Дождь и пепел

      — Сегодняшним собранием мы начинаем период, во время которого мои верные последователи и союзники, члены ваших семей и родственники, вернуться на свободу. Эта победа будет одной из первых в этом времени, но никогда не последней.       Под сводчатым каменным потолком поместья Малфоев свистел голос Темного Лорда, начавшего вступительной речью первое собрание после побега Пожирателей Смерти из Азкабана. Шипящие звуки петляли среди волшебников в зале, доносились до слуха магов, забирались в каждую трещину в вековых камнях и неслись по коридорам поместья дальше, к тем самым бывшим узникам Азкабана. Триумф, царивший вокруг, растекался медом по венам.       Пожиратели Смерти в зале улыбались бы, если бы им было это позволено. Какими бы людьми ни были заключенные в Азкабан волшебники, каждый из них был чьим-то родственником, однокурсником или, возможно, даже другом.       — Они все сейчас находятся в лазарете, но пройдет немного времени, и каждый из них займет свое заслуженное годами верности место в этом зале.       Темный Лорд торжественно замолчал, но овации не последовали, за такое можно было и пыточное во время собрания получить. В абсолютной тишине волшебники ждали его следующего хода.       Несколько дней назад Темный Лорд в компании меньше дюжины Пожирателей Смерти отправился в Азкабан. Операция оказалась до смешного простой, но только потому, что подготовительную работу Лорд проделал заранее. По рассказам Эйвери, дементоры покинули Азкабан точно перед операцией, а в коридорах тюрьмы находилось лишь несколько авроров. Для имитации правдоподобного побега тех пришлось всего лишь оглушить маггловским способом, словно заключенные сбежали сами. Министерство, конечно, уже вовсю кричало, что побег был организован Блэком, но Темный Лорд пока не собирался официально воскресать и не давал Аврорату лишних подтверждений слов Поттера и Дамблдора.       Снейп, чтобы не привлекать внимания к своей персоне, несколько дней подряд перед операцией безвылазно находился в школе. Малфой демонстративно гулял по Министерству, раздражая Фаджа и делая вид, что совсем не в его доме располагался профессионально подготовленный лазарет для сбежавших узников.       Точную дату посещения Темным Лордом Азкабана Снейп узнал из утренней газеты вместе с остальными преподавателями. Он обернулся на Дамблдора, которому уже давно сообщил о том, что Лорд хочет освободить своих сторонников. Директор просматривал текст статьи. Снейп покосился на сидящую справа де Бриенн, с каменным лицом рассматривающую заголовок и колдографию на первой странице. На скалящееся лицо Беллатрисы Лестрейндж она смотрела особенно бесстрастно, возможно, потому, что у них во внешности было удивительно много общего.       Снейп бросил взгляд на столы факультетов. Драко, лицо которого не выражало ни единой эмоции, зевал в чашку и быстро просматривал статью. Поттер в шоке смотрел на газету, которую читала Грейнджер. Ничего нового.       По взгляду Дамблдора было очевидно, что вечером состоится внеочередное собрание Ордена, а ближе к полуночи Снейпа ждал с зельями Темный Лорд. Слава Мерлину, отсутствие в школе Амбридж сейчас позволяло Снейпу не отчитываться перед ней у дверей школы за возвращение в замок после комендантского часа.       Шепотки в темных альковах Хогвартса не замолкали весь день. Слизеринцы шептаться предпочитали в подземельях. Возможность хотя бы раз в жизни вживую увидеть дядюшек, кузенов и прочих родственников вызвала колоссальный интерес. Драко, не самых дальних родственников которого из Азкабана за последние несколько лет сбежало поразительно много, был удивительно тихим. Раз огрызнулся на Поттера с Уизли в коридоре, а сразу после окончания занятий, не вступая в лишние разговоры, отправился к себе в комнату.       Перед тем, как уйти на собрание Ордена, Северус прослушал заверения Паркинсон, что ни в одной сомнительной ситуации студенты факультета в его отсутствие замешаны не будут. А затем в одном из коридоров Снейп проводил за поворот взглядом компанию гриффиндорцев во главе с Поттером, куда-то спешащую и явно что-то замышляющую. Но это, к счастью, была территория Макгонагалл.       После каникул, на которых Пожиратели Смерти так ловко выяснили, где находится штаб Ордена, приходилось аппарировать на крыльцо дома на площади Гриммо, на которое уже распространялся скорректированный Дамблдором Фиделиус, но еще не действовали многочисленные защитные чары Блэков. Это было жутко неудобно, так как на почему-то всегда скользких ступеньках можно было запросто свернуть шею, но выхода у членов Ордена не было.       Собрание прошло непривычно тихо. Видимо, находящиеся на свободе Лестрейнджи и Долохов никому настроения не добавили. Грюм покричал и поворчал, Кингсли объявил, что аврорат проводит расследование, но основным подозреваемым с легкой руки Фаджа оставался Блэк. Сам Блэк сидел за столом удивительно мирно, не рычал и не лез драться. Никаких видимых затруднений от изменения Фиделиуса он не испытывал, даже перестал уговаривать директора позволить выбираться в Хогсмид, чтобы встретиться с Поттером. Под конец ужина Блэк спросил у Дамблдора, как ведет себя новый профессор Защиты и чему учит школьников.       — Прошло всего две недели, Сириус, еще очень рано судить. Время покажет, — расплывчато ответил директор, покидая дом на Гриммо. Блэк только с хмурой мордой посмотрел ему вслед.       — По крайней мере, новый профессор не нападает на учеников в полнолуние, — не удержался от комментария Снейп, тем более, Люпин так удачно сидел напротив.       Блэк набрал в легкие воздуха, готовый разразиться ответной тирадой, но резко изменился в лице, дернулся и выдохнул, сказав явно не то, что хотел:       — Раз собрание окончено, я пойду наверх. Провожать не буду.       Северус поднялся из-за стола вслед за Блэком и покинул ненавистный дом на Гриммо.       К поместью Малфоев Снейп прибыл ближе к ночи. В саду, покрытым тонким слоем изморози, стояла тишина. На дорожках просматривались немногочисленные следы. В доме, в котором в последние годы редко можно было встретить освещенными больше трех окон, горел свет в каждом зале.       У двери Снейпа никто не встретил — очевидный намек на крайнюю занятость хозяев, потому он направился к лаборатории поместья, в которой сейчас могли находиться Люциус и Нарцисса.       Всю прошедшую неделю Северус, не отрываясь от котла, варил для бывших узников сложнейшие зелья. Вторую часть в доме Малфоев варил сам Темный Лорд на пару с Люциусом. Тем не менее, и этого было слишком мало, чтобы привести в себя почти дюжину человек, проведших в обществе дементоров долгие годы.       В лаборатории властвовал бардак. На столах лежали то ли не пригодившиеся, то ли как раз подготовленные ингредиенты, несколько грязных котлов стояли рядом, еще в трех что-то бурлило. На стеллаже у шкафа неровными рядами стояли фиалы со свежесваренными зельями, на соседнем — пустые склянки, явно подготовленные для зелий в котлах.       Сзади раздался хлопок, возвещающий о появлении домового эльфа. Северус обернулся.       — Мистера Снейпа ждут в зале на втором этаже. Липпи приказано перенести мистера Снейпа, — заговорило существо. Снейп без возражений протянул руку эльфу.       Истощенные, больше похожие на живых скелетов, с серой кожей, спутанными волосами и отсутствием координации, бывшие заключенные лежали в одном из залов поместья. Нарцисса была не только великолепной хозяйкой, но и неплохим колдомедиком, больше остальных понимающей, как ухаживать за тяжелобольными. Обставлен зал был великолепно.       Пожиратели лежали на одноместных чистых койках с Оповещающими чарами. Запахнутые окна пропускали минимум дневного света — глаза магов, проведших более десятка лет в темноте серой камеры, все еще к нему привыкали. Где-то в зале постоянно находился дежурный из числа неглупых Пожирателей, следящий за домовиками, которые кормили магов кашами и зельями, и после очередного кошмара напоминающий, что их вынужденное нахождение в Азкабане закончилось.       Беллатриса Лестрейндж постоянно дергалась и кричала, пытаясь задушить домовиков, приносящих зелья. Она казалась в разы более сумасшедшей, чем до Азкабана, как и Блэк полтора года назад. Вот бы на Беллу снизошло то же озарение, прочищающее мозги, что и на блохастую псину около полугода назад.       Братья Лестрейнджи, просыпаясь, вскидывали несуществующие палочки и не раз пытаясь ударить Снейпа ослабевшими кулаками в лицо. Мальсибер без остановки бормотал что-то неразборчивое. Руквуд невидящим взглядом смотрел в потолок и ни на что не реагировал. Казавшийся самым адекватным Долохов хмуро разглядывал Пожирателей и Темного Лорда в тот единственный раз, когда он зашел в лазарет. Когда Долохов видел Малфоя, не раз порывался встать с кровати и что-то спросить, но Люциус юрким ужом мгновенно ускользал из поля зрения.       Снейп с самого начала не верил, что некоторых из этих волшебников еще возможно спасти. С физическим восстановлением поможет еда, зелья и свежий воздух, а вот ментальных целителей к ним никто не пустит.       Изо дня в день Снейп приносил Малфою новую партию наполненных фиалов, забирал список зелий на следующий день, составленный Темным Лордом, и как можно скорее старался покинуть удушающий в своей траурной атмосфере дом.       — Как отреагировало Министерство и Аврорат на новость о побеге? — вернул Снейпа в тронный зал голос Темного Лорда.       О слухах, гуляющих по Министерству, начали рассказывать Яксли, Паркинсон и Макнейр. Изредка добавлял несколько слов Люциус. Попытки оправдания со стороны Фаджа и домыслы Ежедневного Пророка Лорд слушал с пугающим оскалом и не скрывая удовлетворения.       — Великолепно, — с отчетливым наслаждением проговорил Лорд. — Северус. Что ты можешь рассказать нам о новом профессоре Защиты?       Снейп знал, что именно этот вопрос ему зададут. Он потратил достаточно времени перед собранием, чтобы придумать устроивший Лорда правдоподобный ответ, не передающий всех его подозрений относительно де Бриенн. Но, несмотря на это, сейчас ему понадобилась лишняя секунда, чтобы начать говорить.       — Она неплохой преподаватель, который учит и теории, и практике. Не выделяет какой-то из факультетов, как и отдельных школьников.       — И чему же она учит? — заинтересованно спросил его Лорд.       — На первом уроке у старших курсов де Бриенн дала каждому ученику минуту для того, чтобы ее обезоружить. Но никому это сделать не удалось, — про незнакомый голубой щит Снейп рассказывать Лорду до разговора с Люциусом не собирался. Для школьников, еще не знакомых с нюансами магического истощения, использованное де Бриенн заклинание останется неизвестным Щитом Мелюзины, упоминание о котором в письмах не стоит бумаги. А Драко и сам Нотт об этом рассказывать не станут.       — Как интересно, — сказал это Темный Лорд так, что могло показаться, что де Бриенн интересует его не больше, чем пол под босыми ногами. — Школьники, надо полагать, довольны?       — Вероятно, так и есть, — осторожно подтвердил Снейп.       — А что же думает о новом профессоре Дамблдор? — медленно произнес Темный Лорд, по-прежнему избегая называть де Бриенн по имени или фамилии.       Остальные маги, находящиеся в зале, старательно делали вид, что интересоваться кем-то из Хогвартса, если это не Дамблдор и Поттер, для Лорда совершенно нормально.       Что о де Бриенн думает Дамблдор, Снейп тоже мог только предполагать. С памятной просьбы встретить нового профессора у ворот школы прошло больше недели, а с директором они за это время виделись лишь на общих собраниях профессоров и приемах пищи в Большом Зале. Хотя Северус подозревал, что после сегодняшнего вечера у Лорда директор уже не сможет его игнорировать.       Сообщать о подозрениях Альбуса недельной давности Темному Лорду Снейп тоже не собирался — в любом случае, ничем хорошим это не закончится. Лорд может просто не поверить и послать Круцио, а может истерически рассмеяться. Снейп предпочел бы не видеть и не слышать ни то, ни другое.       — Директор занял выжидательную позицию.       — Как интересно, — задумчиво произнес Лорд, слегка наклонив голову. — Люциус, что ты уже нашел на нашего нового профессора все, что только возможно найти. Просвети нас, кем работала де Бриенн ранее.       Сказанный шипящим голосом приказ с почти приторными интонациями заставили передернуться почти каждого мага в зале.       — Мисс де Бриенн училась на дому, затем сдала выпускные экзамены в Шармбатоне. С двадцати одного года она работала на организацию в Швейцарии, которая занимается поиском магических артефактов, — без какой-либо интонации произнес Люциус, глядя Лорду куда-то в район шеи. Лорд, в этом время смотрящий на Малфоя и одновременно, казалось, в пустоту, крепче сжал древко палочки в паучьих пальцах, на противоположном его конце показался красный огонек. — Полтора года назад де Бриенн ушла с этой работы, — закончил Люциус, возвращая внимание на себя. Красный огонек пропал, но костлявые пальцы не ослабили хватку.       — И что же заставило ее переехать в Британию и сменить столь исключительную работу на должность профессора в Хогвартсе?       — Возможно, смерть матери, мой Лорд.       Темный Лорд поморщился, как решил Снейп, испытывая отвращение даже от не произнесенного вслух слова привязанность. Но кто-то в зале, видимо, расценил это по-своему.       — Позвольте, мой Лорд? — подал голос один из Пожирателей Смерти, стоящих во внешнем круге.       — Амикус.       — Мои информаторы выяснили, что в указанное время де Бриенн работала в маггловском мире, мой Лорд, — сказал идиот-Кэрроу. Потому что не доверять информации Люциуса мог только идиот. Темный Лорд наверняка давно и, возможно, не раз слышал историю, рассказанную только что Малфоем для Пожирателей. Неясными оставались лишь причины, по которым Лорд приказал Люциусу это сделать сейчас.       Амикус Кэрроу и его сестра присоединились к Темному Лорду за год или два перед его исчезновением, когда в круг последователей Лорда мог попасть кто угодно. И оба не отличались ни редким умом, ни блестящей интуицией — только звучная фамилия и банковские сейфы, набитые золотом. Люциус, стоявший рядом со Снейпом, с замершим лицом и интересом зельевара, разделывающего слизней, рассматривал Кэрроу.       — Кроме того, могу заметить, что, если верить данной информации, охотником за артефактами в столь уважаемой организации де Бриенн стала в двадцать один год. Очень маловероятно, что кто-то может получить подобную должность в столь юном возрасте.       Несуществующие брови Темного Лорда ощутимо поднялись вверх, руки, во время речи Кэрроу вертящие палочку, замерли. Со стороны Люциуса послышался тихий хмык, который мог услышать только Снейп.       Люциуса не любили многие Пожиратели, и многие из них пытались от него избавиться разнообразными способами — за то, что, несмотря ни на что, Темный Лорд ему доверял больше, чем другим, за все те знания о Лорде, которыми Люциус никогда ни с кем не поделится, за то, что он был одним из известнейших союзников Лорда, который, тем не менее, избежал Азкабана. Малфой замечал презрительные и завистливые взгляды, но не придавал им значения. В дуэли Люциуса с любым из них победитель был известен заранее. Амикус выбрал противника не своей весовой категории.       — Crucio! — эхом отразилось от стен тронного зала. Красный луч все же нашел свою жертву.       Малфой слегка повернул голову к Кэрроу за мгновение до того, как раздался крик мага, словно он знал, что последует за сказанными словами. Почему для Люциуса реакция Лорда на слова Кэрроу была столь очевидной, Снейпу оставалось лишь гадать.       Через минуту Лорд прервал заклинание.       — Тебе стоит пересмотреть свои взгляды на мир, Амикус. Не все волшебники являются ничего не умеющими идиотами в двадцать лет.       В этой фразе, несмотря на чистую правду, слышалось что-то личное. Снейп в двадцать один стал Мастером Зельеварения. Де Бриенн — охотницей за артефактами. Интересно, чем в эти годы занимался сам Темный Лорд?       Кэрроу валялся бесформенной кучей на мраморном полу зала и постанывал, старшие Эйвери и Розье подозрительно понимающе переглянулись. Снейп задавался вопросом, о чем же знали Люциус и старшие маги, что оставалось загадкой для остальных.       — Что ж, теперь перейдем к следующему этапу плана. В течение полугода я ожидаю получить пророчество, хранящееся в Отделе Тайн, — с намеком произнес Лорд, обводя взглядом магов в зале. — К следующему собранию я жду ваших идей. Особенно твоих, Люциус.       — Конечно, мой Лорд, — ровно произнес Люциус.       Лорд показал, что это задание в будущем достанется именно Малфою. Особого энтузиазма со стороны Люциуса заметно не было. Рисковать собственной ценной шкуркой ради пророчества в Отделе Тайн Малфой очень не хотел, но вряд ли Лорд предоставит ему выбор. На самые важные задания тот посылал очень ограниченное число волшебников, почти все из них были из Ближнего круга.       — Собрание окончено, — сказал Темный Лорд, а затем, когда часть Пожирателей уже покинула зал, добавил, зная, что его точно услышат: — Северус, останься.       Снейп остановился на полушаге и убедился, что лицо по-прежнему ничего не выражает. Развернувшись к Лорду, он сделал несколько шагов вперед. Темный Лорд терпеливо ждал, пока последний Пожиратель Смерти покинет тронный зал.       — У меня будет к тебе дополнительное поручение, связанное с нашим новым профессором, Северус, — смотря прямо в глаза Снейпа и не моргая, проговорил Лорд. Затем, сделав небольшую паузу и дав возможность пронестись в мыслях миллиону неприятных версий этого поручения, все же рассказал подробности. — Сделай так, чтобы мисс де Бриенн тебе доверяла. Выясни ее слабое место, узнай о родственниках и друзьях. Стань ей другом, любовником — мне без разницы, кем именно. Если она действительно неглупая волшебница, не являющаяся сторонницей Дамблдора, с моей стороны будет недальновидно не попытаться привлечь ее на нашу сторону.       Снейп был безмерно счастлив, что ему удалось сохранить бесстрастное лицо и не открыть рот в присутствии Темного Лорда. Ему даже хватило самообладания кивнуть в ответ, правда, без слов.       Стать для де Бриенн кем? Лорд точно тому человеку дал это задание? Это Малфой мог бы дружить с кем угодно и соблазнять кого угодно, не будь он женат, но не Снейп. Говорят, конечно, что нормальные люди дружат просто так, а не на основании внешности, магической силы, влияния и количества галлеонов в банке. Но нормальные люди вряд ли дружат с теми, кого в первую же встречу ловят на попытке пролезть к себе в голову. А еще нормальные люди не становятся преподавателем на должности, с которой за последние четыре года профессора целыми не уходили, но это, конечно, мелочи. В этом списке исключением стояла Амбридж, но она пока не в счет, Блэк был и является злопамятной скотиной, которая, Северус был уверен, еще придумает, как ответить Амбридж за шрамы дорогого крестника.       У Снейпа в любом случае не было шансов, но Лорду об этом говорить пока не стоит. После, провалив задание, можно будет попробовать оправдаться тем, что де Бриенн ни с кем не дружит и не общается в школе, а романтического интереса за ней вообще не наблюдалось. Даже информаторы Люциуса не смогли ничего откопать. А может и оправдываться не придется, особенно, если к тому времени сам Северус уже будет мертв.       — Конечно, мой Лорд, — спустя почти минуту обрел дар речи Снейп. Интересоваться, почему выполнять подобное задание должен именно он, было глупо — Снейп был единственным Пожирателем Смерти в Хогвартсе, максимально приближен к де Бриенн. Уточнить стоило лишь одно: — Сколько у меня времени?       — Полагаю, до конца семестра, — задумчиво проговорил с шипящими нотами Лорд. — На следующий год профессора Защиты в Хогвартсе, как правило, не задерживаются.       Это была бы почти смешная шутка, если бы не опасный предгрозовой тон Темного Лорда, тонко намекающий, кто здесь причина того, что преподаватели Защиты менялись настолько часто. Возможно, витающие по школе слухи были не просто слухами. Снейп снова кивнул.       — Можешь идти, Северус.       Поклонившись, Снейп покинул зал.       Собрание закончилось достаточно поздно, почти наверняка сразу после возвращения в школу Снейпа вызовет к себе директор на разговор по душам. Делиться своими наблюдениями за прошедшую неделю о де Бриенн с Люциусом не было ни сил, ни времени. После. Бело-голубой щит и адекватное поведение — не такая важная информация, чтобы из-за нее пропустить пару часов сна сегодня.       Северус вышел за ворота поместья, вдыхая свежий ночной воздух, очищая мысли и еще раз убеждая себя, что последнее поручение Лорда он выполнять не будет. Тишину темной зимней ночи нарушил негромкий хлопок аппарации.

***

      Кабинет директора встретил Снейпа привычным звоном многочисленных предметов и шуршанием феникса. Дамблдор сидел за столом и перебирал почту в одной из своих любимых мантий, которая сейчас, на фоне ночи за окном, больше была похожа на ночную рубашку.       — Как прошло собрание, Северус? — не отрываясь от очередного конверта, поинтересовался директор.       — Темный Лорд объявил, что его последователи освобождены из Азкабана. Интересовался новым профессором, — кратко отчитался Снейп, который предпочел бы сейчас находиться в кровати и видеть третий сон, а не рассказывать Дамблдору о собрании.       — Хм… — многозначительно пробормотал директор, читая очередное письмо. Если бы Северус не знал его достаточно близко уже больше десяти лет, решил бы, что его слова не были услышаны.       — Как много времени пройдет, по твоим расчетам, прежде чем беглые преступники вернуться в ряды Волдеморта?       — Сложно сейчас делать какие-либо прогнозы, Альбус. Им понадобится не менее трех месяцев, чтобы избавиться от истощения, физического и магического, а возможно и больше.       — Но и это довольно короткие сроки для людей, проведших среди дементоров годы, — заметил директор.       Он был прав. Несмотря на то, что Лорд не дружил со здравомыслием, он был по-прежнему на редкость талантливым волшебником. Где он нашел рецепт зелья, которым можно было поднять на ноги за короткое время практически труп, Северус даже не спрашивал. Однако рецепт он запомнил и намеревался в неблизкое свободное время сварить небольшой запас и для себя.       — Что планирует делать Волдеморт теперь? — нарушил молчание Альбус.       — Вероятно, он будет искать способ услышать полный текст пророчества и захватить Министерство.       — Что ж, я не удивлен, — пробормотал в бороду директор, по-прежнему перебирая листы пергамента на столе. Снейп раздраженно постукивал пальцами по подлокотнику. — И что же Пожиратели Смерти думают о нашем новом профессоре?       И Дамблдор, и Темный Лорд сегодня старательно обзывали де Бриенн “их новым профессором”. Интересно, каждый из них уже записал ее в группу своих активных последователей или присваивать себе людей это одна из особенностей волшебников, которым достаточно много лет?       — Некоторых магов в зале заинтересовало предыдущее место работы де Бриенн, — обтекаемо ответил Снейп.       — Несомненнно, несомненно оно их заинтересовало, — замерев на мгновение в раскладывании почты, загадочно проговорил Альбус. Очевидно, директор, как и некоторые почтенные и не очень маги в тронном зале, знали об этой организации больше, чем Снейп. — А что ты сам думаешь о мисс де Бриенн?       Ответ на этот вопрос для Дамблдора Северус придумал еще в вечер знакомства с де Бриенн, и не собирался его менять.       — Если судить по первой неделе после каникул, она наименее бездарный профессор Защиты, который был у Хогвартса за последние пять лет, — сделал почти комплимент де Бриенн Снейп, а затем, для поддержания статуса, добавил яду: — И в школу ее сопровождала целая делегация.       Директор поморщился, явно вспомнив мистера Фоули. Северус тихо позлорадствовал. О своих подозрениях насчет того, что де Бриенн и мадам Боунс имели куда более близкие отношения, он пока никому, кроме Малфоя, говорить не собирался.       Альбус задумался, но, Снейп был уверен, больше для виду. Линию поведения по отношению к де Бриенн он уже составил и четко придерживался, а сейчас лишь тянул время.       — Северус, у меня будет к тебе просьба, касающаяся нашего нового профессора.       Снейпа передернуло от идентичности ситуации, и сейчас он готов был молиться кому угодно, лишь бы снова не услышать то, что уже слышал сегодня. Боги в очередной раз не смилостивились.       — Ты молодой, сильный, интересный волшебник. Тебе есть чем похвастаться и заинтересовать других, — начал Дамблдор, с каждым словом заставляя Снейпа убеждаться в своем предположении. — Подружись с мисс де Бриенн, завоюй ее доверие. В Ордене Феникса не хватает таких людей.       Снейп прикрыл глаза, сдерживая истерический смех, уже готовый вырваться и нарушить звон серебряный приборов в кабинете. Как же Дамблдор с Лордом были похожи. Только директор, к своей чести, становиться для де Бриенн кем-то помимо друга ему не предлагал, и на том спасибо.       — Почему-то я очень сомневаюсь, что мисс де Бриенн захочет подружиться со мной, как и согласится вступить в Орден, Альбус, — поднявшись с кресла, хмыкнул Снейп. Для себя он еще на собрании Лорда все решил. — Доброй ночи.

***

      Утро следующего дня для Снейпа началось с неприятной трели будильника. Вставать из постели и начинать жить очередной день не хотелось, но он слишком многим должен, чтобы этого не сделать.       В гостинной факультета старост уже не было, они вместе с младшекурсниками отправились на завтрак. Торопливо собирающий разбросанные по столу книги в сумку Уоррингтон бросил, что вечер предыдущего дня прошел тихо и без снятых баллов. Снейп удовлетворенно кивнул и направился в Большой Зал.       Потолок был непривычно светлым, почти солнечным для шотландской зимы. Школьники позвякивали столовыми приборами и сонно переговаривались. Большинство профессоров тихо цедили чай, рассматривая столы факультетов.       С легкой улыбкой беседующая о первых впечатлениях о школе с Флитвиком де Бриенн невольно напомнила о дважды прозвучавшем вчера просьбе-приказе. Она выглядела слишком обычно, словно специально делала все возможное, чтобы не выделяться из толпы, но все равно приковывала к себе внимательные взгляды.       Школьники с разных факультетов периодически поднимали головы на профессорский стол и сейчас с интересом, не приправленным ни отвращением, ни подозрением, рассматривали де Бриенн. Даже Драко немного оттаял, перестав фыркать на любую положительную фразу о профессоре Защиты.       Снейп понимал мотивы Дамблдора и Темного Лорда, но по-прежнему не собирался портить жизнь и работу де Бриенн, которой хватило знакомств, убеждений и смелости, чтобы убрать из Хогвартса Амбридж и занять ее место на должности профессора Защиты. С ней можно здороваться в коридорах, общаться на рабочие темы, но не заходить дальше. Сказать обоим почтенным магам, что де Бриенн не собирается вмешиваться в войну, а после окончания семестра она собирается вернуться на континент, поэтому и близкие отношения с кем-либо заводить не стремится. Главное, чтобы до окончания семестра она дожила, осталась при собственном разуме и никого не попыталась убить, особенно Поттера.