А: Невинная связь

852 год. Стена Роза. Штаб Разведкорпуса. Ступая по каменным плитам сырого подвала, Елена с хитрой улыбкой осматривала непримечательный узкий коридор. На ней были наручники, прикреплённые к длинной цепи. Её крепко держит молчаливый Жан, идущий впереди. Женщина то и дело старается разговорить молодого солдата, однако тот лишь следовал по своему направлению, утягивая за собой её. Вдыхая полной грудью запах свободы и чистого воздуха, женщина с интересом оглядывалась в разные стороны, рассматривая штаб разведчиков, под солнечными лучами подмечая абсолютную чистоту внутри здания, что даже окна помыты без каких-либо разводов. — Охренеть! У вас что ли есть слуги?! Елена эмоциональна, поэтому реакция женщины никак не удивляет Жана, не в первые находящийся в её компании. — Нет, есть только ворчливый руководитель незапланированных уборок, — язвительно бросил Кирштайн, останавливаясь возле двойной двери. — И кто же это? — поинтересовалась она. — Ты его уже видела. Закончив на этом, Жан постучался два раза и через пару секунд им открыл дверь Конни, пропуская вперед. Просторное светлое помещение больше напоминает судебный зал: большие окна, откуда ярко светит солнце, полукруглые столы, расположенные по бокам от входа и эмблема разведкорпуса горделиво висит в центре зала на стене над столом командующего. Там как раз сидела Ханджи, читающая бумаги, но увидев приход главной гостьи сегодняшнего дня, она встала с места и по ступенькам спустилась к ним. — Здравствуй, рада тебя видеть! — широко улыбнувшись, Зое кивнула Жану и парень с помощью ключа снял с рук Елены наручники. Грохот металлических цепей эхом раздался по помещению, ударившись о кафель. — Взаимно, командор! — найдя наконец радостного человека, Елена с удовольствием пожала руку Ханджи и села на самый ближайший к центру стол. — Ощущение, что я попала на аудиенцию к вашей королеве. Елена, после двухнедельного пребывания в тюремной камере, с любопытством разглядывала каждый уголок зала. Глаза ещё не привыкли к светлым оттенкам, часто из-за этого моргая. Заметив, что с ней находится только Ханджи, она захотела узнать причину отсутствия остальных разведчиков, но её опередила главнокомандующая. — Скоро подойдут ещё двое ребят и капитан Леви. Леви Аккерман. Его Елена запомнила как самого хмурого человека на всей земле. Грубость капрала не особо впечатлила гостью при первой встрече на берегу океана, когда их разведывательный корабль был захвачен элдийцами. Он никак не шёл на диалог, бросая сухие предложения. В памяти остался фрагмент разговора с Зиком, невзначай упомянувший о нечеловеческой энергии Ривая:

«Если вдруг встретишься с ним, остерегайся конфликтов. Я его недооценивал. Очень жесток и груб.»

Вместе с ним, старший Йегер добавил пару слов об ещё одной Аккерман, не уступающая в силе Леви. Её также называют «второй надеждой человечества». Правда о ней ничего подробно не было сказано. И с тех пор Елена находится в предвкушении знакомства с данной особой, по сути, являющаяся копией Аккермана в плане характера. Холодок прошёлся по спине женщины в момент прихода разведчиков. Её глаза сразу узнали фигуру капрала, первым зашедший к ним: холодный взгляд, мрачный вид, чёткие, уверенные движения. Далее зашёл Армин. Его она знает как колоссального титана, однако внешности не видела. Арлерт показался ей добрым, милым пареньком, частенько впадающий в свой внутренний мир. И наконец последней заходит Микаса. От неё веет опасностью, отчего кожа невольно покрывается тысячами мурашек. Серьёзный, ледяной взор на секунду касается Елены. Бледная кожа, аккуратные черты лица, тёмные, средней длины волосы: ранее она не встречала девушек с такой необычной внешностью. Женщина заметила неотрывный взгляд Леви на Микасе, после чего подтвердила только зародившееся подозрение. — Вы вместе?.. — бесцеремонно задала вопрос марлийка. Микаса с недоумением посмотрела на неё, оставив вопрос без ответа. Ривай не собирался что-либо говорить, только подошёл к Ханджи и взял главный документ с её протянутой руки. Армин неприметно для Аккерманов два раза кивнул, на что Елена улыбнулась, поблагодарив. — Значит, ты хочешь с нами сотрудничать? — Аккерман перешёл сразу к сути дела. Елене стоит привыкнуть к недоброжелательности капитана и больше не задавать глупых вопросов. — Верно. — Елена поднялась с места, — Я являлась лидером антимарлийских добровольцев, а также.. — С твоей биографией мы ознакомились ещё при нашей первой встрече. — Леви поднял руку, приказав остановиться и та послушалась, нервно сжимая пальцы. — Ты лучше расскажи нам о своей пользе. — Н-у-у... я могу помочь вам усовершенствовать ваши оружия, и направить вас к клану Хизуру. Микаса, неожиданно для себя, повернула голову к Елене, вопросительно взглянув на неё. — Клан Хизуру?.. Леви обратил внимание на возникший интерес своей подчиненной. — Да. В Марлии проживает семья Азумабито родом из этого клана. Честно сказать, с ними я лично не знакома — понаслышке знаю об их влиянии, — женщина перевела свой взор на Микасу, — ты не знаешь? — Нет. — коротко ответила полуазиатка, бросая многозначительный взгляд на Ривая. Елена поняла, что об этом они обсудят в своем кругу, поэтому продолжила говорить об ещё одном кандидате, который поможет разведкорпусу в битве с марлийцами — Оньянкопон. С ним Ханджи проведёт отдельный разговор, отпуская гостью, но с дополнительной охраной. Пока они не могут доверять участникам антимарлийской группы и Зое решила держать определённую дистанцию. — Мама мне рассказывала об этом клане, — начала рассказ Микаса, повернувшись к окну, — в детстве. Она упоминала о том, что именно Хиузуру является родиной Клана Азии. И они тоже подверглись репрессиям со стороны короля вместе с Аккерманами. — Но почему об этом нигде не указано? — Ханджи была недовольна тем, что упустила эти события прошлых времен, зря просидев все свое свободное время в библиотеке. После откровения Леви о своём с Микасой клане, она продолжила поиски книг, где написано всё об Аккерманах, но их попросту не существует именно здесь. — Секретная информация, передающаяся из поколения в поколения. — ответила полуазиатка. — Рассказ Кенни дополнил твою историю? — Ривай скрестил руки на груди и удобно устроился на краю стола командора. — Лишь малую часть. Тогда я поняла свое происхождение, ведь моя мама была чистокровной азиаткой, а отец — Аккерманом. Леви почувствовал толчок в области груди. Микасе очень трудно вспоминать своих родителей, отчего она готова была упасть на колени и расплакаться. Потеря была тяжёлой, и без каких-либо эмоций она пережила эти события, однако глубокую рану в сердце девушка так и не излечила. Ривай подошёл к ней и взяв за плечи, посадил на стул возле себя, коснувшись её спины. «Я ценю твою поддержку. Спасибо.» — он услышал её благодарность, после чего его тело расслабилось. — Они как два изгнанных из родного города человека встретились по воле судьбы и поженились. Тогда отец задавался вопросом, почему Аккерманы подверглись жестоким гонениям со стороны властей. И когда Кенни назвал причину, пазл сложился. — С вашим Кланом всё понятно, — начала Зое, предавшись раздумьям, — но непонятно с Кланом Хизуру. Почему за ними началась охота? — Этого я, к сожалению, не знаю. Тишина. Микаса старалась отгонять лишние воспоминания прошлого, с каждой секундой набирающие обороты после откровенного рассказа. Леви взял её за руку и поцеловал тыльную сторону ладони, поглаживая большим пальцем. Ханджи переваривала сказанное Еленой и Микасой, стала придумывать план, попутно записывая новые идеи на листок. Армин строил отряд новобранцев для наблюдения за границей, в случае появления разведывательных кораблей, и ему приходилось в процессе работы отдавать карандаш командующей в моменты её озарения. Капрала начали беспокоить сомнения, образовавшиеся в голове после слов о Хизуру. Он посмотрел на подчиненную; ощущение будущей потери разрастается и ему становится не по себе. Это почувствовала девушка. — Что с тобой? — шёпотом спросила Аккерман. — Позже поговорим, хорошо? — она кивнула, вставая сзади него и положив подбородок на его сильное плечо. Они маленькими шагами приближаются к разгадкам прошедших конфликтов и ради победы в нынешней войне, разведчикам предстоит пройти немало препятствий на пути к своим врагам. Достигнув загадочного подвала господина Йегера, элдийский народ узнал малую часть правды, в то время, как высшие власти раздумывали над будущим Парадиза, предвещая начало Второй битвы Титанов. — Через месяц все мы отправляемся в Марлию. Пора узнать врага чуточку глубже. С этими словами Ханджи вышла с зала, приказав солдатам привести к ней Оньянкопона вместе с Еленой. Армин последовал за командором, взяв с собой все свои чертежи. Микаса устало выдохнула, потирая виски указательными пальцами. — Заодно встретимся с Кланом Хизуру. — добавила девушка и с Леви они покинули помещение, следуя за Ханджи, дабы принять участие в следующем разговоре со вторым членом антимарлийской группы. Силы вместе с энергией уходили после двухчасовой беседы с новоприбывшими солдатами. За окном царило вечернее небо, провожающее закатное солнце. Во дворе проходят тренировки рядовых под руководством Жана и Конни. За ними из окна третьего этажа следила Микаса, последние полчаса не вникая в суть разговора. Мучительные мысли далеко принадлежат прошлому; девушка пытается найти выход из внутренней клетки, куда она сама себя и привела, поддавшись во власть травмированной души. Неприятные, острые когти скребут изнутри, причиняя едва терпимую моральную боль. «Соберись, Микаса!» — полуазиатка пятый раз повторяет это про себя, не рискуя упасть в мрачную пропасть и жить в апатичном состоянии. Аккерман не осмеливается взглянуть на Леви, чей обеспокоенный взор устремлен в фигуру подчиненной, в надежде на зрительный контакт. Однако, он ощущает её борьбу со своими демонами, не дающие ей покоя, стоит только дать слабину. Аккерсвязь не помогает — Микаса полностью закрылась от капрала, видимо, желая самой справиться в этой битве. — Смотрю, вы тут надолго, — подал голос Ривай, оперевшись руками на стол, где разбросаны чертежи новейших технологий и орудий, в будущем которые помогут разведчикам на войне. — Мы можем завтра обсудить всё остальное? Ханджи головой окунулась в свою научную сферу, не сразу заметив Леви и не расслышав его вопрос. Капитану пришлось снова повторить сказанное и получив соглашение командора, взял аккуратно за руку Микасу и увёл из душного помещения, оставляя продвинутых наедине. Ступив порог кабинета капитана, Микаса, в прямом смысле этого слова, упала на диван, не удержав равновесия. Мышцы ног отдают давящей болью. Девушка сняла военные сапоги и стала массировать область икр, плавно переходя к пяткам. Леви присел возле неё, кладя её ноги к себе на колени и продолжает делать массаж. — Поделись со мной, — попросил Ривай, определённо недовольный скрытностью полуазиатки. Но она молчала. Не знала с чего начать. — Я могу дать тебе время, если захочешь. Мне важно лишь знать, что с тобой все в порядке. — Леви не имел привычку давить на неё. Этого он себе позволить не может. Он желает её комфорта, создавая подобающую обстановку между друг другом. — Детские травмы преследуют меня всю жизнь и бывают моменты, когда им удаётся подставить мне подножку и я больно падаю. Она меняет свое положение, положив голову на колени капрала и повернув голову вбок, расстегивает пару пуговиц на рубашке. Мужчина пальцами касается её прямых волос, играясь с прядью либо поглаживая голову. — Открой мне свою душу, Микаса. Я помогу тебе. — Я не хочу, чтобы ты изводил себя, растрачивая свою энергию ради моего внутреннего равновесия. Это неправильно. — На то и существует наша связь. Ты же знаешь, что рано или поздно я это сделаю. Леви в ту же секунду ощутил тяжёлый груз в сердце, чьи раны начинают кровоточить сильнее. Мысль того, что на данный момент Микаса хранит эту боль внутри себя, заставляет сознание кипеть от глупости своей подчиненной. Потихоньку он соединяет их нити, создавая одну единую целостность меж ними, и с помощью него Леви отгоняет тёмное прошлое с головы девушки, по сути делая то, чего она сама не могла из-за своей физической слабости. Дальше организм самостоятельно приводит себя в порядок. — Всё это кажется на грани фантастики. — Как-то раз я тебе говорил, что ты для меня как открытая книга. И мне не составит труда восполнить то, что нужно твоей душе. — Откуда ты узнаешь об Аккерсвязи? Ведь нигде об этом не написано. — любопытство берет над ней вверх, однако капрал умалчивает источник всех этих знаний. — Ты права, нигде не написана теория, но практику никто не отменял. Особенности Аккерсвязи довольно противоречивы и загадочны. — А я могу излечить твою душу как и ты? — задалась вопросом девушка, явно желая не отставать от Леви и постараться оказать ему такую же помощь. — Можешь. — Микаса улыбнулась, коснувшись свободной руки капитана, несильно сжав. — И больше от меня не закрывайся. Я не переживу, если вдруг с тобой что-то случится. Голос предательски дрогнул в конце, не в силах отогнать пугающие образы. Вместо слов Леви посадил Микасу к себе на колени и крепко обнял, уткнувшись носом в её шею. Девушка прижимала к себе капрала, поглаживая одной рукой его затылок. — Я тоже, — призналась полуазиатка. — Не смогу.. Трепетную идиллию Аккерманов нарушил стук в дверь. Девушка пересела возле капрала, приводя волосы в порядок и после Леви разрешил войти. — Капитан, — Армин, завидев Микасу, на секунду замер, не решаясь пройти внутрь, — Командор просит подойти к ней завтра в десять утра. — Хорошо, Арлерт. Спасибо, — мужчина с недоумением взглянул на солдата, неуверенно стоящий у порога, но взглянув на полуазиатку, а точнее на распахнутые пуговицы в районе декольте, понял в чем проблема. — Можешь ступать. Попрощавшись с подчинённым, Ривай указал на забытую «деталь» и Микаса, смутившись, застегнулась. — Чёрт. Неловко вышло. — воскликнула Аккерман, на что капрал усмехнулся. — Благо зашёл твой лучший друг, а не кто-либо другой. Иначе прогнал бы. — То есть, ты доверяешь меня только Армину? — они давно не затрагивали данную тему, и Микаса приблизилась к нему. Леви не нравятся такие вопросы, поэтому он демонстративно закатывает глаза и устало смотрит на неё. — Никому. Только себе. На этом вопрос закрыт. Пойдём спать. Девушка кивнула, поблагодарив и взявшись с ним за руки, они оба направились в спальню, посвятив эту ночь долгожданному отдыху. *** Настоящее время. По одинокому коридору слышатся спешные шаги, через пару секунд переходящие на бег. Миновав толпу раненных солдат вместе с лекарями, Армин как можно скорее следовал по указанному пути. Весть о взрыве разлетелась по всем трём стенам с неимоверной скоростью. О происшествии разведкорпус узнал через двенадцать минут с момента его начала. В первую очередь Арлерт вспомнил про Микасу, которая вместе с Ханджи как раз шли на личный разговор к Дариусу Закклаю. В ту же секунду разум затуманился, в ушах стало звенеть, отчего он не мог расслышать продолжение слов от военной полиции. Солдат лишь быстро покинул кабинет командующего, оставляя свою незаконченную работу на столе. В голове крутилась одна мольба: «Хоть бы они были в живых! Прошу!». Ноги дрожат, но Армин продолжает искать палату Микасы. Он действовал нелогично, местами нагло, и это сейчас не имело значения. Ему важно увидеть свою подругу. Оказать ей помощь. Быть рядом, пока это возможно. Увы, он теряет своего друга. И больше не смеет потерять ещё одного близкого человека. К счастью, к нему навстречу выходит главный врач. Тот узнал Армина и подозвал к себе, беря в руки большой листок. Парень остановился и сквозь тяжёлое дыхание, спросил: — Что случилось? Где она? Как она? Что с ней? — поток многочисленных вопросов Арлерта вынуждают мужчину для начала успокоить самого солдата, а уже следом поочерёдно отвечая ему спокойным тоном: — Произошёл взрыв. Предварительно в кабинете Дариуса Закклая. К сожалению, он не выжил. — Сердце парня непроизвольно сжимается. — С Микасой всё хорошо, как и с вашим командором. Вы можете проведать свою подругу, но для начала мне нужно Вам сообщить важную весть. — Какую? — Армин напрягся. — Микаса Аккерман в положении. Предварительный срок: две недели. Приятные ощущения появились в животе, поднимаясь всё выше, оставляя тепло в груди. Арлерт улыбнулся, чуть пошатнувшись, не веря словам врача. Взявшись за голову, он отошёл к стене, облокотившись на неё. В гуще неприятных новостей наконец появился лучик света. Улыбка не отходит с лица, голубые радужки глаз готовы вот-вот засиять от радости. — Это точно? Вы уверены? — уточнил парень. — Да. Реакция Армина слегка позабавила мужчину; тот ещё не мог до конца осознать всю важность этой ситуации во всех смыслах, а пока он тихо радовался за Микасу и.. Стоп. Вслед за эйфорией наступает осознание суровой реальности, подготовивший массу проблем для разведкорпуса, и в принципе, для всего населения острова. Как отреагирует Микаса на свою беременность, учитывая её постоянные обмороки на фоне ситуации с возможной гибелью капрала. Её состояние ухудшалось с каждым днём. Каким образом повлияет данная весть на неё образ жизни? Армин собирался рассказать ей об этом, поддержать, стараться следить за её здоровьем, но захочет ли этого девушка? С каждой новой мыслью возникают несколько вопросов, ставящие под сомнения. — Я не знаю как она к этому отнесется, доктор. Улыбка потихоньку сползает, горящий огонек в глазах потухает и Армин, тяжело вздохнув, понуро глядит в окна. — Армин, — мужчина кладёт руку на плечо разведчика, — я в курсе всех событий. Последние дни пошатнули и без того неустойчивое здоровье Микасы, однако если она продолжит свою службу в ваших рядах, боюсь это всё кончится плохо. — В каком смысле? — колючие мурашки пробежались по спине. Затаив дыхание, Армин испуганно взглянул на доктора. — Она потеряет ребёнка. И впоследствии больше не сможет иметь детей. Арлерт словно стоит на краю бездны, рассматривая тёмную пропасть, куда он с лёгкостью может упасть. Секундная радость сменилась серостью в душе. Сердце колит от нехватки воздуха и он хватается за левую сторону груди, массируя её. — Что с Вами? — доктор помог ему присесть на скамейку возле окна, советуя аккуратно делать глубокий вдох и выдох. — Всё нормально. Пройдёт. — отмахнулся солдат. Сейчас важно увидеть Микасу. — Что мне ей сказать? — с мольбой в голосе произнёс Арлерт, находясь в отчаянном положении. — Пока что ничего. Через пару дней можете ей всё рассказать и привезти ко мне. Пожалуйста, не тяните с этим. Армин неторопливо шёл к палате Микасы, углубившись в свои раздумья. Он медленно поднимался по лестницам, смотря в одну точку перед собой. По воле случая парень встал на пути выбора: стоит ли Микасе вообще говорить о её положении прямо сейчас? Рано или поздно она узнает обо всем. Её уход из разведкорпуса нанесёт огромный урон на предстоящие битвы с марлийцами. Отсутствие Леви можно каким-то образом скрыть от врага, однако те сразу поймут, что второго Аккермана на поле боя нет. При нападении на Ребелио, марлийские солдаты ужаснулись неожиданному вторжению «демонов Парадиза», но ещё больший страх навели Аккерманы. Они являются для них мощным «вражеским оружием» элдийцев, поэтому не каждый воин был готов напасть на них, отбивая их атаки. Общая ситуация внутри стен обострилась с исчезновением капитана Леви во время его операции. Неизвестно что за собой понесёт уход ещё одного сильного солдата в кругу разведчиков. Пока стоит держать всё в тайне от лишних глаз и ушей. Армин решил для начала обсудить это с Ханджи, как раз проведать её после Микасы. Он уже подошел к палате и потянул ручку двери вниз, как услышал топот и шум УПМ. Взгляд тут же наткнулся на раскрытое окно и Арлерт подбежал к нему, надеясь увидеть таинственного гостя, но никого не было. Даже на верхних этажах. Возможно, тот стоит на крыше здания и выжидает подходящий момент для отступления. Времени у Армина нет, чтобы начать слежку, посему он закрыл окно и задвинул тюль. На краю стены расположена кровать, где лежит Микаса. Её внешний вид никоим образом не изменился, имеются лишь несколько царапин на лице. Остальная часть тела прикрыта одеялом. Армин сел возле подруги. Смотрит на неё с беспокойством. Перед глазами пробегают мимолетные воспоминания беззаботных дней, когда они втроём сидели под тенью большого дерева и слушали рассказ Арлерта про внешний мир. В то время никто не мог подумать о том, что наступит трагедия для всего человечества. Стены, в которых таилась надежда миллионов жителей, оказались бессильны против титанов. Падение Марии унесло сотни простых жизней, навсегда оставив след в истории Парадиза. И сейчас судьба острова зависит от них от солдат. От разведкорпуса. От них самих. Армин массирует виски, не выдержав поток мыслей прошлых лет. Это ранит не позабытую душу, хранящая всю ту же наивную веру на всё хорошее. — Когда-то я обещал капралу, что буду следить за твоей безопасностью… — начал Арлерт, но голос дрожит от горечи в груди, — Увы, я подвожу капитана. Прости, Микаса. Мне очень жаль. *** 852 год. Стена Роза. Штаб Разведкорпуса. Полуазиатка задумчиво бродила по двору, изредка наблюдая за утренним строем рядовых разведчиков. Прошло почти сорок минут с момента начала разговора с Ханджи. Обычно Леви скучающе глядит в окно, найдя глазами фигуру Микасы и любуется ею, одновременно слушая лекцию Ханджи. Девушка могла позволить себе пару раз пройти с правой стороны замка, где расположен кабинет командора и ненароком поднять голову в попытке встретиться взглядами с капралом, однако проходя по повторному пути третий раз, она решила подождать Ривая на тренировочном поле. — Не помешаю? — внезапно раздался женский голос позади и не успела Аккерман обернуться, как возле неё появилась Елена. — Нет. А Вы разве не должны быть с нашей главнокомандующей? — приход женщины удивил полуазиатку, среагировав на её приветствие слегка смущённо. — Давай на «ты», — предложила Елена, получив кивок разведчицы в качестве согласия. — Там сидит Оньянкопон. Думаю, его достаточно, иначе я буду мешаться и бесить всех. Марлийка засмеялась, а Микаса сдержанно улыбнулась, оперевшись на ограждение. — Мне хотелось познакомиться с тобой поближе, — чувствуя себя неловко, Аккерман старалась не подавать виду, однако внимательный взор собеседницы успел уловить изменения в её лице. — Заранее извиняюсь, если прозвучало не так… просто, я стараюсь со всеми подружиться. — Ничего. Что именно тебя интересует? — По идее, всё, но я знаю, что нарушу твои личные границы, поэтому краткой информации о тебе пока хватит. — Ну тогда задавай свои вопросы, а я буду отвечать по мере возможности. Согласна? Холодный серый взгляд полуазиатки немного отпугнул марлийку, впервые столкнувшаяся с сильной энергией, веющая от хрупкой на вид девушки. — Узнала, что у вас с капитаном Леви одинаковые фамилии. — Елена заметила, как тонкая девичья ладонь сжимается в маленький кулак, — Назрел вопрос, и наверное, он покажется тебе нетактичным... — Нет, мы не родственники. И не женаты. Опередив женщину, Микаса повернулась к ней, без капли эмоций дополнила свой ответ. — Если бы такой вопрос задал местный житель, я бы молча ушла. Ты новенькая в здешних землях, и я не хотела портить с тобой отношения. — Как и я, — Елена не скрыла своего облегчения, расслабив всё тело и за одно мгновение она присела на деревянный барьер, с лёгкостью контролируя свое равновесие. — Честно сказать, даже немного рискованно конфликтовать с вами. — Почему? Неужели мы настолько плохие в глазах народа Марлии? — Микаса постепенно начала углубляться в разговор, позабыв об ожидании конца собрании в кабинете командора. — Под «вами» я имела ввиду ваш Клан Аккерманов, — исправила Елена, — А так, каждому марлийцу с малого возраста внушают о том, что на этом острове живут демоны, способные превращаться в гигантских чудовищ. Микаса задумалась. Марлия является для них главным вражеским объектом, однако она не представляла весь масштаб ненависти проживающих там людей к элдийцам. Фрагменты с дневника доктора Йегера дали лишь часть информации из всей истории давней вражды между двумя континентами. По сей день им приходится раскапывать недра прошлых лет, одновременно придумывая методы защиты от внезапных нападений со стороны. Будущий рискованный шаг для разведчиков — ступить на территорию марлийцев. Причём очень осторожно. Микаса вновь взглянула на входную дверь замка, затем поднимала взор выше и наткнулась на раскрытое окно кабинета главнокомандующей. Думая увидеть оттуда Леви, она не спускала глаз, пока её не подозвала Елена, оказавшись в замешательстве. — Микаса, ты меня слышишь? Аккерман посмотрела на неё не сразу. Устало выдохнув, она приняла прежнюю стойку, отодвигая все ненужные мысли с головы. — Да. я просто размышляла. Не суть. — Полуазиатка перешла к начальному вопросу марлийки, немного смягчив дискомфорт между ними. — Почему ты решила спросить обо мне с Леви? Тебя заинтересовала наша с ним фамилия? — Признаться, да. Если вспоминать историю, то ваш Клан имел особое значение в окружении Короля. Слышала о вашей «нечеловеческой» силе, способная уничтожить всех вокруг за считанные минуты. Это правда? Микаса пожала плечами, улыбнувшись краем губ. — Скоро увидишь, — ответила девушка, вдыхая прохладный воздух. — Раньше я не могла понять вашего страха перед Аккерманами, а как оказалось, вы начитаны нашей историей. А что именно люди узнали о нас? — Над вами проводились эксперименты, в ходе которых появилась ваша сила. И не только. Микаса на миг напряглась. Она не подала виду, аккуратно спросила: — Что значит «и не только»? — Елена не обратила внимания на то, как серьёзно сосредоточилась полуазиатка. — У вас вроде как хорошо развита ментальная связь. Разве нет? Микасу пробрало в дрожь. Пальцы крепко вцепились в дерево, едва касаясь свисающей ноги Елены. Выходит, в Марлии сохранилась информация об Аккерманах, причём подробная. Главные источники находятся по ту сторону стен. Ей и Леви удастся узнать больше о своих предках, а также расставить все точки касаемо Аккерсвязи. Но каким образом их можно там найти? — Д-да, — робко произнесла полуазиатка, вернув себе привычный тон голоса. — Кхм.. а откуда такие познания? — Да так, слышала от своих соратников, что жили там и изучали всю историю. Знания об Аккерманах надежно охраняет Клан Хизуру. То, что я тебе рассказала — это лишь половина всего. — Они знают, что здесь остались последние представители Аккерманов? — Подозревают. Ходят слухи, что Хизуру хотели возродить ваш Клан, однако для этого им придётся посетить остров Парадиз с целью найти вас. — И что же? Они перехотели? — Для возрождения нужны новые сведения о жителях этих трёх стен, поэтому среди армии разведывательных кораблей было несколько людей из Клана Хизуру. Как видишь, никто из них так и не вернулся. Микаса прикрыла глаза, чувствуя отчаяние перед неизвестностью. Но враги пытались их уничтожить, никто не знал о присутствии важных персон внутри толпы марлийских солдат. Ей предстоит обо всем рассказать Леви и найти общее решение. — Почему ты поделилась этим со мной? Елена по-доброму смотрела на Микасу, коснувшись её локтя. — Потому что тебе это сейчас нужно. — МИКАСА! К ним с замка неторопливо шёл Леви. Капрал косо посмотрел на Елену, а затем плавно перешёл на её руку, поэтому она резко отпрянула от разведчицы, встав в полный рост. Аккерман коротко попрощалась с женщиной и собиралась идти навстречу к Риваю, однако тот успел подойти к ним. Недобрый взгляд мужчины твердит о его недоверчивости к лицам, первоначально имевшие вражеский посыл. Несмотря на их своевременное оказание помощи, а также желание попасть в ряды разведкорпуса, Леви не торопился встречать их с распростертыми объятиями. — Слушаю, — прервав тишину, девушка постаралась сменить напряжённую атмосферу. — Вы долго сегодня беседовали. — Да. Но об этом мы поговорим наедине, — сделав акцент на последнем слове, Леви переместил свое внимание на подчиненную, — Флок мне доложил одну важную вещь. Пауза. Микаса видит его скрытый гнев, обиду, нарастающую злость. Ненароком чувствует его горящий огонь. Он смотрит на неё с подозрением, и это начинает пугать полуазиатку. — Какую?.. — робко спросила девушка. Елена вздрогнула, поняв, что она здесь лишняя и без слов молча ушла, позже повернувшись к Микасе и поддерживающим жестом подняла кулак, направив его вверх. — Оказалось, ты за эту неделю посещала Йегера раза пять. Колючие мурашки прошлись по спине, отчего ей пришлось немного выпрямиться, замявшись. Впервые за долгое время она видит Леви злым на неё. Причём сильно. Под сердцем неприятно защемило. Она была уверена, что никто об этом не расскажет, ведь охраняющие разведчики выходили на свои посты только ночью. Днем была военная полиция, равнодушно относящаяся к данной работе. Микаса опустила голову, не выдержав прожигающего взгляда капрала, но тот коснулся её подбородка и небрежно поднял на себя. — Смотри на меня и ответь на мой вопрос: — строгим голосом приказал капрал, — Почему ты утаивала это от нас? Ладно, чёрт со всеми! Но от меня?! Аккерман с трудом переводила дыхание. Она смотрела на разгневанные синие глаза Леви. Он полностью закрылся от неё. Микаса сжала губы в тонкую линию, не решаясь ответить. Холодные пальцы мужчины касались подбородка, не как прежде. В голове постоянно появлялись мысли о том, что надо рано или поздно рассказать об этом Леви, но с каждым днём она откладывала эту затею. — Аккерман?! Он ждал, правда терпение понемногу уходило. Полуазиатка ощутила на себе полное осознание своих действий, будто бы кто-то окатил её ледяной водой. Можно сразу догадаться кто именно. Услышав свою фамилию из уст разгневанного Ривая, сердце её готово остановиться от страха. — Л-леви, я только хотела поговорить с ним… — тихо, с дрожью в голосе отвечала девушка, что привело мужчину к взрывной ярости. — О ЧЁМ?! — он перешёл на высокий тон. — ОТВЕТЬ! — Узнать настоящую причину его внеплановой атаки.. Микаса зажмурила глаза, боязливо приготовившись к следующему громкому ответу Леви. Но была тишина. Аккерман тяжело выдохнул, убрав руку. Теперь он опустил голову, собираясь с мыслями и приводя себя в спокойствие. Возможно, он позже пожалеет, что поднял голос на неё. Возможно и нет. Ему обидно. Сильно. Учитывая беспокойное отношение подчиненной к своему недобрату, бывало разум выстраивал предположения, касаемо Микасы и её любви к нему самому: «Действительно ли она любит меня?». Правда Ривай посчитал это ложным самовнушением, однако.. — Я устал, Микаса, — горло охрипло после крика, но ему важно донести свои мысли и уйти. — Будь ты на краю света, образ Йегера будет мелькать у тебя перед глазами. Я не слепой и вижу твои беспокойные взгляды на Эрена. Он всё ещё тебе важен, как и Арлерт. Они оба твои близкие друзья. И всё же… Йегер для тебя важнее.. — Леви, это не так! Выслушай меня! — дыхание перехватывает от эмоций, бушующих в душе. Ему трудно смотреть ей в глаза. Трудно говорить это. Он продолжает. — Твои встречи со своим Эреном за моей спиной стали для меня последней каплей. Она перестала дышать. Время будто остановилось. Ей страшно услышать последующие его слова. Ривай не тянет и через пару секунд заканчивает: — Ты наказана. Будешь сидеть в запертом кабинете две недели. Выходить только в рабочие часы. Аккерман отвернулся от неё. Сделал пару шагов вперёд и напоследок добавил: — Я разочарован в тебе. Он ушёл. Она осталась одна посреди двора. Опустившись на колени, Микаса закрыла рот двумя ладонями и горько заплакала. Заглушала боль как могла, ненавидя себя за всё. Ривай остановился около лестницы внутри замка, опустившись на холодный пол. Ухватившись за голову, он стал раскачиваться вперед-назад. Капитан слышит её безмолвный крик. Ощущает её слезы на своих щеках. Остаётся вытерпеть это и идти дальше, в надежде, что такого больше не повторится. Ему хочется прижать Микасу к себе, говорить о глупых поступках, успокоить и взяв обещание о недопущении таких вещей. Но обида глубоко засела в груди. И навряд ли раньше освободит от себя мужчину. Рана будет долго заживать. Тем более, когда её оставила его любимая женщина. *** Настоящее время. Где-то за пределами стен. — Твою мать! Солдат пнул маленький камень посреди дороги. С ужасом в глазах он оглядел пустое поле без единой растительности. Серые тучи преследуют одинокую повозку с начала дороги. Отчаяние, словно купол, окружило парня, с каждым эмоциональным порывом прижимаясь к нему, открывая доступ к борющемуся сознанию. Парень присел на землю, массируя затылок и плечи от беспрерывной езды. — В чем дело? — суровый голос Аккермана привлекает внимание рядового, находящийся в шаге от того, чтобы опустить руки. — Мы же передвигаемся по карте, капитан. Должны уже увидеть стену Мария. Ривай недовольно цокнул. Для того, чтобы спуститься с повозки, он взял длинную средней толщины палку, найденная в лесу, и оперевшись на неё, встал на ноги, игнорируя боли в ногах. Расстояние до земли было небольшим и без труда капрал ступил на траву, размяв спину. — Неужто уже успели разгромить стены? — задался вопросом Аккерман. — Думаете, они успели совершить это? Леви медленно подошёл к седельным сумкам, достав оттуда карту острова Парадиз. Сердце не перестаёт колоть при каждом ударе. И такое проявление не связано напрямую с самочувствием Ривая. Он не может ощутить Микасу, представить её образ перед глазами. А ведь прошло уже две недели как он живёт в неясности происходящего вокруг подчиненной. «Я тебя сильно обидел. И теперь ты заставляешь меня мучиться. Микаса, что же с тобой происходит?..» — Поехали дальше. Нам осталось проехать ещё чуть-чуть.

«Всё будет хорошо… ведь так, Леви?»

Он замер. Зрачки расширились. Сердце стало биться чаще без каких-либо болевых ощущений. Она наконец появилась. Дрогнувший голос, таящий в себе сознательную надежду. Как он по нему скучал. По родному голосу Микасы. Она наконец открылась ему. Леви осязает на себе её переживающие страхи и в то же время — необъяснимую лёгкость на душе. Связь обрывается. Внутри вновь образовалась пустота. Ривай тяжело выдохнул, благодаря всё высшие силы за этот небольшой отрывок, давший понять самое главное — Микаса жива. Она нуждается в нем. Как и он в ней. — Поторапливаемся! Нам надо попасть к ним вовремя.