Потому что ее никто не слушает

С того момента жизнь закрутилась еще быстрее. Альбус Северус Поттер с братом и сестрой, а также Скорпиус Малфой и Роза с Хью не сходили с обложек газет. Там они делили почетное место с возрожденными Дамблдором, Снейпом, Гриндельвальдом и Поттером-старшим. Пророк, Ведьмак и даже Придира - все обсуждали способы возвращения волшебников. Опять всколыхнулась тема крестражей. Особенно когда речь заходила о Гриндельвальде. Но ни одна версия журналистов даже не была приближена к правде. Альбуса порядком утомляли бесконечные письма с просьбами об интервью. Их количество могло сравниться разве что с количеством писем от простых магов о безвременно ушедших родственниках с мольбами о возвращении и даже угрозами самим ученикам. Изредка донимали невыразимцы. Даже их работа требовала бумажных свидетельств и погрязла в бюрократической волоките. Поэтому Альбус окончательно передумал связывать свою жизнь с Министерством. Хорошо, что папа был главой аврората. К ним во время легилименции не применяли особого усердия, а значит, и не заметили подмены котла, фокуса с палочками и прочих совершенно «незначительных» деталей. Виновников происшествия не исключили из школы, хоть и назначили отработки из-за нарушения ряда правил, типа варки зелий в неположенном месте. Ввести появившихся волшебников в новый мир оказалось относительно просто. Минерва Макгонагалл все же ушла на пенсию с поста директора, оставшись в замке только для помощи Альбусу Дамблдору на первое время. Ушел на пенсию и Гораций Слизнорт. А Снейп занял почетное привычное место зельевара и главы дома Слизерин. Теперь он мог возобновить все свои старые привычки, а еще совершенно законно шпынять Джеймса Поттера-младшего и его друга-разгильдяя Гела, что не могло не радовать зельевара. Джеймс Поттер-старший пошел работать в аврорат, под начальство своего сына, которым безумно гордился. Больше всего проблем было у Геллерта Гриндевальда. Ему предстояло судебное разбирательство на территории Великобритании. Конфедерация магов полностью взвалила принятие решения на Англию, на территории которой и случился казус с возвращением. — Гриндельвальд, Геллерт, я прошу тебя, — Альбус Дамблдор мерял шагами коридор министерства магии. — Ты должен... — Заблуждаешься, Дамблдор, я никому ничего не должен. Более того, мне все равно, какое решение примет Винзенгамот. Зачем ты здесь? — Нет, ты должен сказать хоть слово в свою защиту! Геллерт! Ты уже расплатился за сделанное более полувека назад. Тебе дан второй шанс! — Дамблдор снял очки. — Нам дан второй шанс… — В зал заседаний приглашается Геллерт Гриндельвальд! Волшебники и волшебницы ахнули, когда молодой Геллерт вошел в зал суда. Всем было любопытно-на грани фола как будет вести себя этот человек. Все-таки, его харизма делала свое дело: за ним действительно хотели следовать толпы людей. Хотя сейчас казалось, что ему не нужен был никто. Он отказался от предоставления защиты в лице Гермионы Уизли, отмел подобное предложение от Драко Малфоя, а когда пришел сам министр Магии Кингсли - послал того к черту, точнее к тому, кто этого Кингсли пригласил - к Дамблдору. Поэтому Геллерт почти не удивился, когда Дамблдор «вылез» из бумажной работы, допросов в министерстве и пришел к залу заседаний. И вот на самом заседании Геллерт прослушал почти энциклопедическую информацию о себе, затем статьи, которые ему вменяли. Голова на удивление была пуста, но что странно, тюремные воспоминания и дни в одиночестве подозрительно быстро стирались, настойчиво вытеснялись происходящим, бурлящей жизнью Хогвартса, затянувшимся экспериментом с Временным зельем. И это настораживало Геллерта. Настолько, что он проверял себя на воздействие Обливиэйта и других заклинаний, видоизменяющих память. Цепочку внутренних размышлений прервал скрип двери. — Здравствуйте! — обратился к присутствующим вошедший человек.— Свидетель защиты — Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор. Зал взорвался бурными аплодисментами. Ну конечно, сам Дамблдор пожаловал. Геллерт устало потер переносицу. Дальнейшее заседание больше напоминало фарс. И этот человек, Дамблдор, постоянно добровольно отказывается от власти, хотя и не перестает дергать всех за нужные ниточки. Геллерт словил себя на мысли, что речь Дамблдора была красивой, стройной, даже в меру жалостливой. А сам Дамблдор выглядел.. вдохновленным? Будто на дворе был тот самый 1899, Альбус ходил по залу заседаний как по комнате тетушки Батильды, разве что половицы не скрипели и не отвлекали на себя внимание от его пламенных речей. Тогда эти речи касались спасения всего мира. А сейчас - всего лишь спасения Гриндельвальда. Геллерт настолько увлекся интонацией и мелодикой голоса, что даже почувствовал укол сожаления, когда речь закончилась, но тут же одернул себя. Стоит только допустить подобные эмоции и они, словно клякса чернил на пергаменте, просачиваются и въедаются в нутро так, что не оттереть. Суд присяжных после бурных аплодисментов, Дамблдору, разумеется, проголосовал за отмену повторного наказания. Но в качестве меры предосторожности на Геллерта навесили ограничивающие браслеты сроком на два года. А так, как у волшебника были магические попечители на этот период - Гарри Поттер и Дамблдор, то ему предоставили возможность выбирать работу: бумажная волокита в аврорате, либо преподавание в Хогвартсе. Что ж, Гриндельвальд выбрал два года в Хогвартсе. Не потому, что там Дамблдор, нет. НЕТ! А потому, что ненавидел сотрудничать с органами власти, если не у власти он сам, конечно же. Дамблдор опять вышел победителем. Но в этот раз, он, Геллерт, знал, что не проиграл.

***

Гриндельвальд стал преподавателем Чар вместо вышедшего на пенсию Флитвика. Что ж, школа действительно снизила средний возраст учительского состава. Конечно, факультет Когтевран ему решили пока не вверять, он перешел под попечительство профессора Вейнса. А Гриндельвальду еще предстояло написать научную работу по Чарам, чтобы получить хоть какое-то учительское звание. Учебный год подходил к концу. СОВы сдали и Джеймс с Гелом. Их подтягивал по трансфигурации сам Дамблдор, а тренировать Зелья согласился, скрипя зубами, сам Снейп. Остальные предметы были на совести Альбуса Северуса и Скорпиуса. Ожившие маги свыклись с новыми или хорошо забытыми старыми ощущениями. Поэтому на летние каникулы все расходились в хорошем настроении, обещали друг друга навещать, и конечно, заниматься наукой. Главный вопрос состоял в том, чтобы выяснить, надолго ли четверка магов вернулась в мир и не застрянут ли они навечно в возрасте 35 лет. А для юных волшебников подобное рвение старшего поколения к экспериментам и новым знаниям стало открытием. Гриндельвальд с Дамблдором и Снейпом регулярно осматривали котел, делая пометки на полях блокнотов, переговаривались и советовались. Альбус Северус и Скорпиус были особенно рады такой компании, с ними можно было поговорить обо всем, узнать так много о глубинах магии. Никто из них не пожалел о прибывших личностях. И только Северус Снейп и Джеймс Поттер-старший жалели о том, что с ними не было Лили. Настолько, что в один солнечный день случайно столкнулись друг с другом на кладбище и молча вдребезги напились огневиски.