Мертвая комбинация

Шумная летняя суета заполняла кабинет, позволяя расслабиться в привычном течении ежедневной рутины мегаполиса. Проезжающие мимо автомобили и дорожно-строительные работы на скучающей периферии улицы представляли собой обыденный антураж каждого офисного сотрудника. Кацуки нажал на пластмассовую кнопку включения на системном блоке компьютера и тут же почувствовал, как палец болезненно защипал. - Черт возьми, - прошептал он про себя от неожиданности. Он наклонился осмотреть системный блок, желая удостовериться в отсутствии каких-либо внешних повреждений, а затем осторожно потянулся к кнопке. - Да какого?! - раздраженно вскрикнул Бакуго, злобно впиваясь взглядом в алюминиевый корпус, который снова ударил его током. Человек, лежащий на кушетке, повернул голову и с интересом рассматривал взаимодействие врача с электроникой. - Что там? - Изуку осторожно спросил, приподнимая туловище с дивана. Бакуго недовольно посмотрел на молодого человека и откатился на кресле от рабочего места, указывая руками под стол, где располагался системный блок. - Угадай! - он выплюнул и тут же устало запрокинул голову на спинку кожаного кресла, громко выдыхая. Экспрессивное выражение недовольства вызвало у Изуку легкую улыбку, но по профессиональной привычке он бросил взгляд на розетку, которая располагалась напротив дивана. - Не заземлена, - констатировал Мидория. - Странно, такое современное здание, а на проводке решили сэкономить, - он тяжело вздохнул, приподнимаясь, и снял клетчатую рубашку, под которой была простая черная футболка. - И что это значит? - Бакуго наблюдал за тем, как Изуку медленно направился к его столу. - Я пройду? - молодой человек заправил выбившуюся прядку отросших волос за ухо и слегка наклонился к блондину, сидящему за другим концом стола. Кацуки несколько секунд задумчиво рассматривал веснушчатое лицо, которое внезапно обрело серьезное выражение: именно так выглядит человек, который приступает к своим профессиональным обязанностям. - Тск, - Кацуки цокнул и отъехал на кресле к стене, освобождая пространство для Изуку. Мидория закатил глаза, но прошел к столу с другой стороны и встал на колени, рассматривая источник напряжения, он протянул руку к металлическому корпусу и тут же отдернул ее, почувствовав укус тока. - Черт, тут минимум под сотку пробивает, - парень нахмурился. Изуку не заметил, как человек, сидящий на кожаном кресле, внимательно рассматривал очертания и контуры его силуэта. Бакуго казалось, что все в этой сгорбленной фигуре было подчиненно совершенной гармонии: плечи, обрамленные черной облегающей тканью, костлявый изгиб позвоночника, даже количество мышц на руках и ногах были просчитаны самим Богом с геометрической точностью – настолько идеальными они отображались в глянцевых склерах Кацуки. Порочное удовлетворение пропитывало все его существо, когда, помимо созерцания эстетически совершенной оболочки, он осознавал, насколько безупречен был этот человек изнутри. Парень, который небрежно ковырялся в его компьютере, сосредоточенно нахмурившись, около месяца назад был лицом к лицу с самой смертью. Вокруг него была особенная энергетика: во всем, что он делал, читалась повседневность, но только до того момента, как вспоминаешь, что это движения человека, который раскинул руки перед своей погибелью. Человека, который ничего не боялся. Бакуго нравилось ловить любую микроскопически незначительную деталь этого тела, и когда Изуку менял положение, блондин жадно поглощал взглядом новый вид, желая запомнить каждое мгновение. - Сетевое напряжение попадает на металлический корпус. Довольно опасная ситуация, - Изуку прикусил губу и приподнял голову, посмотрев Кацуки прямо в глаза. - Если я сейчас одной рукой буду держаться за этот корпус, а другой за батарею, которая является заземленной конструкцией, то знаешь по какой цепи пойдет ток? Рука - грудь - сердце - рука. Можно через сердце пропустить 220 В, - с азартом проговорил Изуку, не отрываясь от Бакуго. Кацуки сглотнул. - Что это? Шутки про суицид? – иронично уточнил блондин. – Обсуди это со своим психотерапевтом, - он не отрывался от светящихся малахитов. - Обязательно, - Изуку слегка ухмыльнулся, и сердце Бакуго пропустило удар. - Я позвоню системному администратору, - проговорил Бакуго, внутреннее удивляясь тому, насколько глухо звучал его голос. Изуку кивнул и посмотрел на многострадальный корпус. - Может ноль отгорел, может блок питания пробивает, - заключил парень. - Скажи ему, что скорее всего блок питания, бьется сильно, но не критично, скорее всего 110 В, пусть тестер принесет. Изуку поднялся и прошел к розетке, к которой был подключен сетевой фильтр компьютера. Он вынул вилку из розетки, повернул ее на 180 градусов и вставил обратно. - Что ты сделал? - скептически приподнял бровь Кацуки. - Поменял местами нулевой и фазный провод в кабеле, может быть поможет, - пожал плечами Мидория. - В любом случае, не трогай пока ваш админ все не подправит. Кацуки кивнул, продолжив бесстыдно разглядывать пациента. - Дай угадаю, сейчас думаешь кого выкинуть в окно: меня или системный блок? - отшутился Изуку, ощущая, как Бакуго буквально не сводит с него глаз. - Ч-что? – Кацуки поперхнулся и резко вскочил. – Сядь уже на место! – лающим голосом он приказал, указав ладонью на кушетку. Изуку пожал плечами и снова рухнул на диван, положив голову на одну ручку, а щиколотки ног на другую. Он мечтательно смотрел на потолок, будучи полностью расслабленным. Кацуки сел напротив, удовлетворенно рассматривая молодого человека: они действительно продвинулись вперед – его пациент выглядел абсолютно спокойным. Мидория постоянно приходил раньше, но теперь они могли просто молча находиться в одном кабинете, иногда они обсуждали бытовые и повседневные вещи, увлечения друг друга. Кацуки не мог охарактеризовать эти отношения, но чувствовал невероятный комфорт, когда Изуку находился рядом. - Как понять, что ты влюбился? – внезапно спросил Мидория, застав Бакуго врасплох. - Черт, где моя капсула с цианистым калием, - простонал Кацуки, погружаясь в мягкую обивку кресла. Изуку рассмеялся, повернув голову в желании рассмотреть его реакцию. - Нет, серьезно, как происходит это осознание? – настаивал молодой человек. Внутренности Бакуго моментально стянуло металлической леской, когда он буквально на секунду представил, как Изуку рассказывает об эфемерном объекте влюбленности, у него тут же закружилась голова от интенсивности поглощающего недовольства. - Почему ты спрашиваешь меня? Посмотри «Титаник» или еще какое-нибудь дерьмо в этом духе, – раздраженно ответил Кацуки. - Я хочу знать, как влюбляется такой, как ты, - почти шепотом проговорил Изуку, замирая в ожидании реакции. - Какой такой? – нетерпеливо спросил Кацуки. Изуку снова повернулся, ощущая, как грудь сдавило под тяжестью неизвестных эмоций. - Совершенный, - растягивая каждую букву, ответил Мидория. Мышцы в животе Кацуки скрутились в узел, перекрывая дыхание. Воздух в кабинете слишком тяжелый, слишком вязкий, как смола, которая закупоривала альвеолы легких. Бакуго предпочел бы быть раздавленным этим тяжелым воздухом, но только не отвечать на вопрос Изуку. Ни один из ответов не был подходящим, ни один из его ответов не был профессиональным, ни один из его ответов не имел смысла, потому что это были бы просто слова. - Твое эмоциональное состояние на данный момент нестабильно, любая эмоциональная привязанность, которую ты можешь субъективно расценить как влюбленность, на деле может оказаться просто способом переключиться, - медленно выдохнул Кацуки. Изуку нахмурился и облизал губы, обдумывая свою следующую фразу. - Мне кажется, самое прекрасное во влюбленности – это как раз неосознание на первых порах. В смысле, когда вы еще не вместе, но вы уже знаете, что между вами что-то происходит. Вы не понимаете, что это за чувство, но есть давление вашего обоюдного подсознательного притяжения, - задумчиво проговорил в потолок Изуку. – Когда вы еще не вместе, но понимаете, что обязательно будете, - прошептал молодой человек. - Это лишь вопрос времени, - в тон тихо проговорил Кацуки, ощущая как болезненно изнывало его сердце. – Это то, что ты чувствуешь? Изуку молча закивал, медленно опуская и поднимая голову, словно находясь в гипнотическом трансе собственных мыслей. - Правда, в моем случае все это - иррациональные фантазии, - глухо проговорил Мидория. – Я проваливаюсь в кого-то недосягаемого. Вероятно, ты прав, и я просто схожу с ума. - Я не говорил, что ты сходишь с ума, - Кацуки почувствовал, как его начинает охватывать раздражение. – Послушай, твоя ситуация действительно сложная, потому что с одной стороны есть ты, объективно травмированный событиями прошлого, а есть другой человек, в которого ты…Влюблен, да? – Кацуки усмехнулся. – Так вот я не знаю, если бы я вдруг оказался на месте этого человека, то мог я бы поверить, что ты действительно влюбился в меня, а не пытаешься использовать меня в качестве способа уйти от реальности. Этакий благородный суррогат наркотического и алкогольного опьянения. Изуку приподнял туловище, опустил ноги на пол и сел прямо. Он впился глазами в собеседника, едва заметно сотрясаясь. - Этот человек недосягаем, - уже громче и более отчетливо проговорил Изуку. – Я могу лишь смотреть на него. Кацуки почувствовал, как его тело обдало жаром: спина горела от иллюзорного ощущения кипятка. Все было не так, весь их диалог казался неправильным. Ни одна умело подобранная комбинация слов даже самым талантливым оратором или писателем не могла бы описать состояние его души, ошпаренной взглядом человека напротив. Его животное чутье и интуиция буквально вынуждали рот открыться и продолжить диалог, заполнить тишину, довести все до логического завершения. - Ты ошибаешься, - единственное, что смог медленно прошептать Бакуго. Бровь Изуку вопросительно приподнялась, а затем неуверенная улыбка расцвела на его лице. - Хорошо, думаю, я обязательно обсужу это со своим психотерапевтом в следующий раз, - Изуку ухмыльнулся, посмотрев на часы на стене за креслом Кацуки. Врач недоуменно нахмурился, а затем повернулся посмотреть на электронный циферблат. - Ч-черт, не может быть. Мы весь сеанс просто проболтали? – он обернулся посмотреть на Изуку, который уже встал с кушетки и надевал клетчатую рубашку. – Твою мать! Врач вскочил с кресла и направился к столу, но остановился на полпути, вспомнив, что компьютер не работает. - Почему ты не сказал ничего, - Кацуки был готов придушить Изуку, а главное себя из-за того, что оказался посредственным специалистом, который позволил себе вопиюще безалаберное поведение на рабочем месте. – Черт, подожди, я позвоню Урараке, чтоб она назначила на завтра. - Кацуки, мы все равно обсудили мою проблему, давай не будем никого напрягать, - тихо проговорил Изуку. - Заткнись, просто заткнись, Изуку, - небрежно ответил Кацуки, но в его тоне не было злости, скорее комично гиперболированное проявление эмоций, что в очередной раз вызвало у Мидории снисходительную улыбку. - Не берет, - он раздраженно положил телефон на базу. – Где болтается только, не клиника, а сплошной бардак. Пошли вниз, - гаркнул психотерапевт, вызвав у Изуку очередную волну смеха. Молодые люди спешно покинули кабинет и в абсолютной тишине спустились по лестнице на первый этаж. Они шли близко, периодически случайно касаясь плечами друг друга. Каждое прикосновение отзывалось новой волной жара по телу Бакуго. - Очако! – крикнул Кацуки, положив руки на стойку регистратуры, за спиной которого тихо стоял Изуку. - Боже, не надо орать! – из служебного помещения, совмещенного с регистратурой, вышла невысокая блондинка. – Она отпросилась сегодня пораньше уйти. Кацуки, детка, ну ты бы, кстати, воспользовался служебным положением и выписал себе хорошие успокоительные, что ли, - девушка лениво плюхнулась на кресло и обворожительно улыбнулась. - Кэми, - Кацуки уже был готов отвесить очередную фразу, как девушка прервала его: - Ты ведь такой красавчик, если бы этот рот затыкался хотя бы на несколько минут, то цены бы тебе не было, - еще шире улыбнулась медсестра. За спиной Кацуки раздался глухой смех, и блондин закрыл глаза, пытаясь из последних сил не взорваться. - Изуку Мидория, завтра на любое свободное время, - с закрытыми глазами монотонно проговорил Бакуго. - Да, это я! – из-за широкой спины врача показался Изуку, помахав Кэми рукой. Уцушими кивнула и опустила голову, просматривая расписание, но в следующее мгновение она замерла, а затем подняла голову, всматриваясь в лицо Мидории. - Т-т-ты же тот парень, - испуганно проговорила Кэми. - Не смей, - Бакуго тут же открыл глаза и серьезно посмотрел на блондинку. – Просто запиши его, никаких комментариев, - опасно тихо проговорил он. Девушка испуганно кивнула и вернулась к изучению расписания. - Кацуки, завтра никак не получится - весь день занят. - После шести поставь, - без колебаний скомандовал Бакуго. - Твой рабочий день же до шести, - сзади прошептал Изуку. - Я могу делать все, что считаю нужным, - не поворачиваясь ответил врач. – Записала? - Да, завтра, Изуку Мидория на 18:00, - она посмотрела на Изуку. – Ждем Вас завтра, господин Мидория и…Простите, - Кэми стыдливо опустила глаза. Молодой человек улыбнулся и махнул рукой, словно это было пустяком, а затем его взгляд снова вернулся к Кацуки. Блондин повернулся к нему и молча разглядывал веснушчатое лицо. - До завтра? – прошептал Изуку, смущенно улыбаясь. Кацуки молча кивнул, продолжая рассматривать каждую деталь лица своего пациента, после непродолжительного молчания Мидория развернулся и направился к выходу. Блондин провожал взглядом удаляющуюся фигуру. Внутри него медленно разливалось благоговейное чувство предвкушения – завтра они увидятся снова. Бакуго посмотрел на Кэми, которая все это время безмолвно разглядывала его. - Ну, что на этот раз? - спросил Кацуки. - Да так, ничего, - девушка искренне улыбнулась и вернулась к своей работе. **** Бакуго склонился над барной стойкой, тяжело выдыхая. Алкоголь возбуждает нервную систему, обезболивает, снижает чувствительность, вызывает чувство эйфории, а также освобождает от страха, но алкоголь не влияет на сексуальные предпочтения. Кацуки облизнул губы и широко улыбнулся, он хрипло застонал, когда опьяненное сознание начало ослеплять парализующими фантазиями. Изуку прижимался к стене, а руки Кацуки медленно блуждают по его изгибам, он медленно дышал ему в шею, заставляя Мидорию задыхаться: он только дразнит, но не ни в коем случае не дотронется губами до этой соблазнительной белой шеи. Бакуго улыбается, когда Изуку поднимает голову, и его кадык начинает сильно выпирать. Блондин выдыхает намеренно интенсивно, обжигая кожу напротив, заставляя невысокого парня застонать от разочарования. Изуку хотел пропустить через свое сердце 220 В, но он даже не догадывался, что сам был как удар молнии, ставший источником подзарядки электрического поля Кацуки. Как завораживающая и смертоносная стихия, которая неминуемо приведет к гибели Бакуго. Все уже катилось прямиком к черту. Дыхание Изуку, его внимательный взгляд, каждая деталь его очертаний, каждый жест – все казалось несоизмеримо правильным и знакомым. Бакуго открыл рот и снова застонал, почувствовав, как живот скручивает от нарастающего возбуждения. Он осмотрелся, цепляясь взглядом за девушек вокруг, но ни одна из них не вызывала никакого отклика в фантазиях, ни одна из них не могла занять место Изуку. А затем взгляд Кацуки упал на молодого человека, сидящего на другом конце барной стойки. И Кацуки замер, когда осознал, что этот парень смотрит на него. Блондин на несколько секунд закрыл глаза, пытаясь представить вместо Изуку этого парня…И это сработало. Новая волна возбуждения окатила Кацуки, и он широко ухмыльнулся, а затем приподнялся и шаткой походкой направился к своей жертве. - Тебя угостить? – если это работает на девушках, то почему не сработает на парнях, – Или, может, ты хочешь уединиться? – Кацуки необдуманно бросил, а затем почувствовал неприятный укол в груди. Парень кивнул и встал со своего места, сильно схватив Кацуки за руку и потащив в сторону уборных. Они ввалились в одну из кабинок. - Эй, погоди-погоди, - прошептал Бакуго. - В чем дело? – проговорил молодой человек. – Хочу тебя, - он хищно улыбнулся и впился губами в шею Кацуки. Бакуго запрокинул голову и едва слышно застонал. Он схватил человека напротив пальцами за подбородок и приподнял его лицо к себе для поцелуя. Кацуки ожидал фейерверка эмоций, который удовлетворил бы его интерес и минутное наваждение, но вместо этого он почувствовал разочарование, которое острыми спицами впивалось в сердечную мышцу. Он перестал отвечать на поцелуй, опустил руки на грудь парня, а затем оттолкнул его от себя. - Что-то не так? – незнакомец облизал губы и в недоумении посмотрел на Бакуго. - Да, черт возьми, иди нахуй, - блондин брезгливо оттолкнул от себя парня и выбежал из туалета, стараясь не вслушиваться в крики ему в спину. Кацуки шёл без остановки уже несколько километров по ночной улице, которая попеременно утопала в мазутной черноте, не оглядываясь, в попытке убежать от навязчиво преследующих образов. Ночной летний воздух едва ощутимо охлаждал разгоряченную кожу, создавая лихорадочный контраст. Блондин встал напротив фонарного столба, пучковый желтый цвет которого рассеивался грязным покрывалом, обволакивающим городской битум. Он приподнял взгляд на кроны деревьев, стоящих на другой стороне улицы, и тут же с остервенением плюнул на асфальт, яростно взмахнув руками. Темно-зелёные верхушки деревьев под ночной вуалью напоминали цвет волос Изуку. Бакуго оперся рукой о столб и, закрыв глаза другой, громко рассмеялся. - Блять, - Кацуки дрожал. - Как, черт возьми, это произошло, - он шептал в землю. Когда он посреди ночи вернулся домой, у порога стояла Такеяма, которая обеспокоенно рассматривала своего парня. - Что случилось? Ты пьян? – встревоженным голосом спросила девушка. Кацуки ухмыльнулся и сбросил с ног ботинки, а затем молча прошел мимо. Только оказавшись в гостиной он крикнул: - Сплю на диване.