-ВТОРЖЕНИЕ ГИГАНТОВ-

Легенда гласит, что разумные титаны правили людьми с самого первого дня сотворения мира. Титаны защищали хрупкие человеческие тела от опасностей извне, а трудолюбивые люди обеспечивали своих господ всем необходимым. Всё изменилось, когда появились титаны, которые не понимали человеческого языка. Они не шли на контакт, они не желали слушать людей, они лишь хотели наполнить свои желудки человеческой плотью и породить из неё новых титанов. Тогда последний потомок разумных титанов — король Фриц — создал гигантских големов. Големы защитили своими телами остатки человечества и стали каркасом для трёх великих стен, которые были названы в честь прекрасных дочерей короля Фрица — Марии, Розы и Сины. Три стены опоясывают замок короля и защищают земли королевства. Прошло уже две сотни лет после возведения стен, и человечество в безопасности существует среди каменных изваяний. Не только крохи выживших из человеческого рода сохранились здесь. Внутри стен живут и другие разумные существа, которые тоже изрядно пострадали от деспотии титанов, но не имели сильного защитника. Они спрятались по разным уголкам внутристенного государства, названного позже Вальхаллой, и вскоре люди вовсе позабыли об их существовании.

      Дети вернулись домой не в самом радостном расположении духа. Вечно Ханнес настроение портит! Эрена захватили бравые мысли молодого ума. Он мечтал о путешествии, о великом подвиге. Он мечтал, что именно ему, Эрену, предстоит освободить человечество, и люди вновь смогут ступить на землю за стенами. Однако как уговорить маму пустить его? Тут точно не помогут просьбы по типу «Ма-а-а-ам, можно я схожу с Армином и Микасой до канала, ну пожалуйста».       Микаса же погрузилась в омут мрачных воспоминаний. Она осталась сиротой и не желала потерять ещё и любимого брата из-за его глупости и безрассудной храбрости.       Вступив в дом, Эрен и Микаса сбросили хворост с уставших спин. Мама, красивая женщина с тёмными волосами, свободно связанными в хвост и переброшенными на одно плечо, была одной из тех, кого не портят роды и рутина домохозяйки. Она похвалила детей и вновь принялась за домашние хлопоты.       Эрен помнил, как в детстве, наслушавшись рассказов отца, пытался выведать у матери, видела ли та вигтов. Эти забавные старички в красных чулочках помогали женщинам справляться с хозяйством. Иногда они проказничали и запутывали пряжу или мешали соль и перец. Неизменной их чертой было то, что они умели ловко прятаться от людей. Тогда Карла, так звали маму Эрена, загадочно улыбалась и уходила от вопроса, заданного пытливым малышом.       Семья Йегеров была не бедна, но и не сильно богата, если сравнивать её с остальными семьями в Шиганшине. Несмотря на то, что доктор Йегер был очень уважаем в городе, так как в прошлом спас население Шиганшины от опасной эпидемии брюшного тифа, он не брал ни монеты больше, чем позволяла ему его совесть. Отец действительно был незаменим в городе — и даже во всей Вальхалле. Он будто бы всегда знал наперёд, какую опасность городу стоит ожидать, поэтому всегда предупреждал знакомых одеваться теплее перед холодами или держаться подальше от крыш перед оттепелью. В последнее время доктор Йегер был полон волнения, но Карла убеждала детей, что такое с ним происходит всегда перед вспышками гриппа.       Дети помогали матери развешивать бельё на крыше небольшого дома, что принадлежал семье Йегеров. Эрен свесился через край, смотря вниз на отца, стоящего в небольшом дворике, и не обращал внимания на беспокойные взгляды Карлы. Микаса послушно держала таз, полный стираного белья.       — Папа, ты уходишь? — спросил Эрен, увидев, что отец бережно складывает пузырёк с зелёной жидкостью в свой саквояж. Отец, средних лет мужчина с обильной растительностью на лице и очками, кивнул.       — Меня попросили завтра посетить деревню к северу-западу от Шиганшины. Говорят, маленький мальчик заболел скарлатиной. Я просто решил подготовить лекарства заранее, — ответил доктор Гриша Йегер.       — Настой корня валерианы? — сощурился Эрен.       — Да, — кивнул отец. Эрен не обладал столь острым зрением, чтобы разглядеть надпись на этикетке, которую заботливо приклеил к колбе доктор Йегер.       — Не вставать с постели и прикладывать холодную повязку к голове. И если болит горло, то его нужно полоскать настоем шалфея, — более уверенно сказал мальчик. Гриша Йегер улыбнулся в бороду, закрывая саквояж.       — Не зря ты мой сын, — сказал он с гордостью. — Быстро учишься. Ты станешь достойным наследником моего дела.       — Эрен, отойди от края! Не хватало ещё, чтобы ты упал и сломал себе шею, — Карла прекрасно понимала, что раз отец ничего Эрену не сказал, то значит, опасность мальчику не угрожает, но всё равно решила воспользоваться своим материнским влиянием, чтобы остеречь сына.       Микаса бросила на Эрена хмурый взгляд.       — Наш Эрен, — сказала она, — не хочет быть лекарем. Он хочет увидеть мир за стенами.       Её тихий голос услышал даже доктор Йегер, что стоял внизу. Лицо матери побагровело. Эрен встрепенулся, раздосадованный маленьким предательством сестры.       — Микаса! Я же просил не рассказывать! — вспылил он. На самом деле сестра ничего ему не обещала, но обида взяла вверх над разумом.       — Эрен! Это что ещё за глупости! — прервал его полный беспокойства материнский голос.       — Эрен, — раздался строгий голос отца. — Почему ты хочешь побывать снаружи? Мальчик задумался.       — Я не хочу помереть, так и не узнав, что находится вне стен. Я хочу вернуть тот мир, что люди потеряли двести лет назад. А если и не вернуть, то хотя бы сложить голову, чтобы помочь другим совершить это вместо меня!       Слишком взрослые высказывания рвались из груди маленького мальчика. Слишком взрослые мысли посещали буйную молодую голову. Слишком взрослые испытания Эрен готов был преодолеть. Гриша Йегер задумчиво почесал подбородок.       — Ясно, — сказал лекарь и, казалось, потерял всякий интерес к разговору.       — Что? Постой! Гриша! Убеди Эрена! Он послушает тебя! — воскликнула Карла.       — Я не смогу его убедить, ничто в мире не сможет убедить человека, одержимого жаждой знания, — задумчиво проговорил отец.       Он извлёк на свет блестящий ключ, что таил всегда на своей груди, никогда не расставаясь с ним. Кто знал, какую тайну хранил этот загадочный лекарь, что всегда знал всё наперед. Эрен завороженно уставился на гладкую блестящую поверхность. Этот ключ… Казалось, в этом простом предмете заключена разгадка всех тайн человечества. Казалось, этот ключ смог бы открыть любую дверь и дать доступ к любым знаниям.       — Когда я вернусь из деревни, я покажу тебе, что я храню в своём подвале, Эрен. Ты сможешь получить ответ на любой твой вопрос, — сказал Гриша Йегер. Он чуть подбросил лёгкий блестящий предмет в воздух и, поймав его, вновь спрятал под воротником рубашки.       Глаза Эрена зажглись. Отец считает его совсем уже взрослым, раз пообещал ему раскрыть свою самую сокровенную тайну.       — А я не разрешаю, — внезапно вставила мать. — Глупости! Какой внешний мир! Ты ещё совсем ребёнок!       — Глупости?! — воскликнул маленький Эрен. — Глупости?! По мне, так люди, которые хотят всю жизнь прожить, словно скот в загоне, в сотню раз глупее!       Карла хотела возразить, но малыш уже мчался по лестнице вниз. А после скрылся за поворотом узкой улочки.       — Микаса, — беспокойно обернулась женщина к приёмной дочери. — Пожалуйста, присмотри за Эреном. В трудную минуту вам нужно помогать друг другу, вы же брат и сестра.       Девочка кивнула, согласная с Карлой. Она всегда была для Эрена надёжной опорой.