам, а я лишь закатила глаза. Знаем мы его шутки, не первый год под его руководством полы драю. — Познакомьтесь, миссис Швабра и мистер Ведро!
Джим поймал брошенные ему швабры, а я словила ведро, что довольно больно впечаталось в грудь. Долговязый хохотал, будто пьяный трактирщик, пока мы с Хокинсом смотрели на него с нескрываемым раздражением.
— Очень приятно, — с сарказмом бросил парень.
— Ага, невмоготу прям, — согласно хмыкнула я, отправляясь набирать воду.
Джим юлозил мокрой шваброй по полу, больше грязь размазывая, чем действительно моя, и всё время что-то недовольное бурчал себе под нос. Я же, зная изначально, что Сильвер подложит мне такую свинью, молча мыла полы.
— В гробу я видал твою швабру, — донеслось до меня, на что я не смогла сдержать усмешки. Однако она тут же исчезла. Громила с четырьмя руками, не помню, как его зовут, одной из своих огроменных конечностей толкнул парня, и тот отшатнулся аж к борту, нехило так впечатавшись спиной.
— Смотри по сторонам, сопляк, — пробасил этот косоглазый урод с красной мордой, на что я закатила глаза. Вот надо им провоцировать всех на конфликт?! Нет бы, плана держаться!
Когда это пугало прошло мимо, больше не сказав ничего, у меня уж от сердца отлегло, но ведь не может же быть всё мирно, так? Остальные пираты, заметив взгляд Джима, которого, видно, хлебом не корми, дай засунуть свой очаровательный вздёрнутый нос куда не следует, хмуро переглянулись.
— Ну, чего вылупился, мерзкий урод?! — протянул Окси — головногий имбецил, сползая с тела — Морона, не менее отвратительного типа.
— Да, мерзкий урод! — повторила туша за головешкой, поправляя штаны. Я закатила глаза, кидая на них неодобрительные взгляды, что несколько поумерило их пыл. Вот ведь… Болваны непроходимые!
Откуда-то сверху послышалось клацанье и шипение, и, подняв голову, я пожалела о том, что сделала это, встречаясь глазами с Скрупом. Да чтоб вас черти драли, вы сговорились что ли?!
Джим тоже вскинул взгляд, замечая крайне неприятного типа у себя над головой.
— Юнгу придется научить не лезть в чужие дела, — прохрипел паукообразный, приближаясь к парню и оттесняя его к мачте до тех пор, пока он не упёрся в нее спиной.
— У тебя есть что прятать, ясноглазый? — я в третий раз закатила глаза, поражаясь тому, насколько Хокинс любит неприятности… Ну, или неприятности его, но не суть!
Мантавор своей клешней схватил Джеймса за ворот рубашки, поднимая над полом и злобно сверкая глазами.
— Может тебе отказали уши? — прошипел Скруп, и даже до меня, стоящей почти в трёх метрах от них, донеслось зловонное дыхание этого членистоного урода. Честно говоря, вся эта ситуация сильно стала бесить меня… В прочем, всё, что связанно со Скрупом меня бесит, так что…
— Да, — фыркнул Джим, морщась и стараясь как можно дальше отвернуться. — Только плохо, что мой нос в порядке!
— Ах ты, маленький, наглый… — он впечатал парня в мачту спиной, да так, что, кажется, у Хокинса позвоночник хрустнул. Пираты загалдели, поддерживая членистоногого имбецила, что, видимо, решил ко всем чертям сорвать наш план. Тихо рыкнув и мысленно ругнувшись в особо циничной и грубой форме, я подошла к ним, угрожающе крутя швабру в руках.
— Слушай, Скруп, — начала я, опираясь на уборочный инвентарь и кладя подбородок на сложенные ладони. — Тебе вот вообще заняться нечем? Или ты решил, что одна из твоих восьми противных лап тебе больше не нужна? — он перевел полный злобы взгляд на меня, Джим же смотрел скорее с непониманием.
— Шёл бы ты работать…
Морган… — прохрипел пришелец, специально выделяя моё имя интонацией. Я тяжело вздохнула и, вскинув швабру, что есть силы ударила паука по шести лапам, на которых он стоял. Разумеется, паукообразное тут же грохнулся, поднимая жуткий шум, а Хокинс съехал по мачте, с глухим стуком приземляясь на пол. Я помогла ему подняться, отворачиваясь на миг от сбитого с ног Скрупа, в чём и была моя ошибка.
Паук быстро поднялся и тут же кинулся на меня, клешней резанув меня по ребрам. Я зашипела от боли, выпуская швабру из рук, — пусть царапина и была неглубокой, но приятного в этом все равно было мало.
— Мерзкая, противная… — начал Скруп, нависая надо мной и вновь замахиваясь своими клешнями, но тут же вдруг прервался. Я открыла глаза, глядя то на побагровевшего от боли и злости членистоногого, то на Джона, своей роботической рукой сжимающего и выворачивающего
руку конечность мантавора.
— Мистер Скруп, — протянул урсид, откусывая кусок фрукта, что держал в здоровой руке. — Вы видали, что бывает с фиолетином, если его хорошенько сдавить? — он вывернул клешню ещё сильнее, пока тот не заскулил от боли. Пираты недовольно загалдели, раздосадованные окончанием шоу.
— Что здесь такое? — пробасил мистер Эрроу, спускаясь с капитанского мостика на верхнюю палубу. Джим потупил взгляд, виновато разглядывая пол, я поднялась, рукой зажимая царапину, Скруп отошёл в сторону, делая вид, что он не причём, а Сильвер обхватил мои плечи, поддерживая. — Вам известны правила — никаких потасовок на корабле! Ещё раз такое случиться, и нарушители окажутся в карцере на все плаванье, я ясно сказал, мистер Скруп? — Эрроу остановился напротив фиолетинца, смотря прямо в его злобные жёлтые глазища. Сильвер тоже уставился на членистоногого, недобро сверкая красным глазом.
— Членораздельно, — проскрипел Скруп сквозь сжатые челюсти.
— Здорово сказано, мистер Эрроу, сэр! — протянул киборг, не выпуская мои плечи из своей хватки. — Дисциплина — залог успеха, сэр! — а когда все разошлись с палубы, он развернул меня к себе лицом, внимательно разглядывая на предмет внешних повреждений.
— Да в норме я, в норме… Просто царапина, — я слегка отодвинула ладонь, показывая кровоточащую полосу, что виднелась из-под ткани.
— Иди в кубрик, там никого не должно быть. Перебинтуешь сама? — хмурясь, тихо спросил урсид. Я усмехнулась.
— Справлюсь. Это всего лишь маленькая царапина.
Поправочка, это была не просто «маленькая царапина», это был не хилый такой порез, протянувшийся от середины живота и почти до самой подмышки. Не знала, что клешни могут быть такими острыми… М-да, шрама сто процентов избежать не вышло бы, но хотелось, чтобы он был максимально незаметным.
Стянув мешающуюся рубашку, я, не без помощи ножа, порвала её на лоскуты, ибо её всё равно пришлось бы выкинуть, и чистыми «бинтами» перевязала грудную клетку, настолько аккуратно, насколько это было возможно, прямо под бельём. Рана жгла и чесалась, а под рукой не было ничего, чем можно было бы обработать… Чёрт бы его побрал, этого Скрупа!
Внезапно открылась дверь, и я попыталась на автомате прикрыться, резко оборачиваясь и обхватывая себя руками. М-да, я знаю, скорость и реакция далеко не моё, но что тут попишешь?..
Джим, а незваным гостем был именно он, во все глаза смотрел на меня, будто впервые увидел. Его взгляд медленно прошёлся от головы к ногам и обратно, чуть дольше положенного задерживаясь на бинтах, которыми, вместо белья, была затянута моя грудь, а на щеках парня расцвел стыдливый румянец. Ну, конечно, он-то знал меня как парня по имени Морган, а тут…
— Я… Э-э… — Хокинс почесал затылок, и мой взгляд зацепился за бутыль у него в руке.
— Джим, это что? — я кивнула на тёмную стекляшку, и парень тут же очнулся, удивлённо смотря на бутылку, а после ударил себя ладонью по лбу.
— Да, я… Принес тебе кое-что… Спиртное, судя по запаху. Обработать раны — самое то… Вот, — он протянул её мне. — Если тебе… Ну, не знаю… Помощь нужна, могу помочь… Правда Сильвер наказал мне драить палубу, но пара минут у меня есть…
— Да, э-эм… Если тебе не сложно, будь другом, раздобудь мне что-нибудь из одежды.
Джим кивнул, со скоростью метеора вылетая из комнаты. Я тихо прыснула от смеха в кулак. Забавный он. Милый… Так, стоп, Моника, стоп! Сейчас тебе нужно думать о Планете Сокровищ или, на крайняк, о противном Скрупе, что чуть не нашинковал тебя. Да и рана никуда не делась!
С такими мыслями я смочила кусок тряпки, промывая царапину. Запах спиртного резал по ноздрям, заставляя морщиться, хотя я не совсем уверена, что дело было именно в запахе, а не в ощущениях… Но, с горем пополам я закончила, вновь перевязывая порез и потуже затягивая повязку. Минут через пять вернулся Джим, но с пустыми руками, однако, прежде чем я успела что-либо спросить, он залез под свой гамак, выуживая небольшую походную сумку из закутка. Да, не зная, что он там есть, можно и не заметить…
— Я ничего не нашёл, но… Вот… — с этими словами он выудил из сумки рубашку, протягивая ее мне. Обычная ткань, грубовата, но самое то для работы, неброский серо-зелёный цвет. Шикарно. — Взял с собой, на всякий… — парень неопределенно повел плечом. Я кивнула, улыбаясь.
— Спасибо, Джим, ты меня просто выручил, — протянула я, натягивая рубашку парня. От нее пахло машинным маслом, выпечкой и светом. Знаете, как от солнечных парусов… Такой же запах бывает если, например, выйти в поле в жару. Запах тепла и лета…
— Так ты…? — Хокинс не договорил, но я и так поняла, что он имеет ввиду.
— Да, э-эм, по поводу этого… Ты же не расскажешь никому? — я с мольбой посмотрела на него. Вообще, под «никому», я имела ввиду Эрроу, капитаншу и Доплера, ибо остальные и так в курсе, но парнишке этого знать было не обязательно.
— Нет, честное слово, — он изобразил, будто закрывает рот на замок и выкидывает ключик.
— Что ж, спасибо, — улыбнулась я, кладя руку ему на плечо. Он кивнул, но на лице все ещё читалась задумчивость, а голубые глаза с интересом бегали по моему лицу.
— Я не стану спрашивать зачем, но кое-что все же хочу узнать… Если ты… Ну… Девочка… Как же тебя зовут на самом деле? — он выглядел жутко забавно, когда смущался, а вот момент он был смущён настолько, что покраснели даже уши.
— Моника Флинн, — я протянула ему руку. Джим удивлённо вскинул брови, но ладонь в ответ пожал.
— Что ж, Моника… Э-эм… Нам, наверное, надо идти драить палубу?.. — он почесал затылок, слегка улыбаясь.
— Точно…
Я схватила его за руку и потянула на палубу, где нас уже ждал Сильвер.
— О, наконец-то, Джимбо! Я ж было решил, что ты попытаешься слинять, — протянул киборг, кидая в руки парню швабру. А после взгляд его робо-глаза метнулся ко мне. — Ты как?
— Жить буду, — кивнула я, поднимая свою швабру с пола. Долговязый довольно кивнул, принимая ответ.
— Надраите к моему приходу эту палубу до блеска, и не дай Бог, если вы этого не сделаете! — пригрозил он, тыча пальцем сначала в Джима, а после в меня. Я усмехнулась, а Хокинс нахмурился, сжимая сильнее швабру. — Морф, присмотри-ка за этими негодниками, — метаморф уркнул что-то в знак согласия и закружил над нами. — И дай мне знать, если что ещё случиться.
Морфи сделал огромные глаза и стал летать над нашими головами. Джимми тяжело вздохнул, опуская швабру мокрым концом вниз и принимаясь драить палубу. Я улыбнулась, глядя на его нахмуренные брови. Он выглядел, словно ребенок, у которого отобрали игрушку.
Я хлопнула его по плечу, подбадривая, и тоже присоединилась к выполнению работы. Даже Морф подключился, превратившись в маленькую копию швабры, правда чаще, чем по полу, он юлозил по нашим ботинками или по тому, что уже было вымыто. Ближе к вечеру мы почти закончили, и потому появилось время спокойно вздохнуть.
Тяжело вздыхая, Джим тыльной стороной ладони утёр лоб, убирая с лица волосы. Он выглядел уставшим, хотя и пытался этого не показывать. Я же почти не выдохлась, ибо уже давно к этому привыкла.
Морф икнул, и из его рта вырвалось несколько мыльных пузырей. Я хохотнула, поглаживая розовую кляксу, а Хокинс, опёршись на швабру, вновь устало вздохнул:
— Что ж, денёк что надо, верно? Приобрел новых друзей, — хмыкнул парень, кинув взгляд на меня, а после невесело усмехнулся. — Вроде паукообразного психа, — Морфи передразнил парня, превращаясь в Скрупа, и угрожающе махая своими клешнями. Вернее, это выглядело бы угрожающе, если бы он не был таким маленьким. — Чуть уродливей, — прыснул со смеху Джимми. Морф послушно вытаращил глаза, распахнул пасть и засмеялся «злодейским», но до смешного писклявым смехом. Я расхохоталась, глядя на это, а Хокинс, смеясь, кивнул. — Теперь похоже.
Послышались шаги, и на шканцы, где мы
не особо усердно драили полы, поднялся киборг, неся в руках казан с отходами, что остались после ужина. От упоминания еды у меня предательски заурчало в животе. Впрочем, не у меня одной — Джим тоже тяжело сглотнул, ибо последний раз мы оба ели несколько часов назад.
— Надо же, — протянул Долговязый в своей привычной манере. — Бывают все-таки чудеса на свете! Вы здесь больше часа, а палуба ещё цела! — он вывернул казан, выплёскивая всё его содержимое за борт. Джим потупил взгляд, а я грустно усмехнулась.
— Слушай, я… — начал парень, переводя взгляд с меня на кока, и сжимая древко швабры. — То, что вы сделали… Э-эм… Спасибо.
Я пожала плечами, а Джон печально посмотрел на паренька.
— Разве твой папаша не учил тебя правильно выбирать соперников? — спросил Сильвер, и лицо Джима тут же ожесточилось. Он нахмурил брови, отворачиваясь от кока. Болезненная тема, понятно… Но урсида это не остановило, и он продолжил. — Или он не из тех отцов, кто учит?
— Нет, — фыркнул Джим. — Он скорее… Из тех, кто уходит и больше не возвращается.
Я попыталась положить руку Хокинсу на плечо, чтобы подбодрить, но он скинул мою ладонь и продолжил мыть пол. М-да… С одной стороны — это грубо, а с другой… Я в чём-то его понимаю… Жить без родителей или без родителя, как в его случае, это тяжко. Мне было проще, я родителей не помню, меня ещё совсем маленькой забрали пираты. Сильвер говорил, что во время ограбления я осталась единственным выжившим на корабле, и убить меня у него не хватило сил. Вот он и забрал меня к себе, вырастил и научил всему, что я теперь знаю. И, наверное, он — единственная семья, что у меня есть, но родных родителей это всё равно не заменит…
— Оу, — протянул киборг, переводя взгляд с парня на меня и обратно, подходя ближе и опираясь на борт. — Прости, парень…
— Да ну, ерунда, — хмыкнул Джимми, отставляя швабру и повторяя жест киборга. — Подумаешь…
Урсид задумчиво потёр подбородок, кинул на меня странный насмешливый взгляд, а после протянул:
— Ты уверен? — глядя на Джима. — Ну, раз ты теперь в моем распоряжении, я вобью тебе в башку пару вещей, которые помогут тебе не попасть в беду! — стуча пальцем ему по лбу, усмехнулся киборг. Я закатила глаза, усмехаясь. В его стиле, да…
— Что? — Хокинс возмущённо уставился на ухмылку Сильвера и на мой сочувственный взгляд.
— С этой минуты я с тебя глаза не спущу, ясно?!
— Ты не имеешь…
— И без моего разрешения ты не сможешь ни поесть, ни поспать, ни почесать свою задницу!
— Обойдусь без твоей помощи!
— О, в этому ты можешь не сомневаться, парень! В этом можешь не сомневаться!
Я молча смотрела на их перебранку, тихо смеясь в кулак. Джим кинул на меня возмущенный взгляд, на что я лишь развела руками, мол, сам виноват. Морфи крутился вокруг меня, видимо, не совсем понимая происходящего, а урсид, приобнимая Хокинса за плечи, усмехался. Да, чует мое нутро, что гонять нас обоих будут по-чёрному…
