Daisy wheel

Это Шинпачи — член всеми известной Ёродзуи. Ему 18 лет, и он до сих пор «мальчик-вишенка», человек, до сих пор не попробовавший одного сладкого плода — плода любви. У него пару раз были намёки на отношения, но все они оказывались неудачными. Для Оцу парень — всего лишь фанат, хотя и хороший. Эромес попросту оказалась дрянной овечкой-лгуньей. С Кирарой у него дальше лучших друзей не заходит. Сама Вселенная не хочет его любви с Пандемониум-сан. А Момо-тян и вовсе была лишь гиперреалистичной иллюзией. Даже сейчас Шимура, возмужавший за эти года, ставший ещё более незаменимым членом Ёродзуи, чем просто парень-"адекват», до сих пор не нашёл себе девушку, да что там, вообще с никакой красоткой не разговаривал. А это Хиджиката — заместительница командующего Кондо, чей «Кодекс» держит на плаву весь Шинсэнгуми. Ей уже почти 30, и она тоже ни с кем ни разу не общалась в романтическом плане, ей это попросту не интересно. Девушка не хочет быть скованной семейными обязанностями, ибо не хочет, чтобы её решимость притупилась. Она в принципе не против перспективы остаться незамужней, даже несмотря на обильное количество влюбленных взглядов товарищей и новичков. Хотя, если говорить немного иным языком, то Тоши скорее «замужем» за работой. И этих двоих почему-то неимоверно тянет друг к другу… **** …Это началось ещё в их первую встречу с легендарным трио. Хиджиката тогда ещё вела обширные словесные баталии с их лидером Гинко, пока Шимура пытался их успокоить. Затем их бесконечные случайные стычки с Шинсэнгуми, из которых потом формировались важные для будущего узы. Потом работа в команде для спасения Отаэ от ненужного ей брака, где и зажглась первая серьёзная искра. Шимуре, несмотря на заскоки той, очень нравилась уверенность и храбрость Хиджикаты. Та в свою очередь гораздо спокойнее относилась к юнцу, чем к другим его друзьям. Встречи с ней были нечастыми, однако уже после той истории с прыщами-паразитами, Шин понял, что у них не простые дружественные отношения. Но никто дальше не заходил, каждому такое казалось странным. Тошико в основном ссылалась на их большую разницу в возрасте и на то, что тот ещё незрелый. А Шинпачи считал, что она достойна другого, может даже Кондо-сана. После войны с Уцуро, когда все отходили от произошедших событий, Шимура остался в Эдо, пока его друзья отправились в странствия по своим делам. Именно тогда, он и заговорил с ней немного подольше. А потом, с того разговора, как-то все пошло-поехало. И вот теперь, они оба стоят в офисе Ёродзуи, перед ошалевшей Гин, и ждут благословения на свой брак. — Эм… Пацуан, 1 апреля уже как месяц назад кончилось, ты малость припозднился — естественно, она не поверила с первого раза, и пока ещё не впала в откровенное сумасшествие. — Я серьёзно, Гин-сан, мы встречаемся уже как год, и в принципе уже готовы пожениться. — Погодите, как это, встречаетесь? — та медленно привстала со стула, начиная прищуриваться с подозрением — Ты же ещё «вишенка», насколько я знаю. — Уже нет, как бы, — всё также спокойно отвечал юноша — мы тайно встречались с момента вашего с Кагурой ухода. — Нас не было всего-то год, а вы уже и то сделать успели, и это? — всё также неверяще повторяла Саката. Шатен кивнул. — Вы ведь тоже за это время успели пожениться с Кацурой-саном и заделать ребёнка. — Это одно дело. У нас отношения складывались годами, мы фактически выросли вместе, мы прошли через многое. А у вас, всего-то год, и уже свадьба?! — А ещё я беременна — холодно произнесла Хиджиката. Тут то Гинко чуть не свалилась на месте, и чуть не подавилась воздухом. Но опять же, ей подумалось, что это галлюцинация. — Что, простите? Будущий жених молча указал на живот брюнетки, порядком не выдерживающей выкрутасов этой дурочки. Увидев это, та подбежала к ней чуть ли не ползком, в конце уперевшись ей в пока что не слишком заметный животик. — И где ребёнок? — раздалось внизу, а Гин для пущей уверенности залезла головой прямо под пиджак — Вы меня точно разыгрываете! Лицо Тоши покраснело от гнева. Эта «опекунша» её будущего мужа никогда так сильно не раздражала, как сейчас. Она вроде как, недавно одобрила (не сразу, разумеется) и скорую женитьбу её подчиненного Окиты и Кагуры, и вроде обошлось без таких вот скандалов. А теперь ведёт себя как самая настоящая свекровь, ненавидящая тебя с первого порога. — Это лишь второй месяц! — не выдержав, Тоши ударила свою «свекровь» коленом по лицу, от чего та отскочила назад. Едва устояв на ногах и остановив кровь из носа, Саката продолжила отчаянно искать намёки на розыгрыш, но надежда постепенно угасала. Девица уже начала жалеть, что тогда не ценила своего обычного Шинпачи — школьника, безнадёжно живущего в своих мечтах завести девушку. — А может, она просто майонеза сильно объелась? От такого количества тоже может рано или поздно стошнить. Ей ткнули какой-то бумажкой в лицо. Недоумевая, Гин взяла её в руки, внимательно рассматривая. То была какая-то странная фотография в черно-белых тонах. Какое-то серое месиво, а на нём блямба странной формы, которую никак адекватно не опишешь. — Это что? — девица и так прекрасно знала, что это, но веру ещё держала при себе. — Снимок УЗИ, как видите. И тут, все надежды разом рухнули. Это всё оказалось правдой, и Гинко больше не смогла сопротивляться суровой реальности. Её Шин таки вырос, и уже обзавелся невестой. Но почему она? Ладно бы, если бы у него наконец получилось добиться бы своей певички, не была бы особо против. Да господи, даже окажись это Пандемониум или вообще Кагура, не была бы против! Но зам.командующий Шинсэнгуми? — Шинпачи, я конечно могла ожидать от тебя чего угодно. Ты же всё-таки ещё не слишком взрослый, и можешь влюбляться во всех подряд, но есть же крайности! — шатен закатил глаза, а она далее обратилась к будущей «невестке» — А ты же сама Дьявольская зам.командующего! Как ты могла такое допустить?! — Я вдруг внезапно поняла, что не смогу всю жизнь просидеть в монашках, не познав «иного» людского счастья — наигранно слащаво ответила Тоши, в тот же миг одаривая её грозным ответом — Но на самом деле мне просто надоело общество дебилов, коим является большая часть моего окружения! Хиджи раздраженно поворачивает жениха в сторону, и тихо шепчет ему: — Я же говорила, не надо было её звать на свадьбу! Лучше бы пригласили только сестру и всё! Сребровласая поняла, что так у неё ничего не выйдет, сколько ни старайся. Поэтому, она решила действовать несколько иным способом. — Ну допустим, я вас благословляю. Но вы ведь знаете, что это надо спрашивать у ваших родителей, иначе ваша жизнь не будет богатой и светлой, а я их что-то не вижу. Глупый, конечно, план, но ей казалось, что это немного поможет им одуматься. — А, так это не проблема, — преспокойно отвечает Шин, отчего Гин и Хиджи застывают в непонятках — Я уже поговорил с отцом и Хадзимэ-нии, они согласны и благословляют наш брак. Так. СТОП! — Как? — только и сумела выдавить из себя глава Ёродзуи, поняв, что у неё начала ехать крыша. — Уиджа, сестра мне подсказала. Любительница Джампа так и застывает с немым вопросом «А?», пока он начинает объяснять. — И Хадзимэ-нии сказал, что он собственноручно проследит за тобой. Он говорит, что в его то состоянии это несложно провернуть. Она сглатывает, едва подумав о мертвецах. Вот хитрюги! Решили сыграть на её вере в призраков? Глупо, конечно, продолжать в это верить, но если вспомнить его безграничную любовь к ученикам то… Нет, это невозможно! Духи не могут так просто согласиться и покинуть Царство Мертвых. И Хиджиката ведь тоже их боится. Но почему тогда в спину тычется кончик ярко-красного пламени от лучевого меча? Не проходит и пяти секунд, как весь второй этаж оглушает крик из двух голосов: — ШИНПАЧИИИ! **** — Я ненавижу свою жизнь… — меланхолично объявляет Гинко, отпив глоток шампанского. Свадьба таки состоялась (но она бы всё равно состоялась, даже в случае отказа Гин), и проходила она в обновленном штабе Шинсэнгуми. Все вовсю поздравляли молодоженов, пока босс Ёродзуи подливала всем пойла в бокалы, словно официант. Высокая, статная невеста под руку шла вместе со своим таким же привлекательным женихом. Пару раз, она опасливо оглядывалась по сторонам, словно бы ища кого-то, как и новоиспеченный обслуживающий персонал в лице Сакаты Гинко. Пройдя мимо беснующихся очередных женатиков — Кагуры и Сого, Гин почувствовала на себе чей-то тяжелый взгляд. Девушка не стала оборачиваться, зная, кому могла принадлежать та широкая улыбка сзади и выставленный наготове меч…