Глава 15. Новый профессор Защиты
26 июля 2024 г., 13:06
Профессор зельеварения Северус Снейп сидел за столом в личном кабинете и заполнял до тошноты раздражающие документы об учебном процессе за прошедший семестр. В банках у стен лениво булькали будущие ингредиенты зелий, а сквозняки в очередной раз побеждали чары, напоминая, что даже магия не всесильна.
Почти все студенты разъехались на каникулы по домам, а потому в замке преимущественно стояла никем не нарушаемая тишина. Снейп был уверен, что стены и лестницы счастливо выдохнули, когда из школы исчез бесконечный топот и крики школьников. И только профессора по-прежнему находились здесь, присматривая за оставшимися детьми и заполняя проклятые школьные отчеты.
Когда Северус соглашался пойти преподавать в школе, хитрый директор о количестве бумажной работы каждый семестр предусмотрительно умолчал, а на все последующие претензии только невинно улыбался.
Неожиданно где-то рядом раздался приглушенный хлопок, и перед Снейпом появился один из домовых эльфов Хогвартса.
— Директор попросил профессора Снейпа зайти к нему в кабинет в ближайшее время. Директор сказал, это очень важно, — пропищал эльф. Зная, что от просьб Альбуса просто так сбежать не получится, Северус кивнул эльфу. Тот с хлопком исчез, видимо, отправился докладывать о выполненном поручении директору.
Снейп догадывался, о чем пойдет разговор в кабинете Дамблдора, и поэтому совершенно не хотел никуда идти и подтверждать свои догадки. Уж лучше заполнять треклятые отчеты.
Альбус только успел привыкнуть к недавно отправленной в Хогвартс Министром в качестве соглядатая Амбридж, когда Фадж решил поменять ее на другого профессора. Причем, человека Министр на должность выбрал такого, о котором сам директор ничего не слышал.
За несколько дней до начала нового семестра не очень довольный Фадж без приглашения явился в кабинет к Дамблдору и сообщил директору и части преподавателей неожиданную новость — после каникул в Хогвартсе появится новый профессор Защиты. В ответ на вопрос, кто им стал, Фадж неприятно ухмыльнулся и назвал лишь незнакомое Северусу имя.
Дамблдор же после столь потрясающей новости сказал от силы пару слов. Министр покинул его кабинет в удивительно приподнятом настроении. Видимо, он был счастлив испортить планы Дамблдору любым способом, даже во вред себе.
С того незабываемого момента прошло несколько дней, и Снейп был уверен, за это время Альбус узнал о новом профессоре достаточно информации, которую уже знал сам Снейп со слов Люциуса Малфоя. Имя профессора Люциус когда-то раскрывать отказался, но обнадежил, что кандидат не так плох, как может показаться с первого взгляда, хотя в целом выбора у них все равно нет.
Снейпа это не успокоило. Не так плох, как кажется с первого взгляда? Что это вообще значит? Новый профессор выглядит как идиот Локхарт, но умом его немного превосходит? Малфой совершенно не помогал, поэтому Снейп еще во время той беседы решил не настаивать и дождаться новостей от Дамблдора. Как бы то ни было, а избавиться от Амбридж Люциус очень помог, и только за это Снейп был ему благодарен, не смотря на то, что никогда не скажет этого вслух.
После явления Министра в Хогвартс и торжественного объявления имени волшебника, о котором никто из преподавателей ни разу не слышал, Северус насторожился. А во время следующего разговора с Малфоем пообещал, что перестанет приносить ему сплетни из школы, пока тот не расскажет все, что знает о новом профессоре. И Люциус рассказал, хотя, видит Мерлин, лучше бы он этого не делал.
Как оказалось, кандидата нашел не сам Малфой, он только помог получить подписи членов Попечительского совета и одобрение Фаджа. А в том, чтобы профессором стал именно этот конкретный человек, был заинтересован другой достаточно влиятельный волшебник в Министерстве, имени которого Люциус, конечно, не назвал, но вспоминал о нем с той еще ехидной ухмылкой. Но за то время, которое у Малфоя было, и это была победа.
Информации, собранной Люциусом на нового профессора, было ужасно мало. Полукровка из Швейцарии и родственниками во Франции без положения в обществе и солидного сейфа в банке. Мать-волшебница умерла около двух лет назад, имя отца-маггла даже не удалось узнать. Вместо учебы в школе — домашнее обучение. Чему смогли научить дома нанятые репетиторы, если они вообще были, можно было и не представлять. Диплом Шармбатона о сдаче экзаменов, пусть и на неплохие баллы, доверия также не внушал.
Информация о следующих паре лет будущего профессора отсутствовала, а затем, крайне неожиданно, в списке значилась должность охотника за артефактами в крайне занимательной организации. Организации, в которую, будучи молодым и амбициозным, сам Северус мечтал попасть. В ней нельзя было оказаться, имея только связи, родословную в несколько чистокровных поколений и толстый кошелек. Необходимы были не слабые магические способности и знания. Снейп начинал догадываться, почему профессор был не так плох, как казалось на первый взгляд, особенно если добытая Люциусом информация все же являлась правдой.
Около полутора лет назад работа охотником за артефактами была оставлена, а еще через год страной проживания мага стала Британия. О причинах всех этих событий информаторам Люциуса узнать не удалось. Как и поговорить с кем-либо, лично знакомым с девушкой, которая станет новым профессором Защиты.
Северус рассчитывал, что место займет он сам или один из авроров. В крайнем случае, это мог быть аврор или невыразимец на пенсии. Но не никому неизвестная юная особа, непонятно что из себя представляющая. Однако, идея с сохранением должности профессора за Амбридж была еще хуже, поэтому приходилось выбирать меньшую из зол.
Люциус советовал осторожно присмотреть за новым профессором, не лезть на рожон и не пытаться удалить ее из Хогвартса, с чем Снейп был согласен. Даже не самый способный маг был лучше Амбридж, которой до летних каникул прийти в голову может что угодно.
***
В кабинете Дамблдора было неизменно светло и шумно. Многочисленные приборы не всегда известного назначения располагались на всех возможных поверхностях тикая, звеня, шурша и дребезжа. Свободные от серебряных приборов полки занимали книги, многие из которых были в несколько раз старше самого Снейпа. На насесте недалеко от окна сидел феникс, а в кресле за столом — сам хозяин кабинета. На столе рядом уже стоял неизменные чай и чаша с лимонными дольками. — Альбус. — Доброе утро, Северус, — понимающе улыбнулся директор. — Чаю? — Что вы хотели, Альбус? — сел за стол напротив директора и устало спросил Снейп, всем своим видом отчетливо демонстрируя нежелание находиться в этом кабинете. — Как обычно нетерпеливый, — мягко попенял ему Дамблдор, но быстро сменил смешливое настроение на серьезное. — Насколько ты знаешь, сегодня в школу приезжает новый профессор… — неопределенно начал Дамблдор. — Учительская гудит о столь важном событии уже несколько дней, очень сложно не заметить, — прокомментировал Снейп, надеясь, что Дамблдор уловит количество яда в его голосе и скорее перейдет к делу. — Действительно, — куда-то себе в бороду пробормотал директор, но затем снова вернул внимание к профессору. — Слышал ли ты какие-нибудь слухи о новом профессоре среди Пожирателей Смерти? Прошло достаточно времени, чтобы о таком событии узнал кто-то из последователей Тома. Если бы у Снейпа было немного меньше выдержки и опыта сохранять безразличное выражение лица в любой ситуации, он бы открыл рот от удивления. Малфой так или иначе упомянул о новом профессоре в непринужденных беседах за бокалом вина с половиной членов Попечительского совета, часть из которых — последователи Темного Лорда. Сам Лорд знал о том, что в школе появится новая пешка, еще до момента, когда на кандидатуру нового профессора согласился Фадж. Чем самого Лорда вдруг не устроила Амбридж, ни Северус, ни Люциус не знали, но то, что не пришлось озвучивать подробности использования в школе кровавого пера, очень радовало обоих. Неужели Дамблдор ни о чем даже не догадывался? Конечно, основная инициатива шла от «неизвестного влиятельного мага из Министерства», но, зная Люциуса долгие годы, Снейп ни за что не поверил бы, что в подобной афере Малфой ни на кнат не замешан. Что ж, просвещать Альбуса относительно степени осведомленности Пожирателей Снейп был не намерен. — Темному Лорду уже сообщили о появление в школе нового профессора, но распоряжений по этому поводу еще не поступало. Лорд, судя по всему, имя этого человека на собрании услышал впервые, как и многие в зале, — это была чистая правда, имя будущего профессора раньше слышала только пара последователей Лорда, все они были работниками Министерства, с которыми девушка каким-то чудом успела познакомилась ранее. — Страннно, очень странно, — задумчиво произнес Дамблдор, обдумывая слова Снейпа. — Но если за ней никто не стоит, почему Министр заменил своего шпиона-заместителя в Хогвартсе? Неужели она его… дочка? Или любовница? Северус уже на первом предположении директора подавился чаем, но попытался сделать все, чтобы этого не показать. Не получилось — во время второго он всерьез закашлялся. Возможно, стоило намекнуть Дамблдору на часть правды, потому что второй раз от таких предположений Снейп скончается от удушения в самом расцвете лет и даже не от рук Темного Лорда. — Я действительно так не думаю, Альбус, — осторожно начал он, подбирая слова. — Фадж выглядел не очень довольным, когда пришел к вам в кабинет сообщать эту новость. — Хм… Возможно, ты и прав. Но почему, в таком случае, он согласился на замену профессора? Этот вопрос остался без ответа, так как полностью раскрывать свои карты Северус пока не собирался. Что бы ни думал Дамблдор, именно этот человек в итоге получил должность профессора только благодаря одновременному стечению очень многих обстоятельств. — Вы хотели что-то еще, Альбус, или я могу идти? — нарушил звон серебряных приборов Снейп, которому надоело лицезреть отстраненную задумчивость хозяина кабинета. — Конечно, Северус, — очнулся и поднял на Снейпа взгляд Дамблдор. — Ты можешь идти. Снейп успел подняться из кресла и облегченно выдохнуть — поход к директору оказался просто сбором дополнительной информации о новом профессоре. Снейп успел сделать несколько шагов к выходу, прежде чем вновь раздался голос Альбуса: — У меня будет к тебе небольшая просьба, Северус, — начало фразы заставило Снейпа замереть на полушаге и медленно повернуться к директору, подспудно ожидая чего-то, что ему не понравится. — Я уже попросил Минерву встретить нашего нового профессора сегодня. Но мне бы также хотелось, чтобы и ты при этом присутствовал. Гори оно все адским пламенем. Вопрос, конечно, риторический, но почему это должен быть именно он? Директор лично, конечно, не обязан встречать новых преподавателей, но не то чтобы он был занят больше, чем деканы главных враждующих факультетов перед приездом членов этих самых факультетов в Хогвартс. Выучив за несколько лет работы с Альбусом Дамблдором, что любые отговорки бесполезны, а отказы он не терпит, Снейп кивнул. Лишь бы не тратить драгоценное время, оставшееся до приезда нового профессора в школу, на глупые препирательства. — Хорошо, Альбус, — медленно выдохнул Снейп, успокаивая нервы и проглатывая не самые лестные слова в адрес директора. — Что-то еще? — Нет-нет, на этом все, Северус, ты можешь идти, — извиняюще улыбнулся Дамблдор, и Снейп почти поверил в искренность этого выражения лица. Ни говоря ни слова, Снейп вышел из кабинета и в несколько секунд спустился вниз по крутой винтовой лестнице. Жалеть о потерянном времени и посылать все кары небесные на голову Альбуса он будет после, а сейчас стоило заняться делом. Во время семестра о свободных часах, позволяющих заниматься не ведением лекций и проверкой оставляющих желать лучшего эссе школьников, можно было и не мечтать.***
За полчаса до момента прибытия в школу нового профессора Снейп поднялся из подземелий в главный холл, в котором его уже дожидалась Макгонагалл. Недовольство женщины отражало его собственное, но не так явно написанное на лице. — Идемте, Северус, — удрученно проговорила Макгонагалл, прежде, чем отвернуться к выходу. — Если наша новая коллега решит появиться раньше, но никто не встретит ее около ворот, Министр может быть недоволен. Снейп прекрасно знал, что Министру плевать на нового профессора точно также, как и на всех магов Британии. Тот сам был недоволен появлением в игре новой пешки, которая могла в равной степени принадлежать любому из его противников, и согласился на замену только потому, что за было слишком много влиятельных магов. Показывать свою осведомленность Макгонагалл Северус не спешил, обменивать подобную информацию на возможность несколько часов заниматься тем, чем хотелось, было бы глупо. Снейп кивнул и направился на выход следом за Макгонагалл, предварительно наложив на себя согревающие чары. В назначенное время перед воротами Хогвартса вместо одного профессора появилась целая делегация. Удивление на лице Макгонагалл Северус будет вспоминать еще несколько дней. Первым вперед вышел младший помощник Министра Персиваль Уизли и коротко кивнул Макгонагалл и Снейпу, даже не думая протягивать руку. Что ж, не очень-то и хотелось. Уизли поспешил представить своих компаньонов: — Добрый день, профессор Макгонагалл, профессор Снейп. Мы прибыли в Хогвартс в качестве сопровождения и помощников для нового профессора Защиты от Темных искусств. Позвольте представить, мистер Грейсон Фоули — член попечительского совета Хогвартса, — перевел взгляд на почти разваливающегося старичка, стоящего в шаге от него, Уизли. — Добрый день, мистер Фоули, — вежливо кивнула Макгонагалл старичку. Видимо, с этой седой древностью они уже были знакомы. — Минерва, профессор Снейп, — тот, видимо, попытался улыбнуться, но из-за тонких губ и количества морщин на лице Северус увидел только хищный оскал. Он лишь скупо кивнул мистеру Фоули. — Амелия Боунс, — мистер Уизли перевел взгляд на женщину в возрасте со слегка поднятыми уголками гул, стоящую за старичком. Лично с ней Северус знаком не был, но был достаточно наслышан от Люциуса и Дамблдора о ее уме и честности, мешающим половине Министерства. И, если причину присутствия в этой компании Уизли и мистера Фоули Снейп мог объяснить, что под воротами Хогвартса делала мадам Боунс, он не понимал. — Добрый день, — на этот раз синхронно произнесли оба профессора. Вежливость в в общении с таким человеком никогда не бывает лишней, возможно, однажды личное знакомство с главой Отдела магического правопорядка принесет пользу. — Рада познакомиться с вами, профессор Макгонагалл, профессор Снейп, — насмешливо произнесла женщина. В тот же момент Северус понял, что у мадам Боунс в Хогвартсе училась племянница, Сьюзан Боунс из Пуффендуя. И, несмотря на то, что та была далеко не Поттером, и она могла за семейным завтраком в красках расписать тетушке своего преподавателя по Зельеварению. — И, наконец, новый профессор Защиты от Темных искусств в Хогвартсе — мисс Аделайн де Бриенн, — почти похоронно закончил Уизли. — Просим любить и жаловать, — ехидно добавил мистер Фоули, заставив Макгонагалл скрипнуть зубами и явно еще сильнее развеселив мадам Боунс. Женщина переглянулась с де Бриенн, и если бы не вежливая маска с легкой улыбкой второй, Северус решил бы, что та изо всех сил старается не рассмеяться в голос. Какие отношения связывали этих двоих, если они обменивались подобными понятными только им взглядами? — Добрый день, профессор де Бриенн, — вложив максимум вежливости, произнесла Макгонагалл. Снейп снова молча кивнул. — Приятно познакомиться, — непринужденно рассматривая будущих коллег, кивнула им по очереди де Бриенн. Внешность нового профессора полностью соответствовала тому образу, который сложился у Снейпа после прочтения информации о ней, собранной Люциусом. На вид ей было двадцать пять или тридцать лет, что делало ее слишком юной для человека, который смог бы справиться с совмещенным курсом Гриффиндора и Слизерина во время пар, не говоря уже о том, чтобы научить их новым заклинаниям. Темные, почти черные прямые волосы были заплетены в косу, на бледном лице с не натуральным румянцем — видимо, маггловская косметика — светились только голубые глаза. Под теплой зимней мантией угадывался воротник магловского свитера. Или в магической Швейцарии взгляды были намного менее консервативные, нежели в Британии, или де Бриенн взяла от магглов намного больше, чем большинство волшебников. Легкая улыбка только дополняла беспечный вид де Бриенн. Рассматривая коллегу, Северус уже всерьез решил, что информация о работе охотником за артефактами является полной чушью, так как не было ничего, чем бы де Бриенн выделялась из толпы. Но вдруг она перевела взгляд с Макгонагалл на Снейпа, неожиданно посмотрев прямо в глаза. Как практикующему легилименцию уже много лет волшебнику, Снейпу было невозможно отказать себе в чтении поверхностных мыслей, тем более ему предоставили такую великолепную возможность. И, внезапно, он натолкнулся на бесконечную водную стену в сознании, тут же начавшую его окружать и затягивать. Северус мгновенно выскользнул обратно и наткнулся на острую усмешку одним уголком губ, явно говорящую, что его маленькую проделку заметили. Эта усмешка на короткий миг напомнила ему очень похожую в исполнении Люциуса в те моменты, когда происходило нечто, что он предсказывал, но предпочел бы избежать. Что ж, теперь он знает, что мисс де Бриенн прекрасно осведомлена о существовании легилименции и неплохо владеет окклюменцией. А сама де Бриенн теперь считает, что никаких моральных принципов у Северуса нет, так как он при первом же знакомстве полез к ней в голову. Это было очень недалеко от правды, но он бы предпочел, чтобы эта правда открылась немного позже. Снейп моргнул, и за эту долю секунды пропала усмешка и легкий прищур. Де Бриенн перевела взгляд на мистера Фоули, с зашкаливающим энтузиазмом о чем-то вещающего и немного махающего руками. Если Снейпу последняя минута не приснилась, де Бриенн действительно представляла из себя немного больше, чем кажется на первый взгляд. Прислушавшись к разговору, Снейп понял, что мистер Фоули предлагает магам пройти в замок. Те тут же согласились, так как согревающие чары догадался на себя набросить только сам Северус. По замерзшей грязи, иногда сменяющейся снегом, шли парами. Уизли, идущий впереди с мистером Фоули, размахивал руками и пытался рассказывать де Бриенн о расположении запретного леса, хижины Хагрида, теплиц Спраут и квиддичного стадиона. Из-за ветра подробностей Снейп расслышать не мог, но искренне надеялся, что за время работы в Министерстве Уизли научился хотя бы развлекать посетителей Фаджа. По внимательно-вежливой маске де Бриенн мало что можно было понять, но серьезное выражение лица мадам Боунс, изредка дополняющей рассказы Уизли, немного обнадеживало. Макгонагалл шла рядом со Снейпом, недовольно поджимая губы и сурово поглядывая на младшего помощника Министра. Оказавшись внутри замка, маги заметно повеселели. Мистер Фоули, еще у ворот бурлящий энергией, сразу же взял де Бриенн под руку и повел в Большой Зал — он, видимо, уже лет пятьдесят страдал от недостатка женского внимания, а потому текущую ситуацию использовал по полной. За ними с понимающей улыбкой отправилась мадам Боунс и с недовольным выражением лица — Перси Уизли. Макгонагалл, очевидно, была в замешательстве — даже большинство ее гриффиндорцев вели себя менее нагло и вольно, чем мистер Фоули. — С каждой минутой у меня усиливается ощущение, что мы здесь лишние. У Северуса это ощущение появилось уже через несколько минут после прибытия группы волшебников к воротам Хогвартса, но он мог очень красноречиво об этом молчать. В отличие от Макгонагалл, его задачами на эти несколько часов были только присутствие и наблюдение. Вежливости в списке не было. В этот момент со стороны Большого зала раздался свист, плавно переходящий в гулкие хлопки. Оба профессора повернулись в нужную сторону и успели заметить мистера Фоули, прячущего палочку в недры мантии. Под потолком Большого зала шипел красно-золотой фейерверк. Видимо, в честь нового профессора. Северус хотел верить, что отправление мистера Фоули в Хогвартс в качестве сопровождения — не еще один чистосердечный подарок Люциуса для директора, но не верилось. Макгонагалл шумно выдохнула, на всякий случай доставая палочку. — Идемте, Северус, а то у Попечительского совета может не хватить галеонов на исправление последствий от развлечений одного из его попечителей. Не дожидаясь Снейпа, она пошла по направлению Большого зала. Спустя несколько секунд Северус, также достав палочку, отправился следом. Вся ситуация напоминала дешевый спектакль, но с каждой минутой это становилось немного забавнее чтения фолиантов и приготовления зелий. — Профессор де Бриенн, вероятно, вы хотели бы увидеть ваши комнаты и кабинет для проведения занятий? — Конечно, профессор Макгонагалл, — с едва сдерживаемой улыбкой ответила де Бриенн. — Тогда прошу. Мистер Фоули, мадам Боунс, мистер Уизли, — указала в направлении выхода из зала Макгонагалл, явно едва сдерживая остальные эпитеты, которыми она готова наградить не в меру активного старичка. Макгонагалл отвела группу магов на третий этаж, в кошмарный розовый кабинет, который раньше занимала Амбридж. — Мордред вас задери, здесь что, взорвался клубкопух? — сделав несколько шагов внутрь кабинета, воскликнул мистер Фоули. Ему ожидаемо никто не ответил. Макгонагалл прикрыла глаза, Уизли закашлялся, а Снейп еле сдержал улыбку. Мадам Боунс и де Бриенн переглянулись, первая подняла брови, вторая в ответ склонила голову к слегка приподнятому плечу. Эти две женщины явно разговаривали на каком-то свое языке, неизвестном остальным, но при этом прекрасно понятном друг другу. — Довольно экстравагантный выбор, — прокомментировала де Бриенн, внимательно разглядывая кабинет. — У меня не так много времени, чтобы привести это место в надлежащий вид. Могу я выбрать другой кабинет для проведения занятий? Макгонагалл была в ступоре, но быстро пришла в себя. Видимо, была удивлена чрезмерной адекватности нового профессора Защиты — в предыдущие несколько лет те этим качеством не отличались. — Думаю, мы сможем поговорить с директором сегодня после ужина и подобрать другой кабинет. — Благодарю вас. — Пока не за что, — сказала Макгонагалл, а затем, немного подумав, добавила: — профессор де Бриенн, подозреваю, что личные комнаты предыдущего профессора будут не сильно отличаться. Если вы готовы подождать с размещением вещей до вечера, возможно, вы сможете выбрать другие. — Конечно, профессор Макгонагалл, я никуда не спешу, — понимающе кивнула де Бриенн. Макгонагалл и де Бриенн все же зашли в личные комнаты Амбридж и, убедившись, что своим вкусам в них та также не изменила, остановились на разговоре с директором после ужина. Затем было решено отправиться в кабинет Макгонагалл для беседы за чашкой чая, призванной заполнить время до ужина. Пускать на свою территорию мистера Фоули, до сих пор удивляющегося оформлению кабинета Защиты и называющего котят на картинах полнейшей безвкусицей прошлого века, Макгонагалл, без сомнений, очень не хотела. Но между созданием хаоса в замке и чайной паузой у нее в кабинете ей пришлось выбрать последнее. Кабинет Макгонагалл отличался от недавно посещенного ими адекватной обстановкой, но, на взгляд Снейпа, в нем все еще было слишком много красного и золотого. Макгонагалл вызвала эльфа, поручив тому приготовить чай. Рассевшись по креслам и диванчикам, волшебники завели беседу. Макгонагалл расспрашивала де Бриенн о предыдущем опыте работы и причинах прихода в школу. Мистер Фоули заинтересовался профессией охотника за артефактами, но де Бриенн отвечала или отшучивалась общими фразами, а еще чаще молчала. Ничего для себя нового из этого разговора Снейпу узнать не удалось. — Некоторые из местных профессоров и других, еще более важных лиц, в последние месяцы утверждают, что Тот-Кого-Нельзя-Называть возродился, — неожиданно вставил мистер Фоули, с презрительным выражением лица поднося ко рту чашку чая. — Но вам не стоит об этом беспокоиться, мисс де Бриенн. Макгонагалл ожидаемо застыла, но не спешила комментировать услышанное, Уизли стыдливо отвел глаза, мадам Боунс нахмурилась. Никого по фамилии Фоули среди последователей Темного Лорда Северус не помнил, как и среди членов Ордена, поэтому подобная реакция старичка на слухи была объяснима. Все, затаив дыхание, ожидали ответа де Бриенн. — Какие глупости, мистер Фоули, я и не думала беспокоиться об этом, — легко, как от мелкой букашки, отмахнулась де Бриенн, но за показательной небрежностью Снейпу послышалась едва заметная горечь, наличие которой было невозможно объяснить. Или она изо всех сил желает угодить этому дряхлому пню, или ни разу не слышала о Темном Лорде. Вероятно, правдой могло быть и то, и другое, но Северус еще два часа назад решил, что с этим человеком правило первого впечатления не работает, поэтому судить он будет только спустя несколько дней. И, конечно, профессор де Бриенн имела в виду совсем другое, но «возрождение» Лорда — это и правда глупости. Тот, кто возродился в этом новом змеином теле, является лишь тенью человека, о котором Снейп слышал во времена учебы в Хогвартсе. Уровень напряжения в кабинете упал, и маги вновь перешли на безопасные темы. — Профессор де Бриенн, прошу прощения за бестактность, но на каком факультете вы учились? — Я не училась в Хогвартсе, профессора Макгонагалл, — вежливо ответила де Бриенн. — Надо же, — нахмурилась Макгонагалл, явно усердно о чем-то думая. — А мне вы кого-то напоминаете. — Все может быть, профессор. Теперь была очередь Снейпа хмуриться, размышляя, кого де Бриенн напоминает ему. Проблема была в том, что де Бриенн была похожа на целую группу людей, начиная от внешности проклятого Блэка и заканчивая, Мордред его раздери, характерными жестами Темного Лорда. Где и когда можно было подхватить черты настолько не связанных друг с другом волшебников, сказать было невозможно. На ужин, во время которого директор представит де Бриенн остальным профессорам, присутствующим в замке, Макгонагалл пригласила всех четверых. Северус был уверен, что если бы не просьба директора, она бы с бесконечной радостью избавилась ото всех сопровождающих, причем от одного конкретного с большим облегчением. Уизли и мистер Фоули ожидаемо согласились, а мадам Боунс вежливо отказалась. Проводить ее к выходу из замка вызвалась де Бриенн, и Макгонагалл в тот же миг указала Северусу на двух волшебниц. Сама она осталась с мистером Фоули, энтузиазм которого до сих пор не пропал, и сейчас тот расходовал его, беседуя с портретами, развешанными по стенам. Мадам Боунс довольно быстро нашла входную дверь, ни разу не свернув в неверный коридор. Де Бриенн шла рядом, часто оглядываясь вокруг и, скорее всего, запоминая дорогу. По пути к выходу они не обменялись ни одной фразой. Только перед тем, как окончательно покинуть территорию замка, мадам Боунс обернулась к де Бриенн с заботливо-взволнованным выражением лица, перед этим покосившись на Северуса. Если бы Снейп не видел это выражение лично, не поверил бы, что эта женщина может испытывать такие эмоции. — Удачи тебе, — серьезно произнесла мадам Боунс. — Спасибо, — с печальной усмешкой ответила де Бриенн. — Она мне понадобится. Мадам Боунс кивнула ей, затем Снейпу, и вышла из замка. Очень может быть, личность влиятельного волшебника из Министерства, о котором упоминал Люциус, стала для Снейпа не такой уж секретной. Северус покосился на де Бриенн, все еще рассматривающую место, где недавно стояла мадам Боунс: — Нам следует вернуться в Большой зал, пока мистер Фоули вас не хватился и не начал разыскивать по всему замку, одновременно создавая беспорядок вокруг, — напомнил Снейп о своем существовании. — Конечно, — очнулась де Бриенн, развернулась на сто восемьдесят градусов и уверенно пошла в направлении Большого зала.***
— …Наконец, с прискорбием сообщаю, что профессор Амбридж была вынуждена нас покинуть и вернуться в Министерство. С этого дня должность преподавателя Защиты от Темных искусств займет профессор Аделайн де Бриенн. Зал разразился аплодисментами и одобрительным свистом, в очередной раз доказывая Снейпу, что школьники посчитают кого угодно лучше ненавистной Амбридж. Особенно громкий шум шел со стороны старшекурсников. Что ж, этого также стоило ожидать — де Бриенн была симпатичной молодой девушкой, на которую те будут засматриваться. Открытым оставался вопрос, что с этим вниманием будет делать сама де Бриенн. Поттер, в отличие от своих друзей, рассматривал де Бриенн хмуро и с подозрением. И, судя по выражению лица, не скрывающего ни одной эмоции, новость о появлении нового профессора в школе не стала для него сюрпризом. Это было крайне подозрительно и наводило на настораживающие мысли о том, что в афере «убрать Амбридж из школы» был замешан еще и Блэк. Снейп об этом предпочитал не думать, чтобы даже случайно не иметь ничего общего с одним из Мародеров, а особенно с Блэком. Слизеринцы негромко аплодировали с одинаково вежливыми лицами. Самое вежливое лицо было у Драко, которому Люциус, без сомнений, рассказал достаточно информации. Де Бриенн во время праздничного пира рассматривала столы факультетов и раз в несколько минут прятала очередной зевок за чашкой чая. О бодрящем зелье она, очевидно, не слышала, видимо, потому что училась у бездарных репетиторов на дому. Перед ужином Северус узнал у Макгонагалл, что Директор позволил новому профессору выбрать любой кабинет для проведения занятий, который та пожелает, как и личные комнаты. Де Бриенн обосновалась где-то на шестом этаже, и, по словам Макгонагалл, всю ночь лично приводила кабинет в порядок. Северус решил через несколько дней случайно заглянуть и выяснить, что де Бриенн наколдовала внутри такого, с чем не смогли бы справиться домовые эльфы Хогвартса. Во время вчерашнего ужина, на котором де Бриенн представили остальным профессорам, ее встретили с не таким большим энтузиазмом, но не меньшим интересом. Преподаватели школы-интерната, обожающие посплетничать, наконец, увидели свою новую жертву. Даже Трелони спустилась из своей башни, распространяя по Большому залу запах неизвестных миру благовоний и позвякивая бубенчиками. Мистера Фоули и мистера Уизли директор, незаметно поморщившись, усадил в дальний от себя конец стола, явно уже знакомый со старичком и с трудом сдерживающийся, чтобы не выгнать того из школы. Для де Бриенн место было подготовлено поближе к центру, между самим Снейпом и Трюк. Представив нового профессора, директор словно забыл о ней, увлеклись разговором с Макгонагалл. Остальные преподаватели заинтересованно косились в сторону де Бриенн, но кричать вопросы через весь стол никто, к облегчению Снейпа, не решился. Сидящий рядом с ним Флитвик перекинулся с де Бриенн парой фраз, узнав лишь об образовании и предыдущем опыте работы и позвав ее как-нибудь к себе на чай. Трюк старательно прислушивалась к разговору, но сама не встревала. — Вас ждет множество тяжелых испытаний, которые, в конце концов, приведут к смерти, — загробным голосом поведала Трелони, сидящая по правую сторону от Трюк. Снейп прикрыл глаза, сдерживая желание придушить идиотку. — Жизнь любого человека — это множество испытаний, и, конечно, она всегда заканчивается смертью, — выверенным голосом произнесла де Бриенн, с вежливым выражением лица повернувшись к Трелони. — Вижу, что в этом году вас настигнет безответная любовь, которая закончится для вас… — Пусть конец этой истории останется для меня сюрпризом, профессор, — перебила безобразную предсказательницу де Бриенн с уже гораздо менее вежливой улыбкой. Трелони оскорбленно отвернулась. Вид почти подпрыгивающей на месте мадам Трюк говорил, что бессмысленное предсказание к завтрашнему утру разлетится по всему Хогвартсу. К счастью, де Бриенн была похожа на человека, которому на глупые сплетни, ходящие по школе, было плевать. Ужин перед первым днем нового семестра закончился удивительно быстро, и школьники поторопились разойтись по гостиным, чтобы скорее обсудить впечатления от каникул и, конечно, нового профессора. Де Бриенн отправилась к Макгонагалл и директору для обсуждения кабинета Защиты и своих будущих комнат. Несколько профессоров во главе мадам Трюк поспешили в учительскую, практически подпрыгивая по дороге от нетерпения. А Снейпу Макгонагалл доверила выпроваживание гостей из школы. Северус, скрипнув зубами, направился к дальний конец стола, напоминая себе, что использовать проклятия на членах Попечительского совета и работниках Министерства запрещается. Вечером в кабинет Снейпа ожидаемо заглянул Драко. Сейчас он не скрывал недовольства, прослеживающегося во взгляде и позе. Идеальный внешний вид портили расслабленный узел галстука и взъерошенные волосы. Слава Мерлину, до Поттеру ему было далеко. — Еще даже не первый учебный день, а у тебя уже появились вопросы? Или осталось что-то, о чем Люциус не рассказал? — насмешливо проговорил Снейп. — Только один: почему она, а не ты? — Глупый вопрос, Драко. Малфой раздраженно дернул плечом и с вызовом посмотрел в ответ, но промолчал. — Кто бы ни помог ей получить эту должность, чему эта профессор де Бриенн сможет нас научить? Почему кто-то решил, что она лучше тех недоучек, которые у нас были раньше? — начал распаляться Драко, мельтеша по кабинету и выделяя некоторые слова особой интонацией. — Во время занятий в дуэльном клубе друг у друга мы научились большему, чем за четыре с половиной года обучения с этими недопрофессорами Защиты. — Крауч был не самым плохим профессором, — нейтрально заметил Северус, помня отношение Драко к Краучу после его выходки с трансфигурацией того в хорька. Малфой Крауча не переносил и летом несколько раз порывался зайти в гостевое крыло и все-таки добить своего бывшего преподавателя. Но тот, как бы это не хотелось признавать, действительно был лучшим профессором Защиты в Хогвартсе за последние четыре с половиной года. — Что ж, насколько я знаю, в этот раз никто из Внутреннего круга Темного Лорда в школу не собирался, — редко ответил Драко, обвиняюще глядя на Снейпа. Раньше он тему близких отношений своей семьи с Темным Лордом старался не поднимать. — Не стоит судить по первому впечатлению Драко, иногда вещи могут быть не такими, какими они кажутся, — устало повторил Северус фразу, которую прокручивал у себя в голове уже второй день и понемногу начинал в нее верить. — Поговорим об этом позже, после первого занятия. Драко замер на полушаге, заставив слегка напрячься Снейпа, но вскоре снова ожил, обернулся и скептически посмотрел в ответ. — Вне сомнения, мы поговорим об этом после первой пары Защиты. Когда Драко выходил из равновесия, он начинал разговаривать, как чопорные старики на заседаниях Визенгамота. Сам Снейп там ни разу не был, но, однажды услышав это сравнение от Люциуса, запомнил и полностью с ним согласился. И чем Драко не устроила предыдущая фраза, сказанная Северусом? — Я так понимаю, тренировки в дуэльном клубе вы прекращать не собираетесь? — перевел тему Снейп. — Разумеется, нет. Внушающее целый букет опасений состояние не пропало, что делало дальнейший разговор бесполезным и бесконечно раздражающим Снейпа. — Иди в гостинную, Драко. Поговорим завтра. — Конечно, до завтра, сэр, — вежливо кивнул Малфой и вышел из кабинета. Как бы то ни было, первый урок должен или подтвердить некомпетентность нового профессора, или создать массу новых вопросов, если та опровергнет обманчивое первое впечатление о себе как у преподавателей, так и у школьников. И, несмотря на все вопросы и проблемы, которые после этого возникнут, Северус втайне надеялся на второй вариант.
