Trust Issues

***

Ракель старалась не сбиваться с заданного ритма бега, смотря вперёд на свободный от учащихся стадион. По выходным тут были только те, кому назначены отработки или дополнительные занятия по физкультуре. Ра находилась на территории школы сразу по двум перечисленным пунктам. Пробежав третий круг, она подумывала сделать перерыв, как заигравшая в наушниках «особая» песня тут же придала сил для продолжения тренировки. «Чудодейственным» треком оказалась композиция Transmission группы Joy Division, задавшая новый, более энергичный ритм для бега. Несмотря на смелое и в то же время не тяжёлое звучание, девушке рок в целом не особо нравился. Из разнообразных «фронтов» в войне жанров музыки она всегда предпочитала стороны поп и кантри направлений. Зато её дедушка фанат рока, — как тяжелого, так и альтернативного, — и, к тому же, спонсор нескольких аудиокассет с подборками незнакомых для Ракель песен. Прослушав некоторые, она сделала открытие — любые рок-песни, кроме особо тяжелых, идеально подходили для занятий спортом. Только по этой причине Ра брала данные кассеты с собой на стадион. Она пришла на отработку к тренеру, ожидая, что проведёт пару часов рядом с Хейли. Ра повезло — бывшая подруга решила не появляться, хотя наказание за стычку назначили обеим. Минусом было лишь то, что уборку трибун Ракель пришлось выполнять в одиночку. Тренер выдал ведро и тряпку и предложил за сегодня убрать только половину намеченных мест на стадионе. — Вместо бесполезных намываний сидений позанимайся лучше на свободном стадионе. Времени предостаточно. Ра, конечно же, согласилась. Уборка прошла быстро, тренер оценил старания. После сдачи предметов для уборки Ракель сходила в школу, забрала из шкафчика рюкзак с формой и, переодевшись, занялась расслабленной пробежкой. Очередной круг остался позади. Сходя с дорожки для бега, Ракель пошла к своему рюкзаку, лежащему на трибуне, чтобы попить воды. Ра ровно и спокойно дышала, но чуть не закричала, когда кто-то сзади коснулся её плеча. Девушка обернулась и увидела злорадно улыбающуюся Керри. Подруги договорились встретиться в обед, чтобы погулять. Ракель не оценила попытку напугать её. — В следующий раз я тебя убью, — шепотом предупредила Хендерсон, недовольно качая головой. — Тогда следующего раза не будет, — Сандерс слабо стукнула подругу по плечу кулаком, — ты давно тут? — Примерно с десяти утра. Хейли не пришла, а я свою часть уже выполнила и теперь свободна. Ра заметила нечто странное в Керри. Подруга улыбалась, глаза блестели, словно она смотрит на яркий блестящий дождик с новогодней ёлки. Подруга уже давно не выглядела такой счастливой. — Что с тобой такое? — поинтересовалась Ра, подхватывая «волну» хорошего настроения и растягиваясь в улыбке. Подруга поиграла бровями: — Мама уехала с братьями почти на всю неделю к бабушке. Я наконец-то одна дома! — Это точно не главная причина, — подметила Ра, — я слишком хорошо тебя знаю. «Её уже оставляли одну на пару дней, и тогда Керри была не настолько счастливой. Что-то другое прибавило ей эндорфина в кровь.» Подруга надула губы, наигранно хмурясь: — Так будет нечестно. — О чём ты? — поинтересовалась Ракель. — О секретах, конечно. Я тебе должна всё рассказывать, а ты, получается, нет? — заявила Керри. На шутливом тоне, но с более серьёзным выражением лица. Ра сразу поняла, к чему она клонит, начала отнекиваться: — Я не хочу снова возвращаться к этой теме! Уже нет сил вспоминать тот позор… — Ага, значит, интрига всё-таки есть, — довольная собой Керри потерла ладони, — в таком случае, предлагаю пари. — С какими условиями? — громко выдохнула Ра. Она поняла — попытки отказаться нет. — Какой у тебя личный рекорд по бегу? Назови время и дистанцию. — Восемь секунд на шестьдесят метров, — ответила Ракель, поднимая недоумевающий взгляд на подругу. — Вот тебе стимул установить новое достижение — пробеги пятьдесят метров за семь секунд, и я больше не буду тебя мучать расспросами. Торжественно клянусь. Керри протянула руку вперёд. С большой неохотой Ракель пришлось её пожать. «Отличные условия, просто райские. После пары кругов расслабленной пробежки я же так и хотела пропотеться на маленьком расстоянии. Ну ничего, пожили и хватит.» Отбросив саркастичные мысли, Ра достала бутылку воды из рюкзака и сделала пару глотков, пока оглядывалась. Она нашла тренера, следящего за отработкой мальчиков с младших классов, и попросила ненадолго одолжить у него таймер. — Надо будет попробовать такую же схему, чтобы ты чаще бегала на время, — сказал мужчина, узнав, по какой причине Ра решила «попробовать себя» в короткой дистанции. Ракель отмахнулась: — У меня всегда получается укладываться в установленные правилами рамки. — Твоя правда, — кивнул тренер, — тогда иди и выиграй этот спор. Он на деньги, кстати? — Нет. — А зря, надо было разорить подругу по-крупному. Пожелав удачи, тренер вернулся к детям с предложением бега на время. Ра посмеялась и вернулась к подруге, вручив той таймер. — Начинаю я отсюда, — разметив ногой невидимую линию, спортсменка прошла вперёд и отметила ещё точку, — а тут заканчиваю. — Окей, запомнила. Готова? Ракель кивнула, возвращаясь к старту. Она была достаточно размята и уверена в успехе единственной попытке. На счёт «три» она молниеносно пробилась вперёд, гипнотизируя быстро приближающийся финиш. Пробежав его и ещё пару лишних метров, Ра обернулась и посмотрела на подругу. Судя по её нахмуренному лицу, победа была не в её пользу. — Сколько? — Шесть и девять секунд, — ответила Керри, не отрывая взгляда от часов на шнурке. Бегунья радостно подпрыгнула на месте, гордясь собственным успехом и выигрышем в споре. Спортсменка отдала таймер тренеру, показав зафиксированный «рекорд». Он был очень доволен результатом. — Надо было тебя заставить отжиматься, — буркнула Керри, когда Ра вернулась и стала собирать вещи. — Ну нет уж, в следующий раз правила спора буду устанавливать я, — приобняв подругу за плечо, Ракель наклонилась к ней поближе, — рассказывай теперь, что за главный повод для радости. — Майлз пригласил нас к нему в гости, — забывая про только что проигранный спор, Керри заулыбалась по-заговорщически. Ракель удивленно подняла бровь: — Просто так? — Ага. Сказал, отмечает свои безработные будни. Утром позвонил, что может встретить нас в час дня около школы. Так что, пойдем? «Неудобно как-то. Майлза, конечно, не совсем из-за нас уволили, но он попался под горячую руку. В любом случае, не думаю, что он сильно переживает и не знает, чем заняться.» — Слабоваты у тебя интриги, конечно. Я же всё равно бы об этом узнала. — Значит, я не хочу казаться девушкой-загадкой, — подмигнув подруге, Керри прошла к первому ряду трибун, занимая одно из мест. Ракель, принимая реплику на личный счёт, лишь прикусила губу. «Ладно, твоя взяла. Один—один.» Отказываться от приглашения Майлза она не планировала. Ребята уже собирались втроём несколько раз и весело проводили время. Бывшие коллеги имели много общих интересов и хорошо общались между собой. Правда, в последнее время кое-что всё равно было по-другому. Ра не сразу догадалась, что же происходит, но примерно месяц назад её осенило — Керри нравится Майлз. И нравится так, что хотелось стукнуть их обоих лбами, чтобы они посмотрели друг на друга как-то иначе, не со стороны «хороших приятелей». — Когда ты уже признаешься ему? — спросила Ра, складывая вещи в рюкзак. — Следом за тобой, а именно никогда, — отмахнулась подруга, — тебе нужно в раздевалку? Ра хотела поправить реплику подруги. Так и хотела сообщить, что очередь на признания свободна, но вовремя себя остановила. «Не зря же я сейчас старалась пробежать быстрее, чтобы выиграть. Поделюсь с ней подробностями в другой раз. Должна же лучшая подруга быть в курсе, что я, наконец, разобралась в своих чувствах.» — Мне надо принять душ, — сказала она, улыбаясь себе под нос. Керри осталась ждать на улице, наслаждаясь хорошей погодой. Ракель оставила ей рюкзак, забрав из него только полотенце и сменные вещи, и поспешила в раздевалку. В душевой никого, кроме Ра, не было. Раздевшись, она включила холодную воду и поставила под напор лицо, протирая его руками. Прохлада быстрее бодрила и помогала направить мысли в один поток. К счастью, последнее у Ракель получалось само по себе в этот раз. Потянувшись за шампунем с закрытыми глазами, Ра ударилась кистью руки об настенный держатель для всяких баночек. Разлепив под напором воды глаза, она взглянула на ушибленное место. Линия ладони возле мизинца покраснела и начала покалывать. Ракель зачарованно наблюдала за ладонью, ощущая что-то странное. Она часто била кулаками стены, стараясь выплеснуть накопленные внутри боль и разочарование от самой себя. Делала больно телу, чтобы заглушить тянущую боль в душе. Сейчас же больно было просто потому что удар о держатель был резким и достаточно неприятным. Не потому что Ракель хотела причинить себе хоть какой-то вред. «Гонялась за чувствами к кому-то, и забыла, что такое беспокоиться и любить себя. Значит, совет Керри был не таким уж и бесполезным. Если бы не поехала тогда к озеру, не повернула бы к шерифу…»

***

Воспоминания уносили сначала то на пять дней назад, то на совсем свежие события. Сначала всплывал момент, когда Ра вышла из машины шерифа, не совсем хорошо соображая из-за первого в жизни приёма алкоголя. Она попросила Хоппера не уезжать, а подождать её возвращения. Пулей добежав до комнаты и выпотрошив тайник, Ракель забрала фотографию, решив вернуть её законному владельцу. Она вышла из дома с протянутыми вперед руками, скрывая за ними фото. Хоппер, очевидно, злился, растрачивая драгоценное свободное время не на сон или хобби вне работы, а на ожидание того, что выкинет пьяный подросток, которую, очевидно, не заботили дела шерифа. Ей нужно было распутать клубок собственных противоречий. Начало путаницы произошло как раз из-за влюбленности, не имевшей будущего. Пьяный мозг направлял, руки — делали. — Когда Вы спасли меня из заглохшей машины одной ночью, — начала говорить Ра, приближаясь к курящему шерифу, — я поняла, что начинаю к Вам что-то испытывать. — Что именно? — незаинтересованно спросил мужчина, поправляя свободной рукой шляпу. — Ну, сначала безграничное доверие. Вы же спасли мне жизнь. Вот по этому доверия появилась благодарность. — Что в руке? — указав взглядом на сжатые ладони девушки, поинтересовался шериф. Ракель вспомнила, как её тогда задела безэмоциональность Хоппера. Ему же душу открывают, делятся тем, что остальным не расскажешь… Никакой звоночек, впрочем, не прозвонил. Алкоголь не хотел обрывать монолог даже после осознания бесполезности всего происходящего. — Тут Ваша фотография. Я хочу вернуть её. Разжав ладони, Ракель протянула фотокарточку Хопперу. Тот потушил сигарету, вышел из машины и метал хмурый взгляд с фото на задумчиво застывшую девушку-подростка. — Что всё это значит? Откуда вообще… — После благодарности и доверия я поняла, что ещё к Вам чувствую. Симпатию, сэр. Это всё длилось с прошлого года, но сейчас я пришла к тому, что пытаюсь расставить все точки над и. Ракель ткнула фотографию в руку шерифа, намекая, чтобы мужчина точно её забрал. Неловко вытащив фото двумя пальцами, мужчина молча продолжал слушать речь Ра, начиная курить новую сигарету. — Не знаю, что со мной не так, но то, что я говорю об этом лично с Вами, помогает мне разобраться в себе. Я знаю, что любить Вас — неправильно. И я отдаю Вам не просто украденную с работы фотографию, а вложенные в неё переживания за собственные эмоции. Отдаю свою любовь, не прося ничего взамен. После этого Ракель, с улыбкой на лице и с гремящей пустой бутылкой в сумке, ускакала обратно домой. Позади остались эмоциональные речи и один ошарашенный офицер полиции, не сводящий взгляда с собственного изображения.

***

— Не хочешь забрать? Хоппер протянул ей то самое потерянное фото. Фото его самого. Удивлённо распахнутые глаза Ракель пытались отыскать в урагане мыслей и вопросов что-нибудь связное. — Откуда… откуда у вас это? — спросила она. Хоппер усмехнулся: — Ты сама отдала мне фотографию. Когда я отвез тебя домой с заправки. Ты не помнишь то, что было пару дней назад? Ра напоминала разъяренное дикое животное. Глаза широко распахнуты, дыхание стало в разы громче, кулаки сжаты так, что ногти неприятно вжаты в ладони. Она хотела бежать подальше от разнесенного до состояния «горы мусора» дома, бежать туда, где никто бы не знал о существование дыры Хоукинса и местных жителей. Побег мог быть только мысленным. В реальности же над Ракель насмехался тот, за кого она буквально на днях была готова пожертвовать всем. Переходить черту и нарываться на неприятности перед шерифом не было интереса, и потому Ра, скрестив на груди руки, начала таращиться на Хоппера в ответ. — Нет, не помню. — Зато я всё четко и хорошо помню, — шериф начал трясти фотографией, — и, к моей большой радости, никаких свидетелей твоего спектакля вокруг не было. — О чём Вы? — спросила недоуменно Ракель, пытаясь восстановить утерянные воспоминания. — О чём я?! — нервно переспросил Хоппер, — держишь меня за идиота? Я говорю о твоих детских капризах и о той речи, что ты выдала у машины. Про свою…симпатию ко мне. Последние слова Хоппер с трудом выговорил, словно сам отказывался верить в то, что произносил. Он метался от злости к насмешкам, и не догадывался, что рушит тем самым образ «идеала» в её глазах. Она молча выслушивала дальнейшие упреки в свой адрес. С треском спали «розовые очки», открывая правду на настоящий, а не возведенный до небес в голове характер человека. — …слушаешь меня? Щелчок пальцев вернул Ракель из мыслей в реальность. Она по-новому посмотрела на Хоппера. На его резкие морщины, на крупные капли пота, всмотрелась в давно потухший взгляд. Щелчок эхом пронесся в голове. — Мои чувства не были детским капризом, — сказала Ра, — и я не хочу что-то доказывать или пытаться объяснить. В тот раз я сказала всё, что хотела. Выскочив из дома шерифа, Ракель добежала до машины и быстро покинула опасную зону. В зеркало заднего вида она заметила стоящего на крыльце Хоппера. Хотелось вернуться, накричать, высказать всё, что вертелось на языке. Не забыть ещё дать волю слезам. Ракель крепко сжимала руль, не уводя взгляда с фигуры мужчины. Её мечты окончательно рассеялись, исчезая, как исчезает густой туман поздним утром. Она прикрыла глаза на мгновение, приходя в относительное спокойствие, и только после этого поехала домой, зная, что если и будет плакать, то это будут точно не слёзы грусти или обиды.

***

— Сегодня явно не торопишься, — поглядывая на время, Керри прокомментировала появление подруги, — ты торчала в душе почти полчаса. — Мне пришлось сушить волосы, — Ра забрала вещи и надела рюкзак на спину, — куда идти? Майлз сказал, где будет ждать? — На парковке. Он уже должен быть там. Новая олимпийка? Подруга обратила внимание на фиолетовый элемент гардероба Ра. Последняя довольно покрутилась, давая оценить вещь со всех сторон. — Ага. Купила летом, сегодня впервые надела. Эм… нормально выглядит? — Вполне неплохо, — ответила Керри, — я не Хейли, и в моде сильно не разбираюсь. — Просто оцени образ в целом. По десятибалльной шкале, — предложила Ракель. Керри призадумалась, прежде чем дать свою оценку. — Восемь с половиной. Мне не очень нравится спортивный стиль, но тебе он идёт. И цвет красивый. Как-нибудь съездим с тобой на шоппинг? — Договор, — приобняв Керри за плечи, Ра после взяла её за руку, покидая стадион. Девушки прошли дальше по школьному двору к центральному входу. Вдалеке Керри увидела друга в кепке, одиноко стоящего возле недавно приобретенной Тойоты Камри, и окликнула его, ускоряя шаг. Парень помахал им, медленно идя навстречу. Ракель мысленно усмехнулась с реакции Керри. «Она сразу меняется при виде Майлза. Странно, что у нее нет объективной причины на то, почему она не хочет поговорить с ним.» — Привет, спортсменки, — дав каждой «кулачок», парень открыл дверь пассажирского сиденья, — прошу, располагайтесь. Ракель хотела было спросить, почему нельзя сесть вперёд, но вопрос отпал сам по себе, когда она увидела торчащий гриф электрогитары. — С каких пор ты играешь? — спросила Керри у занявшего место водителя Майлза. — Это гитара Эдди Мэнсона. Просил помочь с заменой струн, но я не нашёл нужные в городе, — ответил парень, снимая кепку и поправляя волосы, глядя на себя в зеркало. Они с Керри начали кривляться, Ракель же начала недоумевать. — Почему все внезапно стали друзьями с Эдди, а я узнаю об этом последняя? — Я думал, вы знакомы, — удивленно ответил Майлз, — вы же учитесь вместе, всё такое. Ты, кстати, могла его видеть на моём дне рождения. Он приходил на заправку. — Не обратила внимание, — закатила глаза Ракель, — я вообще впервые за всё время с ним поздоровалась, когда он по просьбе Керри принёс нам пива. — Надо нам меньше общаться, — усмехнулся парень, выезжая с парковки, — а то моя любовь к алкоголю негативно на вас влияет. — Мне больше интересно теперь, как ты, Керри, с ним познакомилась. Ракель повернулась к подруге с взглядом, кричащем о том, чтобы её посвятили в ещё одну тайну. Керри не старалась что-то скрыть, скорее не хотела отвлекаться и прекращать наблюдение за водителем, так внимательно следящим за дорогой. «Так непривычно видеть тебя…увлечённой.» — Майлз подвозил меня до дома после ночных смен пару раз, и однажды с нами оказался Эдди. У них с Майлзом тогда были свои «особые» планы, — изобразив кавычки пальцами, рассказала Керри, — и пока мы ехали, Мэнсон что-то всё время у меня спрашивал. Я не помню особо диалог, но там были вопросы по типу «кого из учителей в школе ты ненавидишь больше всего». Когда уже были возле моего дома, Эдди зачем-то написал мне свой номер. Сказал, мол, звони, если что-то понадобится. — И ведь пригодилось же, — подметил Майлз. — Это произошло тогда, когда ты болела неделю и не выходила на работу, — будто прочитав мысли подруги, сказала Керри. — С того раза вы не общались больше? — поинтересовалась Ра. Сандерс, сидящая рядом, отрицательно покачала головой. — Что за особый случай тогда был, Майлз? — переведя взгляд на друга, задала вопрос Ракель. — А, это мы собирались играть в «Подземелья и драконов». Настольная игра такая, может, слышали. — О, не просто слышали, — Керри восторженно потрясла сидящую рядом подругу за плечо, — Ракель, если ты вдруг не знал, вор-плут с особыми умениями! Вы многое теряете без такого игрока! «О нет, Керри, не топи меня! Я же не умею толком играть в ДнД!!!» Майлз, разинув рот, повернулся к подругам. Они встали на красном свете, и простое ожидание сменилось на поток восхищения от парня в сторону Ра. — Ты реально участвовала в кампаниях? У тебя уже есть дополнительные ачивки? — друг, казалось, не мог так просто поверить в услышанную информацию. Впрочем, никаких ущемлений в духе «девчонки в такое не могут играть» от Майлза никогда бы не поступило. Его легкое недоверие быстро переросло в попытки уломать на совместную игру. — Ну уж нет, я не буду играть с вами, — резко и сразу отказала Ра, — я не хочу присоединяться к клубу «гиков-любителей» и терять выстроенный образ среднестатистической старшеклассницы. — А ты наряжайся сразу в вора, тебя никто и не узнает, — ловя взгляд подруги через зеркало дальнего вида, Майлз подмигнул ей. В ответ Ракель показала ему язык: — Всё равно мой ответ «нет». У вас… у вас уровни гораздо больше, мне нечего с вами делать. «Скоро отмазки закончатся, а зная настойчивость Майлза, уже завтра могу очутиться в каком-нибудь подвале в окружении повернутых на настольной игре парней-переростков. Керри, тебя за язык вообще никто не тянул. Почему…почему именно сегодня, именно со мной? Кто-нибудь даст ответ?» — Это вообще не проблема, Эдди напишет сюжет, подходящий под всех игроков. Знай он раньше, что ты тоже в теме… «Ещё и с Мэнсоном мне не хватало водить дружбы. Я пожалуй пас. В другой жизни, при других обстоятельствах.» Ракель глядела в окно на проносящиеся пейзажи улиц, придумывая очередную отмазку, как вдруг увидела кое-что странное. Точнее, кое-кого. Стива Харрингтона. С баллончиком краски в руке и с слишком довольным видом. Он был в окружении верной «свиты», и вся компания смотрела куда-то наверх. — Притормозим? Можно крикнуть им, что они полные…о, это не ваша знакомая там? — кивая в сторону светловолосой девушки, уточнил Майлз. Керри и Ракель кивнули одновременно. Даже издалека и со спины они легко узнали Хейли. Ракель не удивилась присутствию бывшей подруги в окружении новой, более интересной ей компании. Раз они общаются даже после новостей о её стукачестве, значит, социальный статус в их общении имеет больший вес, чем для бывших друзей. А может, Томми, Кэрол и внезапно присоединившаяся к ним Николь не особо умеют запускать мыслительные процессы в нужном направлении. Она подняла наверх взгляд и увидела вывеску кинотеатра. В расписание значился фильм «Все верные ходы» с криво нарисованной надписью: «В главных ролях — проститутка Нэнси Уилер.» — Надо же, кто-то сильно обиделся, — ухмыльнулся Майлз. Он начал тормозить недалеко от собравшихся. — Ты что, хочешь к ним подойти? — удивленно спросила Керри. — А вы не хотите? Там же ваши одноклассники. «О да, настоящие любимые друзья. Что говорить им? Ну, Майлз сам знает, что делать.» Остановив машину и вытащив ключи из замка зажигания, Майлз вышел и лениво опёрся о дверь автомобиля. Ракель решила выйти следом, Керри осталась внутри. Ей не особо хотелось наблюдать за группой Стива и тем более влезать к ним в конфликт. Ра сверлила парня взглядом, не желая подходить первой. Хотелось выяснить, что произошло между ним и Нэнси, но это желание у Ракель появилось по простой причине — из-за афиши. Не выстави Стив всю драму напоказ, никакого интереса бы у неё к их отношениям не возникло. Томми что-то рассказывал девушкам, заливаясь смехом. Кэрол хихикала и висла на парне, остальные разделяли их лёгкое веселье. Харрингтон будто был не с ними. Хмурый, устремленный к расписанной вывеске взгляд не говорил ни о каком сожалении. Баллончик в руке был явным тому подтверждением. — Эй, Хендерсон, как прошла проба на роль уборщицы? Весь стадион отдраила? — крикнул однокласснице Томми, заметив её. Все обернулись к машине Майлза. Стив тоже перевёл взгляд с росписи афиши, подходя к своим друзьям. — А что, завтра вместо меня пойдёшь? Сегодня как раз попрактикуешься, смывая этот позор, — ответила Ракель, оставаясь на месте. Томми бесил её и неимоверно раздражал, но интерес к любовной драме был сильнее. — Пусть красуется, — отмахнулся веснушчатый, — Хоукинс должен знать героев в лицо. «Интересно, а связано ли всё это с тем, о ком я сейчас подумаю… кроме него, вариантов больше нет.» — Тогда вас кто-то заставит убирать, — пожала плечами Ра, — может, владелец кинозала, а может, кто-то другой. Байерс-старший, например. «Была ни была.» Услышав её слова, Томми громко засмеялись, загибаясь от хохота. Стив закатил глаза. Он отбросил баллончик в сторону, поправил прическу и двинулся прямо к Ракель. «Угадала.» Харрингтон угрожающе надвигался, желая прожечь в её лбу дыру. Чем ближе он подходил, тем отчетливее Ра видела отчаяние в его треснувшей маске уверенного во всём парня. Стив на пару мгновений превратился в того мальчика, какого девушка хорошо знала несколько лет назад. В переживающего, расстроенного мальчишку, не знающего, что взрослый мир ещё хуже, чем он может представить. «И он из-за любви страдает. Осень 83-го проклята на то, чтобы все прочувствовали, как это больно — любить?» Майлз, снова натянув кепку, с недовольством посмотрел на подошедшего парня. Их взгляды пересеклись, молчаливый диалог состоялся. Ракель кожей чувствовала, как они, не зная друг друга, были готовы кинуться и сцепиться. Один защищал бы подругу, второй просто сбрасывал груз из негатива и обиды на окружающий мир. — Кто тебе сказал, что мы тут собрались? — поинтересовался шепотом Стив, наклоняясь слишком близко, к самому её уху. Ра тут же отстранилась: — Никто, мы просто мимо проезжали. «Воу, ковбой, полегче с движениями тела. Проводи такие фокусы со своими поклонницами, не со мной.» — Тогда откуда про Байерса знаешь? Хейли рассказала? — продолжил допытываться Харрингтон. Засунул руки в карманы куртки, задрал подбородок, пытаясь вернуть ту решимость, что научился сохранять на лице за годы владения статусом «первый парень школы». — Я лишь предположила. Совпадение, только и всего, — отмахнулась Ра, пытаясь держаться с парнем на дистанции. Его взгляд пугал. — Тогда езжайте отсюда по своим делам, — хриплым шёпотом произнёс Стив, делая шаг назад, — тут вам делать нечего. Это всё не ваши заботы. Последнюю реплику Стив сказал намеренно громче, обращаясь ко всей троице с прямым намёком убраться. Майлзу надоел спектакль, разыгрываемый одним актёром с небольшой массовкой. — Ты не крут, если считаешь, что вот этим добьёшься уважения к себе. Стёр бы, пока никого вокруг нет, — произнёс парень, прежде чем сесть обратно в машину. Харрингтон ничего ему не сказал. Поправил воротник куртки, снова посмотрел на одноклассницу. — Сделай также, как и твой друг, — выдал Стив, переводя взгляд с Майлза на Ра. — Я бы на твоём месте тоже его послушала. Он дал тебе верный совет. «Как же обидно видеть, в кого он себя превращает. Вряд ли он вообще будет кого-либо слушать, кроме как тех идиотов, что ждут его у кинотеатра. Не удивлюсь, если идею с местью продвинул Томми.» — Я не просил ничьих советов, Хендерсон. Меня не волнует, кто и что обо мне сейчас думает. Просто уезжайте. «С превеликой радостью. Век бы ещё твою перекошенную рожу не видела.» Развернулись одновременно, каждый в свою сторону. Стив вернулся к зовущему его Томми и девушкам, Ракель села обратно к Керри. Та не стала ничего комментировать. — Включи радио, — попросила девушка, когда они покинули область кинозала. Майлз настроил ретро радио-волну. Слушая песню, они доехали до его дома в тишине.

Всю короткую поездку Ра думала о Стиве и его поведении. Она также представила, каково будет Нэнси, если она обо всём узнает. Или, ещё хуже, увидит лично. Как бы она не относилась к сестре Майка, женская солидарность несмело, но верно бушевала внутри. «Надеюсь, она даст Стиву мощного леща за его поступок.» — Выходим, дамы, — паркуя машину, радостно объявил Майлз. Выходя из машины, Ра услышала гремящую внутри дома музыку. Снова металл. «Сегодня рок меня прямо преследует. Намёк ли это, что мне тоже надо начать его регулярно слушать?» — Я не пойду в это пристанище сатанизма, — пошутила Ракель, хлопая дверцей машины. Она знала наперёд реакцию друга, и засмеялась, услышав, как он тихо выругался. Ей нравилось дразнить фанатов рока, связывая музыку с дьявольщиной, о чём часто твердят в газетах или по радио. Ра делала это ради забавы, зная, как её дедушку или друга это бесит. — Никакой это не сатанизм. У кого-то просто нет хорошего вкуса, — запричитал Майлз, придерживая дверь и впуская девушек внутрь. В его спальне ярко сияла украденная с заправки год назад неоновая вывеска «Открыто». Парень обожал этот элемент уюта в собственной комнате, а замечаний ему никто не делал. Майлз фактически живёт один: его отец работает в другом штате и приезжает очень редко, а мама развелась и ушла, когда Майлз только научился говорить. Керри часто говорила, что завидует парню и его свободе. Тот всегда добавлял, что в его случае это не свобода, а одиночество. Забитый алкоголем холодильник был лишь тому подтверждением. — Будете пить? — доставая пиво, спросил парень. Девушки отказались. — Давай сегодня без алкоголя, — подойдя к Майлзу, Керри отняла у него бутылку и спрятала за спиной. Они начали по-дружески ругаться, решая, как полезнее жить — с принятым алкоголем или без. Ракель были неинтересны их «брачные игры». Разувшись и повесив олимпийку на вешалку в прихожей, она прошла в спальню друга, занимая излюбленное место в плетённом кресле. Неоновое свечение заливало всю комнату, превращая её в танцевальный клуб. Громкая музыка против воли заставляла тело двигаться, поэтому Ра, ловя такт, дёргала ногой и одновременно покачивала головой. — О, ты уже тут, — заходя в комнату, Майлз вздрогнул, увидев подругу, — я думал, ты в ванной. — Что за песня? — поинтересовалась Ра, не переставая подтанцовывать. — «Have A Drink On Me». Исполняют AC/DC, альбом «Back in Black», — Майлз перечислил всё, что знал, — релиз был три года назад. Хочешь сказать, тебе понравилось? — Неплохо. Из десяти поставлю восемь с половиной. — Чума, — Майлз скинул кепку, проводя руками по растрепанным волосам, — Ракель Хендерсон, оказывается, что-то да понимает в музыке. Керри, ты это слышала? — Вот так дела, — подошедшая девушка изобразила удивление, — только не говори, что пошутила. — Мне правда нравится. Звучит энергично. Представляю, как круто под неё бегать на стадионе… — Фу, — сказали Керри и Майлз одновременно, после чего дали друг другу «пять». Если любовь к року большая половина троицы могла разделить, то всё, что связано со спортом, нравилось только Ра. Майлз был подтянутым ввиду постоянной физической занятости, Керри не особо стремилась к спортивному будущему или подкачанной фигуре. Парень вышел в соседнюю комнату переодеться в домашние вещи, после чего вернулся и принёс карты «уно». Компания сразу же втянулась в любимую ими игру, попутно выясняя, какой же жанр музыки всё же лучше. Проигравшему несколько раз подряд Майлзу пришлось смиренно переключить кассету на любимы Ракель Wham! и смирно сидеть, пока Керри заплетала ему косички. До конца посиделок ему так и не удалось отыграться ни в карты, ни в длинную партию «Монополии». Отвозя девочек по домам он поклялся, что, если выиграет, заставит Ракель играть с его компанией в ДнД. О задание для Керри он почему-то промолчал, отводя загадочный взгляд с дороги куда-то в сторону. «Как они меня бесят. И люблю.» Вернувшись домой поздно вечером, Ра сразу же отправилась спать, пропуская повтор нового фильма Болливуда и разговор с братом обо всём, что произошло в последние дни. Она практически сразу заснула, как только коснулась головой подушки. Снился почему-то Эдди Мэнсон. Его фотография была у Ракель в руках, а потом из неё вышел сам парень, начиная играть на гитаре ту самую песню, что слушали у Майлза. «Даже напиваться не нужно, чтобы увидеть во сне какую-то хрень. Приснится же такое…» Утро следующего дня началось точно также, как и предыдущее: ранний подъём, пробежка по району, сборы на отработку. На стадионе она сначала протёрла оставшиеся стулья и после немного размялась — Ра сразу пришла на занятия в спортивной форме. Погода была тёплая, позволяющая надеть шорты. Кофта с капюшоном в цвет белых кроссовок, высокие гетры и высокий хвост. Керри бы оценила на девять с половиной за большое обилие своего любимого цвета. Тренер предложил повторить вчерашний рекорд на короткой дистанции. Ракель пробежала, но уже медленнее. Вчерашние шесть секунд превратились в семь с половиной. Вторая попытка улучшила результат до ровно семи секунд. — Вот поэтому надо чаще тренироваться, — показывая девушке таймер, произнёс тренер, — чтобы время всегда было идеальным. «Если бы вчера были такие цифры, я бы проиграла спор. Как хорошо, что Керри знала, чем меня стимулировать для идеального результата.» После тренировки Ра направилась домой пешком, предвкушая скорый отдых. И половины пути не было пройдено, как стало ясно — прогулка на сегодня окончена. Всё резко изменилось, когда из-за угла очередного здания в Ракель чуть не врезался мчащий на велосипеде младший брат. Следом за ним выехали остальные друзья вместе с потеряшкой Одиннадцать. — Твою мать! Дастин! — начала кричать Ра, хватаясь за сердце, — ты видишь вообще, куда гонишь?! — За нами погоня, — прерывисто дыша, сообщил Дастин, — нам надо спрятаться. Помнишь то место, куда мы вышли из леса? С кучей брошенных машин? — Примерно помню… — Гони туда. И никому ни слова, что нас видела. Ракель едва хотела открыть рот и задать все возникшие в голове вопросы, как Дастин махнул ребятам рукой, и они уехали по дороге вниз, крутя педали так, словно за ними кто-то гнался. «Самый главный вопрос — они побрили девочку? И что это за погоня теперь за ними? Боже, помоги понять, в какую опасную хрень ввязался мой брат.» Времени на продумывание плана не было. Зайдя в небольшой продуктовый, Ра спешно купила бутылку воды и выбежала, направляясь в сторону леса. Раз Дастин сказал идти туда, значит, получится разузнать минимум ответов. Главное бежать быстрее обычного и при этом не привлекать внимания. Пробегая жилые кварталы, Ра с ужасом обнаружила следующую картину: перевёрнутая машина, следом за ней — словно сотня таких же, не имеющих возможности проехать дальше. Вокруг машин толпятся люди в чёрном. Девушку моментально охватила паника, однако ровное дыхание и проложенный к «кладбищу автомобилей» маршрут приказывали ей успокоиться и продолжить бег. Отведя взгляд от аварии, девушка равномерным бегом покинула зону видимости вокруг подозрительных людей. Едва дома остались позади, медленный бег сменился на реактивно-быстрый. Она бежала так быстро, что расстроилась из-за отсутствия тренера поблизости. Он бы хлопал стоя, встречая Ра на финишной после такого марафона. «Эти мелкие засранцы…у них есть велосипеды…а мне приходится гнать, как антилопе. Надо будет себе купить, уже взрослую модель.» Она понятия не имела, сколько прошло времени с тех пор, как оставила позади стадион, жилой квартал и ту странную перевернутую машину. Единственное, что Ра точно поняла — путь по прямой дороге оказался гораздо короче, чем через лес. Вот только была перечеркнутая вывеска с названием города, как впереди показался забор, окружавший территорию с оставленными авто. Силы Ракель уже были на исходе. — Ра! Ра, мы тут! — закричал вышедший из-за брошенного автобуса Дастин, размахивая руками. Сестра хотела ему ответить, но всё, что она смогла сделать, это согнуться пополам и опереться руками о собственные ноги. Дыхание резало горло и мешало сглотнуть. Обеспокоенный Дастин подбежал к ней и повёл к остальным, придерживая её за локоть. — Чёрт, надо было посадить тебя на велосипед. Не додумался. — Забей, — с трудом налаживая дыхание, ответила Ра, — я бы… не уместилась на твоём…сидение. — Не говори ничего, — кладя ладонь на рот сестры, Дастин усадил её на шину и, забрав из её рук бутылку, попытался напоить водой. «Всю грязь мира мне на губы принёс, какая прелесть.» — Я сама, — вытерев рукавом кофты рот, Ракель забрала бутылку и сделала несколько глотков. Майк, Лукас и Одиннадцать сидели поодаль и наблюдали за старшей подругой. — Ты как? — спросил Лукас. Голос девушки сорвался на шёпот: — Всё просто супер. Не хотите ничего мне объяснить? Например, что за люди гонятся за вами? И… куда делись твои волосы? Последний вопрос беспокоил пока что сильнее всего. Ответ «парик» даже немного расстроил. — Оди выслеживают злые люди, — начал объяснять Майк, — они держали её в лаборатории, и она от них сбежала. Мы нашли её в лесу, когда пытались найти Уилла. Она осталась жить у меня. — И потом мы узнали, что она умеет делать клёвые штуки, типо того, что ты видела сама, — добавил Дастин. — Тот перевёрнутый грузовик… это Оди сделала? — Ага, — довольно улыбаясь, ответил брат, — мы сами видели, как она его перекинула. Полный улёт. — Мы так ни к чему не придём, если будем просто болтать, — обратил на себя внимание Лукас, — давайте поговорим о более важных делах. Например, о вратах. — Ты понял, где они находятся? — спросил Майк. Лукас кивнул, подзывая всех сесть рядом. Ракель вместе с братом подошли к образовавшемуся кругу и заняли места. В центре Лукас изобразил из веток подобие треугольника, намечая лабораторию в центре. Он подробно объяснил то, что выяснил недавно сам. — Забор охватывает всю территорию, — говорил Лукас, водя ещё одной палкой по земле, — и врата должны быть там. Владеет лабораторией Департамент энергетики. — Это как понимать? — спросил Дастин, переводя взгляд с одного друга на другого. Оди слушала молча. Ракель не могла до конца адекватно воспринимать всё происходящее. «Этими делами не должны заниматься маленькие дети. Где все взрослые? Почему их не посвящают в такое громкое и опасное дело?» Сказать вслух подобное равнялось потери авторитета и доверия среди детей, а они находились в розыске. Оставить их — немыслимое преступление. Ра не простила бы себе подобного поведения. Дыхание пришло в норму, помогая трезво оценивать услышанную информацию. — Военные связаны с лабораторией? — поинтересовалась Ракель. — Да, я видел за территорией солдат, — кивнул Лукас, — и у них есть своё оружие. — Ясно одно: домой нам нельзя, — констатировал Майк, — теперь мы в бегах. Ракель хотела ещё кое-что уточнить, но внезапный шум отвлёк её от рассуждений. Она повернула голову. Дастин, словно почувствовав напряжение сестры, повернулся одновременно с ней. Шум приближающегося вертолёта. «Блять.» — Быстро поднимайтесь, — скомандовала Ра, хватая брата за руку. Ребята недоумевающе взглянули на девушку, она — на них. — Вы что, не слышите? — поинтересовалась она, тыкая пальцем в небо. Пары секунд хватило, чтобы звук стал громче. Испуг разом охватил всю компанию. — Нет, нет, нет… — Прячьте велосипеды под автобус, — отдала распоряжение Ракель. Взяв Одиннадцать за руку, они подбежали и залезли в большой автобус. Усадив девочку на дальнее сиденье, Ра оставила ей воду и вернулась к мальчикам, помогая им спрятать велосипеды. Когда они заканчивали с последним, вертолёт уже отчётливо виднелся над лесом. Запустив ребят в автобус, девушка забралась последней. Оглядела детей, попросила сесть на пол и за кресла. Сама она села рядом с Одиннадцать, предлагая ей попить. Девочка согласилась. Началось мучительное ожидание непонятно какого чуда, сумевшее бы отвести плохих парней подальше от заброшки. Было безумно страшно. Удивительнее всего оказалось то, что страх накатил только сейчас, когда буквально над их головами кружил вертолёт. Ракель переживала за трясущихся детей, понятия не имея, в какой опасности они все находились. Точнее, понимала, но не хотела осознавать, что вот-вот за ними могут прийти военные, окружить злосчастный автобус и… Зашипела рация. — Майк, Майк, это я, Нэнси. Ты там? Все заметно оживились. Мальчик, услышав голос сестры, тут же потянулся за рацией. — Это твоя сестра? Серьёзно? — не веря своим ушам, спросил Лукас. В происходящее уже никто не верил. Ракель на секунду показалось, что всё вокруг лишь затянувшийся сон. Пришлось признать, что Нэнси порой творит добро. Жаль, что оно так мимолётно. — Не отвечаем ей, — сказал Майк, отодвигая рацию, — вдруг её похитили плохие парни и заставляют говорить это? Шум на том конце линии. — Парень, это шеф. Если ты там, ответь. Мы знаем, что вы в беде. И про девочку знаем тоже. Голос — спасение. Шериф полиции решил попробовать убедить детей ответить, но ввёл их в ещё больший ступор. — Почему твоя сестра с Хоппером? Это… — Пора сообщить им, где мы, — сказала Ракель, протягивая руку, — шериф точно не стал бы лгать или пытаться выбить из нас ответ, будучи в плену. Кто-то хочет говорить с шефом? Собравшиеся переглянулись. Спустя секунды размышлений Майк всё же протянул старшей подруге рацию. — Вы на связи? — спросил Хоппер, теряя надежду, — ответьте. «Давай, говори же. Всё, что было, осталось в прошлом. Даже если и прошло всего ничего, думать надо о том, что творится сейчас. Спасай мелких.» — Да, сэр, на связи, — ответила ему Ракель. Голос не задрожал, не вздрогнул. «Уверенность придаст всем сил. Обидно, что приходится вытаскивать её из себя щипцами.» — Ракель?! Ты что там делаешь? — Пытаюсь присматривать за детьми. Мы все здесь. И мальчики, и девочка. Наши координаты…

***

Помощь прибыла не сразу. Автобус уже успели окружить прибывшие военные, как Хоппер в ту же минуту появился с другой стороны и разобрался с плохими парнями. Вывел всех из убежища в машину. Ракель не захотела садиться вперед и ехать рядом с шерифом. Она села на заднее сиденье и посадила Оди себе на колени, чтобы той было более-менее удобно. Расправляя складки платья девочки, Ра не сразу заметила, что шериф таращится на неё, сидя в пол оборота. От его хмурого взгляда мурашки бежали по коже. — Не надо тесниться всем на одном месте, когда впереди есть свободное, — обратился к девушке Хоппер. Пришлось пересаживаться на соседнее с водительским сиденье, оставляя ослабленную девочку на попечение Майка. Садясь вперёд, Ракель старалась не смотреть на шерифа. — Как так получилось, что ты тоже оказалась во всём замешана? — поинтересовался шериф, заводя машину. — А как мне оставаться не при делах, если мой брат оказался в беде? — парировала Ра, подпирая подбородок рукой. — Ты могла предупредить любого из взрослых. Маму, мисс Байерс, меня, в конце концов… — Я Вас уже попыталась предупредить об опасности, скрывающейся в лесу. Сработало? Нет! — зло усмехнулась Хендерсон-старшая, поглядывая через зеркало на брата. Дастин в немом шоке наблюдал за сценой. — Это совсем другое… — Нет, не другое. Если Вы не поверили в одну необъяснимую мистику, то точно сочли бы меня за сумасшедшую, если бы я рассказала, что видела, как девочка силой мысли швыряет машины и людей. Я бы ехала тогда не в сторону дома, а в сторону дурки. Молчание в ответ лишь подтвердило догадки Ра. Она победно ухмыльнулась, упираясь взглядом в проносящийся мимо пейзаж. — Ты права. Это не другое. Хоппер заинтриговал и тут же резко оборвал свою речь. Ракель очень хотела повернуться, но не стала этого делать. Повернутая к шерифу спиной, она ждала, что мужчина выдаст следом. — В лесу было то, о чём ты говорила. Тень без лица. Джонатан и Нэнси тоже это видели. Ты была права с самого начала. «Охереть, мне и правда снится сон. Сначала Эдди, поющий под AC/DC, следом Нэнси вдруг вспоминает о существование брата, а теперь Джим Хоппер, недавно смеющийся мне в лицо, извиняется за содеянное. Ущипнуть бы себя, что ли…» — Демогоргон, — выдал Дастин. Ра и шериф одновременно повернулись посмотреть на мальчика. Дастина пожал плечами: — Он был в нашей игре, а теперь вышел из Изнанки в Хоукинс. Он похитил Уилла. — И ещё его влечёт кровь, — дополнил Хоппер, — твоя сестра, Майк, тоже видела это существо. Ногти впились в бедро. Ракель тут же почувствовала неприятную боль на коже. Всё-таки не спит. «Жаль. Сон гораздо безопаснее реальности.» Хоппер приехал к дому семьи Байерс. На крыльце их встречали Джойс, Джонатан и Нэнси. Последняя сразу кинулась к Майку, обнимая и нашептывая, как сильно за него волновалась. Вкопанный от ступора мальчик не нашёл сил даже приобнять сестру в ответ. Ра знала, что они практически не ладят. «Нэнси всё так же хорошо играет. Я не верю ей. А ведь днём ещё переживала, что её публично опозорили. Хотя ладно, это сравнение не имеет смысла.» — Привет, Ракель, — поздоровалась подошедшая мисс Байерс, — ты как себя чувствуешь? — Здравствуйте, всё хорошо, — сказала Ра, протягивая руку. Рукопожатие состоялось, и Ракель пригласили войти внутрь. Дети уже забегали один за другим следом за Джонатаном. Позади Ра оказалась Нэнси, но с ней вслух девушка здороваться не стала. Быстро кивнув Уилер, Ра отвела от неё взгляд и прошла внутрь дома. Поразительно много гирлянд. Это, наверное, первая мысль всех, кто приходил в последнее время к Байерсам в гости. Гирлянды были везде — на потолке, на стенах, в дверных проёмах. Пройдя на кухню, Ра встала поодаль от стола, разглядывая разложенные на столе бумаги. Газеты, детские рисунки… всё вроде складывалось, но не теми сторонами. Либо нужно больше объяснений от всех, кто посвящён в курс дела, либо нужно подробно разжевать. Без деталей Ракель не могла понять, например, как Одиннадцать связана с пропажей Уилла и как она может его найти. Когда все собрались за столом, Майк объяснил для остальных взрослых теорию о параллельном мире, используя схему про акробата и блоху. Слово в слово пересказ монолога мистера Кларка. — На этой Изнанке находится Демогоргон — монстр, что утащил Барбару и Уилла. Оди видела Уилла раньше и помогла отыскать его в Изнанке. Чтобы туда проникуть, нужны врата. Они находятся в районе лаборатории, — объяснял Майк, сокращая длинную версию, стараясь тратить меньше времени. Все, казалось, легко вникали в суть происходящего. Одна Ракель тяжко вздохнула, пытаясь самостоятельно разобраться во всех известных ей фактах. «Уилл и правда жив. Очуметь. А врата излучают сильное электромагнитное поле, которое меняет направление стрелок… эта информация мне ни о чем не говорит. Самое важное сейчас, получается, найти точное местоположение похищенных ребят и отправиться в Изнанку, чтобы их спасти. Вся надежда на силы Одиннадцать.» Пока Ракель размышляла, Оди уже усадили одну за стол и дали всё необходимое для ритуала «выхода» на ту сторону. Рация, фотография Барбары. Девочка закрыла глаза и замерла. Все замерли, ожидая чуда. Джойс впилась в старшего сына, держа его руки. Минуту спустя рация начала фонить, а лампочка в люстре — быстро мигать. Ра вздрогнула. — Простите, — тихо произнесла Одиннадцать, — не… не могу их найти. Девочка выглядела сильно уставшей. Силы были на исходе. Она ушла в ванную, остальные собрались обсудить, как ей помочь восстановиться. — Как нам ей помочь? — обеспокоенно спросила мисс Байерс у Майка. — Никак. Она сама придёт в норму, но неизвестно, через сколько. Она недавно швырнула грузовик… — Вода. Оди вышла обратно с недопитой бутылкой воды, что отдала ей Ракель. — Я смогу найти их… в воде. Собравшиеся переглянулись. Пришло время снова действовать. Быстро и, наконец, по плану.

***

«Я не могу смело преодолеть трудности жизни в одиночку,

Спаси меня, спаси меня, спаси меня.»

Queen — Save Me

— Сука, сука, сука, — ругалась Ра себе под нос, переворачивая вещи в своей комнате. Нигде не было нужной ей вещи, даже в комнате Дастина ничего не обнаружилось. Устало вздохнув, девушка опустилась на холодный пол, прикрывая на минуту глаза. Было решено переместиться из дома Байерсов в школу, в пустой спортивный зал, чтобы собрать необходимую для перемещения Оди ванную, схожую с той, что была в лаборатории. Для создания похожих условий решили использовать школьный надувной бассейн, наполнив его насыщенным раствором соли для увеличения плотности. Поздний звонок мистеру Кларку обеспечил присутствующих знаниями о том, как всё точно и верно сделать, а Хоппер знал, кому и что выполнять. Ракель было дано распоряжение вернуться домой и забрать с собой Дастина. После недовольных возмущений пришлось прийти к компромиссу, что как только Одиннадцать найдёт Уилла и Барбару, Хоппер и Джойс уедут на их спасение. Ра, Джонатану и Нэнси надо остаться рядом с детьми. Условия всех устроили. Ракель всё же отправили в родной дом — Хоппер спросил, есть ли у кого защитные очки, обеспечивающие полную темноту, и, услышав от девушки утвердительный ответ, сказал ей бежать домой и после подходить к школе. На эту «миссию» Ракель выделили ровно час, двадцать минут из которых уже остались позади. На её счастье, защитные очки оказались в одной из коробок с старыми вещами под кроватью, которые стали заметны только тогда, когда Ракель села на пол. Спешно достав коробку, она победно достала необходимый ей предмет и подскочила с места. И чуть не умерла от испуга, увидев, как с улицы на неё таращится окровавленный Стив Харрингтон. «Это ещё что за пиздец?!» — Привет. Откроешь окно? — стоя по ту сторону, парень помахал рукой и попытался улыбнуться. Запёкшаяся кровь на улыбающемся лице выглядела ещё более устрашающе. «Сегодня когда-нибудь закончится? Я не вынесу ещё одного масштабного сюрприза.» — Чего тебе нужно? — скрестив руки на груди, громко поинтересовалась Ра. Она как-то старалась совладать с собой и не послать сразу бывшего друга куда подальше. — Мне нужно поговорить. Мне… Эх, мне действительно нужен твой совет. Уделишь время? Ракель истерично засмеялась — даже слёзы на глазах выступили. Харрингтон недоумевающе уставился на заливающуюся смехом одноклассницу, не осознавая сюр всего происходящего. — Хорошо меня рассмешил. Ладно, залезай, а то орать на весь дом так себе идея, — отодвинув окно снизу вверх, Ракель не прекратила смеяться, — я же верно всё расслышала? Давай заново: мы перестали общаться в младших классах, когда ты променял меня на ту парочку козлов и заделался королём школы, сторонился меня и делал вид, что мы никогда и не были друзьями, а сейчас, когда кто-то умудрился так славно разукрасить тебе лицо, внезапно захотелось со мной пооткровенничать? Ничего не пропустила? — Можно без унижений, ладно? Я вообще-то ещё извиняться спланировал, — выдал Стив, подходя к окну ближе. Опустив голову, он тупо уставился на край оконной рамы, нервно поглаживали её деревянную поверхность пальцами. — Сделай это в другой раз, ладно? Ты очень невовремя приехал, — закатив глаза, Ракель начала закрывать окно, но Стив тут же среагировал, успевая схватить девушку за запястья и остановить. Ра непонимающе уставилась на него, пытаясь разглядеть под сохнущим слоем крови что-то, похожее на попытку в сожаление. — Хендерсон… кхм. Ракель. Я полный мудак, и ты имеешь полное право на меня злиться. Но я оказался на таком дне, что мне некого просить о помощи. Ни Нэнси, ни Томми с Кэрол. Я остался один. Помоги мне исправиться, чтобы я не закопал себя по полной. Сердце кричало «да», разум сказал твёрдое «нет». Времени на долгие раздумья не было, и пришлось подумать только о том, как повлияет её ответ на охваченного паникой Стива. Он послушает всё, что ему сейчас удастся высказать. Решение далось непросто, и всё же Ракель, решившись на безобразие, вылезла наружу. На ногах — домашние тапочки, и они удачно приземлились на пыльную улицу, мгновенно пачкаясь. Харрингтон вновь улыбнулся. Ракель вновь чуть не скрутило от страха. — Не надо улыбок, — попросила Ра, замахав рукой, — у тебя лицо сейчас как из криминальных сводок. Она похлопала по карманам, с сожалением вспоминая, что сигареты остались в другой куртке в комнате. Курить хотелось неимоверно сильно. Словно прочитав мысли девушки, Стив протянул ей пачку своих, подкуривая сначала Ракель, затем себе. Они смотрели друг на друга минуты две, не зная, кому будет правильнее заговорить первым. — Ну, слушаю. Рассказывай, кто тебя так уделал, — продолжила после паузы Ра, выдыхая с сигаретным дымом все впечатления от удивительно насыщенного дня. Расследования, миссии, граничащие с безумием — действительно, по списку не хватало только появление Стива. — Мы подрались с Джонатаном. За Нэнси, за всё, что я ему наговорил. Не спрашивай только, что именно, там такое… один бред, если честно. Нёс всё, что приходило мне на ум. Понимаешь, да? Я себя чувствую сейчас настоящим мудаком. Как мне извиниться перед ними? «Ого, Стив всё-таки помнит, как правильно себя вести после отвратительных поступков. Кажется, отношения с Уилер положительно на него повлияли.» — Хочешь помириться? Даже с Джонатаном? — Ну, перед Байерсом мне просто стыдно. Да и, честно говоря, перед Нэнс тоже. В общем, что мне сделать, чтобы она меня не послала сразу? — выпуская с силой клуба сигаретного дыма с силой, грустно усмехнулся Стив. — Как бы ты поступила на моём месте? — На твоём месте я бы точно не оказалась, — Ракель скептически изогнула бровь, — но посоветовать кое-что могу. Съезди к Нэнси и скажи то же самое, что сказал мне. Начиная с фразы «я полный мудак» и закончи извинениями. Она оценит. — По себе всё-таки судишь, — выдал Стив, устало потирая переносицу. Осторожно коснулся раны на носу, тихо выругался. Ра даже стало его жаль. — Это реально Байерс так тебя отделал? Я думала, он совсем хилый. — Если бы я начал нести ту ересь, ты бы меня избила не хуже Джонатана. Ра тут же повернулась к парню, заглядывая ему в глаза: — Считаешь меня слабой?! — Что? Нет! Ты сильная, ты же спортом занимаешься. Постоянно вспоминаю, как ты едва не придушила на Хейли в тот раз. Разнял вас, чтобы ты её ненароком не убила. Смеялись уже оба, словно не было никаких других проблем. Остались только они вдвоем, ночное небо и тлеющие меж палец сигареты. — Да ладно тебе, не преувеличивай. Я занимаюсь лёгкой атлетикой, а не борьбой, и никого бы не придушила. У меня особо и пресса-то нет! — Ты же руками дерёшься, не кубиками. Руки у тебя сильные, — похлопав её по бицепсу, Харрингтон театрально отошел в сторону. — Видишь, мне уже больно! А нам и драться не пришлось. — На актёра планируешь учиться после школы? Играешь замечательно, — усмехнулась девушка, туша сигарету. — Ещё не думал о поступлении. Ты своё будущее уже точно связала со спортом, да? Серьёзные соревнования, спортивная стипендия, всё такое. — Очень на это надеюсь. Не представляю, чему ещё посвятила бы жизнь. Ракель посмотрела наверх, на звёзды. Подумала о том, как начала разворачиваться жизнь, открываясь с совершенно другой стороны. Спокойствие отступило на второй план. Выбирать пути не приходилось. Он был один, и вёл только к развязке резко свалившегося на Хоукинс хаоса. Девушка резко опомнилась. Вся эйфория от беседы с Стивом спала. Нужно было выдвигаться на финишную прямую с важным атрибутом. — Надеюсь, ты поступишь верно и поговоришь с Нэнси. Извини, но теперь мне правда пора. Ра залезла обратно в комнату и, схватив маску, выключила в спальне свет и поспешила к входной двери. Переобулась, взяла ключи. Вышла и снова столкнулась с Стивом. — Подбросить? — спросил парень. — Так, слушай. То, что мы с тобой пару минут пооткровенничали не говорит о том, что я так быстро тебя простила, — отмахнувшись, Ракель замкнула дом. — Понимаю. Сейчас просто поздно, может, хочешь в безопасности добраться? «Хорошая идея. У меня в запасе, конечно, полчаса, но бегать я сегодня больше не хочу.» — Ладно, поехали. Заняв место впереди, Ра положила маску на колени и пристегнулась. Стив с удивлением посмотрел на странный предмет. — Можно спросить, что ты собралась с этим делать? — А можно узнать, что же такого ты наговорил Байерсу днём? — Понял, нельзя. «Один — один.» Ракель попросила высадить её на противоположной от школы улице, чтобы сделать небольшой круг на случай слежки. Времени было ещё предостаточно, и поэтому ехали они неспеша. В обозначенном месте Стив остановился и повернулся к девушке. — Я вспомнил, как ты приходила на мой десятый день рождения. «Вот это его, конечно, на ностальгию пробило.» — Это было так давно. Как оно проходило? — Ну, родители, как обычно, подарили мне деньги и уехали на очередную конференцию отца. Я бы расстроился в любой другой раз, но тогда мне было весело, ведь я позвонил тебе и пригласил в гости. — О да, это я припоминаю. Ты тогда встречал у ворот вашего дома в красивом костюме. Настоящий маленький джентельмен. — Ещё один подарок отца, — выдохнул Стив, — хотел увидеть меня в нём перед отъездом. Неважно. Помнишь, как мы до самого вечера веселились? — Обрывочно, — призналась Ракель. — Уже семь лет прошло. Воу, как быстро мы стареем. Снова смеются. Как раньше, с теплотой и дружеской любовью. — Я тогда хорошо запомнил твой тост, который ты выдала, когда мы чокались колой за моё взросление, — потирая нос, сообщил улыбающийся Стив. Он так походил на себя маленького, что кровь на лице перестала пугать. Малыш Стив и малышка Ракель словно перенеслись в тот прекрасный момент. В беззаботное детство, в конец апреля, когда никакие взрослые не мешали им весь день танцевать под громкую музыку и есть пиццу на обед и ужин. Тогда было так легко и просто, что Ракель невольно поддалась воспоминанием. — За звёзды, что нас слышат… — …и за мечты, что обязательно сбудутся. Ра продолжила фразу за парнем, вспомнив полную цитату. Она повернуться к парню лицом и пристально взглянула в его глаза. Харрингтон протянул вперёд руку, оттопыривая мизинец. — Можешь не прощать меня сразу, но я обязательно постараюсь исправить своё положение. Сейчас это моя главная мечта, Хендерсон. «Ну и подхалим. А ведь работает.» Ракель ухмыльнулась, пожимая мизинец в знак примирения. — Налаживай сперва свои отношения. — Ладно-ладно. Главное, что дружбу я уже почти вернул. Это вселяет в меня неплохую уверенность в дальнейших действиях. Ра вышла из машины, но, подумав кое о чем, развернулась и резко кинулась к Стиву обратно, пока тот ещё не успел уехать. Она приоткрыла дверцу пассажирского сиденья: — Забыла предупредить. Сегодня лучше не ехать к Нэнс с извинениями. — Почему? «Так и знала, что он уже сейчас бы намылился к ней. Влюблённый идиот.» — Она занята сегодня. Мы вместе… ну, вот это самое. Подняв вверх защитную маску, Ра неуверенно ей покачала. Очевидно, что Стив ей не поверил. Поправляя прическу, он помахал на прощанье и уехал. Ра цокнула, разочарованная в провальной попытке остановить Харрингтона от разъезжания по всему Хоукинсу в поисках своей девушки. Всё-таки враньё нужно было прокачать.

***

— Вот так, — закончив с перематыванием маски изолентой, Ракель вручила прибор мисс Байерс. Джойс поблагодарила девушку и поспешила к ждущей в другой комнате Одиннадцать. Устало откинувшись на спинку стула, Ра хотела ещё немного посидеть в тишине. Мечты, к сожалению, не всегда сбываются, как бы красиво её собственная цитата не звучала. В комнату вошёл шериф. — Почти всё готово. Передала очки для девочки? — спросил Хоппер. Получив утвердительный ответ, он снял шляпу и начал себя обмахивать. Из комнаты не выходил, лишь молча стоял посреди кабинета. Ракель старалась делать вид, что никого вокруг не замечает, пытаясь насладиться остатками свободного времени. — Сейчас начнётся перемещение Одиннадцать в Изнанку. Идёшь? — выглянув в коридор, сообщил мужчина. — Да. Сейчас пойду. Ноги просто отказывались нести её в спортивный зал. Целый день с бесконечными бегами накатили усталость и желание впасть в недельную спячку. Хоппер кивнул и вышел из кабинета. Ра, помедлив, вышла следом. Поднимаясь со стула, она громко охнула, хватаясь за спину. — М-да. Это и правда старость. В полумраке бассейн казался ещё больше, а тень охватывала чуть ли не всю баскетбольную площадку. Вода была набрана по самый край, пустые мешки от соли вокруг говорили о том, что всё готово. Одиннадцать уже заходила в бассейн с натянутыми заклеенными очками. Она легла на воду, Майк в то время настроил рядом лежащую рацию. Остальные собрались поодаль, ожидая проявления сверхъестественных сил Оди. «Сейчас или никогда.» Резкие помехи сменились на громкий шум. Оди, блуждающая по ту сторону мира, внезапно закричала: — Барбара! Пропала, пропала… Пугающий крик пробирал до мурашек. Ра даже представлять не хотела, что сейчас видела девочка в другой реальности. Она по-настоящему испугалась, когда следом, после обнаружения Барб, в рации раздался слабый, дрожащий голос Уилла. — Торопитесь, — передал мальчик, хрипло дыша. Одиннадцать что-то говорила ему, передавая слова поддержки от сидящей рядом Джойс. «Прошла неделя после пропажи Уилла, а он по-прежнему жив. Это просто невероятно, какой же он сильный мальчик…» Непрошенные слёзы. Пришлось отвернуться и спешно успокоиться, чтобы не дать волю ненужным в той ситуации эмоциям. Все переживали и понимали — слёзы сейчас были ни к чему. Нужно спасать ребёнка, мучающегося в плену какой-то твари. Оди как раз удалось выяснить местоположение мальчика — он прятался в своём шалаше. — Как и договаривались: мы едем в лабораторию, вы сидите тут и не высовываетесь, ясно? Шериф нависал над подростками, напоминая условия их уговора. Вся троица неохотно кивнула. — Джонатан, ты будешь за главного, — похлопав парня по плечу, Хоппер поправил шляпу и вышел на стоянку к полицейской машине. Джойс обняла сына, прежде чем поспешить за шерифом. Ракель поспешила к укутанной в тёплое покрывало Одиннадцать. Девочке было совсем худо после проведенных поисков, и она без сил опустила голову на колени подоспевшей девушки. Майк сидел рядом на скамье и безостановочно моргал, словно вот-вот хотел заплакать. Нэнси и Джонатан куда-то вышли. «И нужно ли было советовать Стиву налаживать отношения? Если судить так, со стороны, Нэнси совсем не печется о своих чувствах к парням. Вчера один, сегодня другой. Хорошая игра получается.» Ракель не хотела думать про возникший любовный треугольник, но ничего другого не оставалось. По школе особо не погуляешь, болтать как-то не хотелось. Не после того, что они увидели, и что могли увидеть вскоре. Одиннадцать вздрогнула, и Ракель, отбрасывая все размышления о друге и его сердечных делах, сфокусировалась на хрупкой девочке, чья жертва помогала вернуть Уилла назад. — Хочешь попить или чего-нибудь поесть? — осторожно дотрагиваясь до головы Оди, спросила Ра. Девочка от всего отказалась. Не встретив препятствий, старшая подруга стала аккуратно и нежно поглаживать малышку по голове, стараясь сама не двигаться. И именно в эту минуту, когда воцарила идеальная тишина, Нэнси Уилер решила ворваться в зал, шумно хлопая дверьми. Ракель и Одиннадцать одновременно вздрогнули. — Ракель, нам с Джонатаном нужно срочно уехать. Посидишь тут одна, ладно? — Нэнси не спрашивала, а ставила перед фактом. Байерс-старший молча жался за её спиной, доставая из кармана джинс ключи от машины. — Как это понимать? Вы что, не слышали, что сказал нам шериф? — Он и мисс Байерс сейчас в опасности. Мы знаем, как её решить и хотим помочь, — ответила Нэнси, беря Ра за руку, — и я буду очень благодарна, если ты поохраняешь моего брата. «Да пошла ты в жопу со своими благодарностями. От твоего двуличия меня начинает тошнить.» — Тебя не остановит мой ответ, — выдёргивая руку, Ра закатила глаза, — поэтому делайте, что хотите. — Спасибо, — кивнув ей, Нэнс развернулась и направилась к машине Джонатана. Парень лишь кивнул и умчал следом. «Козлы. Если Стив не успеет снова сойтись с Уилер, я обязательно ему об этом расскажу. Ох, как же быстро растопил меня его рассказ о дне рождении. Я, похоже, очень падкая на лесть…» Воспоминания о воссоединение с другом приятно грели душу. Ра специально начала отвлекать себя, не желая принимать реальность. По городу могли прямо сейчас разъезжать военные, разыскивая Оди, и им навстречу в знак сопротивления могла бы выйти только девушка-подросток без какого-либо оружия. На неё одну повесили непосильную ношу под названием «защита несовершеннолетних любой ценой». Одиннадцать уткнулась лицом в плечо Ракель, разделяя с обретенной недавно подругой покрывало.