Потому что ее никто не слушает

Перед третьим туром Альбус Северус Поттер попросил несколько тренировок с Дамблдором или Гриндельвальдом. Ему хотелось получить дуэльный опыт с сильнейшими волшебниками, а в Хогвартсе из-за занятости обоих этого бы никогда не случилось. Альбус не рассчитывал на то, что кто-либо из них быстро согласится, но попробовать стоило. Гриндельвальд был вынужден отказать сразу из-за действия ограничивающих браслетов. Но Дамблдор, обдумав предложение, обозначил волшебнику место между скал, возле озера для встречи. На самом деле, Альбус Северус Поттер не слишком был уверен в своих силах после прошедшего лета. Последний месяц просто вылетел из памяти из-за ссор с Фебом, его отъезда, отсутствия сна. Тренировки прекратились и Альбусу казалось, будто Феб успел приберечь специально для него несколько хитрых заклинаний «на десерт» в третьем состязании. Но Альбус не хотел падать лицом в грязь. К тому же, он не верил в свою безнаказанность после происшествия с Жеромом. К финальному поединку лучше было подготовиться заранее, на дуэлях с Дамблдором. Поттер не знал, что и у Дамблдора был свой мотив: во время этих тренировок он хотел вместе с Геллертом проверять возможные варианты блокировки палочки. Первая встреча прошла немного нервно. В качестве формального секунданта Альбус Поттер позвал Малфоя, а Дамблдор – Гриндельвальда. Скорпиус притащил с собой сумку с заживляющими зельями, чем вызвал смешок у Геллерта. А когда Малфой из сумки достал маггловскую колонку, брови Геллерта медленно поползли вверх. Скорпиус, не задумываясь, плюхнулся на камни, включил бодрящую музыку и наколдовал вокруг себя щит. Геллерт, переглянувшись с Дамблдором, сел рядом с Малфоем, но щит колдовать не стал. Начало дуэли получилось слегка топорным. Альбус Поттер был ошарашен внешним видом директора. Тот снял мантию и оказался в легких льняных штанах черного цвета и футболке. Согревающие чары помогали хранить тепло в феврале и, видимо, не отнимали у Дамблдора много сил. Весьма неформальная обстановка трудно укладывалась в голове у школьника, поэтому для концентрации понадобилось чуть больше времени, чем обычно. Все же, первые заклинания были опасливыми и осторожными. Волшебники лишь прощупывали почву. Но когда Дамблдору пришлось отскочить назад и он уперся в утес, то понял, что Альбус Северус сейчас атакует его не просто как ученик. Как хороший дуэлянт. Волшебники стали использовать более смелые заклинания, уворачивались и ставили щиты. Дамблдор проверял работу палочки, вытягивая энергию из палочек Геллерта и Скорпиуса, а Гриндельвальд пытался шептать разные контрзаклятия, записывая время от времени свои ощущения в блокнот. Скорпиус, вне кажущейся беспечности, тоже времени не терял: и его блокнот весь был исчеркан в пометках. Правда, он смотрел на качество дуэли Поттера, оценивал его слабые и сильные стороны, чтобы потом провести подробный анализ. Директор Хогвартса был весьма удивлен умениями тезки. Казалось, что личная изобретательность Поттера и его ловкость сделали из парня достойного противника. Но все же, опыт и сила по прежнему перевешивали чашу весов: Дамблдор закрутил особо хитрое заклинание и переместился от летящего в него луча при помощи аппарации. Сильная ударная волна сбила Поттера с ног, а последующее заклинание заставило потерять равновесие повторно. Дамблдор помог противнику подняться. Поттер оплевался от сажи, налетевшей после предыдущей атаки, и только пожал руку директору, слегка повиснув на ней. — Спасибо за тренировку, профессор, — волшебники подошли к Скорпиусу и Геллерту. Малфой критически осмотрел Поттера, достал восстанавливающее из сумки, а за ним вытащил две шоколадки. Подумав, он достал еще пакет лимонных долек. Геллерт Гриндельвальд рассмеялся, забирая себе одну шоколадку и передавая Дамблдору пакет с дольками. Альбус Поттер, выпив зелья, тоже принялся за шоколад, причитая, что в следующий раз он обязательно возьмет к нему и чай. Гриндельвальд оценивающе глянул на Поттера: — Ищешь что-то особенное для Феба? — Нет профессор, — волшебник дожевал плитку, — боюсь, чтобы разные заклинания и сила палочки не сработали против меня на данном этапе. — Ты хорошо себя покажешь, не о чем переживать, — отмахнулся Геллерт. — Но если тебе хочется копнуть еще глубже... Что ж, отсюда мы можем проведать одно местечко. — Какое? — глаза Альбуса Поттера загорелись. — Один домик в Альпах, точнее, бибиотеку в этом домике. Дамблдор слегка нахмурился: — Ты имеешь в виду Нурменгард? — Да, — Геллерт порылся в карменах и достал оттуда порт-ключ. — Приглашаю вас заглянуть на минутку, — он протянул шахматную фигурку волшебникам. Альбус и Скорпиус ни капли не сомневались, а на нахмуренные брови Дамблдора никто и не смотрел. Четыре волшебника переместились в замок. Он был полуразрушен и максимально запущен. Но никого не смутила внешняя картинка. Геллерт окинул взглядом помещение, бывшее ему когда-то домом, а когда-то тюрьмой, глубоко вдохнул и открыл дверь. Волшебники были рады зайти внутрь, ведь по ушам сразу перестал бить ветер и холодный воздух. Запахло сыростью и затхлостью. Геллерт лишь хмыкнул, разжег в ближайшем камине огонь. Затем посмотрел на Дамблдора, будто объясняя: — Я не упаду в обморок, или что-то вроде того. Сантиментов не осталось. Я был здесь пару месяцев назад. Забирал кое-какие вещи, уцелевшие после бурей и штормов. — Это ваша тюрьма, ведь так? — осторожно уточнил Скорпиус. — Да, это помещение, где я проводил разные периоды своей прошлой жизни, — он пригладил волосы, озираясь по сторонам. — Но не стоит зацикливаться на этом. Идем. — Геллерт кивнул головой, приглашая в соседнюю комнату. Библиотеку почти не тронуло время. Гриндельвальд сделал несколько хитрых пассов рукой, наблюдая, как загораются от нетерпения глаза даже у Дамблдора: — Защита снята. Прошу. Количество книг не было ошеломляющим. Дамблдор подозревал, что часть из них Геллерт перенес в комнаты Хогвартса. Хотя на полках оставались весьма редкие и ценные экземпляры. Альбус помнил их еще с того самого лета, когда они могли изучать литературу, в том числе по темной магии, прямо у тетки Батильды. Не стесняясь раскладывать фолианты рядом со свежеиспеченными пирожками. На особенно интересных моментах Альбус уходил в чтение с головой, пока не ловил на себе изучающий взгляд Геллерта и через минуту не отвечал на страстный поцелуй. Тогда мысли волшебника путались, прочитанное казалось таким далеким и сложнопонятным. Но злиться на Гриндельвальда он не мог. Ведь его поцелуи опьяняли не хуже полученной информации, до которой юный волшебник был всегда особенно жаден. И вот опять, пока Скорпиус и Поттер пошли изучать книги вглубь комнаты, пытаясь отобрать несколько особенных экземпляров, Дамблдор понял, что задержался у одной полки, нежно поглаживая корешок фолианта. Подняв глаза, Альбус увидел все тот же изучающий и хитрый взгляд Геллерта. Поменялось все и ничего одновременно. Альбус усмехнулся и буквально заставил себя оторвать взгляд от губ волшебника, сдержал порыв подойти к нему и поцеловать так же чувственно, как тогда, тем летом. Губы Геллерта изогнулись в ухмылке. Он знал, какого эффекта хотел добиться и почему пригласил сюда Альбуса. Плевать на тех мальчишек и их знания. Хотя, Мерлин свидетель, Геллерту было не менее тяжело сдержать свой порыв. Поэтому он только подошел к директору Хогвартса вплотную сзади, накрыл его руку, поглаживающую книгу, а второй рукой проследил за линией шеи, мягко манящей, располагающей к поцелуям. Когда Гриндельвальд услышал приближающиеся шаги юных волшебников, то отстранился от Дамблдора, держа книгу в руках и предлагая перенестись обратно в Дурмстранг. Маленькая шалость-провокация удалась. Геллерт улыбался как мальчишка. Стоя на утесе возле озера Дурмстранга, Дамблдор прочистил горло и накинул на себя мантию, а затем вынужден был откланяться как можно скорее, чтобы поспешить в свои комнаты. Гриндельвальд проследовал за ним, оставив Скорпиуса и Альбуса Поттера наедине с весьма темными книгами.

***

Святочный бал, красивая традиция Хогвартса во время Турнира трех волшебников, в Дурмстранге была заменена Весенним балом. Весна знаменовала собой новую жизнь, ее ждали после затяжной и холодной зимы, она давала надежду на зарождение новой жизни природы, на веселое и беззаботное лето. Весну ученики Дурмстранга встречали каждый год песнями и танцами. Танцы не были чем-то необычным для гостей из Хогвартса или Шармбатона. По крайней мере, не для этих гостей. Скорпиус обучался танцам с детства, Альбус научился этому искусству в свое время от Феба. Ну, а Джеймс был весьма пластичным и ловил новые знания на лету. Альбус Северус открывал бал в паре с Ларой, которая так и не смогла затащить его в постель. Хельга, чемпион Дурмстранга, пошла с Джеймсом, а Феб пригласил Розу, наплевав на желание многочисленных поклонниц. Поэтому на следующий день газеты пестрили заголовками по типу «Поттеры-Уизли везде всунули свой нос: выбор партнеров для Весеннего бала чемпионов Турнира» Третья часть турнира приближалась с каждым днем. Феб выглядел максимально расслабленным, а Альбус постепенно мрачнел перед обозначенной датой. К нему уже обращались работники Аврората, как британского так и международного, с просьбой постараться обезвредить Феба на наиболее долгий срок. Один из таких диалогов состоялся в комнатах Хогвартса. Все тот же министерский работник, пытавшийся полгода назад пролезть в голову к Альбусу Поттеру, стоял раскрасневшийся и взбешенный. Когда Дамблдор вошел в гостиную, чиновник едва ли не вытаскивал палочку, чтобы проклясть Поттера. Альбус Северус выглядел невозмутимо, даже головы в сторону Дамблдора не повернул. Геллерт сидел на диване, поглядывая на участников скандала, но ничего не предпринимая. — Альбус Северус Поттер, я еще раз вам повторяю. На третьем туре вы должны постараться сделать так, чтобы Феб оставался максимально недееспособным волшебником как миниум три месяца после турнира. Я сказал вам, какие проклятия можно для этого использовать. Вы сделаете это? — Мистер Эббот, я не могу. — Значит, у меня не остается других мыслей. Вы с ним заодно. Хотите утопить мир в крови. Что ж… Вы выбрали свою сторону, Поттер. — Эббот развернулся на пятках и пулей вылетел из комнаты. Хотя даже в министерствах до конца не верили в силу Альбуса, что немало подрывало самооценку волшебника. Альбус знал: Феб ведет себя так расслабленно из-за тщательно продуманного плана. Кроме того, на трибунах будет полно народу. Альбус не хотел собирать энергию из чужих палочек, но Феб наверняка этим воспользуется, что сделает его фактически непобедимым. Груз ответственности давлел на Альбуса Поттера. Но его друзья, видя это состояние, старались подбодрить волшебника. Даже Гарри Поттер не остался в стороне. Отец советовал бить максимально сильно, но при этом быть осторожным. Отличный и полезный совет, но Ал понимал, что одним Экспеллиармусом тут не управиться. Поттеру было даже немного наплевать на себя, но не на Феба. Он все еще не хотел причинять ему вреда или боли. Внутренние противоречия рвали на куски и так израненную душу. Единственная соломинка, за которую держался волшебник – друзья и тренировки с Дамблдором. Хотя и они подошли к концу за неделю до третьего тура. Альбус подумал, что у директора закончилось время на его обучение и был немного расстроен этим фактом. Но истинная причина была тривиальнее. Гриндельвальд нашел, как можно залатать брешь палочки и защититься от передачи энергии через нее. А потому, опробовав с Дамблдором это заклинание, рассказал механизм работы директору Хогвартса. Одной загадкой стало меньше. И отныне оба волшебника не чувствовали себя уязвимыми перед каким-то мальчишкой.