Это судьба?

      To go off like a frog in a sock («беситься, как лягушка в носке»)       — … Врывается в студию с воплем «вот вы где» чуть не с ноги, а мы с Джисоном в обнимку после важного разговора. У Хо такое лицо было, — Крис попытался изобразить мимику друга, отчего Чонин не смог сдержать смех. Крис и сам вспоминал этот нелепый момент, случившийся вчера вечером как анекдот.       — А что за разговор? — робко поинтересовался Чонин через пару минут, — У Джисона что-то случилось? Мне показалось, он нервничает последнее время, особенно когда мы с Сынмином уходим с практики. Минхо-хён его гоняет индивидуально слишком сильно?             — Да нет, — Крис потëр шею, слегка растерявшись. Непрошеные воспоминания о первой тренировке обжигающими вспышками пронеслись перед глазами, — Кхм… Это были его личные переживания, свидетелем которых я стал случайно. Ничего такого, о чём стоит беспокоиться. Хотя Минхо и правда его гоняет.       Демонстративно вежливо пропустив вперёд себя спешащую куда-то женщину в лёгком цветастом платье, он вновь зашагал рядом с Чонином. Парни шли по очередной однотипной улочке в том районе, который показался Крису нужным. Можно было попытаться узнать у мамы точный адрес, где жила бабуля, но что-то подсказывало ему, что мама не ответит.       — Скучаешь по работе? — спросил он, толкнув локтём в предплечье Чонина. — Или вздохнул с облегчением? Ты не выглядел фанатом своего дела, извини, если ошибся, — улыбнулся он смущëнно.       Чонин внимательно и с удовольствием наблюдал за хёном, что так неловко пытался перевести тему суетой и встречными вопросами, и внутренне посмеивался. Он привык за последние месяцы подмечать каждую мелочь в поведении старшего, поэтому подобные манёвры его веселили. Что же за тему обсуждали эти двое, раз Крис так занервничал?       — Не особо. Я устраивался на подработку временно, потому не привязывался к месту, — пожал он плечами, искоса рассматривая хёна. Тот запрокинул голову, допивая остаток воды из бутылки. Хорошо очерченные мышцы руки, широкий разрез майки, которая больше демонстрировала, чем скрывала, притягивали взгляд непривычного к такому парня. Для него это была почти откровенная нагота. Взгляд переместился от пухлых губ, легко касающихся горлышка бутылки, к двигающемуся кадыку. Чонин заворожённо завис в моменте, из-за чего чуть не столкнулся со школьником, выскочившим на тротуар из продуктового магазинчика. Крис едва успел подхватить отшатнувшегося донсэна под локоть, проводил взглядом мальчишку и вздохнул, вытирая губы тыльной стороной ладони:       — Лукас тоже вечно бегает, не разбирая дороги, словно лягушка в носке.       — Что это значит? — всё ещё заторможено спросил Чонин. Мыслительный процесс не успел переключиться, а сказать что-то срочно надо.       — Мы так говорим про тех, кто что-то делает слишком суматошно и эмоционально, — пожал плечами Крис, отпуская его локоть. Пустая бутылка улетела в мусорку, стоящую у входа в магазин.       — А, я понял. Ты скучаешь по нему? По дому, семье, друзьям, по вашим австралийским штучкам, типа пауков в кедах или кенгуру на заднем дворе? — под конец фразы ехидная улыбка уже не сходила с лица младшего.       — По паукам скучаю, да. Они тут у вас слишком мелкие, даже на перекус не хватит, — подхватил шутку Крис. — Мне правда не хватает многих вещей, к которым я привык. Барбекю по выходным, плавание, прогулки с малышкой по пляжу, походы с отцом на природу. Много кого и чего пришлось оставить не так давно, чтобы я успел перестать скучать об этом.       — С малышкой?.. — Чонин приподнял бровь, приглашая расшифровать.       — Ой, прости! Это моя собака, — засмеялся Крис, вытягивая телефон из переднего кармана шорт, — забыл, что не все знают Берри, — он показал заставку с бегущим по пляжу бело-рыжим спаниелем, — Это моя девочка.       Ласковая улыбка коснулась его губ, пока сверкающие глаза разглядывали наверняка наизусть заученное изображение. Чонин придвинулся ближе — трещина в экране немного мешала рассмотреть.       — Ой, какая красотка! Ещё фоточки есть?       Крис с энтузиазмом полез в галерею искать совместные фото. Перелистнул целую партию студийных фотографий, на которых явно рабочие моменты: экраны, снова экраны, цветные пятна открытых плагинов, какие-то настройки. Джисон, сладко спящий на коротком диване, кудрявый Чанбин в кресле, еда, снова экраны… Потом пошли городские пейзажи, витрины, кафе и магазины — явно для семьи фотографии. А вот и они: мальчишка с отросшими волосами и огромной гитарой в чехле рядом; в комнате за столом сестрёнка чуть постарше, очень похожая на Криса; мама с отцом в обнимку, фото с работы и путешествий, семейные фото.       А потом целый пласт фотографий с собакой. От вида этой парочки в носу Чонина защипало — Крис явно прощался с ней. Они долго и много гуляли по любимым местам, сидели на лавочке в парке, бегали с волнами наперегонки — часть фото сделана кем-то из близких. У него осталась целая жизнь там. Яркая и беззаботная.       — А ты? Ты ведь тоже не здесь живешь, верно? — парни снова двинулись по уходящей вверх извилистой улице. Чонин уже успел исходить несколько таких с Хёнджином, поэтому без интереса оглядывал чужие заборы.       — Да, у меня родители и братья в Пусане.       — Скучаешь по своим?       — Скучаю. Но у меня больше возможностей с ними увидеться — на каникулах и в праздники я езжу домой. Ну и звонят по выходным, спрашивают, как продвигается учёба. Скоро экзамен и выпуск, дебют этот внезапный. Я ведь не так давно в трейни, не ожидал такой нагрузки.       — Это да, — протянул Крис, — Не представляю, как ты со всем справляешься. Тяжело, наверное, было в Сеул переводиться перед выпуском? В незнакомой обстановке сложнее готовиться. Как вообще вышло, что ты оказался здесь?       — Ммм… Как бы объяснить в двух словах? — Чонин задумался, глядя под ноги. — Я пел в церковном хоре в средней школе, думал пойти потом в священники…       — Серьёзно? Никогда не встречал человека, который хотел бы стать священником! — удивился Крис, обернувшись к младшему, — Ты кажешься обычным парнем, как и все мы.       — Это было пару лет назад. И меня тогда чуть не втянули в секту. Помог выбраться хён-ним, он же и предложил поступать в Школу Сценических искусств в Сеуле, чтобы не…       Крис его не слышал. Зелёные ветви сосны, перекинувшиеся через старый коричневый забор, отделанный диким камнем. Они были чуть выше, чем он помнил, и намного пышнее. Внезапно мурашки прошли по спине Криса. Что он найдёт за этим забором? Какие ответы? А если там никого не осталось?       Очки, болтающиеся на цепочке, пока она склоняется к нему, чтобы пригладить ладонью непослушные волосы…       — Крис-хён, ты в порядке? — голос Чонина слегка тише обычного, обеспокоенный взгляд, длинные пальцы аккуратно обхватывают его запястье.       — Что? Да, да, я в порядке. Мне кажется, я нашёл что искал.       — Правда? Какой? — Чонин завертел головой по сторонам.       Крис мягко улыбнулся, скрывая волнение:       — Я же рассказывал много раз. Как ты раньше искал, если не помнишь приметы?       Краска смущения залила лицо парня, он прижал ладони тыльной стороной к щекам. Глаза сузились ещё больше от того, что он сдавил щёки, пытаясь скрыть это.       — Да ладно, Чонин, я же не всерьёз, — Крис снова толкнул его в бок локтём, — Пойдём.       На ходу набрал в чат сообщение с адресом, который прочитал на табличке ближайшего дома.

OzzY ►@all: Я нашел дом! Кажется…

Нan#One ►OzzY: Неужели! Свершилось!!! LiKnow ►OzzY: дождешься нас? или сам пойдешь? ~D~R~ ►OzzY: хен, помощь нужна?

OzzY ►LiKnow: Да нет, не надо, я с Чонином

Нan#One ►OzzY: Подождите, я уже спускаюсь! Скоро буду! Хен, без меня не ходите! LiKnow ►Нan#One: неугомонный… ~D~R~ ►OzzY: мы на связи, держи нас в курсе, хорошо?       Калитка заперта. Часть высокого забора, сложенного из блоков и облицованного диким камнем, осыпалась по верхней кромке. У нижнего стыка по щелям меж камней поселился мох, сорняки закрыли остальное. Видно, что за фасадом не ухаживали давно.       Ребята несколько минут пытались дозваться хозяев дома. На стук и голоса не отвечали, но уходить просто так совершенно не хотелось. Оставить записку? Попытаться заглянуть внутрь?       Крис не успел определиться.       — Вы чего тут шумите?       Недовольный голос женщины лет шестидесяти, вышедшей из калитки напротив, заставил парней склониться в извиняющемся поклоне. Они действительно слишком настойчиво звали, что не могло не потревожить соседей.       Она запахнула на животе плотнее длинную лёгкую кофту, с подозрением оглядывая двух парней, смирно застывших у пустующего дома. Яркий солнечный свет слепил её, поэтому она прикрыла глаза, приложив ладонь ко лбу козырьком.       — Просим прощения, аджума. Мы не хотели вас беспокоить. — Ребята снова склонили головы. — Мы ищем госпожу Бан. Она ведь здесь живет?.. Жила? — Крис обернулся ещё раз на ворота в дом, где, кажется, давно никого нет.       — Жила. А вы кто такие? Зачем её ищете?       — Я внук госпожи Бан, Кристофер. Сын Джессики и Джейка.       Громкое «айгу» на всю улицу заставило вздрогнуть Чонина. Женщина всплеснула руками и тут же прижала ладони ко рту, из её глаз покатились слёзы. Крис совершенно растерялся. Может, он сказал что-то не так? Или пришёл не вовремя? Он беспомощно оглянулся на Чонина, но тот уже направился к женщине, приобнял её за плечи, мягко похлопывая по ним ладонью.       — Ты всё-таки вернулся! Мальчик, ты вернулся! Она так ждала тебя, столько лет ждала! — её причитания разносились по улице, но женщину это не волновало. Она сама подошла к застывшему Крису, крепко взяла его за ладонь и повела в свой дом. Чонин зашёл следом и аккуратно закрыл калитку.       За запыхавшимся Джисоном он вышел через полчаса.       Вышли ребята в глубоких сумерках, тихие и молчаливые. В руках Криса пухлый красный конверт и большой пакет, что аджума собрала ему на скорую руку. Выйдя провожать мальчиков, она снова и снова просила Криса проведывать её время от времени и подумать над тем, что ему оставила «дорогая онни». Обняла парня, как родного, не обделила и Чонина с Джисоном.       Все трое низко поклонились и в молчании отправились вниз по улице. Услышанное в доме казалось таким большим и невероятным, что парни не могли толком осмыслить, не то что обсудить на ходу.       Навстречу поднимались Минхо и Хёнджин. Увидев потеряшек, которые несколько часов не отвечали на звонки и в чате, парни остановились. Минхо сложил руки на груди, буравя тяжёлым взглядом хёна. Хёнджин попытался грозно упереть руки в бёдра, но стушевался и просто демонстративно разблокировал телефон, мол, есть же такая простая штука. Увидев глаза парней, он почесал затылок, набрал номер и, дождавшись ответа с той стороны, спросил: «Ба, мы к тебе придём?»