Мертвая комбинация

- Чисто теоретически, если агент под прикрытием должен накачать гражданского, то какими препаратами он будет пользоваться? – Кацуки нетерпеливо тарабанил подушечками пальцев по лаковой деревянной крышке письменного стола. - Очевидно, не наркотиками, - Мирио поджал губы, рассматривая вид из окна. - Действительно, очевидно, - с усмешкой выдохнул Бакуго.- Я надеялся, что услышу конкретику: какие наименования ты можешь назвать? Мирио покачал головой, болезненно сильно сжав руки в замке за спиной. - Никакой конкретики, ты же знаешь, что я не могу. Есть возможность помочь тебе, не раскрывая государственную тайну? – Тогата слабо улыбнулся. - Отлично, давай иначе, – оживился психотерапевт. - У меня пациент, ничего особенного, но говорит, что мучается от бессонницы. Просит выписать снотворное, которое будет иметь быстрый эффект. Как считаешь, триазолам подойдет? – Кацуки закинул ногу на ногу и с интересом ожидал ответ собеседника. Мирио равзернулся к Бакуго, и, когда их взгляды пересеклись, психотерапевт удовлетворенно облокотился на спинку кресла. Реакцию Тогаты можно было трактовать однозначно. - Откуда ты вообще знаешь об этом препарате? – Мирио рухнул на кожаный диван, положил одну руку на спинку. – Что происходит, Кацуки? Под секундным влиянием момента Бакуго показалось, что он может рассказать о происходящем и поделиться с Мирио. В конце концов, компетентный взгляд со стороны мог бы помочь прояснить ситуацию, возможно, Тогата подсказал бы выход. - Это как-то связано с тем парнем, который остался в гостиной? – снова спросил Мирио, когда понял, что гость не торопится делиться. - Да. Черт, Мирио, - Кацуки провел ладонями по лицу и опустил голову, рассматривая причудливый паркетный орнамент. – Тот парень, Изуку, попал в неприятности, но все разрешимо, я знаю, что нужно делать. Судя по всему, там уже работают твои коллеги, поэтому не уверен, что я вообще должен распространяться об этом. Кацуки сомневался. Он боялся, что будет подвергать опасности еще одну жизнь. -Ты пришел в мой дом. Ты пришел за моей помощью. И ты собираешься врать мне, а, Кацуки? Бакуго широко улыбнулся - водить за нос одного из лучших психотерапевтов в городе, который имел опыт работы в органах, не самое разумное решение в его жизни. Он внимательно посмотрел в огромные сапфировые глаза напротив, взвешивая все за и против. - Ты же узнал Изуку? Тот самый выживший из летнего инцидента в супермаркете. Тогда еще видеокадры стрельбы разлетелись по телеэкранам всей страны. Мирио кивнул. - Он пришел ко мне на сеанс…И…Я…Я совершил недопустимое. Мне кажется, что я был полностью восхищен его поступком, заворожен, понимаешь? Я не мог этому противостоять. Просто в какой-то момент я почти поцеловал его, понимаешь? А потом оказалось, что в кабинете камера. - Камера? – переспросил Мирио, поморщившись. - Да, да. Одна преступная группировка установила ее в моем кабинете. Они увидели нас и…Блять, это полный пиздец, - Бакуго закачал головой и громко сглотнул. – То, что я расскажу тебе, должно оставаться только между нами, потому что мы с ним под полным колпаком. Мне угрожали жизнями моей семьи и знакомых, с ним та же история. Я не пойду в полицию. Весь вопрос в Изуку. Я так понимаю, что я просто дополнительный фактор давления на него. Именно он нужен им. Говорят, что его отец работал на них, теперь и он должен. - Подожди-подожди, что означает работать на них? – Мирио положил локти на колени, выдвигая корпус вперед. - Говорят, что раз Изуку разбирается в технике, то будет им там что-то собирать? Техническое обеспечение осуществлять, что-то в этом духе. Тогата нервно рассмеялся. - Ты прости, конечно, но там дело в чем-то другом. Если я правильно понимаю ситуацию, то единственная работа, которую они могут ему предложить – помогать совершать преступления. Не винду на компах переустанавливать или чем там твой Изуку занимается. - Что ты имешь в виду? – Бакуго озадачено спросил. - Кацуки, я не знаю, что конкретно это за группировка, но его работа может начинаться от распространения наркотиков и заканчиваться совершением заказных убийств. Как только он стал бы случайным соучастником любого преступления, то на этом бы для него все закончилось – он был бы взят в полный оборот. Довольно примитивный способ шантажа, но безотказный для тех, кто не имеет никакого отношения к юридической деятельности. Донеси посылку в рюкзаке, помоги закопать вон тот мешок, а потом окажется, что в рюкзаке несколько килограммов наркотиков, а в мешке труп. Бакуго замер. - Это имеет смысл. И что в таком случае делать? - Триазолам, кто тебе сказал о нем? – Тогата уточнил. - Есть там один парень, опуская все подробности, он опоил меня этим препаратом, потом я очнулся где-то у них? Я не знаю, что это за здание было? - И, основываясь на одном лишь препарате, ты предполагаешь, что это агент под прикрытием? Кацуки виновато улыбнулся и кивнул. Было глупо делиться тем, что помимо наименования препарата в рукаве у Бакуго была только интуиция. - О, боже, - Мирио устало закатил глаза, обрабатывая услышанное. – Самый верный способ узнать, кто этот парень – посмотреть на его реакцию, если возникнет угроза жизни и здоровью гражданского. По регламенту он должен сделать все, чтобы человек выжил. Не могу сказать, что есть определенный протокол или алгоритм действий в подобных обстоятельствах, но в крайне редких случаях, при возникновении угрозы жизни и здоровью – такой агент может раскрыться. Но есть и обратный случай, если операция имеет огромное значение для безопасности всего населения, то кулуарное правило, что жизнями одного-двух людей можно пренебречь. Странный, конечно, выбор для члена криминальной группировки - триазолам, но я бы не ставил на это. Обратись к этому парню только в экстренном случае, на грани жизни и смерти, но не доверяй. - Понял, что-то еще? Как мы можем обезопасить себя от, ну, не знаю, уголовной ответственности за то, что они теоретически могут заставить нас сделать? - Давай рассматривать худший вариант, что агентурная работа не проводится, и вы в этой организации одни. На самом деле, вы являетесь жертвами, участвуете во всех действиях не по своей воле, но нужны доказательства, которые подтверждают, что вы насильно втягивались в эту группировку. - Например? - Ну, например, звонки. Нужно включить запись звонков, чтобы было очевидно, что над вами осуществлялось моральное насилие и принуждение. Кацуки кивнул и достал телефон. Он доверится Мирио. Бакуго почувствовал, как чужая рука касается его плеча. Он раздраженно отмахнулся, словно от назойливой мухи, а затем посмотрел на Хавкса. - Любая чистая ткань, коагулянты, обезболивающие, алкоголь, бинты, шовный материал, чистые одноразовые перчатки. Помещение с хорошим освещением и чтоб там никто, кроме нас троих, не присутствовал, - скомандовал Бакуго, погружаясь в полное отрешение. Помещение вокруг него давно потеряло свои очертания, покрываясь мутной безликой пеленой. Кацуки не чувствовал ни страха, ни ужаса – казалось, что все эмоции внутри него испарились. Врач начал расстёгивать пуговицы на рубашке Изуку, а затем разорвал футболку, обнажая грудную клетку и живот молодого человека. - Почему ты до сих пор здесь?! – крикнул Бакуго, выводя Хавкса из оцепенения. – Бегом за тем, что я сказал. Взгляд Кейго приобрел осмысленность, а затем парень вскочил, направляясь в сторону двери. Бакуго осмотрел живот Изуку и снова опустил голову, прикладывая ухо к сердцу Мидории, параллельно свободной рукой он начал прощупывать пульс на запястье. - Блять, давай, Кацуки, думай, - он посмотрел на бледное лицо Изуку. – Если бы у него было внутреннее кровотечение, то живот был бы вздутым. Сейчас все в порядке. Бакуго начал продумывать вероятность наличия внутреннего кровотечения – в таком случае, нужно будет разрезать живот, зашивать сосуд. Если Изуку будет дергаться, то он может задеть артерию, тогда Мидория умрет. Нужен наркоз, если Изуку будет под наркозом, он может перестать дышать, тогда Мидория умрет. Нужен хотя бы ручной ИВЛ. - Блять! – крикнул Кацуки, ощущая, как неконтролируемая волна паники накатывает с новой силой. Он начал гладить зеленые волосы, еще больше пачкая их кровью. – Пожалуйста, Изуку. Не теряй сознание, оставайся здесь, со мной, пожалуйста. - Каччан, - прошептал Изуку, казалось, что его перекошенное от боли лицо становилось все бледнее. - Все будет хорошо, Деку. Мы вытащим тебя из этого, - Кацуки утешал Мидорию, продолжая придерживать рукой рану, сквозь которую шла кровь. Изуку не ответил, он закрыл глаза и начал облизывать высохшие губы. - Бакуго! Нашли помещение, за мной, - прокричал запыхавшийся Хавкс. Психотерапевт аккуратно взял на руки Мидорию и пошел следом за Кейго. Они переместились в павильон, где уже располагалось переносное прожекторное освещение и огромный стол. Бакуго бережно уложил Изуку и начал всматриваться в те принадлежности, которые были рядом. Бутылка водки, бинты, чистая ткань, перчатки, шприц, который Кацуки проигнорировал, когда мысленно планировал, что делать с каждой из этих вещей. - Иди сюда, - скомандовал Бакуго, схватив бутылку. Он небрежно вылил жидкость себе на руки, тщательно обрабатывая каждый миллиметр на коже рук, а затем протянул емкость Кейго. - А мне зачем? – взволнованно спросил Таками, который взял бутылку и неосознанно повторил за Кацуки. - Если мне вдруг понадобится помощь, то твои руки должны быть стерильными. Это на крайний случай, - монотонно ответил Бакуго. – Где обезболивающее? Где шовный материал? – он злобно зыркнул на Хавкса. - Обезболивающее на столе, - прошептал парень. Бакуго вздрогнул, когда еще раз посмотрел на шприц. Он не был идиотом и понял, что за жидкость находится в цилиндре. Врач тяжело вздохнул и сделал несколько шагов назад. -Я..Я..Я не могу, - прошептал Бакуго. – Он меня не простит. Да, он не был идиотом. Он понимал, что это самый оптимальный, самый полевой вариант обезболивающего, которое действительно может помочь. Недаром именно таким способом обезболивают раны во время военных действий. Дозировка недостаточна для возникновения привыкания. От одного укола с ним ничего не произойдет. - Почему ветераны, побывавшие в горячих точках, практически поголовно сидят на чем-то? – спросил Хавкс, пытаясь решить для себя моральную дилемму. - Не потому что во время проведения операций их обкалывали наркотиками, - проговорил Кацуки. – А потому что их обкалывали наркотиками в период реабилитации. - Другого выхода нет, Кацуки, - после непродолжительного молчания уверенно проговорил Кейго. - Сука! – Бакуго ударил ногой воздух, а затем медленно направился к столу. Он схватил шприц и снял защитный колпачок с иглы, приподнимая на свет прожекторов цилиндр. Когда Бакуго убедился в отсутствии пузырьков воздуха, он приблизился к Изуку. - Что это? – страдая от температурной лихорадки, спросил Мидория, пытаясь разобрать, что за предмет держит в руках Бакуго. – Эй, К-Кацуки, ответь. Кацуки молчал. Он только обмакнул в спирте ткань свободной рукой и небрежно провел по внутренней стороне локтя Мидории. Наконец, Изуку разобрал, что находилось в руках врача. - Н-нет, не надо, Кацуки, - Мидория начал вырываться. – П-пожалуйста! Я смогу, я смогу, правда, смогу вытерпеть боль, не надо этого, пожалуйста, Кацуки, - кричал Изуку. Сердце Бакуго заледенело от этих криков. - Я никогда тебя не прощу, Кацуки. Пожалуйста, не нужно, - Изуку начал вырываться еще сильнее, когда понял, что Бакуго не останавливается, а уже начинает искать его вену. - Кейго, помоги мне! – хрипло прокричал Бакуго. – Держи его. Таками навалился на Изуку, схватив того за ноги и другую руку. - Я люблю тебя, Кацуки, пожалуйста, не делай этого, - Мидория взмолился, уставившись на Бакуго, чье лицо не выражало ни единой эмоции. Бакуго нашел вену и вставил иглу под кожу, он последний раз посмотрел на распахнутые зеленые глаза, из которых ручьем капали слезы. Если жизнь Изуку будет стоить ему его ненависти, то он готов заплатить за это. Пускай даже если после этого жизнь самого Кацуки потеряет смысл. В следующее мгновение тело Изуку полностью расслабилось, словно все стальные тросы в один момент лопнули, оставив после себя лишь приятную пустоту. В момент все его тело начала обволакивать эйфорическая поволока. Все вокруг перестало иметь какое-либо значение. - Мы принесли шовный материал, - крикнул из дверного проема Магне. Хавкс пулей выхватил несколько картонных коробок из рук мужчины и вытолкнул того обратно за дверь. - Все потом, Магне, - строго прошипел Кейго. Парень понимал, что происходящее в этом помещении должно остаться только между ними тремя. Кацуки видел, как выражение лица Изуку сменилось на блаженную истому. По спине блондина побежали мурашки. Он виноват во всем этом. И он должен завершить начатое. Бакуго начал обрабатывать открытую рану, накладывая швы, мысленно молясь всем божествам, чтоб у Изуку не было внутреннего кровотечения. Когда все было закончено, врач почувствовал легкое головокружение, он сделал несколько шагов назад и развернулся, чтобы никто не смог увидеть его лица. Он с пренебрежением вытер пот со своего лба и тяжело выдохнул. - Знаешь, Кацуки, ты как-то сказал мне, что в жизни есть такие испытания, пережив которые, ты в конечном счете на самом деле начинаешь осознавать, что ты из себя представляешь. А еще ты сказал, что не знаешь, стоит ли это того, - Изуку заплетающимся языком говорил куда-то в потолок. – Так вот я подумал, что я бы не хотел переживать какие-либо испытания, чтобы просто осознать, что я из себя представляю. Я бы смог пережить все испытания, которые могла уготовить мне судьба, только если бы знал, что встречу тебя. Я бы не боялся засыпать по ночам, понимая, что впереди меня ждут самые ужасные кошмары, только если бы знал, что утром ты обязательно будешь рядом со мной. Кацуки задрожал, его брови приподнялись, а из глаз неконтролируемым потоком полились горькие слезы, которые обжигали кожу лица. Врач сгорбился и закрыл рот руками, чтобы никто ни в коем случае не слышал его горестные стенания.