POV Monica
С минуту всё было тихо, а потом нас вместе с шлюпом резко толкнуло, отчего бедный Морфи врезался в мачту баркаса, встревоженно урча. Первым на ноги поднялся Джон и, подняв нас с Джимом, пулей выскочил из шлюпа, большими шагами поднимаясь на верхнюю палубу. Мы, переглянувшись, припустили за ним.
Все носились, как угорелые, ругаясь и покрикивая друг на друга. С вороньего гнезда раздался крик Доплера:
— Господи помилуй! Звезда Пелуцит… Превращается в сверхновую!
— Попробуем уйти! Мистер Задвижка! — капитанша, быстро поднимаясь на шканцы, раздавала приказы, а Эрроу, стоя на вантах, ей поддакивал.
— Всем членам экипажа закрепить спасательные тросы! — пробасил крагорианец. Я тут же кинулась к грот-мачте, дёргая за собой и Джимми, что всё это время стоял и озирался по сторонам, словно напуганный котенок.
— Не тормози, если за бортом оказаться не хочешь, — обвязывая канат вокруг своей талии, шикнула я и протянула ему один из тросов. Хокинс кивнул, быстрыми и резкими движениями завязывая страховку и крепя её к мачте.
Со стороны кормы на нас надвигалась огромная горящая волна газа, выделившегося при взрыве звезды. Раздался звон — от большой температуры лопнули окна в каюте. Камни и обломки летели во все стороны, пробивая паруса, чуть ли не попадая в членов экипажа.
Раздался приказ — убрать паруса, и матросы тут же кинулись к такелажу, поднимаясь на реи. Я было дернулась за ними, но Сильвер, сжав мое плечо, помотал головой, одними губами говоря: «Сорвешься!». Мне бы послушаться, но, как говориться, кто не рискует… Поэтому, вырвавшись из хватки киборга, я стала взбираться к бизань-мачте, краем глаза углядев Джима, что пробирался по носу корабля. Внизу хохотал артиллерист, стреляя по крупным камням, летящим в нас, и сбивая их ещё в полете. Канаты натирали ладони, отчего на коже образовывались кровавые мозоли. Высота была приличная, и упасть вниз означало бы расшибиться в лепешку, и от этого головокружение лишь усиливалось. Не успокаивали и крики такелажников и их ругань себе под нос.
Закрепив один из тросов, я уже хотела было спускаться, как до моих ушей донёсся крик Сильвера. Долговязый, что вместе с Джимом, был на носу корабля, чуть не сорвался. Благо Хокинс вовремя успел ухватиться за его трос и вытянуть, пусть и не без труда, урсида назад. Облегченный вздох сорвался с моих губ, но тут же сильный толчок в спину выбил весь воздух из лёгких. Кто-то что-то кричал про звезду и черные дыры, а у меня перед глазами пролетали метры до палубы. Но падения не случилось. Что-то, а именно трос, зацепившийся за рею, дернул меня вверх, отчего внутренности сжались, приклеиваясь к позвоночнику. Тошнота сжала желудок, по голове будто ударили кувалдой. Я, кое-как вывернувшись, попыталась отвязать трос, что обматывал мою талию, надеясь на хотя бы сколько-то мягкое приземление. Но корабль вновь толкнуло, и меня снесло к левому борту. Живот жутко болел от падения, так к тому же я осталась без страховки. Команда стала громко возмущаться, услышав приказ поставить паруса обратно, а капитанша меж тем крикнула что-то Джиму, что собирался забраться на реи. Тот, отдав честь, понёсся к грот-мачте, и стал проверять тросы, когда и заметил меня.
— Чёрт, — шумно выдохнул парень, быстро оказываясь рядом со мной и помогая мне подняться. — Ты как?
— Порядок, — кивнула я.
— Где твой спасательный трос?
— Отвязала. Пришлось.
Джим сокрушённо помотал головой, потирая переносицу и напряжённо думая, а после, сжав моё запястье, потащил за собой.
— Не отпускай меня, слышишь? — я кивнула, перехватывая его руку. Корабль носило из стороны в сторону, мотая на волнах. Воздух был горячий, сухой, отчего лёгкие горели, а в горле пересохло.
Проверив все тросы, Джим доложил об этом Амелии. Очередной толчок прижал нас к мачте. Откуда-то сверху донёсся крик Эрроу, и я, кое-как подняв голову, разглядела Скрупа и крагорианца, что летел прямиком в черную дыру, держась за оборванный конец троса… Фиолетинец же усмехался, держа в руках треуголку старпома и щёлкая клешнями.
— Капитан, последняя волна! — крикнул Доплер. — Вот она!
— Держитесь за свои канаты, придётся немного потрястись на кочках, — выворачивая штурвал, приказала Смоллетт. Джим всем телом придавил меня к мачте, а Сильвер прикрыл нас сверху. Где-то сбоку уркнул что-то испуганный Морф. Все замерли, готовясь либо к рывку, либо к концу. Дышать было нечем, нас окружил жар и темнота. Волосы прилипали ко лбу, кожа покрылась испариной. Я слышала, как громко и быстро стучит сердце Джима, чувствовала его обрывистое дыхание шеей, а сама, кажется, совсем перестала дышать.
Вдалеке показался свет, и нет, я не имею ввиду
свет в конце тоннеля. Огненная вспышка, от которой засветились паруса. Двигатели заработали, шумя. Послышались крики команды, Доплер, кажется, ткнулся
мордой носом в борт. Мы выбрались?
Свежий, прохладный воздух ударил в лицо. Мы «отлипли» от мачты, услышав радостные возгласы такелажников. Сильвер весело усмехнулся, а Джим глянул на меня с немым вопросом в глазах. Я кивнула. Кажется, все обошлось… Все живы… Ну, почти все…
— Я должна поздравить Вас, мистер Сильвер, — выдохнула Амелия, спускаясь с капитанского мостика и поправляя форму. — Ваш юнга отлично закрепил спасательные тросы. — Джимми улыбнулся, когда Сильвер со смешком пихнул его в плечо. Я не смогла сдержаться и взлохматила его волосы, чем вызвала тихий смех парня. Но радость быстро исчезла. — Все на месте, мистер Эрроу?
Ответа, что было ожидаемо, не последовало. Я сжала руки в кулаки, прикусывая губу. Послышалось клацанье клешней, и из толпы вышел на своих мерзки лапах Скруп, держа в одной из конечностей треуголку старпома. Натянув на
брехало физиономию выражение крайней скорби, старый
урод мантавор прохрипел:
— Боюсь, что мистера Эрроу мы потеряли… — я сильнее сжала кулаки, впиваясь ногтями в кожу ладоней. Как же хотелось ударить его, крикнуть, сделать что-нибудь… Но нельзя было, ведь раскрой я в тот момент Скрупа, вскрылся бы и заговор, а следовательно, нас бы всех отправили за решетку. А коротать дни, глядя на небо в клеточку, как-то не особо хотелось. — Его трос не был закреплён…
Все взгляды тут же метнулись к Джиму.
— Нет, я все проверил, — он тут же дёрнулся к мачте, расталкивая матросов и подходя к колышкам. Один из них был пуст. Трос действительно был отвязан. — Это… Это правда… Я проверял! Все было в порядке… Я клянусь!
Амелия нахмурилась, а Скруп улыбался исподлобья. Речь капитана я слушать не стала, подходя к Джиму и кладя руку ему на плечо.
— Это не ты виноват, — тихо шепнула я, на что парень лишь скинул мою ладонь.
— Если бы, — фыркнул он и ушёл. Пойти за ним мне не дал Сильвер, сжав мое предплечье и качая головой.
— Дай ему время. Это надо пережить.
— Но ведь это не его вина! — вскипела я, на что киборг лишь кивнул, обнимая меня.
Джим не спустился ни на обед, ни на ужин. Пустыми переживаниями помочь ему я бы не смогла, а подходить к нему мне не давал Долговязый, как мантру повторяя: «Дай ему время.» Скруп же всё время усмехался, глядя на меня или Джеймса.
Уже после отбоя я, плюнув на Джона и его возмущения, подошла к сидящему на вантах парню, что вертел в руках линёк.
— Так и будешь там сидеть? — опираясь на борт, спросила я, на что парень лишь тяжело вздохнул. — Ладно, молчи, если не хочешь говорить, но… это… Не стоит корить себя за то, в чем нет твоей вины…
— Морган-то дело говорит, — протянул Сильвер, приваливаясь рядом со мной и прикуривая из трубки. — Сейчас половина команды могла бы болтаться в черной дыре, если бы не…
Джим прервал его, спрыгивая с вант.
— Да как вы не понимаете?! Я все испортил! На секунду я подумал, что у меня хоть что-нибудь получиться, но… — он зарылся пальцами в волосы, оттягивая их назад и с тихим рыком отворачиваясь от нас. — Я просто… Ладно… Оставим, забудьте…
Он прислонился плечом к мачте, тяжело вздыхая и закрывая лицо руками.
— А теперь ты меня послушай, Джеймс Хокинс, — протянул Джон, разворачивая парня к себе. В серо-голубых глазах стояли слёзы, но юнга упрямо сдерживал их, не давая им пролиться. — У тебя, парень, великие задатки! Но ты должен взяться за штурвал и прокладывать свой курс! Держись и ни о чём не думай! А когда наступит время, ты проверишь прочность своих парусов, и все увидят, из чего ты сделан! Надеюсь, — уже мягче добавил он, притягивая меня к себе за плечи. — Мы будем в этот день стоять радом с тобой и радоваться твоей славе…
Джим, не отрываясь, смотрел на урсида, внимая каждому сказанному им слову и тихо всхлипывая, а я разглядывала его. От его взгляда, с которым он глядел на Сильвера, сжималось сердце. Повинуясь внезапному желанию, я притянула его ближе, обнимая за шею. Его плечи вздрогнули, и моей спины коснулись теплые ладони.
— Ты справишься, — тихо шепнула я, чувствуя, как на рубашку падают солёные капли. Джон со смятением смотрел на нас, а после обхватил своими ручищами, заключая в медвежьи объятья.
— Все хорошо, Джимбо, — протянул с улыбкой киборг, хлопая парня по плечу. — Всё в порядке.
Спустя несколько долгих секунд мы отпрянули друг от друга, и Долговязый прокашлялся, глядя на нас, чтобы скрыть неловкость и слабость. Я невесело усмехнулась, глядя на киборга.
— Ну, мне пора вставать на вахту, — протянул он, потрепав Джима по плечу. — А тебе пора немного вздремнуть, — и, переглядываясь со мной, подтолкнул к лестнице, ведущей на нижнюю палубу. Но, перед тем, как спуститься, Хокинс окинул нас взглядом, улыбаясь. Урсид помахал ему рукой, намекая, что ему пора идти, а я лишь улыбнулась в ответ, слегка кивая. — Слишком к нему я привязался, — покачал головой киборг, когда фигура парня скрылась из виду. — Не заметишь, как начнут говорить, что я совсем растаял, — Морфи, урча, потёрся о его щеку, а я лишь похлопала по плечу, улыбаясь несколько глупой улыбкой.
— Ты прав, он особенный, — едва слышное сорвалось с моих губ, отчего киборг хитрюще усмехнулся.
— Кажется, кое-кто все же смог задеть твое сердце, да, Ники? — хохотнул он.
— Не говори глупостей, Джон, — пихая его локтем в рёбра фыркнула я, на что Долговязый лишь понимающе улыбнулся, потирая шею.
— Иди спать, Никс, это был трудный день.
Ну и мне не оставалось ничего, кроме как послушно отправиться в кубрик, зевая на ходу и потирая слипающиеся от навалившейся вдруг усталости глаза.
