Сыграем?

      Люмин шла по Ли Юэ в сопровождении Паймон, выполняя очередное поручение от Гильдии искателей приключений. Некоторые поручения просто вызывали недоумение у девушки: то какой-то чайный доктор забыл, на чем остановил свой рассказ и приходится спрашивать у его слушателей, то девочке по имени Лулу понадобились духи, и именно искателям приключений нужно за ними сходить к Ин Эр. Пока по всей территории Ли Юэ бродят опасные монстры, они занимаются какой-то ерундой.       Но после случая в Золотой Палате путешественница стала ещё более раздражительной, сегодня она даже немного поругалась с Катериной, потому что та поручила ей «какую-то хрень», как выразилась сама девушка.       А все потому, что Люмин ругала саму себя, что была не против всего этого с Чайльдом, но с другой стороны нереально хотелось большего… Но как назло, они сражаются лишь раз в неделю, по пятницам, а сама рыжеволосая причина её раздражения упорно делает вид, что ничего не произошло.       Она уверяла себя, что не хочет видеть эту довольную морду, но сами глаза предательски искали в толпе рыжую макушку, из-за которой в течение всей недели у девушки были перепады настроения и вечные недовольства всем и всеми.        К счастью или к сожалению (путешественница не определилась еще сама), сегодня именно пятница, и напряжение достигало предела.       «Я обязательно выиграю и…»       Люмин задумалась: какое желание она может ему придумать? Хотелось расслабиться и получить удовольствие, как в прошлый раз, но не могла же она напрямую сказать это Тарталье, она не выдержит очередную его довольную ухмылку из-за её же слов.

***

      Люмин встретилась с Тартальей по пути в Золотую Палату. — Привет, милашка Люмин! — помахал он ей рукой. — Уже не принцесса, а милашка… Спасибо, что хоть имя моё запомнил, — пробурчала Люмин, явно не настроенная на разговор с этим парнем.       Сразу всплыли воспоминания о прошлой битве, и щеки путешественницы залились румянцем, а внизу живота стало приятно покалывать, стало немного трудно дышать. — Ты в порядке? У тебя нет температуры? — Тарталья действительно был обеспокоенным.       Чайльд подошёл вплотную к путешественнице, и, наклонившись вниз так, чтобы их лица были на одном уровне, приложил свой лоб к её. Золотые глаза встретились синими, отчего Люмин ещё больше покраснела. — Странно, температуры нет, — подытожил Тарталья, — Но твои щеки горят… А… Я понял, ты просто засмущалась при виде такого красавчика, как я! Люмин гневно на него взглянула. Да, этот парень не знает, что такое скромность. — Или… Хочешь быстрее повторить то, что между нами было в прошлую пятницу, но просто стесняешься сказать? — губы парня расплылись в довольной ухмылке. — Придурок… какой же ты идиот! Дурак! — Люмин подлетела к Тарталье и начала стучать по его груди кулачками, которые не могли доставить какого-то вреда в силу отсутствия в них достаточной физической силы.       Чайльд перехватил её руки и взглянул блондинке прямо в глаза. — А ты очаровательна… — тихо сказал парень, сохраняя на своем лице всю ту же довольную улыбку. — Предлагаю отставить в сторону обмен любезностями и уже приступить к делу.       Люмин закрыла глаза, досчитала до десяти, чтобы успокоиться и наконец направилась к дверям Золотой Палаты. — Ты же не забыла, что у нас новые правила? — спросил Тарталья, как будто издеваясь над путешественницей. — Забудешь такое… — процедила сквозь зубы девушка.       Оба разошлись по разным сторонам комнаты, чтобы размяться. Когда Люмин была готова, она достала свой меч и посмотрела в сторону Тартальи, чтобы убедиться в его готовности.       То, что сотворил этот придурок, как его в этот момент в мыслях назвала девушка, она никак не ожидала: Тарталья бесцеремонно стянул с себя футболку и кинул её куда-то в сторону на пол. — Что ты… — Здесь довольно жарко, не находишь? — невинным голосом спросил парень. — Странно, раньше тебе не было жарко, — скрестила руки на груди путешественница. — Было. Просто боялся тебя смутить своим видом, — хихикнул Чайльд. — Но я подумал, раз ты уже все видела в прошлый раз, ничего страшного не будет. Ведь так? Тебе же это никак не помешает в битве?       На последнем предложении он сделал акцент, и девушка была готова поклясться, что сделал он это специально, чтобы сбить с толку, чтобы её внимание во время боя было приковано не к самому сражению, а к его голому торсу.       «Вот же рыжий ублюдок, заметил все-таки, как я пристально на его пресс смотрела в прошлый раз… Убить его хочется» — подумала девушка, к щекам которой прилила кровь.       «Вот же безысходность… Если я попрошу его одеться, то прямым текстом признаю, что смущаюсь, когда вижу его в таком виде, значит проиграю эту невидимую войну… Нет уж… Не дождётся! Я выиграю и докажу, что мне абсолютно все равно на его, черт бы его побрал, довольно привлекательный вид! Просто надо сосредоточиться на оружии и технике боя, и думать только о сражении» — принимала решение у себя в голове путешественница. — Ты так и будешь стоять? Или тебя что-то смущает? — спросил рыжеволосый, состроив невинное выражение лица. — Все в порядке, начинаем!       Девушке и правда удалось сосредоточиться на сражении, она уворачивалась от всех ударов Тартальи или прикрывалась с помощью своих элементальных умений.       Чайльд запускает в девушку сразу несколько гидро стрел, но та ловко ставит перед собой гео бочку, используя её, как щит. Когда атаки соперника закончились, она выбежала из укрытия и, увернувшись кувырком от очередной атаки, запустила в Чайльда электро-снаряды, но тот избежал их. Он сменил лук на клинки и перешёл к ближнему бою, путешественница отбивала его атаки с помощью меча. Он все время следил за ее свободной рукой, ведь по опыту знал, что она в любой момент может использовать анемо-стихию, и его отбросит в противоположную часть комнаты. Но девушка не спешила использовать пока свои стихийные навыки. Она начала агрессивно размахивать мечом, отчего Тарталья начал пятиться назад. Ей удалось выбить из его рук один клинок, и тот улетел к стене. Чайльду было непривычно сражаться лишь одним клинком, поэтому он начал пропускать атаки, и в итоге упал на спину. Люмин направила острие меча в сторону лица парня, что говорило о её победе. — Признаю поражение, — тяжело дыша, сказал Тарталья. — Ты сегодня была очень сосредоточенной. Говорите свои прихоти, госпожа.       Люмин опустилась на пол, наконец-то позволяя себе расслабиться. А ещё надо было придумать желание, хотя в глубине души она знала, чего она хочет от него. — Мое желание… Хочу получить удовольствие посредством плотских утех. — хитро улыбнулась девушка. — Делай что хочешь, но чтобы мне было приятно.       Тарталья вздёрнул бровь, ведь никак не ожидал, что Люмин затянется в эти опасные игры, да ещё подхватит его начальную идею. Но он был рад, что снова сможет насладиться ею. — Весь к вашим услугам, — издал смешок Чайльд. — Но мне нужно, чтобы ты сняла трусики. — Сам сними, — сказала девушка, облизнув губы.       Тарталье не нужно было повторять дважды, он ловкими движениями стянул предмет одежды с путешественницы. Он начал гладить её ноги, каждый раз продвигаясь всё выше. — Боюсь, что платье тоже будет мешать. — сказал парень, расстегивая молнию.       Одежда полетела в сторону, а Тарталья расположился между ног Люмин и провёл языком по внутренней стороне бедра, отчего девушка издал еле слышный звук от неожиданности.       Он не спешил касаться самого чувствительного места, как бы дразня путешественницу. Он с удовольствием наблюдал, как она сначала вскидывает голову вверх, ожидая долгожданных приятных ощущений, то снова растроено на него смотрит, не получая желаемого. — Чайльд, — слегка охрипшим голосом говорит девушка, — Пожалуйста, не тяни. — Какие мы нетерпеливые, — усмехнулся парень.       После последних слов он наконец коснулся языком клитора, отчего Люмин издала стон. Он прошёлся по половым губам и на мгновение проник внутрь. Он то очерчивал круги, то водил языком вверх-вниз, то слегка прикусывал внутреннюю сторону бедра.       Блондинке казалось, что его язык везде, поэтому она слегка подергивалась, ощущая прикосновения все в новых и новых местах. Ей казалось, что она сейчас потеряет голову от удовольствия.       Золотая Палата наполнилась нескончаемыми нежными стонами. Тарталья ненадолго отстранился, облизнул свои пальцы, хотя между ног Люмин было и так слишком мокро, и ввел внутрь сразу два. Он одновременно ласкал клитор языком и двигал пальцами.       Бёдра девушки начали трястись и через несколько секунд она выгнулась в спине, принимая весь всплеск ощущений. Тарталья начал двигать пальцами быстрее, чтобы как можно больше растянуть этот момент.       Путешественница без сил улеглась на пол. — Я смог выполнить твоё желание? — спросил Чайльд, улыбнувшись. — Тебе понравилось? — Д-да, я никогда не чувствовала себя так хорошо. — Что ж, ты меня сильно раздразнила, принцесса, — сказал Тарталья, снимая свои штаны. — Ты же позволишь мне тоже получить удовольствие? Да и тебе приятно будет.       Люмин кивнула, а Чайльд остался совершенно без одежды. Он потёрся затвердевшим органом о половые губы девушки, а затем медленно начал входить в неё.       Когда он вошел во всю длину, он остановился, давая путешественнице немного привыкнуть, а затем медленно начал двигаться. Он позволил себе поиграться с её сосками, то сжимая их двумя пальцами, то поглажвая по кругу. Девушка тяжело дышала, принимая неспешные толчки.       Чайльд резко вытащил из неё орган и, перевернув Люмин на живот, поставил её на четвереньки. Он немного грубовато снова вошел в неё и начал сразу вставлять член полностью, параллельно рассматривая очертания её фигуры и время от времени одной рукой сжимая её грудь.       Он схватил её за бедра и начал двигать девушку навстречу своим движениям. От такого напора путешественница снова начала стонать. Он разок шлепнул её по заднице, и Люмин гневно на него взглянула через плечо. — Т-только п-попробуй так ещё раз сделать! — рыкнула блондинка, пытаясь сказать что-то внятное сквозь собственное сбитое дыхание. — А что ты мне сделаешь? Не дашь больше насладиться тем, как твои внутренности сжимают мой член? — усмехнулся Тарталья.       От его фразы щеки Люмин сильно покраснели. — Посмотрите, милашка Люмин застеснялась от какой-то фразы, даже несмотря на то, в каком положении она находится, а несколько минут назад извивалась от удовольствия от того, что я… — продолжал смущать блондинку Чайльд — Заткнись уже и не отвлекайся от дела. — перебила грязные речи девушка, отворачиваясь от Тартальи.       Парень уже устал стоять на коленях в одном положении на твёрдом полу, поэтому он вышел из блондинки и попросил лечь её набок.       Сам он тоже лег набок, расположившись сзади. И снова вставил член в уже слегка расширившуюся от его органа щелочку, из которой сочилась естественная смазка.       Тарталья впился губами в её шею, оставляя на ней красный след. — Ты что делаешь, придурок? Мне потом придётся закрывать это безобразие. — недовольно сказала путешественница.       Чайльд не стал отвечать на её претензии, ведь был уже на грани. Он начал делать грубые толчки, которые с каждой секундой становились быстрее и, когда почувствовал, что вот-вот белая жидкость вырвется наружу, перевернул Люмин на спину и начал помогать себе одной рукой.        Девушка почувствовала на груди и животе горячие капельки, отчего вздрогнула. Она подцепила пальчиком немного семенной жидкости с живота и облизнула его, пожелав узнать вкус — Лучше, чем в прошлый раз, — сделал вывод слегка ошарашенный от действий Люмин Тарталья, пытаясь отдышаться. — В следующий раз я выиграю в битве, и у меня уже есть идея, что я с тобой сделаю. Хитрая ухмылка не предвещала ничего хорошего, но путешественница почему-то все равно чувствовала, что будет с нетерпением ждать с ним следующей битвы.