Реконструкция

Цунаде тратит гораздо больше времени, чем ожидала, пока разбирается с историей Ируки Умино. В его деле оказалось некоторое количество заметок от Третьего и каждая из них - стикер с напоминанием в определенный период времени уточнить, как протекает его работа. Похоже, он действительно раскрылся в своем профессионализме, когда пошел работать в академию. Третий возлагал на него большие надежды, Цунаде знала об этом и раньше, но не задумывалась, с чем это связано. Просто... Ирука ведь был единственным, кто и впрямь хочет делать для детей что-то полезное, и делает это действительно хорошо. Оценки учеников Ируки выше, чем у других классных руководителей, и ни один за всю историю его преподавания не остался на второй год. Самым сложным считался Наруто, с которым никто другой попросту не справлялся, но, насколько Цунаде знает, их отношения переросли в крепкую дружбу. Она несколько раз сама слышала, с каким уважением Наруто вспоминает про Ируку, как для него важно видеться и делиться успехами со своим первым сенсеем. С утра Пятая вызывает к себе Иноичи Яманаку на несколько слов, и мужчина прибывает сразу же. Он докладывает обо всех текущих делах в течении нескольких минут, получает распоряжения и Цунаде задерживает его, чтобы обсудить один момент. - Иноичи... - начинает она своим будничным строгим тоном, - Я ознакомилась с личным делом Ируки Умино, он ведь твой бывший ученик, да? На лице Яманаки отражается явное удивление. - Верно, Пятая сама. Это было достаточно давно, еще до моего поступления на службу в Центр коммуникаций. Его назначили в мою команду вместе с еще двумя на тот момент генинами и после сдачи экзамена на чоунина их расформировали, а меня перевели в другое направление. Пятая слушает внимательно, но пока ничего нового не получает. В целом, она и не ожидала услышать что-то экстраординарное, но все же, ей важно убедиться в своей правоте. - Как бы ты его охарактеризовал? - спрашивает Цунаде, сложив руки на столе. - Ируку? - все еще недопонимает Иноичи, - Мне довольно сложно его выделить. Вас интересует что-то конкретное? - Не напрягайся так, все в порядке, - выдыхает Цунаде, - Просто интересуюсь твоим мнением. Думаю, Третий тоже тебя часто о нем спрашивал. Иноичи кивает. - На самом деле, так и было. Но я понимал, почему, в смысле, Ирука с детства вызывал у старших повышенный интерес, он ведь рос сиротой, такие дети всегда нуждаются во внимании, к тому же, он был очень дружелюбным. Ко мне он попал в подростковом возрасте, очень трудолюбивый и добрый молодой человек. У нас всегда были хорошие отношения, такими они, собственно, и остались, моя дочь Ино была в его классе в Академии. Если честно, я очень рад, что он выбрал для себя другой путь, не думаю, что ему нравились миссии, в особенности те, где приходилось прибегать к жестокости. Ему такие моменты были... противоестественны. Со своей работой сейчас он отлично справляется, насколько я знаю. - Как строилась ваша работа в команде, что он обычно делал? Иноичи призадумывается, пытаясь вспомнить. - Ирука... да, в основном, помогал остальным, как связующее звено. Он не любил быть в центре внимания и особыми лидерскими качествами тоже не обладал, но мог всех организовать, когда нужно. У него хорошие оборонительные техники, но атаковать сам он не мог достаточно долгое время. Их экзамен на чоунина проходил в деревне Долин, Ирука единственный из команды, кто получил по итогу звание чоунина за то, что спас Эбису куна из плена соперников, помог своей команде и команде других ребят из Конохи. В поединке один на один выманил из соперника, какого-то здоровяка из деревни Скрытого Песка, всю чакру, а потом своими клонами заставил его сдаться. Он не глупый парень, просто ищет любые пути прежде, чем допускать применение силы. Ирука действительно очень любит людей. - Интересно, - задумчиво отвечает Цунаде, - почему тогда позже его передали Какаши? - Я тоже изначально задавался этим вопросом. Видимо, так Третий хотел воспитать в нем твердость характера, но, насколько я знаю, по итогу это закончилось мучением для Ируки, а мучений в жизни он навидался. Сейчас я даже склонен думать, что Третий сделал это и для самого Какаши сана в том числе. Присутствие Ируки в команде означает, что дело пройдет с гораздо меньшим количеством крови, чем могло бы, так что для Какаши сана и его подопечных это могло оказаться полезным. - Это логично, если подумать, но я знаю Третьего лучше, чем кто-либо другой. Думаю, там было что-то еще, и он это знал. - Говорит Цунаде. Иноичи задумчиво смотрит на нее несколько секунд, но ответить ничего не может. Он был добр к мальчику, хотя прекрасно помнил, что в детстве Ирука был очень импульсивным и непослушным, после Академии это изменилось. Иногда он даже жалел о том, что так мало времени проводил со всей их командой, но и детство своей дочки из-за работы он пропускать не мог. - Если я ответил на все Ваши вопросы, госпожа Пятая, я могу идти? - уточняет мужчина. - Да, конечно, спасибо, Иноичи сан. Он коротко кланяется хокаге и выходит из кабинета, оставив ее в одиночестве, погруженную в своих мыслях. - Господи, Хирузен сенсей, неужели ты действительно знал о том, что между ними произойдет или просто пытался заставить пару сломленных детей поддержать друг друга? - спрашивает она в воздух и захлопывает личное дело Ируки Умино, складывает его в верхний ящик тумбочки своего стола. На период отсутствия Шитсунэ ее пост у кабинета хокаге обычно занимает Генма, его Цунаде и просит вызвать Ируку Умино, и после того, как они закончат, пусть войдет Какаши. Генма принимает ее поручения и сразу приступает к исполнению.

***

Цунаде даже не успевает выпить свой чай, как слышит в дверь тихий аккуратный стук, затем в проеме возникает немного запыхавшийся Ирука. - Добрый день! Госпожа Пятая, Вы меня вызывали? - спрашивает он. - Приветствую. Да, проходи, - Цунаде указывает ладонью на диван напротив своего стола, - присаживайся, хотела обсудить твое письмо о состоянии Академии. Она продумывала этот план всю ночь и утро, и если Цунаде ни в чем не ошиблась, то успешное выполнение ее целей принесет деревне пользы больше, чем три подконтрольных биджу подобных Лису. Ладно, может, пример не лучший, Цунаде в целом не мастер метафор. - Обсудить? - он немного краснеет, - Извините, если вызвал неудобства. Это лишь формальность, мне сказали, что если Вы подпишете официальное прошение, то мне могут выдать материалы и мы своими силами проведем за лето небольшие ремонтные работы. - Не волнуйся, наоборот, я бы хотела поддержать тебя. Я считаю, ты недооценил проблемы, зданию Академии нужен не просто ремонт, а более глобальная реконструкция. - Реконструкция? Что Вы имеете в виду? - Реконструкция, Ирука кун. Снести все устаревшие элементы, что сгнили и мешают зданию, и на их месте поставить новые. Ты написал, что в центральной колонне пошла трещина, но это только обивка, она установлена из деревянных балок, если трещина видна снаружи, представляешь, что там внутри? Её нужно разобрать и укрепить, а не просто покрасить. - Извините, я не знал, лишь описал, что видел. Нам нужна будет помощь отряда строителей и помощь кого-то из джоунинов, у кого будет доступ к плану здания. Академия является стратегическим объектом Конохи, необходим специальный допуск. Мои коллеги, учителя академии, с большим удовольствием поддержат идею капитального ремонта, хокаге сама, если мы чем-то можем помочь, только скажите! Цунаде смотрит на него несколько секунд и чувствует, как губы сами по себе немного расходятся в улыбке. Очаровательный. - Поэтому я тебя и позвала. Я назначаю тебя ответственным за проведение реконструкции Академии. Конечно, у тебя будет доступ к плану здания, сделаем исключение для одного чоунина. Завтра с утра решим с отрядом строителей, нужно поговорить с их мастером, они же помогут с материалами. Все работники Академии будут назначены твоими подчиненными и я дам тебе в помощь одного джоунина. Какаши. Ирука слушает её и по мере того, сколько он слышит, у него от паники расширяются глаза. - Извините, госпожа хокаге, но... я? Я ведь всего лишь... учитель. - Ты это все начал, когда написал письмо. Так доводи до конца. - Просто отвечает она, - Учитель или нет, ты, чоунин деревни Скрытого листа, назначаешься капитаном на эту миссию. - Но если я не справлюсь? - спрашивает он, заливаясь краской. - Справишься, Ирука, я в тебя верю. Какаши поможет тебе, у тебя в подчинении целая команда шиноби. Она выписывает на официальном бланке несколько строк, ставит имя Ируки и в конце свою печать, пока парень напротив нее пытается не трястись от паники, чтобы хотя бы не терять лицо перед хокаге. - Это допуск к плану здания, иди в архив, возьми себе копию. Ирука, за этот документ ты будешь отвечать своей головой, ясно? Он встает и забирает из ее рук листок, кланяется. - Да, госпожа хокаге. Цунаде немного смягчается. - Не волнуйся ты так. Ты ведь сам пошел учителем в Академию, сам выбрал себе этот путь. Каждый день закладывая учение в головы наших студентов, ты выполняешь работу гораздо более важную и сложную, чем просто организация строительных работ. Если ты не будешь уверен в себе, то кто будет? Он коротко кивает. - Извините, что так... отреагировал. Конечно, Вы правы, Цунаде сама. - Хорошо. Иди, изучи документы, я поищу мастера строительных работ. Зайдешь ко мне к восьми вечера, обсудим план действий. Ирука выходит, все еще озадаченный, и прямо с ним в дверях пересекается Какаши, просто поздоровавшись кивком. Цунаде внимательно следит за его реакцией, когда Ирука легко кланяется и желает доброго утра, но ничего не происходит. Она сама не знает, что ожидала увидеть, и все равно чувствует некоторое разочарование. Чего ради столько стараний? Впрочем, кто она такая, чтобы так просто сдаться. - Хокаге сама. - Говорит Какаши, встав прямо перед ней. - Приветствую, - отвечает Цунаде, - присядь, Какаши. Для начала, расскажи, как прошла миссия? Хатаке немного удивлен, что отчета Джирайи сенсея оказалось недостаточно, но все же рассказывает, что от него требуют. Цунаде слушает с безразличным лицом, пока выстраивает в голове предстоящий разговор. Какаши чувствует некоторую неловкость, но все же решается спросить. - Пятая, можно спросить? Почему Джирайя сенсей вообще пошел со мной? Я ведь вполне мог справиться сам. Цунаде коротко хмыкает. - Ты называешь его сенсеем? - переспрашивает она. - Он попросил. Он был учителем моего учителя, так что, в целом, справедливо. - Интересно, - комментирует Цунаде и решает все же ответить, - Джирайя нужен был для того, чтобы показать доверие словам райкаге. Юшу сан, который прибыл от деревни Скрытого облака, является очень уважаемым человеком для шиноби Молнии, он бы не пришел на встречу без особого повода, а Джирайя для него достаточно весомая персона. Появление двух ниндзя столь высокого ранга показывает серьезность намерений каге, поэтому к той информации, что была запечатана в послании, доверия будет больше. - Значит, Вы все же решили сообщить Скрытому облаку о намерениях Скрытой звезды. - А ты бы на моем месте как поступил? - перебивает Цунаде его вопрос своим, и Какаши задумывается. - Слишком мало вводных. - О, так значит! - восклицает Цунаде, - Знаешь, иногда у хокаге не хватает данных, а решения необходимо принимать быстро. Впрочем, Конохе не обязательно ввязываться не в свои вопросы. Я поделилась с ними и намерениями Скрытой звезды, и той информацией, которой мы обладаем, так что в будущем Скрытое облако сами будут принимать решение, нам остается только ждать. - Пятая, но как же доверие других деревень, что обращаются к нам за помощью, делятся своими проблемами? Ваш выбор, оказывать им услуги или нет, но если распространять чужие тайны, то это вроде называется "репутационные риски"? Прошу, не посчитайте, что я критикую, просто... - Пытаешься понять позицию Конохи прежде, чем принимать решения от своего имени, - заканчивает за него Цунаде. - Я в любом случае отстаивал бы честь моей деревни и моей хокаге. - Чертов подлиза! - улыбается Цунаде, - Нет, серьезно, Какаши. У Конохи достаточно проблем с внешними партнерскими отношениями. Скрытый лист и Скрытое облако - это отражение отношений между странами Огня и Молнии. Отношения между нашими лордами, на которые мы ни в коем случае не можем повлиять. Мы несем ответственность за безопасность в обеих наших странах, и тут из ниоткуда возникает деревня Скрытой звезды без конкретных мотивов и просит купить нашу помощь в деле против Скрытого облака, как ты считаешь, как Коноха должна поступить? Может, мы с Облаком не такие явные союзники, но такие нападки... Сегодня они обратились к нам против них, завтра к ним против нас. И я хотела бы знать, если кто-либо из других мелких деревень захочет атаковать нас. Отношения с великими нациями для нас приоритетнее вспышек гнева мелких нестабильных поселений. Своих сил на атаку Скрытого облака у них все равно не хватит. Теперь тебе понятно? Какаши слушает её и заставляет мозг активно перерабатывать информацию. - Вы ведете политику активной дипломатии, налаживаете связи крепче, чем даже Третий сама. Цунаде глубоко вздыхает. - Грядут тяжелые времена, я должна защитить свою деревню, и если для этого нужно ткнуть райкаге в его горделивый нос очевидными вещами, то так тому и быть. В ближайшее время Скрытое облако возьмет паузу, вернемся к этому разговору позже. У тебя будет новое задание, в этот раз в Конохе. Его глаза тут же сужаются, показывая, что он слушает внимательно. - Как скажете, хокаге сама. Она берет небольшую паузу, вручая Какаши первоначальное письмо Ируки, которое попало к ней на стол две недели назад, в последние дни учебного года. Цунаде ждет несколько минут, пока джоунин знакомится с документом, и у нее есть замечательная возможность понаблюдать за его реакцией. - Это заявка на ремонт некоторых элементов Академии, но внимательно изучив письмо, можно заметить, что проблема куда серьезнее. Шитсунэ проверила, в здании действительно есть небезопасные для детей участки, поэтому вчера мною было принято решение совершить этим летом реконструкцию элементов здания Академии. Команда учителей и команда строительного отряда будут поводить основные работы, и мне важно, чтобы работа была организована на высшем уровне. - Я Вас понял. Никогда не занимался руководством ремонтных работ, но... - Нет, - тут же прерывает его Цунаде, - Для этой миссии назначен другой капитан. Твоя задача - поддерживать его и помочь в организации. К тому же, для доступа в архиве к некоторым документам, связанным со строительством Академии, необходим ранг не ниже джоунина, поэтому ты будешь весьма полезен. Какаши непонимающе смотрит на неё несколько долгих секунд. Он на протяжении своей жизни, будучи участником команды генинов, членом Анбу, джоунином деревни и шиноби с мировой славой, выполнял миссии абсолютно разного формата, начиная от ловли кошек, заканчивая охраной членов семьи Лорда феодала, но... если быть совсем честным, для Какаши совершенно неожиданно принимать участие в чем-то подобном. - Возможно, есть аспекты миссии, которых я еще не знаю? - уточняет он. - Если так, капитан посвятит тебя в любые нюансы. - Просто отвечает хокаге. - И кто назначен капитаном? - Автор идеи, Ирука Умино. Взгляд Цунаде жадно выискивает на лице Какаши хоть какую-нибудь реакцию, кроме плохо скрываемого разочарования от самой идеи заниматься чем-то слишком простым, но ничего, связанного с чувствами, она в его внешнем проявлении так и не находит. Зато сам Какаши чувствует, как у него в грудине вот-вот что-то треснет, расползётся внутри и разойдётся по телу теплыми волнами. Видеть Ируку столько времени... - Понял Вас, - только глухо отвечает он, - Я так понимаю, это дело будет идти параллельно с другими миссиями, которые появятся в будущем? - Нет. До окончания работ у тебя что-то появится только в случае изменений ситуации в деревне Скрытого облака. Я хочу, чтобы ты был полностью вовлечен в восстановление Академии и максимально оказал помощь Ируке, не стоит отвлекаться на другие задания. Какаши кивает и его взгляд пустой, будто ничего не происходит. Он думает, что хокаге просто угадала пальцем в небо, но ее истинные мотивы он сможет узнать только гораздо, гораздо позже. - Тебе непривычно видеть Ируку своим капитаном? Когда-то ведь он был в твоей команде, считаешь, это несправедливо? - пытает Цунаде. Хатаке тут же качает головой, не позволяя себе даже внутри формировать комментарии, какими он мог бы охарактеризовать эту ситуацию, и все равно на ум приходит только ожидание, почти предвкушение от того, сколько теперь времени он сможет проводить в обществе этого парня, смотреть на него, впитывать в себя его присутствие рядом. Такое уже было однажды, только Какаши не совсем это осознавал, а когда все же понял, было слишком опасно, чтобы позволить себе расслабиться. Сейчас эта миссия выглядит для него лучше, чем отпуск. - Нет, я бы никогда так не сказал. Уверен, Ирука отлично справится, и я помогу ему, хокаге сама. - Меня радует твоя нацеленность на помощь Академии. - Отвечает Цунаде и уже не продолжает свои расспросы. Позже появится больше возможностей, - Жду тебя к восьми, Ирука направился за чертежом в архив, обсудим план действий. Какаши кивает и отвешивает Пятой поклон прежде, чем выйти из ее кабинета. Уже оказавшись на улице, наполняя легкие свежим воздухом, он вдруг для себя понимает, что последний раз чувствовал подобное ощущение предвкушения только глубоко в детстве, так давно, будто с тех пор он даже и не жил.

***

Какаши старается усмирить дыхание, когда чувствует, что оно какого-то черта подводит. В смысле, все было отлично, этот день не предвещал никаких подстав от собственного тела, но почему-то ребра сковывают легкие, а сердце стучит слишком отчетливо, так, что можно ощутить этот шум в ушах. И шиноби знает, отчего такие финты исполняет его организм, хотя вообще-то думал, что с возрастом он сможет это просто... перерасти. Они работают вместе уже четыре дня. Ирука сидит от него в нескольких сантиметрах, совсем рядом, так, что острый слух ловит каждый вдох и выдох. Какаши усиленно делает вид, будто сосредоточен на чертеже перед его носом, но на самом деле раз в пятнадцать секунд бросает взгляд в сторону, чтобы заметить, как со лба парня сползает повязка с изображением символа Листа, или как заходится мелкими живыми морщинками его лицо, когда парень хмурится, или аккуратное движение его нежных, совсем не боевых пальцев. Даже сложно представить, что эти пальцы могут уверенно держать кунай или метать сюрикены, и Хатаке предпочел бы видеть в них карандаши, сладости, может, свою собственную ладонь. Думать об этом неуместно и глупо, но он думает, взглядом проглатывая каждую часть его лица и каждое его движение. Если думать об этом слишком долго, то это станет уже неадекватным, но Какаши все равно думает, чтобы заполнить свою карту памяти как можно плотнее, вписывая это всё в каждую ячейку, чтобы потом можно было мысленно воспроизвести, позволить воображению (только и только в своей голове) коснуться его, будто это нормально, обвести кончиками пальцев его скулы и виски, усадить себе на колени, сначала без какого-либо пошлого умысла, потом... как пойдет. Хотел бы просто быть частью его личного пространства и чтобы в этом не было ничего некомфортного или странного. - Все хорошо? - спрашивает Ирука. Брови взлетают вверх. - У меня? Да. Ирука тяжело вздыхает и немного отодвигает от себя стопку бумаг с подробным описанием процесса строительства прилегающего к Академии здания оружейной комнаты и их соединяющих надземного и подземного ходов. План, что хокаге приказала составить за день, растянулся на три. Миссия, которую возглавляет неудачник вроде Ируки отстает по своим срокам буквально с первых шагов. Ребята из строительного отряда сразу объяснили, что прежде, чем приступить к ремонту, им необходимо произвести экспертизу и подготовить площадку. Отряд учителей, что изначально поддерживали Ируку, не ожидали, какой объем работы на них навалится, поэтому потихоньку начали жаловаться своему капитану, но не могли делать это прямо при шиноби столько высокого уровня, как Какаши, поэтому искали повод вытащить Ируку отдельно. Ируку, который не спал толком уже трое суток, разбираясь со всей информацией по направлению, в котором он ни капли не разбирается, но это всё необходимо для изучения. Какаши изъявил готовность разделить любые обязанности, и если изначально Умино видел в этом поддержку, то сейчас только больше видит в этом какое-то недоверие. И ему даже нечего противопоставить, потому что парень и сам не верит, что в состоянии должно справиться с такой масштабной задачей. Конечно, все им недовольны, на самом деле, Ируке удалось наладить отношения с коллегами не так давно. В смысле, когда он только пришел несколько лет назад и получил руководство над классом Наруто, он чуть не сошел с ума, и все поддерживали и помогали, все было прекрасно, но позже, когда они с другими учителями стали общаться чуть больше, все сильно изменилось. Он как сейчас помнит тот вечер, когда Аоба и Такари выловили его поужинать после работы, и все было окей, они разговаривали, пили пиво, обсуждали своих учеников, потом перешли на женщин, и Ирука не смог (не захотел) врать, сразу в лоб выпалив своим товарищам правду. Лучше сейчас, сразу. Лучше жить с клеймом, но гордо поднятой головой, нежели запирать свои чувства в шкафу. В Конохе это было не ново, он знал, что и в старшем поколении, и среди подростков были парни и девушки, которые интересовались только своим полом, и все же, не всегда было понятно, как отреагируют окружающие. Аоба и Такари восприняли новость негативно, хоть и без оскорблений. И позже он уделал их обоих во время спарринга на глазах у всех учеников, несмотря на то, что он младше этих петухов, своих соперников на несколько лет. Если уж кто-то и смеет критиковать Ируку за что-либо в его жизни, то точно не за его ориентацию и не за ту любовь, что он чувствует, что хочет разделить с другими, а не копать глубоко в самом себе. Нет уж, спасибо, увольте. О Какаши, кстати, тоже подобные слухи ходили, но, разумеется, Ирука не верил, хотя даже сам не понимал, почему. Они давно знакомы и когда-то проводили вместе довольно много времени в рамках миссий, и Ирука действительно никогда не видел Хатаке с девушкой, но это не значит, что его привлекают парни. Почему-то Ируке кажется, что будь это так, он бы первый это узнал или почувствовал. - Ты просто очень напряжен, - смягченным тоном добавляет Какаши, и он будто змей, располагающий к себе доверие, - Потому что измотан. Конечно, блин. Ирука от нервов не может ни есть, ни спать. Шиноби должен быть дисциплинирован, должен уметь контролировать свое состояние, но парень не может концентрировать свои мысли дольше трех минут, не может заставить себя проглотить что-то даже из своей любимой еды, и не может уснуть раньше, чем за окном светает. За последние годы его тело абсолютно отвыкло от нагрузок больших, чем тренировки, поэтому и чувствует он себя не очень. - Да, я... - по привычке оправдывается Ирука, не позволяя своим страхам и неподконтрольным эмоциям вывалиться на бывшего семпая, - Немного переживаю. - Из-за чего? - Из-за всего. Порученное задание, если я не справлюсь или не успею вовремя. И еще всякие мысли. Ирука все больше и больше выглядит встревоженным и расстроенным, и Какаши решительно отодвигает стопку документов перед парнем в сторону. - Идем, пообедаем? - спрашивает Какаши тоном, будто варианта "нет" не подразумевается изначально. - Но... я совсем не голоден, я пока останусь закончить... - Идем, Ирука, поешь со мной, - упрямо продолжает Хатаке и поднимает парня за локоть, от самого себя совсем не ожидая подобной смелости. Какаши даже не думает сдерживать свое желание помочь, успокоить. Он настолько полон решимости и спокоен. Мятеж все еще мечется внутри тела Ируки, хочется возразить, вот они мои бумаги и моё задание, и если со всем этим не закончить вовремя, то он не знает, что может произойти, но хокаге, коллеги, строители и ученики, все будут так им недовольны. Семпай же все тащит его за руку, сжимая в теплой ладони запястье. - Ладно, ладно, мы ведь совсем недолго? - сдается Ирука уже на выходе из кабинета, и его руку, наконец, отпускают. Какаши выглядит чуть более удовлетворенно, кивает, и они молча идут вместе. На улице душновато, жарит солнце, отчего быстро пересыхает в горле. Слабый ветер колышет вывески магазинов и листья деревьев, сгоняя пугливых птиц, и вся деревня словно вымерла от этой треклятой жары. Приходится следить за собой, чтобы снова не бросить случайный взгляд на ставшего таким подозрительным парня. - Почему ты так переживаешь? Все сделаем вовремя, - мягко говорит Какаши, - К чему так изводить себя? Ему не всё равно. Было бы, будь это не Ирука, если бы не это бесконечное желание защитить близких. То же чувство, что подсвечивало внутри, заставляло закупать овощи в холодильник Наруто и чаще вовлекать Саске в разговоры других. Честное слово, не шиноби международного уровня, а курица-наседка. Впрочем, с Ирукой почему-то играют немного другие мотивы. - Ты не подумай, я не ною, наоборот... - тут же сыпет оправданиями Умино, - Не хочу облажаться, знаешь? Какаши не нравится, каким тоном говорит парень, и он коротко оборачивается прежде, чем потянуть шторку входа в заведение Ичираку. - Ты никогда не был разочарованием. Он уверенно направляется прямиком к Тэучи, задремавшему прямо за прилавком. Ирука переваривает сказанное несколько секунд и теряется, пытаясь взять дыхание под контроль, убеждает сам себя, что эти горячие приливы, прилипшие к его щекам изнутри, лишь от высокой температуры на улице. Он подходит к кассе и наблюдает, как старик Тэучи все еще сонно трет глаза, но он явно рад видеть двух посетителей, пусть и не в самое удобное время. - Ирука сан, точно ничего не хочешь? - спрашивает он, - Почему щеки такие красные? - Духота, - тут же отвечает парень, опуская лицо, будто изучает меню, - Нет, спасибо. Может, в другой раз. - Может, хоть лимонад? На тебе совсем лица нет. - Можно чай? - говорит он, пытаясь оставаться доброжелательным. Какаши наблюдает за его попытками в общение и впервые видит, что у парня бывают с этим проблемы. Что случилось с тем открытым солнечным мальчиком, что освещал его жизнь последние несколько лет? Может, Какаши не лучший человек в мире, но Ирука - да. Кажется, они не общались слишком долго. Он садится за узкий столик напротив Ируки и тратит некоторое время, чтобы поставить свои ноги таким образом, чтобы их колени внизу не соприкасались, иначе, он уверен, это может обернуться гребанной неуместной проблемой. - Почему ты так напряжен? Ты не говоришь, но по тебе видно, что что-то не так, - снова спрашивает Какаши. Ирука опускает взгляд, собираясь с мыслями, и ему так сложно быть с кем-то открытым. - Думаю, я не справлюсь. - Я помогу тебе, - тут же отвечает Какаши и это искренне идет от него, прямо из самого нутра. Он хочет. Быть рядом, помогать, защищать, поддерживать. Отдавать. Ему буквально некуда больше деть это желание, да и рождается оно только рядом с этим парнем, и Какаши даже не понимает, что думает на самом деле по этому поводу, хотя думать что-то определенно надо. Ирука только устало прикрывает глаза. - Спасибо. Правда, спасибо, семпай, только уже бывал момент, когда ты помогал мне, а я все равно облажался. Какаши знает, о чем речь, и это вызывает неприятное раздражение. Во-первых, от этого дистанцирующего обращения "семпай", которое давно пора оставить в прошлом (может, он и стремный извращенец, но уж точно не поддерживает педофильные наклонности из разряда учеников и учителей, и его чувства к Ируке... не являются отражением его бывшего наставничества). Во-вторых, самый лучший человек во всей этой деревне, стране, мире, не имеет права не верить в себя и свои силы. - Я больше не твой семпай. Зови просто по имени, - отвечает Хатаке, - И, Ирука, ты можешь справиться с этим. С чем угодно сможешь, ты достаточно умен и силен, и ты на своем месте, в отличии от того, что было тогда. Та работа тебе не подходила лишь потому, что не рассчитана на такого хорошего человека. Какаши позволяет себе смотреть в красивые карие глаза, но он помнит, какими перепуганными они были в те времена, когда ему приходилось работать с Какаши, помнит непрекращающиеся дорожки слез на лице, непринятие, острые линии сжатой челюсти, трясущиеся плечи по ночам. Ирука был достаточно хорош, но их миссии - нет. И с этим нужно было что-то делать. - Спасибо за добрые слова. Неубедительно. - Но это ведь как раз для тебя. Не отнимать или разрушать, наоборот, создавать, строить. Делать что-то хорошее для других. В этом нет никого лучше тебя. Ирука, у нас тут никто не строитель и не архитектор, но у нас много людей, помощь хокаге и я в твоем полном распоряжении. Мы справимся с чем угодно, только возьми себя в руки. Ирука поднимает на него взгляд. Какаши прав, конечно, как всегда, мудрый семпай, гений. - Почему ты вообще занимаешься этим? Зачем хокаге поручила строительство шиноби твоего уровня? Какаши тоже задавался этим вопросом, но так и не нашел ответа, кроме как то, что Пятая сама не осознала, какой подарок сделала для него, предложив для Какаши предлог, чтобы несколько месяцев можно было провести рядом с тем, кто волнует сердце. Пусть после окончания ему и придется вернуться к своим одиноким будням с борделями, войнами и врагами, но сейчас он... просто хочет немного погреться. - Ты мне скажи, капитан. - Думаю, в Академии есть что-то большее, чем просто здание. Будешь охранять какие-то секреты от посторонних глаз? - Ирука, если так, то никто не заслуживает хранить их больше, чем ты, - спокойно отвечает джоунин. - То есть, самый молодой и неопытный из всех работников Академии. - И уже самый лучший. Пятая выделила тебя, даже Третий выделял. Суди дерево по плодам его, справедливо? Именно твои ученики сейчас самые потенциальные шиноби Конохи. Мы с остальными джоунинами благодарны тебе за тех детей, что ты нам передал. - Это другое... - Это факты, Ирука. Ты силен и справишься с чем угодно, потому что есть объективные к тому предпосылки. Ирука хочет поспорить, даже держит в голове ряд аргументов, но понимает, что Какаши прав и все это абсолютно бессмысленно. У него нет варианта облажаться, потому что это значит, что в сентябре ученикам негде будет приступить к занятиям, и мысль о том, какой позор может лечь на Пятую, и вовсе заставляет ужаснуться. Плевать, лучше он отдаст на это дело все свои нервные клетки, чем сдастся. Тем более, чему он учил своих детей, блин? Дух Огня. Вот и соответствуй, слабак. И не спорь со своим более мудрым товарищем. Лицо принимает чуть более решительное выражение, когда Умино складывает ладони перед грудью и коротко кланяется Какаши. - Ты прав, Какаши сан, спасибо за поддержку. И Извини, что приходится иметь дело с моей слабостью, впредь буду... более сдержанным. Какаши кладет руки на стол против всех норм этикета. - Давай мы договоримся с тобой, ладно? Ты будешь звать меня просто по имени, как своего товарища, напоминаю, подчиненного в ближайшее время. А я буду делать все для того, чтобы помочь тебе правильно управлять, буду рядом на протяжении всего процесса. Можешь... на меня положиться. Абсолютно. Во всем. Какаши скорее оторвет себе голову, чем подумает предать это доверие, и сделает все, чтобы его заслужить. Ирука просто не представляет, как сильно ему важен. И сколько времени Какаши держится на этом ощущении. Чуть запыхавшаяся Аямэ появляется через минуту с подносом в руках, сразу расставляя по столу чайник с чаем, чашки, тарелку рамена для Какаши, и здоровается с легкой уставшей улыбкой. Какаши не отрывает взгляда от лица парня напротив. - Договорились, - уверенно отвечает Ирука и поворачивается к девушке, - Аямэ чан, можно ещё порцию сашими? Кажется, мне и впрямь не помешает набраться сил. Она кивает и быстро записывает заказ в блокнот, и Какаши улыбается впервые за долгое, очень долгое время, хоть этого особо не видно за маской. Он не позволит надежде слишком глубоко проникнуть внутрь, хоть и знает, как это сложно. На протяжении всей жизни он только и делал, что терял близких, и этот удушающий страх внутри не даст ему по-настоящему сблизиться с кем-то настолько теплым, настолько важным, как Ирука, но все же он почему-то радуется от мысли, что следующие месяца он проведет рядом, имея возможность быть уверенным в том, что он в безопасности и занимается своим делом. Стать для него опорой, дать сил, помочь. Получать его яркий свет взамен. Даже если бы Какаши и знал, как это чувство называется, все равно не признал бы перед самим собой.