Собственность

—Ладно, я объясню всё проще. Через тридцать две минуты ты снова станешь игрушкой императора, ибо из-за его магии ты подчинена ему, — говорит Хантер. Второго солдата звали Никсом. Как он… Неважно, вас это не должно интересовать. —А я могу этому пытаться противостоять? — никто не хотел становиться чужой игрушкой, даже в момент падения в пустоту. Эту ситуацию воистину можно назвать падением в абсолютное ничего, царство снов и место хранения всего, что не вмещается в бесконечную мультивселенную. Луз посмотрела в аметистовые глаза Хантера, пытаясь разглядеть что-то знакомое. Но не могла. Это было сложно, очень сложно, но пред её взором встал другой мир. Она, друзья и Хантер находятся на руинах замка Белоса. Они сражаются с ним. Ужасно знакомо, но ужасно далеко. Луз отряхивают, наваждение исчезает. —Что ты видела? — спрашивает Хантер. Второй исчез. Буквально. Никто даже не вспомнит о нём. Я задам Джею вопросы по этому поводу, но сейчас история. —Иной мир. Другие мы. Там… Белос проиграл. Замок разрушен. Ещё какой-то мальчик… Странно, — девушка посмотрела на парня в надежде на ответ. В этот раз ответ действительно был. —Да, я знаю, что с тобой. Пугайся или нет, но твоя душа в пустоте. Это… Место, где рождаются сны, а ещё там есть окна в другие миры. Но твои сны заняты магией, из-за чего душа была вытеснена. Ты спрашивала, можешь ли ты сопротивляться… Я не знаю. В книгах про дикую магию ничего не сказано про борьбу, но также не говорилось, что это невозможно. Вернись в комнату, с пеленой ты не вспомнишь наш разговор, но постарайся придти сюда ночью. Старайся не спать или спи, когда Белос бодрствует, иначе однажды очнёшься без остатков себя прошлой, — и был Хантер таков. Луз вздохнула, после чего отправилась к себе в комнату. По пути она думала, как же она может бороться со становлением куклой Белоса. Произошедшее этой ночью заставило её чувствовать отвращение к самой себе. В комнате же она посмотрела в зеркало, после чего сдержала рвотный позыв, посмотрев на письменный стол. Она начала думать. У неё есть ещё около двадцати минут до становления безвольной, но нужно как-то намекнуть себе, что нынешняя ситуация её не устраивает. Что же было вчера… Она смотрела в зеркало. Смотрела себе в глаза. Не видела себя. Вот оно! Вот то, что поможет ей! Она хватает ручку, после чего начинает писать себе письмо. «Ты — не Луз Носеда. Ты лишь подчинённая императора! Вспомни, что ты делала утром, что ты видела, каким был другой мир! Сама вероятность такого стечения обстоятельств крайне мала, а ты ещё и позволяешь этому случиться! Просто пойми, что ты — не я! Дай мне вернуться!» Да, резко и грубо, но относиться мягко к той своей уничтоженной стороне Луз была не в состоянии. На записку ушло много времени, но немного было в запасе. На обратной стороне она нарисовала глиф света, чтобы уничтожить лист, когда вспомнит, если вспомнит. В ином случае она просто отложит это письмо и всё. Минута. Всё, пелена. Память о произошедшем блокируется искажённым разумом, но она всё же смотрит на лист с записью. Разум блокирует всё. Неуда… Подсознание, точно. Оно знает опасность за час до начала событий, что к ней приведут. Разум теряет свою власть, а затем очищается. Белос всё ещё считает, что Луз подчинена, но теперь нет. Листок уничтожается, превращаясь в шар света, что вскоре оказывается убран. Теперь ей надо притвориться подчинённой, пока она не… Точно, она должна оставаться, она не может сбегать. Что же теперь ей делать, она не может даже вырваться на свободу. Разве что убедить Белоса разорвать контракт или найти иные способы… Интересно вообще, а что этот магический контракт сделает ей, если она попытается убежать? В Гарри Поттере за нарушение подобного обета несчастный умирает, но не показано, как именно. —Ты продолжишь стоять? Завтрак уже подали, — было ясно, что это ни коим случаем не просьба или приглашение, это приказ. Приказ, не терпящий отказа или перефразировки. Луз поворачивается к нему и пустым взглядом, который легко имитировать с бесцветными глазами, провожает его, уходящего на приём пищи. Она идёт за ним, иных вариантов нет. Хотя в такой ситуации жить невозможно, она или умрёт, или останется в этом замке навсегда. Две крайности. При чистом разуме выбирать сложнее. Жаль, что нельзя найти середину… Джей, хватит смеяться, я пытаюсь держать интригу до конца. —Простите, я размышляла, — говорит она, внутри ощутив сжатие сердца. Хотелось убежать при виде лица императора, но совсем недавно он… Очередной рвотный позыв. Ей было мерзко осознавать то, что произошло совсем недавно, потому Луз старалась не думать об этом. Мысли теперь шли о том, что же теперь делать. Император говорит, что может отправить её домой, забрал ключ, но почему-то не уходит или захватывает мир людей, а носится с ней. Он действительно обезумел, как о нём шепчут уже почти все в замке, ведь до сих пор никому не ясны мотивы императора. Впрочем, как рассказчик, имеющий все знания об этой истории, скажу, что… Домыслите мотив сами, я не должен рассказывать каждую мелочь, иногда и думать надо. То не понимают что-то, то считают, что что-то слишком резко, читая чёрт знает, чем. Извините. —О чём же? — спрашивает Белос, попутно приступая к трапезе. Еда выглядела ужасно привлекательно, но запах от неё шёл странный. Словно она вся пропитана каким-то средством. Чистый разум давал массу преимуществ, но также забирал возможность наслаждаться слепой жизнью. Та посмотрела в своё отражение в серебряном столовом приборе. Глаз, что не был сожжён по ошибке, приобрёл частично свой прежний оттенок. Часть души возвращается? Ведь, как говорится, глаза — зеркало души. В нашем случае глаз. —О том, зачем я вам. Мне искренне это интересно, — наверное, она совершила ошибку, спросив это, но мужчина не разозлился и даже не раскрыл её свободы воли. —Титан имеет планы на тебя, — только и отвечает Белос, обманывая каждым словом. Ладно, я прошёл рубикон ада, так что пора шутить. Не титан, а Белос, не имеет, а имел, не на неё, а её. Теперь в этой фразе всё правильно, иначе это не больше, чем просто стандартная фраза. —А когда я смогу отправиться домой? —После дня единства. Тогда и я вернусь домой. Да, я тебе не всё рассказывал, я родился и вырос в мире людей, — Луз незаметно вздрогнула. Он — человек. Вот так номер. Не мог же ведьмак вырасти в мире людей… Хотя… Так, Джей, отложи ручку от блокнота для списка идей! Дальше воцарилось молчание. Луз, через силу съев немного, спешно ушла. Нужно было подумать, как быть дальше, а думать об этом лучше в полном, гордом одиночестве. Девушка направилась к себе в комнату. В ней она начала рассуждать, а чего же ей, собственно, надо делать? Бежать она не имеет возможности, так что… Размышления были прерваны открытой дверью позади девушки. Кто-то зашёл внутрь. Луз обернулась. Перед ней стояли два солдата ковена, что было крайне неожиданным. И неправильным. Ранее к ней приходили только уполномоченные персоны, но в этот раз что-то было не так. Она сразу же потянулась к карману с глифами, но вспомнила, что не заготовила их. —Приказ императора. Вам нужно идти за нами, — Луз побоялась сказать что-то, потому молча пошла за солдатами. И ведь действительно солдаты, устав и поведение воистину говорят об армейских порядках. Да и это не особо скрывается… В любом случае, прямо сейчас Носеда идёт за двумя незнакомыми солдатами. Хуже не будет, они её могут лишь убить или привести куда-то, так что осталось лишь следовать. В пути нет романтики, если рядом нет друзей, но нутро почему-то грелось, словно бы прямо сейчас рядом с нею были верные товарищи. Они вышли из замка. Теперь до неё дошло. —Как дела у Эмити? — она задаёт простой вопрос, на который можно с лёгкостью ответить. В момент напряжения неважные вещи обычно пропускаются мимо множества стадий обработки информации, потому она ожидала получить ответ. Но, видимо, она ошиблась, ведь солдаты остановились и посмотрели на неё. Теперь-то иллюзия спала. Перед ней были Гас и… Нет, не Уиллоу. На удивление Луз с парнишкой была Эмити. —Луз! — Эмити обнимает девушку, — Ты даже представить себе не можешь, как я скучала! —Я тоже, Эмити, я тоже… Но вам надо уходить. Я заключила с Белосом сделку. Свобода Иды за отсутствие попыток сбежать, — Луз отпустила ту, что могла бы в иной ситуации стать её девушкой. —Тогда ты свободна от оков. Иду забрали на окаменение в тот же день, как она была арестована, — Гас подаёт голос, умолчав о побеге Идалин. Он читал про договоры с помощью магии достаточно, чтобы понять, что достаточно быть истинно уверенным в том, что договор был нарушен. Ребята начинают спешно уходить, Луз не может поверить своему счастью, что она теперь свободна… И горю, ведь Ида мертва. Ужасно смешанные чувства напали на неё, а она даже не знала, что в Доме Совы встретит свою наставницу по магии, но этого будет достаточно, чтобы разорвать контракт и связь с Белосом. Но так прекрасно и спокойно произойти не может ничего. Лёд пробивает сердце Эмити, а сама она начинает покрываться камнем. В миг грани между счастьем и горем горе побеждает. Эмити неслышно для Луз кричит бежать, а дальше всё было, словно бы в тишине. И темноте. Мимо мелькали самые разные места, она и Август бежали так быстро, как только могли, но за ними не спешили следовать. Император в это время крушил абсолютно всё в своей комнате, когда вернулся с окаменения подруги его собственности. Как она смогла понять, что он обманул её? О да. Очевидно, что не в состоянии великий император Кипящих Островов создать круг заклинаний для того, чтобы заключить сделку. Он, конечно, отправит за ней множество отрядов, но сейчас он испытывал ярость. К тому же Хантер куда-то пропал, иначе он бы отправил парнишку вслед за ней. Как он удивится, когда в нужный час обнаружит в списках тех, кто хочет его убить, своего племянника из магической древесины. Носеда пришла в себя только от удара по щеке знакомой грубой ладонью. Перед ней сидела Ида, а сама она лежала на диване в Доме Совы. Всё было по старому… Диван, столик, хрустальный шар, Ида… Ида! —Тише, Луз, осторожно. У тебя на фоне стресса развилась горячка. Мне очень жаль за то, что произошло с Эмити, но ничего сделать нельзя… —Эмити! Я отомщу ему за неё! Я вырву его сердце собственными руками! — Ида только закрыла глаза и проговорила что-то из разряда «Началось». —Послушай, Луз, ты уже несколько раз подряд за последние три часа подскакивала с этими же фразами. Пойми, что Белос слишком силён. —Постой! А как ты можешь быть жива? Тебя же окаменили! — Луз посмотрела на женщину недоверчиво. —Тут забавная ситуация… Я сама слабо помню, что случилось тогда, когда я пришла в сознание — клетка была открыта, а потом я убежала. Ладно, не обо мне речь. Если ты прямо сейчас отправишься туда — жертва Эмити будет напрасной. Ты погибнешь, как и она. Ну а теперь… Пошли, раз уж ты не вырубаешься каждые пару минут, то надо перекусить. Луз поднялась. Она чувствовала ужасный голод, ибо с самого завтрака с императором прошло уже достаточно времени, чтобы проголодаться, а учитывая, что съела она тогда крайне мало, то и голод был соответствующий. —Но мы не можем просто прятаться! Рано или поздно снова за нами снова придут! И тогда их будет больше, чем обычно! Белос не оставит нас! — она не отказывалась от идеи мести, но прямо сейчас рваться в бой она уже не так спешила, что уже было прогрессом. —Хути защитит. Послушай, Луз, мы ничего не можем сделать. Ты так хочешь убить его не только из-за Эмити, верно? Что случилось за эти дни? После чего Луз рассказала всё. Каждое событие, лишь не уходя в детали особо интимных моментов. После произошедшего Ида уже не могла сопротивляться естественному желанию уничтожить того, кто сделал такое с её не кровной дочерью. —Хорошо, малая. Он действительно заслужил, чтобы заплатить за то, что он натворил… Не могу поверить, что он осмелился… — Ида крепко обняла Луз. В этот момент девушка впервые за столь долгое время расплакалась, освобождая всё накопившееся. Она крепко обнимала Иду и рыдала. Спустя какое-то время. Луз смотрит на себя в зеркало. Незрячий глаз закрыт повязкой, а тот, что ранее был мутным, сейчас имел полностью прежний цвет. Всё вернулось на круги своя. Осталось всего-то уничтожить Белоса и всё будет прекрасно. Не знаю, что их ждёт, сценарий вообще написан только до прошлой главы, так что ожидать можно чего угодно. —Луз! Белос готовит армию, чтобы вернуть тебя к себе! — в дом врывается Хантер. Она знала, что тот уже довольно долго не на стороне Белоса, потому удивления не выказала. Просто не ожидала, отчего вздрогнула. —Что ж, скоро я сама приду к нему.