Чай с лавандой и бергамотом

Эрен больше не заходил за чаем, они не встречались и на пляже, отчего Леви чувствовал себя неприятно. «Сопляк обиделся на мои слова?» — спрашивал он себя, прокручивая их диалог раз за разом. Он даже думал найти его и извиниться, все-таки Йегер тоже многое пережил и был сейчас совсем один, но Аккерман понятия не имел, где его искать. Потом Леви начал злиться на Йегера: «Обиделся он, надо же. Он чуть мир не уничтожил, а ты ему и слово не скажи, заденешь еще.» И вот, когда мысли об Эрене уже перестали посещать капитана, тот объявился на пороге лавки весь в крови и ссадинах. Леви уже собирался закрываться, когда Эрен ввалился в лавку и жалобно простонал: — Помогите… — Эй, Йегер, что с тобой? — Леви подхватил его у самой двери и повел к своей квартире. — Вступился за элдийку перед тремя ублюдками, — просипел парень, опираясь на здоровую сторону Леви, — им было интересно узнать родятся ли у нее титаны от марлийцев. Ей удалось сбежать, а мне досталось. — Вот же, блять, Йегер. Она тебе наверняка благодарна, но неужели некому было тебе помочь? Обязательно одному лезть? — Ургых, — все что смог выдавить из себя Эрен уже на грани отключки. Леви занес его в квартиру, опустил на диван и поспешил в ванную за аптечкой. Взяв перекись, бинты, набор для ушивания ран и заживляющую мазь он вернулся к парню. Первым делом проверил его сознание, затем принялся расстегивать окровавленную рубашку. Под ней оказалось два длинных пореза поперек живота. Тщательно осмотрев и обработав их перекисью, капитан принялся зашивать. Шить было трудно, во-первых, он не настолько хорошо владел левой рукой, во-вторых, Йегер дергался и пытался вырваться. Кое-как он затянул раны, забинтовал Эрена и приступил к осмотру других повреждений. Ощупав конечности и голову на предмет переломов, он оттер всю кровь с лица, обработал ссадины на губах и руках, забинтовал руки. Наконец, уложил парня на диван, укрыл пледом и оставил отдыхать. Сам же поплелся на кухню. Сердце капитана бешено стучало во время всей готовки. Он давно отвык от ранений и крови, но ситуация с Йегером будто вернула его во времена разведки. Ему не раз приходилось зашивать товарищей, иногда себя, обрабатывать раны, бинтовать. И хотя руки помнили каждый шаг, мозг Леви успел забыть каково это. «Чай, мне срочно нужен чай» — с этими мыслями он принялся заваривать чай с мятой, дабы успокоить себя. Спустя час он проверил Йегера. Жара не было, через бинты проступили небольшие пятна крови. Попытки разбудить и накормить не завершились успехом, поэтому Леви лишь оставил рядом с ним кувшин с водой, захватил рубашку парня и удалился в ванну. Еще через час он вновь проверил Йегера. Лоб был холодный, пятна не увеличились, поэтому Аккерман укрыл парня и удалился спать. Уснул он лишь под утро, всю ночь прислушиваясь к дыханию в гостиной. Эрен лениво потянулся во сне, но тут же его пронзила резкая боль в животе, отчего он проснулся. Соображая, где он находится, он вспоминал события вчерашнего дня. «Так, видимо это квартира Леви. Черт, надеюсь у него не будет проблем из-за меня» — подумал парень, после чего принялся осматривать свои раны. Бинты на руках чистые, губа опухла, но хотя бы не болит. На теле повязки пестрили бордовыми пятнами, но были сухими. За спиной послышались шаги, и Йегер обернулся на звук. — Жара нет? — спросил капитан по пути на кухню. — Кажется, нет. Простите, что так вломился, но я не знал, куда еще пойти, — крикнул Эрен в сторону кухни. Он огляделся вокруг. Гостиная, где он сидел, была небольшой. Диван и кресло стояли посреди комнаты, перед ними стол, в дальнем углу стоял книжный шкаф, напротив двери в кухню — небольшой комод, тумбочка с телефоном, светильник. Разумеется, все сияло чистотой. Окно было приоткрыто и ветер колыхал шторы. Все выглядело так уютно, несмотря на минимальное количество вещей. Квартирка ощущалась родной, хоть Эрен был тут впервые. Однако задерживаться здесь было опасно, поэтому он засобирался, но, не сумев найти свою рубашку, пошел на кухню лишь в бинтах. Леви уже приготовил омлет, заварил чай и накрыл стол. — Садись поешь, а после я тебя перебинтую, — бросил Леви, когда увидел Эрена. — Спасибо, капитан, не стоило. — Ешь давай, завтрак остывает. Ели они молча, думая каждый о своем. После Леви вымыл посуду и прошел с Йегером в гостиную. Заставив парня лечь, капитан принялся разрезать бинты и осматривать результат своего «шитья». Швы не разошлись, и кровь не проступала сквозь порез. Поэтому он обработал их заживляющей мазью и снова забинтовал Эрена чистыми бинтами. — Твоя рубашка еще сохнет, поэтому можешь взять что-то из моего. Мазь возьмешь с собой, наносить каждый день, бинты менять тоже ежедневно. На работе не напрягаться, в драки желательно не вступать, — отчеканил капитан. — Эмм.спасибо, капитан Леви, — Эрен смутился от такой заботы. — Не за что, не впервой твою задницу спасать. А теперь можешь идти, мне пора на работу, — Леви уже собирался встать, но тут Йегер схватил его за руку. — Леви, вы очень добры, спасибо за помощь — Эрен глядел на капитана глазами полными восхищения, благодарности и чего-то еще. Леви вздрогнул от этого взгляда и поспешил отдернуть руку. Кивнув, он ушел в спальню, дабы переодеться к работе. Эрен оделся, удивляясь тому, каким удобным был свитер Аккермана, и вышел из квартиры, не дожидаясь хозяина. На железной дороге он сегодня бесполезен, поэтому целый день оказался свободным. Придется, конечно, объясняться после, но шрамы скажут за него. Поэтому, покинув центр города, Эрен вновь отправился к набережной. Ему надо было подумать. Леви же дошел до лавки и принялся за разбор бумаг, пока Габи занималась продажей. Получалось у него плохо, взгляд Эрена не выходил из головы. Он видел уже этот взгляд, но в других глазах. В глазах его командующего Эрвина Смита всегда читалось восхищением Аккерманом, благодарность отражалась в них, когда Леви помогал с работой, приносил забытый ужин, был рядом, когда тяжесть потерь придавливала командора к полу. А еще в этом взгляде была любовь. Леви никогда никому не признался бы в этом, даже себе, но то, что было у них с Эрвином можно было так назвать. Они заботились друг о друге, защищали, поддерживали, говорили о прошлом, строили планы на будущее. Леви не хватало Эрвина. Он смирился с его смертью еще 7 лет назад, но все равно скучал. Смит был единственным, кого Леви подпустил к себе, кому позволил завладеть своим разумом и телом. Поток мыслей прервала Габи, влетевшая в кабинет с обедом и чаем: — Привет, капитан. Вы же еще не ели? Я принесла еды и черный чай без добавок, — протараторила девушка, а заметив мрачный вид, добавила, — Леви, вы в порядке? — Да, Браун, просто задумался. — О чем? Давненько вы не выглядели так плохо. — Вот же, наглая девчонка, — выругался Аккерман, — встретил старого знакомого, вспомнилось всякое. — О как. Кто-то приехал с Парадиза? — Да, вроде того. — Значит снова совместный ужин, — радостно воскликнула Габи, — Райнера и Пик звать? — Тц, остановись, никакого ужина. Просто случайная встреча старых знакомых. — Жааалко, простите, капитан. — Все в порядке, спасибо за обед, можешь идти, — после этих слов Габи удалилась. «Вот же неугомонная. Нельзя ей знать про Йегера, еще прикончить удумает» — устало подумал Леви, проводя рукой по волосам, и вернулся к бумагам. Обед так и остался нетронутым.